Гарантийный ремонт разбитых сердец

– Не переживай, – Роман успокаивающе обнял ее за плечи. – У нас зимой со светом проблемы бывают, причем довольно часто. Провода не выдерживают веса снега и обрываются.

– Знаешь, мне от объяснения почему-то не легче!

– Ну тогда, может, подготовить или заранее зажечь свечи. Они в доме есть?

Свечи имелись, их хозяйка дома оставила на кухне. Причем свечи были отнюдь не декоративные, а самые простые. Теперь Агния понимала, что предназначались они вот для таких случаев.

Девушка вняла совету и сменила капризничающую лампочку на золотистый свет свечей. Судя по тому, что со второго этажа не доносилось ни звука, Даша уже легла спать, и перепады электричества ее вообще не беспокоили.

– Легче? – поинтересовался Роман, когда Агния вернулась на свое прежнее место. У него почти получилось скрыть иронию.

– Представь себе, да! Так как тебя заманили в лес?

– Ты уверена, что хочешь говорить об этом сейчас?

От недостатка уверенности Агния не страдала. После всего, что произошло сегодня, в крови еще кипел адреналин, и спать не хотелось.

– Да. А ты? Я тебе не мешаю?

– Ты мне никогда не мешаешь. А заманили меня примитивно… Пообещали информацию. Я поехал, там и получил по башке. По снегу довольно просто подкрасться.

– Почему ты меня с собой не позвал?

– Ты серьезно? – засмеялся Романа. – Согласись, было бы странно, если бы я брал тебя с собой в качестве охраны! Сам я тоже не слаб…

– Но от удара по голове тебя это не защитило! А к двоим подкрасться незаметно гораздо сложнее.

– Конечно, – кивнул мужчина. – Но тогда я не знал, что ко мне будут подкрадываться, я не ожидал подвоха, за что и поплатился.

– За что тебя хотели убить?

Прежде чем ответить, Роман на секунду прикрыл глаза. Чувствовалось, что, как бы он ни храбрился, думать о собственной вполне вероятной смерти ему пока тяжело.

– Я не знаю, но предполагаю, что по ошибке.

– Ты же говоришь, что узнал преступника! – воскликнула Агния.

– Тише, не кричи, Дашкодракона своего разбудишь! Узнать-то я узнал, а в голову не заглянул! Честно тебе скажу, я не понимаю мотивы. Дело очень запутанное… Похоже, двух мужчин и Людмилу Сохину убил один человек.

– Сохину все же убили?

– Да. Не хочу даже думать, что будет, когда ее родители узнают об этом! Поэтому и говорю: запутанно все. Я должен разобраться сам.

– Подожди, почему ты вообще разделяешь жертв? – насторожилась Агния. – Хочешь сказать, что старика убил кто-то другой?

– Да. Слушай, вот это я точно не склонен обсуждать сейчас. Утром, на свежую голову получше будет. Не бойся, никуда я от тебя не сбегу, я же сам сейчас даже за руль не сяду, а машина моя вообще в лесу осталась!

– Хочешь, пригоню ее завтра сюда? – предложила девушка.

– Еще чего не хватало! Я попрошу кого-нибудь из сослуживцев или соседей, ты в лес одна не суйся.

– Считаешь, что этот маньяк все еще там?

– Не из-за маньяка, – отрезал Роман. – И вообще, раз уж на то пошло, это вообще не маньяк.

– А кто?

– Агния, ты опять выводишь меня на тему, которую мы договорились отложить до завтра!

– Ну извини, – Агния прижалась к нему. – Мне же любопытно! И не просто любопытно, мне важно знать.

– Вот и узнаешь. Утром!

Девушка посмотрела на него, стараясь как можно артистичней изобразить испепеляющий взгляд. Учитывая, что он как раз смотрел вниз, их лица оказались на расстоянии пары сантиметров. Агния даже не поняла толком, кто из них в итоге подался вперед – момент, когда она почувствовала прикосновение его губ, в любом случае наступил слишком быстро.

