Костюм Адама для Евы

– Только не на Друкова, – остановил Веня, – там офигенная пробка.

– Нет, я смотрю на карту, она окрашена зеленым, – возразила я, – никаких заторов не вижу. Давно подключилась к автомонитору, это очень удобно!

– Послушай умного опытного водителя, – снисходительно перебил меня Греков. – Вчера я как раз попал на Друкова и застрял на два часа. Там, ближе к кольцевой дороге, открывали очередной торговый центр. Одного не пойму: зачем нам их столько? Устроили, е-мое, праздник – оркестр, парад, люди на ходулях, воздушные шарики. Все супер, а про парковки, как водится, забыли. Народ тачки на проезжей части в три ряда поставил.

– Это было вчера! – напомнила я.

– И сегодня туда соваться не стоит! – сказал Греков. – Ну, пока, я погнал в лабораторию.

Я поставила мобильник в специальный стакан на торпеде, выбралась на перекресток и, не задумываясь, повернула налево, где начиналась улица Друкова. Может, Вениамин и простоял здесь вчера минут пятнадцать, не верю я в двухчасовую пробку, но сегодня магистраль на экране моего сотового окрашена в радующий глаз цвет сочной весенней травы. Сейчас полечу птицей!

Нажав на газ, я стала нахваливать себя. Молодец, Лампа, загрузила в телефон программу, сообщающую о заторах, и теперь не знаю горя. Вокруг никого, только впереди справа тащится «Газель» темно-коричневого цвета. Какая-то она необычная, нелепо раскачивается и ползет со скоростью черепахи. Хорошо хоть, машина не устроилась слева, а то встречаются горе-водители – сидят в ушанках, навалившись на руль всем телом, вытянут шею, пытаясь увидеть край капота, а то, что происходит по бокам, их категорически не волнует, «несутся» со скоростью десять километров в день в крайнем левом ряду и очень недовольны, когда ты им сигналишь. А эта «Газель» расположилась там, где и положено тихоходам. Нет, она определенно очень странная – крыша остроконечная, украшена красно-синим орнаментом, из двери кузова зачем-то свисает длинная веревка, и номера нет. А колеса! Ни разу не видела таких. Они приделаны к длинным палкам и не вертятся.

Я прибавила газу и стала догонять оригинальный мини-грузовичок, а тот вдруг подал левее. Я испугалась, начала тормозить. Но дорога шла под уклон, а справа, словно по приказу злого волшебника, появилось маршрутное такси. В полном ужасе я вжала педаль тормоза в пол, моя «букашка» замерла. А вот «Газель», сзади которой энергично болталось нечто, смахивающее на трос, неожиданно попятилась. Я загудела, но поздно. Большой темный предмет надвинулся почти на лобовое стекло, послышался противный звук, похожий одновременно на скрежет и скрип. Моя малолитражка перекосилась, я плюхнулась грудью на руль и закрыла глаза.

– Тетенька! Эй, тетенька, вам плохо? – закричали сбоку.

Я выпрямилась, увидела за стеклом девочку-подростка лет пятнадцати, осторожно открыла дверцу и высунулась наружу.

– Тетенька, вы живы! – обрадовалась школьница. – Чес слово, это случайно вышло! Маффин дурак, идиот, скотина! Его можно палкой лупить, по морде фигачить, за щеки щипать, все равно по-своему поступит. Я как увидела, что он влево сдает, прям изоралась вся, испинала Маффина, а он назло мне еще и назад попер. Что у Маффи в голове творится, никто не знает. У него вместо мозга тухлый творог. Я папе сказала: «Не хочу с придурком дела иметь». А отец разозлился, речугу толкнул, типа дети обязаны старшим помогать, иначе они дряни жуткие. Я совсем не виновата в том, что с вашей машинкой случилось!

Я постаралась прийти в себя. Так, Лампа, не впадай в истерику, ничего страшного не произошло. Ты жива, девочка тоже чувствует себя прекрасно. За рулем темно-коричневой «Газели» сидит гастарбайтер, он, наверное, из Средней Азии, имечко Маффин не русское. Я сделала глубокий вдох, медленно выдохнула и спросила:

– Тебя как зовут?

– Ира Маркова, – представилась школьница.

– А я Лампа. Маффин не пострадал? – я решила осторожно выяснить обстановку.

– Что ему сделается, уроду среднеазиатскому! – вспыхнула девочка.

Я выкарабкалась из «букашки».

– Ира, на мой взгляд, не очень хорошо так говорить о своем спутнике. Пусть он не очень умен, может, плохо изъясняется на русском языке…

– Кто? – засмеялась Ира. – Маффин? Он ваще ни слова не произносит. Вас правда Лампой родители назвали? И в паспорте так?

– В паспорте Евлампия, – уточнила я, – но давай лучше займемся неприятным происшествием. Попроси Маффина выйти на дорогу, надо вызвать ГАИ.

