Игра вслепую

- Найя в опасности?

- Их не достанут. И Лесли и Найя опытные следопыты. Оторвутся и повернут к востоку. А если не получится, уйдут к гномам. У гномов их не возьмет вся имперская армия.

- Ты говорил, что чувствовал за собой погоню. Как далеко они?

- Рядом. Гвардейцы будут здесь не позже, чем через час.

2.

Я собрался было броситься к конюшне и мчаться на помощь Найе, но заставил себя на минуту застыть и как следует подумать. Не доеду! Если за меня взялись серьезно, то все дороги уже перекрыты.

Может, целью была именно Найя? Но зачем?! Кому она могла помешать?! Нет, вряд ли. Скорее это продуманная атака и нападение на Найю и Лесли только один из эпизодов. А если так… Если так, то все дороги уже перекрыты. Мне не дадут уйти так просто. Как не вовремя исчез Фагуа! С герцогом вынужден считаться и сам император. Да, требовалось отвлекаться на проекты герцога, но он был надежным щитом от подобных неурядиц. Куда его понесло, и почему он не поделился своими планами?

Кто все это затеял? Сам император? Вряд ли. Я слишком незначительная для него фигура. Да и чем я мог помешать императору? Тогда кто? И зачем?

Так или иначе, ждать визита гвардейцев после того, как они совершили нападение на наш караван, было бы глупо. Дать им бой? Не смешите меня. В моем распоряжении два десятка отличных мечников под командой Кулана. Кроме того в поместье сейчас Нимли и два десятка гномов. Всего этого было бы достаточно для того, чтобы разогнать сотню другую разбойников, но пожалуют к нам вовсе не разбойники. Да и разобьем мы сотню гвардейцев, а что дальше? Нет, принимать бой, не годится. Потеряю людей, сам могу сложить голову в бою. Этот мир полон опасностей, но если вступать в бой, то надо знать для чего. Сейчас это никак не решит проблему. Информация - вот что мне сейчас необходимо.

- Позови Кулана и Нимли, - бросил я парнишке из местных. При волоке сам собой образовался небольшой поселок. Надо признаться, я не прилагал для этого никаких усилий. Людям, которые работают здесь летом, надо где-то жить. Кто-то должен их кормить, кто-то - организовывать постой. И все это не только для работников, но и для путешественников. С наступлением зимы большая часть народа разъезжалась, но некоторые решили поселиться здесь. Люди просили моего согласия на то, чтобы построить жилье неподалеку от волока, я не препятствовал. Просили разрешения распахать землю. Интересно, почему им здесь до сих пор не пахалось? Хотя, могу понять, кому охота селиться на пустынном берегу? Иное дело, когда рядом появляется населенный пункт. Оставались семьями. Сейчас по соседству проживало около двухсот человек, и бегающие по берегу ребятишки, были совсем не редкостью.

Кулан появился первым. Кстати, он тоже переехал жить в поселок, как и многие из моих гвардейцев. Чувствую, обосноваться здесь они решили серьезно. Кое-кто уже обзавелся семьями или перевез их поближе к себе.

- Проходи, садись, - предложил я. Времени было мало, но разговор предстоял серьезный.

- Спасибо, мастер, - поблагодарил начальник службы правопорядка. Такое обращение он перенял у гномов. Да он и сам мастер - мастер меча.

- Как тебе служба? Не жалеешь, что остался?

Кулан взглянул с подозрением, но ответил:

- Нет, не жалею. Если у Вас, мастер, нет других планов, останусь здесь надолго.

- Оставайся, буду рад. А вот мне придется отлучиться. Надо разобраться в одном деле.

- Сколько человек отрядить в сопровождение? - быстро среагировал инструктор.

- Нисколько. Да, и из тех, кто ушел с нашим последним обозом, многих не досчитаемся.

Кулан бросил встревоженный взгляд на Сонъера.

- Что случилось?! Кто напал на караван?!

- Королевские гвардейцы, - отозвался охотник.

- Гвардейцы?! - на секунду на лицо Кулана набежала тень удивления, но он был бывалым человеком и многое повидал. Инструктор лишь уточнил. - Чьего подчинения?

Я бросил вопросительный взгляд на Сонъера.

- Не знаю я все полки. У них была эмблема. Желтая линия на левом рукаве.

- Полк Лефлера, - сказал Кулан.

- Времени нет обсуждать подробности. Скажи, они могли действовать без ведома императора?

Кулан пожал плечами.

- Простые гвардейцы не знакомы лично с императором. От кого получил приказ сам Лефлер, не знаю.

Я кивнул. Пожалуй, вопрос был излишен. Теряю время, а его и так немного.

- Самое главное: не знаю, успею ли я вернуться к весне. Если нет, проследи, чтобы волоки работали нормально.