Но это не было неприятно или нежеланно. Напротив, девушка предполагала, что так будет, и не смогла сдержать улыбку. А Роман, почувствовав одобрение, сделал поцелуй более страстным и нежным одновременно, его рука уже запуталась в длинных волосах Агнии.

Все вокруг них подталкивало к сближению: мерцание свечей, которые уже не казались такими хозяйственно простыми, крупные хлопья снега за окном, тишина спящей улицы. Даже тот факт, что несколько часов назад этот мужчина чуть не погиб, создавал электричество.

И все-таки что-то мешало. Как не та нота в ровной симфонии: вроде бы не критично, но раздражает! И повторяется снова и снова… Агния сначала подумала, что это отголоски ее старой фобии, боязни прикосновений, дают о себе знать. Но нет, чувство было другим, более сильным и до раздражения упрямым. Оно не давало расслабиться, постепенно заставляя девушку узнать себя…

А когда Агния узнала, желание остаться этой ночью на первом этаже исчезло.

– Прости, – девушка отстранилась, одергивая свитер. – Что-то не то… Тебе сейчас не нужно…

– Давай я сам решу, – оскорбился Роман.

– У тебя был трудный день, ты устал…

– Я не вагоны собираюсь разгружать. Агния, не переводи стрелки на меня… Еще слишком рано, да?

Ух ты, какое удачное оправдание он подсказал!

– Да, – поспешила подтвердить она. – Слишком…

– Понимаю.

– Простишь?

– Я и не сержусь, – вполне реалистично соврал он. – Может, самую малость. Но я понимаю.

– Спокойной ночи. – Агния быстро коснулась губами его губ и тут же восстановила безопасное расстояние.

Она поднялась к себе. Ощущение стыда, совершенно неконтролируемое, постепенно набирало силу, подпитываемое тем самым чувством, которое испоганило ей потенциально прекрасную ночь!

Роман не прав, дело не в том, что «слишком рано». Дело в Данииле. Пока ей не удастся полностью выжечь память о нем и из сознания, и из подсознания, дурацкая любовь будет мешать ей и дальше.

Вот Дашка бы радовалась, если бы узнала! А какой скандал был бы, если бы все получилось и она застукала их утром вместе… Сплошь радужные перспективы!

Чтобы отвлечься, Агния решила наконец просмотреть диск, который нашла на месте костра вместе со списком, посвященным Роману. Тогда она так испугалась, что сразу начала поиски мужчины, до диска не дошли руки.

Сейчас – другое дело. Чтобы избавиться от совершенно неуместного и неконтролируемого стыда, надо найти другой центр внимания.

Отвлечение получилось сомнительное. Диск не был пуст или даже поврежден, он заработал нормально. Агния получила возможность просмотреть… порнографию.

Причем не то, что романтично именуют эротикой, а банальную домашнюю порнуху. Кто-то снимал на любительскую камеру, как три мужика затейливо пользуют толстую, совсем не модельной внешности девицу. Причем сама девица, судя по идиотской ухмылке, против такого применения себя не возражает, а очень даже поддерживает.

Агния на всякий случай промотала вперед, с хихиканьем наблюдая, как ускоренный показ превращает «мужественных мачо» с пивными животиками в подобие игрушечных кузнецов, старательно тюкающих по наковальне.

Запись не содержала ничего криминального. Менялись лица и место съемки, сюжет же разнообразием не отличался. Агния быстро устала от сомнительного зрелища и брезгливо достала диск из компьютера. Ну и как это понимать? Ради чего убийца старается, нравственность родного города защищает?

Хорошо, но от кого? Допустим, снимать мог кто-то из жертв. Однако это кто-то один! Или остальные были в кадре? Сказать наверняка Агния не бралась, потому что лицам на записи внимание почти не уделялось.

Как бы то ни было, здесь нет преступления – ни убийства, ни пыток, ни изнасилования. Все по обоюдному согласию. Получается, местного психа взбесил сам факт записи секса на видео?

Агния отчаялась понять. Да и правильно, еще не хватало с ходу распознавать логику сумасшедших… Придется дождаться утра и получить объяснение от Романа!

