МЕТРО-2 De Profundis

 - Это удобно. Давайте вот как поступим…

 Лена понимала, что совершила ошибку. Конечно, нельзя было по мобильному говорить прямым текстом. Но дилерша была, кажется, не в претензии.

 - То, что вас интересует, на складе отсутствует. Могу предложить интересную замену.

 - Ну, давайте, - решительно сказала Лена.

 - Многокомпонентная смесь, - внушительно произнесла дилерша. - Две тысячи рублей. Как вам?

 - Ну, пойдет…

 Лена, конечно, была не против узнать ингредиенты этой «многокомпонентной смеси». Но опять же - могли прослушивать.

 - В течение часа можете подъехать? - интересовалась дилерша.

 - Да. А куда?

 - На Тверскую. К Пушкину.

 - А… Ну, конечно. Могу. А как я вас узнаю?

 - Курьер сам вас узнает. Как вы выглядите?

 - Ну, я шатенка, рост средний… А! Плащ ярко-зеленый. В руках… э-э… журнал будет. Глянцевый.

 - Хорошо. На всякий случай телефон курьеру передам. Значит, восемнадцать тридцать. Памятник.

 - Ага. Ладно.

 Лена почти не волновалась. Единственным опасением было то, что ее поймает милиция. Хотя ее персона сроду милиционеров не интересовала.

 «Я скучная и законопослушная», - подумала Лена.

 Также Лена немножко опасалась, что может возникнуть привычка. Однако Наташка говорила, что привыкания не возникает. На отходняке чуть-чуть поколбасит. И еще бессонница может появиться на день-другой. Наташка и не догадывалась, как Лена мечтала о бессоннице. А так - пусть колбасит, ради бога.

 Рабочий день почти закончился. В общем-то, это был хороший день. Побольше бы таких. Из неприятностей был разве психиатр. Но, если «мультикомпонентная смесь» поможет, то и на фиг всех психиатров. И чихать на привыкание. Лучше наркоманкой быть, чем запуганной дурочкой.

 Когда Лена вернулась на рабочее место, то услышала, что на столе завывает Диана Арбенина.

 «Номер засекречен», - сообщал телефон.

 - Алло! - сказала Лена.

 Сознание замерцало.

 «Нет!» - отчаянно подумала Лена.

 На том конце провода молчали. Словно «секретный» абонент только и дожидался, когда же Лена выключится.

 Лену засасывала темная невидимая воронка. Сил противиться не было.

 «Господи!» - испуганно подумала девушка. Это была ее последняя мысль на пороге темноты.

 Проснулась она так же неожиданно. Рывком. Какие-то мгновения пытаясь сообразить: «Кто я? Где я?»

 Она все еще разговаривала по телефону.

 - Значит, через двадцать минут, у Белорусского вокзала, - говорил какой-то мужчина.

 - Хорошо, - испуганно прошептала Лена.

 - Прекрасно! - Голос был уверенный, с хрипотцой и наглецой. - Договорились, Лена.

 В трубке раздались короткие гудки.

 - Эй, Ленок, кто это был? - спросила Нинка.

 Если бы Лена знала сама…

 - Да так, по работе, - неуверенно сказала она.

 - Что-то непохоже, - засмеялась Ленка. - Роман завела? Колись, подруга…

 - С чего ты взяла? - Лена чувствовала, как пунцовеют ее щеки.

 - Красивый хоть?

 - Ой, да в мужиках красота - не главное.

 - И правильно. Главное, чтобы деньги зарабатывал. Пошли курить?

 - Да сколько можно, Нин? Выходить через две минуты надо…

 - Как же… Понимаю… Завтра на работу. Помни это.

 Лена находилась в смятении. Что за шуточки выкидывает ее подсознание? Неужели гребаное альтер эго кого-то соблазняет? Вот это новости! Или Нинка шутит? Она может...

 Что же это получается? Лена оказывается как Джекил и мистер Хайд… Одна половина рассудка не знает, что делает вторая.

 Хотя Лену не покидало ощущение, что ее альтер эго ведает достаточно. Оно в состоянии «выключить» Лену тогда, когда нужно. Альтер эго по-любому сильнее Лены.