- Я?! - удивился Кулан.

- А что, порядки тебе известны, люди свое дело знают. Присмотри, чтобы все было, как всегда.

- Хорошо. Сделаю.

- Об этом все. Теперь о том, что будет сейчас: скоро люди Лефлера пожалуют сюда. Вы остановите их на заставе и поинтересуетесь целью прибытия. Если они сходу атакуют…

Кулан недобро сверкнул глазами и упрямо сжал скулы.

- Встретим, как положено. Не беспокойтесь, мастер, мы свое дело знаем. Только уж извините, если не смогу выполнить первое распоряжение. У меня отборные бойцы, но, думаю, гвардейцев будет немало.

- А вот этого не надо. Мне ваши смерти не нужны.

- Это наша работа, - возразил Кулан.

- Не сейчас. Если они атакуют сходу - уходите. Мне самому приходилось стоять на смерть, но сейчас не тот случай. Если они остановятся, постарайтесь разговорить гвардейцев. И еще, попробуйте сделать так, чтобы сюда вошли не все. Информация сейчас важнее всего. Разобьем тех, кто к нам пожалует - это ничего не изменит. Сейчас важнее понять, откуда дует ветер.

- Сонъерище, ты откуда?! - шумный Нимли поднялся на террасу и хлопнул охотника по плечу. Гном был в мастерских и не видел прибытия Сонъера. Поэтому он и не был встревожен.

- Я пойду, - сказал Кулан и, дождавшись моего кивка, отправился готовиться к встрече.

- Беда, Нимли, - огорчил я гнома. - На караван напали. Найя и Лесли отклонились к северу и направились к границам Абудага. Оттуда будут пробираться на восток.

- Враг?! - возмущенный гном повернулся, будто неведомый враг был уже здесь. - Зря вы не остались в долине, Вик! Там никакой враг был бы вам не страшен!

- Ты знаешь, всем нам нужен этот волок. Да и поздно теперь говорить. Пора действовать.

- Гномы всегда готовы намять бока врагу! О-хо-хо! Где он?!

- Не время, друг. У меня будет к тебе другая просьба.

- Какая?

- Отправиться в Абудаг и разыскать там следы Лесли и Найи.

Гном схватился за бороду и на пару секунд задумался.

- А ты?

- Я сейчас опасный спутник.

Нимли подбоченился, готовясь высказаться об опасностях и гномах, которые их не боятся, но я его опередил.

- Не хочу, чтобы враги погнались за мной и нашли Найю.

Нимли что-то недовольно пробурчал.

- Хорошо, мы отправимся в Абудаг. Давай, хотя бы я останусь с тобой. Вместе мы сила.

- Нет, друг. Такое ответственное поручение я могу доверить только тебе. И выехать надо через полчаса.

- Полчаса?! Так что же мы теряем время?! Чем еще я могу помочь, Вик?

- Одолжи свою бороду.

- Ну уж нет! Свою надо было растить! - возмутился гном.

Я улыбнулся.

- Нимли, не возвращайтесь сюда, пока не получите известий. Если Найю найти не удастся, езжайте в долину.

Мой друг недовольно запыхтел.

- Хорошо. Ты мастер обороны и лучше знаешь, как теперь поступить, - наконец проговорил он. - А Найю мы найдем. Гномы самые лучшие поисковики в мире.

Нимли отправился готовить фургоны, я же обернулся к Сонъеру. Охотник успел отдышаться, пока я вел разговоры, с момента его появления прошло минут двадцать.

- Как думаешь, лед на реке уже достаточно прочный?

Сонъер взглянул на меня с удивлением. Не ожидал он такого вопроса.

- Я бы переходить реку по льду не рискнул, - отозвался охотник. - Местами, на быстринах, вода до сих пор не замерзла. Можно провалиться.

- А сани лед выдержит?

- Сани? - Сонъер на секунду задумался. - Не поручусь, но должен. Если те, которые на широких полозьях.

- Тогда отправляйся к ангару и готовь буер. Бери только самое необходимое, поедем налегке.

Сонъер понимающе кивнул, я же задумался: Ехать сейчас или дождаться прибытия имперских гвардейцев? Судя по всему, прибыть они должны совсем скоро.

Оба варианта имели свои плюсы. Что давал немедленный отъезд, думаю, не надо объяснять. С другой стороны, если подождать, можно выяснить серьезность намерений противника.