– Вы чего, не поняли? – заморгала Ирина. – Поглядите направо.

Я повернулась в сторону странной «Газели», краем глаза приметила, что на тротуаре начинает скапливаться народ, и внезапно увидела, что на капоте моей несчастной малолитражки сидит… верблюд.

– Ой, мама! – непроизвольно вскрикнула я. – Это кто?

– Так Маффин же, урод фигов, – пояснила Ирина.

Тут только до меня дошло, что остроконечная крыша машины с красно-синим орнаментом на самом деле горб, украшенный ковриком, веревка, привязанная к кузову, – хвост, а никакого кузова нет и в помине. Почему я не поняла, что странная, медленно передвигающаяся «Газель» на самом деле верблюд? А вы ожидаете увидеть в Москве холодным ветреным днем в самом начале весны «корабль пустыни», который шагает по проезжей части? У нас и лошади-то редкость. Раньше, в моем детстве, в столице России была конная милиция, но я уже давно не встречаю полицейских на лошадях.

– Как он сюда попал? – в полном недоумении спросила я.

Ирина сморщила нос и начала быстро-быстро говорить.

Пока девочка сыпала словами, толпа на тротуаре все росла, люди вытаскивали мобильники и делали снимки. Чисто по-человечески я их понимала, не каждый день встретишь на улице животное, которое с комфортом уселось на автомобильчик. Но как хозяйку маленькой, невинно пострадавшей машинки, меня злило всеобщее внимание. Вдобавок на дороге образовалась пробка, шоферы притормаживали, высовывали из окон руки с телефонами, потом бодро кричали:

– Сейчас прикольную эмэмэску сброшу!

Мне захотелось убежать куда подальше, а вот Иру то, что она оказалась в центре внимания, не смутило, она продолжала тараторить, и меньше чем за пять минут я узнала суть дела.

Отец девочки владеет несколькими пони, которые катают детей. Милая забава, но родители не готовы выкладывать за нее много денег. Последний год Павел Марков не имел никакого дохода, вся прибыль уходила на содержание мини-лошадок. В декабре один из приятелей позвонил Маркову с вопросом:

– Хочешь молодого верблюда из хорошей семьи? Его купил один олигарх для развлечения своей дочки, но сейчас ее отправили учиться за границу. Маффин умный, воспитанный, интеллигентный, просто лорд. Папаша отдаст его даром вместе с запасом корма на год. Бери, пока предлагают. Пони всем надоели, они в Москве почти как собаки стали. А на верблюде ты денег заработаешь.

Нет бы Павлу подумать, что действительно милое животное не станут выставлять из дома. Нет, Марков страшно обрадовался выпавшей удаче. Его даже не смутило то, что богатый человек до кучи дарит грузовик корма для горбатого красавца. Правда стала выясняться постепенно, зато сейчас она известна в полном объеме.

Маффин вредный, обидчивый, противный самец, не собирающийся даже прикидываться приятным. Вернее, на людях он ангел во плоти, безропотно катает малышей, позирует перед фотоаппаратами и с самым разнесчастным видом выпрашивает подачки.

– Бедный верблюдик, ему хочется кушать, – сюсюкают люди, запихивая в бездонную пасть Маффина разные вкусности.

А тот и рад, слопает печенье и скашивает глаза на добрую тетю, словно хочет сказать: «Еще есть?» Но едва Ира берет Маффина под уздцы, чтобы вести домой, как тот превращается в настоящее дьявольское отродье. Девочку верблюд ненавидит всей душой, и она платит ему той же монетой.

Сегодня Павел приказал Ире притащить зловредного Маффина к новому торговому центру, открывшемуся вчера.

– Народ попрет по лавкам, увидят красавца, захотят покататься, – радовался отец.

Дочь попыталась отвертеться от мероприятия, сказала:

– Почему только я с Маффином таскаюсь? Пусть Юрка один раз из-за компьютера вылезет.

– Твоему брату еще не исполнилось четырнадцати лет, он не имеет пока права с ездовым животным один управляться. Не перечь отцу, лентяйка! – разозлился Павел.

Ирина подчинилась, но настроение у девочки упало ниже плинтуса. А у Маффина явно есть задатки экстрасенса – если Ира устала, раздражена или плохо себя чувствует, верблюд выделывает особо гадкие коленца. Вот и сегодня он сначала артачился, затем вроде пошел нормально, только очень медленно, потом резко переместился влево, остановился и попятился назад, пока не сел на капот машины госпожи Романовой.

Глава 8

Главное, ни при каких обстоятельствах не нервничать. Глупое это и пустое занятие. Если неприятность еще не случилась, не следует ее предвкушать, а коли уже состоялась, поздно плакать. Что произошло, то произошло, воплями и истерикой положение не исправишь.

