Золото Мэнкса

– Ты думаешь… Но у нас нет сосуда с кислотой!

– Я не думаю, что дядюшка Майлз мог бы ожидать от нас познаний специалистов в области химии. Но здесь растет обыкновенный, или садовый, вереск…

Мы зашли за угол изгороди, и через пару минут мне удалось зажечь несколько прутьев. Я поднес листок с указаниями как можно ближе к пламени. И почти тотчас был вознагражден: на нижнем краешке листа стали проступать буквы. Там стояло всего два слова.

– «Станция Киркхилл», – вслух прочла Фенелла.

Как раз в этот момент из-за угла ограды показался Фейлл. Мы не могли понять, слышал он нас или нет. Его вид ни о чем не говорил.

– Но, Джуэн, – сказала Фенелла, когда он удалился, – здесь нет станции Киркхилл! – С этими словами она протянула мне карту.

– Нет, – согласился я, разглядывая местность на карте, – но взгляни сюда.

И я карандашом провел линию.

– Конечно! И где-то на этой линии…

– Верно.

– Плохо то, что мы не знаем точного места.

Тут меня второй раз осенило.

– Мы знаем! – воскликнул я, вновь хватая карандаш. – Смотри!

У Фенеллы вырвался возглас.

– Как это по-идиотски! – воскликнула она. – И как удивительно! Вот так трюк! Все-таки дядюшка Майлз был весьма бесхитростным старым джентльменом!

Настало время получить последний «ключ». Как нам сообщили в конторе, этот «ключ» хранился не у них. Последняя подсказка должна быть выслана нам по получении ее хранителем открытки от нотариуса. Он не мог сообщить никакой другой информации.

Однако в то утро, когда мы должны были получить «ключ», почты для нас не было, и мы с Фенеллой прошли через все муки, будучи уверены, что Фейллу как-то удалось перехватить письмо. На другой день тем не менее наши страхи рассеялись и тайна была разъяснена, когда мы получили следующую безграмотно нацарапанную записку:

«Уважаемые сэр или мэм,

Извените за задержку но у нас тут все с шестого на седьмое перескакивает но теперь я делаю как мистер Майлехэрейн меня прасил и шлю вам то песьмо каторое много лет лижало у моей семьи а почему он это хател я не знаю.

Благодарю вас

Мэри Керрьюиш».

– Почтовый штемпель – Брайд, – заметил я. – Ну а теперь займемся «песьмом каторое лижало у моей семьи»!..

«Спеша, рыскайте в скалах – и вы увидите знак.

О, скажите мне, что обозначим мы с

Вами им? Ладно, это первое (А). Рядом

Блеснет неожиданно, словно спасительный луч того маяка для вас, то,

Что вы ищете. Затем (Б). Здание, у

Него соломенная кровля, и у него стена.

Рядом с ним извилистая тропа. Это все».

– Очень нечестно начинать подсказку со скал, – заявила Фенелла. – Здесь скалы повсюду. Кто может сказать, на которой из них стоит знак?

– Если бы мы поселились в этом округе, – добавил я, – должно быть, отыскать скалу было бы довольно легко. Наверное, на ней имеется отметка, указывающая определенное направление, и если поискать в том направлении, там должно быть спрятано нечто, что прольет луч света на местонахождение сокровища.

– Думаю, ты прав, – согласилась Фенелла.

– Это А. Новый ключ даст нам подсказку, где искать Б, здание. Сам клад спрятан на тропе, проходящей вдоль этого сооружения. Но очевидно, что сначала требуется найти то, что обозначено А.

Из-за трудности начального этапа последняя задачка дядюшки Майлза оказалась настоящей загвоздкой. Честь разрешить ее выпала Фенелле, но и у нее на это ушла почти целая неделя. Обыскивая скалы, мы то и дело натыкались на Фейлла, хотя территория поисков была довольно обширна.

Наступил уже довольно поздний вечер, когда мы наконец сделали свое открытие. На мой взгляд, отправляться к указанному месту было слишком поздно. Фенелла стала возражать.

– Предположим, Фейлл его тоже найдет, – сказала она. – И мы будем ждать до завтра, а он начнет поиски сегодня вечером. Потом мы себе этого не простим!

Неожиданно мне в голову пришла замечательная идея.

– Фенелла, – спросил я, – ты все еще уверена, что Фейлл убил Ивена Корджига?

– Уверена.

– Тогда, полагаю, у нас есть шанс уличить его в преступлении.