Я не зря упомянул о санях. Наш буер, который мы построили в Лукино ради развлечения и отработки навыков управления парусом, там и остался. На нем катается местная детвора, весьма довольная таким положением дел. Мы же с Нимли построили еще два буера. Они хранятся в небольшом ангаре на берегу, где ожидают, пока наступающая зима войдет в силу и можно будет прокатиться на парусных санях. Первый буер скользит по льду на трех тонких полозьях конькового типа. Эта легкая машина при хорошем ветре разгоняется километров до сорока в час. Должен вам сказать, это непередаваемые ощущения. Совсем не то же самое, что поездка на автомобиле. Правда, при неосторожном маневре можно перевернуться вместе с санями или получить по спине парусом при внезапной смене галса и вылететь на лед. Здесь не зевай. Но чувство, которое возникает при поездке на парусных санях, трудно с чем-то сравнить. Лед мчится навстречу, можно просто дотянуться до него рукой. Запрячь ветер - это здорово.

Второй буер более тяжел: это сани на широких полозьях, обеспечивающих хорошую опору, и рулевой лыжей, расположенной впереди. При желании в таких санях можно ехать не только по льду, но и по снегу, если поле достаточно ровное, а снег достаточно тверд. Этими санями трудно управлять одному человеку. Здесь для того чтобы полностью использовать все возможности ветра, один человек должен сидеть у руля, а второй - управлять парусом. Вот эти вторые сани и должен был подготовить Сонъер к отъезду. Он, как и многие постоянные жители поместья, умел обращаться с буером и не раз совершал на нем заезды.

Пока Сонъер готовил сани, я решил собрать то немногое, что возьму с собой и продумать маршрут.

Тем временем гномы собрались в дорогу. Два массивных фургона с двухметровыми колесами, запряженные северными быками, тронулись в направлении дороги, идущей на Абудаг. Фургоны гномов - это передвижные крепости. Полностью крытые, и не просто парусиной, а деревом или железом. По бортам фургонов устроены узкие бойницы, открывающиеся при необходимости, предоставляя простор для стрелков, вооруженных арбалетами. Гномы - единственные, кто активно использует это оружие с моей легкой подачи. Они совершенствуют их устройство, добиваясь скорейшего взвода и большей дальнобойности. Что касается станкового арбалета - то это изобретение полностью принадлежит гномам. Убойная штука. Болт, выпущенный из этого механизма, летит на добрых пять сотен шагов, и это при том, что весит он более килограмма. Станковый арбалет может метать и три болта одновременно. В таком случае болты используются почти такие же, как и применяемые для ручных арбалетов. За пределами империи дороги не всегда спокойны, но на караваны гномов нападать решаются очень редко. Слишком велики при этом бывают потери у нападающей стороны.

Нимли подъехал ко мне верхом на коне, чтобы попрощаться.

- Может, я все-таки останусь? - спросил гном.

- Нет, друг. Не надо. Вас остановят для досмотра, не сопротивляйтесь. Если я все правильно рассчитал, задержать вас не должны.

- Гномов никто не может задержать! - отозвался Нимли. - И все-таки я за то, чтобы дать бой врагу!

- Не сейчас. Надо сначала определиться, кто наш враг. Гвардейцы всего лишь выполняют приказ.

Нимли покачал головой, но возражать не стал.

Я поднялся на наблюдательную вышку и стал наблюдать за отъезжающим караваном. Если бой все же завяжется, придется бросать все наличные силы на выручку. Эх, так и не обзавелся я подзорной трубой! Но эксперименты с линзами дело непростое и небыстрое.

Обоз остановили километрах в трех за воротами. Конные гвардейцы рассыпались вокруг фургонов, было их не меньше сотни. Я прикусил губу, если я неверно рассчитал, сейчас завяжется бой. Не смогу себя простить, если по моей вине гномы погибнут.

Минут десять на дороге не происходило ничего нового. Наконец, я с облегчением вздохнул - фургоны двинулись дальше. Значит, все верно. Целью гвардейцев был я. Они убедились, что людей в фургонах нет, и пропустили их.

Сотня имперских гвардейцев рысью направлялась к воротам. Станут ли они действовать сходу или попробуют обойтись без боя? Заставит ли их знак легиона, который Кулан и многие из его людей носят не в виде нашивки, а как медальон на груди (так принято у отставников), вести себя более осмотрительно? Там гвардейцы, а здесь бывшие легионеры. Чтобы было понятнее, стоит сказать несколько слов о вооруженных силах империи.

Основу ее вооруженных сил составляют легионы численностью от пяти до семи тысяч человек каждый. В основном это пехотные части, иногда смешанные. Это полевые части, призванные вести бои с внешним врагом и оборонять границы империи. Можно сказать, что это регулярная армия.