Глава 16

– А ты быстро учишься, – заметил Вадим.

Андрей в ответ только многозначительно закатил глаза. Он всегда хорошо разбирался в технике, поэтому и водить машину научился очень быстро. На практическую часть он вообще потратил один день, чуть дольше отняло изучение теории.

Скорее всего, если бы не помощь со стороны начальства, права он бы все равно не получил. С его-то внешностью! Но Даниил снабдил его справкой, что татуировка в виде тигриных полос – это способ скрыть редкое заболевание кожи. А кто же к больному человеку станет придираться?

Впервые сев за руль собственной машины, внушительного серебристого внедорожника, он понял, что это тоже вид свободы. Не надо больше просить никого подвезти! А к общественному транспорту он и раньше близко не подходил, понимал, что там привлечет к себе слишком много постороннего внимания.

Зато здесь – свобода. Затемненные стекла внедорожника надежно скрывали его от любопытных взглядов. Если же какой-нибудь незадачливый гаишник решал остановить дорогую иномарку, то долго их беседа не длилась. Андрей уезжал, гаишник отправлялся подлечивать нервы.

Словом, жизнь идет все лучше и лучше.

Хотя нет, без проблем тоже не обходится. В целом с бизнесом Даниил и Вадим справлялись прекрасно, конкурентов не намечалось. Зато появился какой-то паразит, который намеренно портил им дела! Причем портил не ради собственной выгоды, а просто потому что ему хотелось.

Андрея уже посвятили в эту историю, и удивление уменьшилось. Ключом к проблеме стало то, что Даниил отказался защищать в суде дочку какого-то упыря. Упырь к отказу отнесся болезненно и стал настаивать, за что и был послан не самым лучшим образом.

Тогда он вознамерился давить. Похоже, для него это стало делом принципа, ведь он вполне мог угомониться и нанять другого элитного адвоката, на Данииле свет клином не сошелся. Так ведь гордость же!

Он начал с малого: портил репутацию непонятными слухами и сплетнями. Затем последовали нападения на офисы компаний, принадлежащих Даниилу. Проверки из различных инстанций проводились чуть ли не ежедневно. Последней каплей стало обнаружение трупа одного из бывших охранников Вербицкого в Подмосковье. То, что Виталика уволили до убийства, еще не означало, что его смерть не имеет к бывшему боссу никакого отношения.

Даниил долгое время никак не реагировал. Андрей решил, что это связано со сложным периодом в жизни, потому что в целом его шеф бесхребетностью не отличался. Однако выяснилось, что отсутствие видимых действий еще не означало, что он ничего не предпримет.

Буквально за неделю Яков Веретенников получил свое. Две принадлежащие ему фирмы разорились, вокруг одной еще и уголовное дело развернули. Суд над его дочерью, Лолой, перенесли на более раннюю дату, и девушка получила три года реального срока. Сейчас она подала на апелляцию и отсиживается дома, под залогом, но Андрей не сомневался, что со свободой ей все-таки придется расстаться.

А однажды Веретенников обнаружил в собственной квартире гремучую змею. Позже оказалось, что гадине удалили клыки и ядовитые железы, но впечатление от встречи с таким «гостем» осталось значимое. Якову наглядно продемонстрировали, что и в собственном жилище он не может быть уверен в полной безопасности.

Как результат, Веретенников поджал хвост. Он пытался добиться личной встречи с Вербицким или хотя бы позвонить ему, но напрасно. Он слал письма, не получая ответа. По большому счету, он не знал, чего ожидать дальше.

И вот Вадим объявил, что с неудачливым бизнесменом будет беседовать он. Для этого ему понадобится помощь Андрея – и никого больше.

Андрея такое решение заинтриговало. Он, конечно, уже привык к цивилизации, прошел курс лечения и вполне комфортно чувствовал себя в роли личного телохранителя Вербицкого. Но нельзя же вычеркнуть из памяти те девять лет, что его охоте учили! Он никогда не отказывался от возможности размяться.

– Никого больше не ждем? – на всякий случай уточнил Андрей.