– От этого человека меня бросает в дрожь. Он негодяй, каких мало. Так что ты надумал?

– Объявим о том, что разобрались с пунктом А. Затем отправимся на поиски. Десять против одного, что он будет нас выслеживать. Там пустынное место – как раз на такое он и рассчитывает. Сделаем вид, что нашли клад, тут-то он и покажет свое истинное лицо.

– И что тогда?

– А тогда, – сказал я, – его ждет маленький сюрприз.

Близилась полночь. Мы оставили машину поодаль и крадучись пробирались по тропе вдоль стены. У Фенеллы имелся мощный фонарик. Сам я держал наготове револьвер. Я не хотел рисковать.

Внезапно Фенелла приглушенно вскрикнула и остановилась.

– Смотри, Джуэн! – крикнула она. – Мы нашли! Наконец-то.

На мгновение я утратил бдительность. Секунду спустя я инстинктивно обернулся, но слишком поздно. Фейлл стоял в шести шагах от нас, и его револьвер был нацелен на нас обоих.

– Добрый вечер, – произнес он. – А это уже мой трюк. Теперь, если вас не затруднит, отдайте мне клад.

– Не хотите ли вы, чтобы я передал вам еще кое-что? – осведомился я. – Половинку фотографии, вырванной из руки умирающего человека, к примеру? Полагаю, у вас найдется вторая ее половина.

Его рука дрогнула.

– О чем вы толкуете? – прорычал он.

– Правда всплыла, – ответил я. – Вы с Корджигом явились вместе. Вы толкнули лестницу и размозжили ему голову камнем. Полиция умнее, чем вы воображаете, доктор Фейлл.

– Им это известно? Тогда, черт возьми, не все ли равно, за что меня повесят – за одно убийство или за все три!

– Ложись, Фенелла! – крикнул я.

И в тот же миг громыхнул выстрел.

Мы оба бросились в вереск, и, прежде чем он успел снова выстрелить, несколько мужчин в форме выскочили из-за стены, за которой они прятались. Минуту спустя Фейллу уже надели наручники и увели.

Я заключил Фенеллу в объятия.

– Я знала, что была права, – дрожащим голосом проговорила она.

– Дорогая! – воскликнул я. – Это было слишком рискованно. Он мог убить тебя.

– Но не убил, – ответила Фенелла. – И мы знаем, где сокровище.

– Разве?

– Я знаю. Смотри. – Она нацарапала одно слово. – Мы поищем его завтра. Не так уж тут много мест, где можно что-то спрятать, смею заметить.

На следующий день ровно в полдень.

– Эврика! – негромко произнесла Фенелла. – Четвертая табакерка. Мы нашли их все. Дядюшка Майлз был бы доволен. А теперь…

– Теперь, – подхватил я, – мы можем пожениться и жить счастливо до конца наших дней.

– Мы будем жить на острове Мэн, – сказала она.

– На золоте Мэнкса, – добавил я и счастливо рассмеялся.

Послесловие

Джуэн и Фенелла – двоюродные брат и сестра, и типажи их во многом созданы по образцу Томми и Таппенс Бересфорд – детективов в новелле «Партнеры по преступлениям» (1929) и в нескольких более поздних рассказах. Их образы также обнаруживают тесную связь с юными «ищейками», появляющимися в ранних триллерах Кристи, таких, как «Тайна каминных труб» (1925) и «Почему они не спросили Ивэнса?» (1934).

В реальности, как указано в рассказе, «сокровища» имели форму четырех табакерок, каждая размером с коробок спичек. В каждой из табакерок находилась монета острова Мэнкс восемнадцатого века достоинством в полпенни, с отверстием, через которое была пропущена и завязана бантом пестрая ленточка. В каждой табакерке имелся также аккуратно сложенный документ, написанный с множеством росчерков и завитушек и подписанный членом городского управления Крукэллом, в котором нашедшего просили незамедлительно обратиться к начальнику канцелярии Ратуши в Дугласе, столице острова Мэн. Требовалось также, чтобы предъявитель имел при себе табакерку и ее содержимое, с тем чтобы он мог заявить свои права на награду в 100 фунтов стерлингов (что равняется приблизительно нынешним 3000 фунтов стерлингов). Ему также было необходимо принести с собой удостоверяющие личность документы, поскольку только приезжим разрешалось искать этот клад; жители Мэнкса не были допущены к участию в поисках.

«Немного смекалки достаточно, чтобы легко найти клад».