 - Господи! - шептала Лена. - Что же это?

 Может, забить на все? Не ездить к вокзалу? Может, во сне она забрела на какую-нибудь «Дамочку» и познакомилась там? Но с кем? С уродом каким-нибудь?

 Лена открыла статистику. Просмотрела сайты, на которых она была вчера и сегодня. «Дамочек» и «мамб» там не было. Впрочем, туда она могла заходить и из дома.

 Есть ли что-нибудь ужаснее, чем не доверять себе? Ладно. Очень скоро Лена узнает все секреты…

 В метро было людно. К тому же состав долго не подходил. Лена уже начала нервничать. Еще не хватало опаздывать.

 Успокоилась она лишь на эскалаторе «Белорусской». Успокоилась и… внезапно заснула.

Белорусская - Маяковская

 - Надеюсь, ты все поняла…

 Эти слова произносил человек, видеть которого Лене было неприятно. Отвращение было непроизвольным. Человек этот, одетый в грязно-коричневую куртку и джинсы, легко мог причинить Лене какое-либо зло. Его лицо, покрытое мелкой сеткой белесых шрамиков, внушало девушке непонятный, иррациональный ужас. Добавить сюда еще и недобрый, пристальный взгляд. К тому же один из глаз оказался подернут белесой пленкой. Короткая, почти в ноль, стрижка. Хищный, острый профиль.

 Это пробуждение было не самым комфортным. Ее собеседник мог быть преступником, вором, да кем угодно. И о чем, подумать только, можно было разговаривать с этим типом?

 Лена быстро огляделась. Да, она находилась у Белорусского вокзала. На оживленной площади. Спешили куда-то равнодушные прохожие. Грохотали отбойными молотками смуглые азиаты в оранжевых робах.

 - Фокусов не будет? - спрашивал человек. Голос, вроде, как по телефону. Хотя и неточно...

 - Фокусов? - хрипло переспросила Лена.

 - Угу. Впрочем, думаю, ты меня поняла.

 Больше всего на свете Лене хотелось, чтобы этот человек ушел. Господи, неужели это он был тем самым «засекреченным абонентом»?

 - Двигай на «Красногвардейскую», - продолжал человек с бельмом. - Самодеятельность нежелательна. Я буду наблюдать за тобой.

 «Что он хочет? На хрена мне «Красногвардейская»?» - в панике думала Лена.

 - Поспеши. Это в твоих же интересах.

 «Интересно, он понял, что я спала?» - задумалась Лена.

 Наверное, нужно было проверить сумочку. Вдруг что пропало? Кошелек? Мобильный?

 - Давай, - сказал белоглазый. - Удачи!

 «Ага, - подумала Лена. - Разбежалась».

 Незнакомец удалялся тяжелой походкой, опустив руки в карманы. Лена смотрела ему вслед и думала, что поменяет номер мобильного. Может быть, прямо сегодня.

 Надо проверить сумочку. У Лены появилось ощущение, будто та весит больше, чем раньше. Лена расстегнула металлическую застежку. На какое-то мгновение девушка испытала облегчение. Кошелек был на месте. И телефон. И книжка - модный глупый бестселлер в черной обложке. Журнал тоже остался. И вдруг Лена увидела…

 На дне лежал какой-то сверток. Какой-то предмет, завернутый в белую тряпицу. Достаточно тяжелый - килограмма полтора. Повинуясь внезапному наитию, Лена не стала доставать его. Она приоткрыла край ткани. Увидела черно-серебристый, блестящий металл.

 Дыхание вдруг перехватило. Что за хуйня? Лена уже знала, что это. Девушка поспешно ощупывала сверток через тряпку. Рукоятка с квадратной насечкой. Вытянутый плоский ствол. Крючок мушки. Ободок, прикрывающий спусковой крючок. К нему Лена боялась даже прикасаться.

 «Блядь, - подумала она. - Что это? Меня что - в киллерши завербовали, пока я спала?»

 Внезапно Лена ощутила невыносимую усталость. Хотелось забыть обо всем, перестать думать. Лежать в постели. Пить кофе. Смотреть какую-нибудь тупую хрень по ящику.