– А тебе нужен кто-то еще? Танковая дивизия? Или юная девственница для ритуального принесения в жертву?

– Если Женя увидит меня рядом с юной девственницей, то жертвой буду уже я. Что-то мне подсказывает, что идем мы без приглашения, потому и спросил.

– Шутишь, что ли? – усмехнулся Вадим. – Какое еще приглашение? По секрету тебе скажу, наш Яша полностью уверен, что мы не знаем о его переезде сюда. Он думает, что мы будем искать его в городской квартире.

Ну и глупо. Мог бы понять за прошедшие дни, что вляпался он со своим упрямством капитально. Или он решил, что он долго-долго гадил, а потом отделается одним «извините»?

– Что ты планируешь делать? – осведомился Андрей.

– Решать ситуацию окончательно. В общей сложности, из-за конфликта с Данилой Веретенников потерял около тридцати пяти процентов своего состояния. Данила считает, что этот удар по зубам Яша запомнит надолго. Мне остается лишь провести с ним последнюю воспитательную беседу.

Андрей не стал спрашивать, почему этим занимается именно Вадим. Он-то встречался с Даниилом каждый день и прекрасно знал причины.

Машины стояли на холме, откуда открывался отличный вид на улицу, образованную прильнувшими друг к другу домиками. Хороший поселок, но до элиты далеко. Почти везде горел свет, да и немудрено, еще ведь только восемь.

– Ты мог бы поговорить с ним днем и официально, – сказал Андрей.

– Мог бы. Если бы Яша не попытался подослать к Даниле этого чудика с акробатическим диагнозом, Лекса. Ты ведь знаешь, что ему и убивать доводилось?

– Ему? – Андрей удивленно поднял брови. Он прекрасно помнил неудачника, который чуть ли не обгадился от одной лишь его внешности. – Да ладно!

– Представь себе. Андрюха, ты не забывай, что ты у нас тоже не совсем нормальный. Не у всех в штате есть такие охранники, поэтому и не все пережили встречу с Лексом. Данила это ценит.

Причем ценит заметно. Андрей работал совсем мало, а уже получил оплаченное лечение, машину и даже квартиру. Правда, жил он пока не там, а вместе с Жин-Жин, но сам факт! Поэтому он считал, что ему повезло. Остальные охотники Цирка, сумевшие выжить, отправились прямиком в дом сумасшедших.

– Прощать подобные выходки – ниже нашего уровня, сам понимаешь, – продолжил Вадим. – Поэтому и Яшу мы будем воспитывать в том тоне, который задал он сам.

– Понял. Жду конкретных указаний.

Андрей чувствовал, что сердце уже начинает разгонять кровь в венах. Пожалуй, несолидно так реагировать, но иначе нельзя. Слишком много времени прошло с тех пор, когда он участвовал в чем-то похожем на настоящую охоту.

– Для начала, не торопись, – Вадим остался привычно невозмутим. – На машинах туда лучше не соваться, на въезде охрана. А если обойти пешком со стороны холма, то никто и не заметит. Далее – твой сольный номер. Мне удалось узнать, что в доме находится Веретенников, его дочь и двое охранников. Никого не калечь, но и из дома не выпускай. Громкий скандал нам не нужен, много чести для них. Проберешься внутрь, уберешь источники шума и откроешь мне дверь. Справишься?

– Можно источникам шума хотя бы пару синяков поставить? – с надеждой поинтересовался Андрей. – Или мне с них пылинки сдувать?

– Не думаю, что они успели запылиться… А синяки ставь, но не больше, а то я тебя, Рэмбо, знаю!

От парковки на холме к поселку вела расчищенная дорожка, вымощенная необработанными камнями. Похоже, этой парковкой часто пользовались гости местных жителей, дорога предназначалась для них же. Так что теперь у Вадима и Андрея не было необходимости таиться. Кто их от вполне законных гостей отличит?

Андрей даже жалел чуть-чуть. Необходимость красться – тоже элемент охоты.

– Какие-то тесные дома, – он с сомнением осмотрел ряд построек.

– Обычный таунхаус. Тебя что, смущает?