Единственным назначением первого «ключа» в «Золоте Мэнкса» – стиха, начинающегося словами «Четыре у компаса румба – вокруг…» и опубликованного в «Daily Dispatch» в субботу, 31 мая, – было пояснить, что все четыре клада следует искать на севере, юге и западе острова, но не на востоке. «Ключом» к местоположению первой табакерки на деле служила вторая подсказка – это была карта, опубликованная 7 июня. Однако первая табакерка к тому времени была уже найдена, поскольку в рассказе содержалось достаточно «ключей». Нашел ее портной из Ивернесса Уильям Шоу, который сообщил в местных газетах, что от радости носился по кругу как сумасшедший, размахивая в воздухе табакеркой, «тогда как его дражайшая половина вообще потеряла от волнения дар речи»!

Наиболее важной подсказкой явилось для него замечание Фенеллы о том, что тайник находится вблизи тех мест, где «первоначально устраивались скачки дерби… До того, как их перенесли в Эпсом». Это ссылка на знаменитые английские скачки, которые впервые были устроены в Дербихевене на юго-востоке острова Мэн. В «том острове», расположенном довольно близко и к которому, по преданию, вел из фермерского дома «потайной ход», легко было опознать остров Св. Михаила, на котором вдобавок к собору Св. Михаила двенадцатого века имеется круглая каменная башня, известная под названием Форт Дерби и давшая острову его второе имя, Форт Дерби. (Вспомним слова Фенеллы: «…только вот здесь по двум пунктам все совпадает полностью, больше нигде».) Форт был обозначен на карте кружком с шестью черточками с одной его стороны, представляющими шесть исторических пушек («их шесть») форта; собор был указан крестом.

Маленькая оловянная табакерка была спрятана на скалистом уступе, тянувшемся в северо-восточном направлении, если глядеть, встав между двумя средними пушками («…между этими двумя. У тебя есть компас?»), тогда как первоначальное предположение Джуэна о том, что этот ключ «указывает на северо-восток острова», служило для того, чтобы сбить с толку.

«Слишком просто»

Вторая табакерка, очевидно, сделанная из рога, была обнаружена 9 июня Ричардом Хайтоном, строителем из Ланкашира. Как Фенелла пояснила кровожадному доктору Фейллу, предсмертные слова Ивена Корджига «D’ye ken…» являлись «ключом», указывавшим на примерное местоположение клада. На самом деле это начальные слова народной английской песни «Джон Пил» о кембрейском охотнике, и, когда Джуэн предположил, что «Беллман и Тру» было «названием фирмы, которая могла бы нам помочь», его слова относились не к «фирме нотариусов в Дугласе», упомянутой в начале рассказа. Он имел в виду двух гончих Джона Пила, как они поименованы в песне. С такими подсказками «обрывок фотографии», который был опубликован в качестве третьего «ключа» 9 июня, вряд ли было «очень трудно опознать»; это были развалины замка Пил четырнадцатого века на островке Св. Патрика; извивающиеся полосы вдоль левого края фотографии намекали на орнамент в виде завитков на подлокотнике скамьи на холме Пил, с которой открывается вид на замок и под которой была спрятана табакерка. Поездка на шарабане к Снэфеллу, высочайшему пику острова Мэн, упомянута для отвода глаз.

«Довольно-таки случайно»

Третье «сокровище» было найдено мистером Гербертом Эллиотом, корабельным инженером, уроженцем Мэнкса, живущим в Ливерпуле. Мистер Эллиот заявил впоследствии, что не читал «Золото Мэнкса» и даже не имел возможности изучить «ключи», но попросту выбрал для поисков подходящий район, где рано утром 8 июля ему посчастливилось наткнуться на табакерку, спрятанную в лощине.

Основная подсказка касательно местоположения клада содержалась в четвертом «ключе», опубликованном 14 июня (стих, начинающийся словами «В 85-м году это место вошло в историю…»), в котором каждое второе слово каждой строки вместе составляют сообщение:

«85 шагов востоку северо-восток священного круга Испанская голова».

«Священный круг» – это круг Мийлл на холме Малл, мегалитический памятник, расположенный примерно в миле от Испанской головы – самой южной точки острова. Указания на важное историческое событие в 85-м и на Испанский каштан, которые, по имеющимся в настоящее время данным, более всего отвлекли на себя внимание искавших, были ложными подсказками. Что касается «станции Киркхилл» – «ключа», обнаруженного Джуэном, – Фенелла совершенно верно заметила, что такого места нет. Существует деревня Киркхилл, а рядом – железнодорожная станция Порт-Эрин, где Джуэн и Фенелла останавливались на ланч перед началом поисков. Если провести линию по карте от Киркхилла до Порт-Эрина и продолжить ее на юг, она в конечном счете пересечет круг Мийлл, то самое «точное место», которое определил Джуэн.

«Настоящая загвоздка»

К сожалению, как это получилось и в случае с «ключами» к тайнику, скрывавшему третью табакерку, подсказка к местоположению четвертой так и не была никем расшифрована. Пятый и последний «ключ» – стих, начинающийся словами «Спеша рыскайте в скалах – и вы увидите знак…», был напечатан 21 июня, но 10 июля, к концу продленного срока, отведенного для поисков, окончание которого первоначально было установлено на конец июня, последнее сокровище было «изъято» мэром Дугласа. Спустя два дня «Daily Dispatch» в качестве «продолжения» к рассказу опубликовала фото, запечатлевшее это событие, и пояснения Кристи к последнему «ключу»:

«Эта последняя подсказка вызывает у меня улыбку, когда я вспоминаю, сколько времени мы потратили в поисках скал с каким-либо знаком. Настоящий „ключ“ был так прост – он содержался в словах „все с шестого на седьмое“ в сопроводительном письме.

Возьмите шестые и седьмые слова каждой строки, и вы получите: „Вы увидите. Мыс (А). Рядом того маяка здание, у него стена“. Слова „мыс (А)“ были расшифрованы нами, как мыс Айр. Мы некоторое время разыскивали подходящую стену. Самого клада под ней не оказалось, но вместо того мы обнаружили нацарапанные на камне цифры – 2, 5, 6 и 9.

Если из первой строки „стиха“ взять обозначенные этими цифрами буквы, то получится слово „парк“. На острове Мэн есть лишь один настоящий парк – в Рамси. Мы обыскали парк и нашли наконец то, что искали.

Строение с соломенной кровлей, о котором шла речь, оказалось маленьким киоском для прохладительных напитков, а проходившая мимо него тропа вела к увитой плющом стене, в которой и помещался тайник с ненайденной табакеркой. Тот факт, что письмо было отправлено из Брайда, служил дополнительной подсказкой, поскольку эта деревня расположена недалеко от маяка на мысе Айр, самой северной оконечности острова.

Мы не можем судить, насколько успешно „золото Мэнкса“ способствовало развитию туризма на острове Мэн. Безусловно, в 1930 году здесь побывало больше приезжих, чем в предыдущие годы, но остается неясным, в какой мере этот наплыв может быть отнесен на счет „охоты за сокровищем“. Нынешние сообщения в прессе показывают, что очень многие сомневались в том, что оно обладает настоящей ценностью, и на большом обеде, данном в честь окончания поисков, член городского правления Крукэлл в своей речи, произнесенной в ответ на многочисленные благодарственные выступления, гневно обрушился на тех, кто не проявил достаточной заинтересованности, назвав их „бездельниками и ворчунами, которых хватило лишь на то, чтобы выступать с критикой“».

Тот факт, что жителям острова не позволяли принять участие в поисках, возможно, стал причиной равнодушного отношения к этой акции местного населения, даже несмотря на то, что «Daily Dispatch» обещал любому жителю Мэнкса, у которого остановился один из нашедших клад, приз в пять гиней, что равняется нынешним 150 фунтам стерлингов. Этой же причиной можно объяснить и различные мелкие акции «саботажа», вроде подкладывания фальшивых табакерок и обманных подсказок, в том числе и слова «подними», выведенного на одной из скал, под которой не оказалось ничего интересного – всего-навсего выброшенные очистки.

Хотя акции, подобные охоте за сокровищами на острове Мэн, больше никогда не проводились, Агата Кристи все же продолжала сочинять таинственные истории на подобную тему. Наиболее примечательными из них являются загадка, поставленная перед Чармианом Страудом и Эдвардом Росситером их чудаковатым дядюшкой Мэтью в «Странной шутке», и один из рассказов о мисс Марпл, впервые вышедший в свет в 1941 г. под названием «Дело о зарытом кладе» и включенный в сборник «Последние дела мисс Марпл» (1976). Перу писательницы принадлежит также новелла о Пуаро, «Причуда мертвеца» (1956), выстроенная подобным же образом, однако в ней идет речь не о поисках сокровища, а о поисках убийцы.