 Но от нее чего-то ждали. Может, наплевать на все и поехать домой? Или ментам пистолет отдать? А как объяснить - откуда взялся? К тому же вдруг из этого оружия убивали? Очень ведь может быть. А менты только и рады «висяки» свои на кого-нибудь повесить.

 «Надо его выкинуть, - поняла Лена. - Как-нибудь незаметно. Лучше в реку».

 Часы на телефоне показывали десять минут седьмого. Через двадцать минут Лена встречалась с наркокурьером. В принципе, успеть можно было и своим ходом.

 К тому же, погода стояла теплая, летняя. Правда, откуда-то из-за шпиля ближайшей высотки надвигалась иссиня-темная грозовая туча.

Маяковская - Тверская

 Чем дальше уходила Лена от вокзальной площади, тем жутче ей становилось. Человеком она была достаточно робким, способным испугаться любой ерунды. Фильмов ужасов - и то боялась. Страхи ее часто имели надуманный характер.

 Например, она боялась садиться в такси, если за рулем был кавказец. Хотя рассудком понимала, что дурного ей не сделают. Страшно было идти ночью по темной улице. По освещенной, впрочем, тоже. Боязно становилось, и когда шумела в подъезде нетрезвая компания.

 Но эти страхи были гипотетические. Из области возможного. Чаще всего они не сбывались.

 Но теперь, когда в сумочке лежало оружие, ужас покинул зону гипотез. Пробрался в реальность. Одно дело смотреть в кинозале на вооруженной бензопилой придурка, гоняющего молодежь. Ощущать на коже россыпь мурашек. Знать, что подобного в твоей жизни не случится. Но когда гость с бензопилой является в твой дом, обливаешься холодным потом, разумеется, уже иначе.

 Испуганный рассудок предлагал одну версию за другой.

 Вдруг это менты сами подбросили ей оружие? Потом арестуют. Посадят в кошмарную тюрьму. Но почему именно Лене? Чем она могла так заинтересовать стражей порядка?

 Еще это могло быть опытом каких-нибудь жестоких ученых. Однако и такое предположение не выдерживало критики. Среди знакомых девушки не было ученых. Даже вшивых аспирантов, не говоря о кандидатах.

 А, может, это что-то вроде скрытой камеры? Вот сейчас Лена идет по улице. А следом - этак незаметно - движется телеобъектив. Они же сейчас маленькие. Могут быть закреплены, скажем, в пуговице.

 Усилился ветер, и по мостовой застучали капли дождя. Лена ускорила шаг. Дождь становился все мощнее. Зонтик Лена как всегда оставила дома.

 «Ну, почему я такая дура? - размышляла Лена. - Каждый раз впросак попадаю. Вот и сейчас зонтика у меня нет. Ладно, хоть плащ надела…»

 До памятника Маяковскому и станции имени его же оставалось чуть-чуть. Лена резво бежала через площадь. У самого входа оглянулась - не «пасет» ли ее кто-нибудь? Конечно же, заметить слежку не удалось. Конечно, профессионалом Лена не была. Даже любителем. Она понимала, что если кто-то и следит за ней, то делает это максимально незаметно.

 Хотя кое-что могла предпринять и она. Ступив на металлическую дорожку эскалатора, Лена выждала пару секунд. А затем резко шагнула влево и побежала.

 Впрочем, Лена оказалась не единственная «спешащая». По левому краю спускались многие. А у перехода к станции даже образовалось что-то вроде затора. К тому же напирали сзади.

 Скрыться не удалось. Впрочем, стоило попытаться еще раз. Хотя бы на «Пушкинской».

 «Двигай на «Красногвардейскую», - вспомнила Лена слова бельмоглазого. - И без фокусов».

 Миновав эскалатор, Лена оглянулась. Отвратительного типа, испугавшего ее, среди людей не было заметно. Впрочем, это мало, о чем говорило. У него могли быть… сообщники.

 Лена вздрогнула.

 Делать следовало вот что. Сходить к Пушкину. Купить «мультикомпонентную смесь». Потом отправиться домой, включить музыку. И кайфовать, забыв обо всех ужасах. Да, так Лена и поступит.