Что до гвардии, то здесь не все так просто. Во-первых, гвардейцы делятся на имперских и личных. В принципе любой значимый дворянин империи имеет право набрать себе гвардию. Естественно, позволить себе такое могут далеко не все - содержание гвардии дело довольно затратное. Многие из обедневших дворян, напротив, вынуждены искать себе место в гвардии состоятельных вельмож или в имперской. Зачастую гвардейские полки комплектуются чуть ли не наполовину из обедневших дворян. Тем не менее, принимают в гвардию и людей более простого сословия. Надо ли говорить, что для приемки в гвардию не дворянину следует обладать исключительными способностями. Дворянам проще. Право рождения изначально дает им определенные привилегии. Простолюдинам приходится продемонстрировать высокую степень выучки и владения оружием, чтобы претендовать на поступление в гвардию. Но это определенный социальный лифт. Да, усилия, которые требовалось прилагать не дворянину для продвижения по службе, были немалыми, да, ему сложно было рассчитывать подняться выше должности младшего командира. Но какой повод отличиться! Порой дворяне роптали по поводу такой системы комплектования состава, но император был непреклонен. Лично я такой подход одобряю - он позволяет обществу двигаться вперед, не застыть, закостенев в своем развитии. От этого недолго и до регресса. В империи много недостатков, но к комплектованию гвардии здесь относятся с должным пониманием.

Вообще в империи порядки довольно демократичны. Есть дворянство. Разумеется, его права гораздо шире, чем у простолюдинов. Есть города и селения, расположенные на землях дворян, проживающие в них люди платят ренту. Весьма скромную, надо сказать. Есть города, управляемые имперскими наместниками. Есть поселки, такие как Лукино, которые обходятся самоуправлением, не забывая платить соответствующие налоги.

Почему все именно так? Думаю, императора все устраивает. Существенная часть городов находится под непосредственным управлением его наместников, что только усиливает его власть. По сути, наместником назначается тоже кто-то из дворян. Разница лишь в том, что назначение это может быть отменено в любой момент, в отличие от владения жалованными землями. Все ли устраивает дворянство? В большинстве случаев - да. Во-первых - так повелось. С той поры, когда развалилась старая империя и после нескольких десятков лет брожений и междоусобиц на части ее территории основалась новая, все устроено именно так. В том числе существуют и вольные поселения. Как правило, они не слишком велики. Скорее это символ, демонстрирующий свободу выбора проживающих здесь людей. Император мог бы лишить людей возможности самоуправления одним росчерком пера, назначив своих наместников, но ему выгоден данный символ. В том числе и как противовес чрезмерным властным устремлениям знати. Зарится ли на эти поселки дворянство? Бывает. Но сложно требовать от людей слишком многого. Границы империи довольно условны, часть территорий за ее пределами вообще не заселена. Да, жизнь в империи боле благоустроена и безопасна, но это пока. Если здесь начнут чрезмерно закручивать гайки, оттока населения не миновать. И горе тому дворянину, который сгонит людей с земли империи. Его не поймут ни соседи, ни тем более император. Не поймут в решительной форме.

Теперь о гвардии: Чем отличалась имперская гвардия от личной? Собственно финансированием. Герцог Фагуа содержит свою собственную гвардию и довольно немалую. Естественно, платит он за это из своего кармана. Что до имперской гвардии, то комплектование того или иного полка поручается определенному вельможе. В частности - барону Лефлеру. На содержание сформированного полка отпускаются средства из императорской казны.

Отношения между гвардейцами и легионерами вряд ли можно назвать дружескими. До откровенных конфликтов не доходило, но гвардия считает себя привилегированным формированием и смотрит на полевую пехоту несколько свысока. Отчасти они правы. Отбор в гвардию был более строг, и используется она зачастую для специальных поручений. Но часть - это всего лишь часть. Легионеры считают, что основная нагрузка по обороне империи падает на них. Надо признать, считают небезосновательно. И те и другие в чем-то были правы, но, как это часто бывает, видели только часть правды. Именно ту часть, которую видеть им предпочтительно. Людям вообще свойственно замечать лишь то, что им хочется заметить, отметая в сторону то, что им видеть не хотелось бы. Такие вот непростые взаимоотношения между родами войск. Это в целом. В частности бывает по-разному: от взаимного уважения до неприязни.

Кроме гвардии и легионов есть еще ополчение, но оно носит нерегулярный характер и собирается только в случае необходимости.

Командовал гвардейской сотней лейтенант, имеющий бравую выправку и лихо закрученные усы.

Гвардейцы все-таки не стали атаковать наши силы правопорядка сходу. Они остановились шагах в пяти от перекрывших дорогу людей Кулана. Сам инструктор стоял в двух шагах впереди, положив руку на меч, находящийся в ножнах. Успокоить это могло только человека, не знающего начальника наших сил правопорядка. Для того чтобы выхватить меч, Кулану достаточно доли секунды.

- В чем дело?! - недовольно спросил гвардеец.

Кулан молча стоял у него на пути, и лейтенанту пришлось продолжить: