Мария Стюарт

Кеннеди

Ах, полноте! Достойно ль, сэр, к насилью Глумленье прибавлять? Как погребенной Здесь заживо еще мечтать о власти? Ведь до нее с родимой стороны И слово утешенья не доходит! Давно она людей не видит — только Тюремщиков суровых и немых, А их число пополнилось недавно Жестоким вашим родичем; вокруг Страдалицы решетка уплотнилась.

Полет

Коварству и решетка не помеха! Быть может, прутья крепкие давно Подпилены, а эти пол и стены, Столь прочные, казалось бы, подрыты? Недоглядишь, а гости тут как тут. Воистину — проклятье сторожить Крамольницу злокозненную эту! Страх гонит сон от глаз! Как дух скорбящий, Я по ночам брожу и проверяю, Верна ли стража, прочны ли затворы. Все трепещу: ужель мой страх недаром Меня томил? Но — господу хвала! — Надежда есть, что это ненадолго. Охотней бы, поверьте, сторожил Я грешников во граде Вельзевула, Чем эту венценосную змею.

Кеннеди

Тсс! Вот она.

Полет

С распятием в руках, С надеждой суетной в надменном сердце.

Явление второе

Мария под покрывалом, в руках — распятие. Те же.

Кеннеди

(поспешая ей навстречу)

О государыня! Пятою топчет Нас самовластье! Нет на них управы! И каждый новый день клеймит позором Венчанную главу твою.

Мария

Опомнись! Что тут такое?

Кеннеди

Вот! Смотри сама! Твой шкаф взломали. Все твои бумаги И твой убор, что я спасла, — последний Остаток подвенечного наряда Французского, — все взято! Ничего Нет у тебя из царственных отличий!

Мария

Ах, Анна, верь: не мишурою славен Сан королевский. Могут с нами низко Здесь поступать — унизить нас не могут. Я в Англии ко многому привыкла, Снесу и это. Сэр, вы поспешили Взять силой то, что я еще сегодня Хотела передать вам добровольно. В моих бумагах есть одно письмо — Послание к сестре моей державной, Английской королеве. Дайте слово, Что попадет оно к Елизавете, Не в руки Берли, моего врага.

Полет

Я поступлю, как мне подскажет совесть.

Мария

Сэр, я ведь не таюсь: в моем письме О милости великой я прошу, О встрече с той, которую ни разу В глаза не видела. Меня позвали Держать ответ перед судом мужчин. Могла ли я открыться перед теми, В ком равных я не видела себе? С Елизаветой одного мы полу, Происхожденья, сана. Ей доверюсь, Как королеве, женщине, сестре.

Полет

Свою судьбу и честь вы слишком часто Мужам вверяли, несравненно меньше Достойным уважения, миледи.

Мария

И о другой я милости прошу — Откажет в ней жестокосердный разве: Давно уже без утешенья церкви Томлюсь в темнице и не приобщаюсь Я тайн святых. Та, что меня свободы Лишила и теперь грозит мне смертью, Не хочет же лишить меня и рая?

Полет

По вашему желанию, декан…[8]

Мария

(резко перебивая его)

Декана, сэр, не беспокойте. Нужен Мне нашей — римской — веры духовник. А также стряпчие с писцами, волю Запечатлеть последнюю мою. Тоска и скорбь неволи беспросветной Мое здоровье точат; дни мои, Должно быть, сочтены. Ведь на себя Смотрю я как на смертницу.

Полет

Что ж, леди, Такие размышленья вам пристали.

Мария

Кто знает: вдруг проворная рука Ускорит ход неспешного недуга, — Составить я духовную хочу, Распорядиться, чем еще владею.

Полет

Пишите завещанье; вашим скарбом, Поверьте, королева не прельстится.

Мария

Разлучена я с теми, что служили Мне ревностно и верно. Где они? И каково им, сэр? Без их услуг Я обойдусь, конечно, по скажите, Не терпят ли они нужды, насилья?

Полет

О слугах не пекитесь.

(Хочет уйти.)

Мария

Уж вы идете, сэр, и в этот раз Встревоженного сердца не избавив От гнета неизвестности? Я здесь Благодаря усердному надзору Отрешена от мира; до меня Ничто сквозь эти стены не доходит, Моя судьба в руках моих врагов. Уж сколько тяжких дней прошло с тех пор, Как сорок комиссаров в этом замке[9] Напали на меня и с непристойной Поспешностью, не дав мне даже в помощь Защитника, поставили нежданно Перед судом, доселе небывалым! Неподготовленной, ошеломленной, Пришлось мне отвечать на обвиненья В неведомых поступках и делах. Явился суд — и сгинул, словно призрак, И с этих пор вокруг меня молчанье… Напрасно я читаю по глазам: Моя ль невинность и друзей усердье Или врагов наветы побеждают? Скажите же по совести мне, сэр: Все кончено? Иль есть еще надежда?

Полет

(помолчав)

Сведите ваши счеты с небесами.

Мария

На небо уповаю я, но правды Я жду еще и от суда земного.

Полет

О да, миледи, правды вы дождетесь.

Мария

Так мой процесс закончен, сэр?

Полет

Не знаю.

Мария

Осуждена я?

Полет

Ничего не знаю.

Мария

Здесь скоры на́ руку: а вдруг убийца Внезапно нападет, как суд намедни?

Полет

Считайтесь с этим: смерть тогда настигнет Вас более готовой к встрече с небом.

Мария

Я ничему не удивлюсь, конечно, Чего бы ни дерзнули порешить В Вестминстерском суде, где злоба Берли И рвенье Хеттона всевластны. Знаю И о бесстрашье вашей королевы.

Полет

Властителям Британии страшны Лишь собственная совесть и парламент. Что суд решил, без страха довершит Власть королевская пред целым миром.

Явление третье

Те же. Мортимер, племянник Полета, входит и, как бы не замечая королевы, обращается к дяде.

Мортимер

Вас ищут, дядя.

(Удаляется.)

Мария

(с негодованием говорит уходящему вслед за ним Полету)

Сэр, еще к вам просьба! Что б вы ни говорили, я согласна Вас слушать, ибо чту седины ваши. По дерзостей юнца терпеть не стану, Прошу вас оградить меня от них.

Полет

Что вам противно в нем — по нраву мне. Он не из тех податливых мальчишек, Что тают от притворных бабьих слез. Он странствовал, видал Париж и Рим, Но твердость сохранил в английском сердце. Здесь ваши исхищренья бесполезны!

Явление четвертое

Мария, Кеннеди.

Кеннеди

Он вам посмел сказать в глаза такое! О, господи!

Мария

(в глубоком раздумье)

В дни безмятежной славы нашей вдосталь Наслушались мы льстивых голосов, Не справедливо ль, Анна, будет нам Теперь отведать и суровой правды?

Кеннеди

О леди дорогая! Так смириться, Так духом пасть? На вас и не похоже! Я чаще за беспечность вас журила, Чем за унынье.

Мария

Узнаю его — Кровавый призрак короля Дарнлея, Из гроба он восстал, исполнен гнева. И он со мной не помирится раньше, Чем мера бед исполнится моих.

Кеннеди

Опять, дружок…

Мария

Забывчива ты, Анна, Моя ж куда как памятлива совесть! Тому непоправимому злодейству Сегодня годовщина… так-то, няня! Вот и пощусь, и каюсь, и печалюсь.

Кеннеди

Пора бы тень послать вам на покой! Немало лет вы каетесь в грехах, А горький жребий ваш — вины тяжеле. К тому ж вам церковь грех простила. Церкви Ключ отпущенья дан — простит и небо.

Мария

Отпущенный мне грех, кровоточащий, Встает из расступившейся земли. Нет, нет! Супруга мстительную тень Ни благовест церковный, ни дары Святые в склеп безмолвный не заманят.