– Все в порядке, – бодро сказала я расстроенной Ирине, – сейчас вызовем ГАИ и быстренько оформим документы. Хочешь шоколадку? У меня в двери карман, там лежат конфеты.

Девочка чуть повеселела и начала рыться в моих продовольственных запасах, а я – вот уж невероятно! – с первого раза дозвонилась до полиции.

– Двенадцатая, слушаю. Что у вас произошло? – спросил женский голос.

– Девушка, пожалуйста, пришлите на улицу Друкова наряд ДПС, – вежливо попросила я.

– В чем причина вызова? – поинтересовалась диспетчер.

– На мою машину сел верблюд, – честно ответила я.

В ухо тут же полетели короткие гудки.

– Скоро приедут? – разворачивая шоколадный батончик, спросила Ира.

Я кивнула и предприняла еще одну попытку позвонить, только на этот раз сказала диспетчеру:

– Столкнулись две машины.

Зная, как плохо в Москве с дорогами, я настроилась на многочасовое ожидание и предусмотрительно сфотографировала безмятежно сидящего на капоте верблюда со всех сторон. Мало ли что взбредет Маффину в голову, возьмет и вскочит, убежит прочь. А так у меня есть свидетельство безумного происшествия. Животному, похоже, нравилось внимание, Маффин застыл изваянием, задрал морду и только медленно моргал, когда мой телефон издавал довольно громкий щелчок.

Едва я завершила фотосессию, как позвонил Веня:

– Лампа, где ты? Хотя можешь не отвечать, я просто уверен, что ты, несмотря на мое здравое предупреждение, поперлась по Друкова.

– Да, – процедила я.

– Ну, теперь удавишься в пробке, – заржал Веня. – Слушай, там такой прикол! К какому-то идиоту на капот сел слон. Народ в Интернет фотки посбрасывал, ухохотаться!

– Может, герой дня верблюд? – мрачно уточнила я.

– Однофигственно, – веселился Греков. – Вот кем надо быть, чтобы не заметить на дороге здоровущую тушу? Некоторым горе-водителям не следует ездить по дорогам даже на пассажирском месте. Лови и любуйся!

Вениамин отсоединился, и мне на телефон незамедлительно прилетела эмэмэска. Я неизвестно зачем открыла ее, обозрела гордую морду Маффина и поняла, что могла бы не суетиться, запечатлевая верблюда. Сейчас уже весь Рунет забит изображениями негодника, уютно устроившегося на капоте моей «букашки».

– ГАИ приехала! – завопила Ира.

Я оторвалась от дисплея и увидела двух пузатых мужиков, которые шагали к месту аварии от бело-синего «Форда». Оба красавца держали в руках мобильники – полицейские не избежали искушения заснять не совсем обычное происшествие.

– Что у нас тут? – спросил один.

– Столкновение с верблюдом, – ответила я, – а то не видно?

– ОСАГО есть? – поинтересовался второй полицейский.

– Все документы в наличии, – заверила я, – сейчас достану.

– А у второго участника ДТП? – продолжал допрос гаишник.

– Вы хотите сказать, что у верблюда тоже должен быть полис обязательного страхования? – уточнила я. – А может, еще и КАСКО? Перестаньте нести чушь и займитесь делом.

– Гражданочка, не мешайте исполнению служебных обязанностей, – сердито остановил меня гаишник. – Твое мнение, Леня?

– Кто под зад дал, тот и виноват, – бойко сказал Леонид. – Ну, если только «стопы» у впереди едущего не работали… Надо проверить, как считаешь, Жень?

– Согласен, – снисходительно кивнул Евгений. – Где шофер транспортного средства? Кто управлял тем, кому ты в задницу въехала?

– Я, – пискнула Ирина, делаясь меньше ростом. – Здрасте, дяденьки.

– И сколько тебе лет? – прищурился Леонид.

– Восемнадцать, – без запинки соврала она. Но потом добавила: – Очень скоро исполнится.

– Бумаги давайте, – велел Евгений.

– Мои вы уже в руках держите, – буркнула я.

– Ваши, пожалуйста, – потребовал Евгений у девочки.

Та растерялась:

– Ничего у меня нету!

– Вождение без прав, – важно кивнул Леонид. – Придется вас задержать до выяснения личности, если не покажете удостоверение, подтверждающее вашу личность.

– Чего? – жалобно пропищала школьница.

– Дай им паспорт, – посоветовала я.

– Он дома, – всхлипнула Ирина.

– Есть какая-нибудь бумажка, где стоят твои имя и фамилия? – спросила я.

Ирина открыла висящую на плече сумку-планшетку, вытащила оттуда блокнот и протянула толстому гаишнику.

– Тетрадь для занятий по математике ученицы одиннадцатого класса Марковой Ирины, – прочитал тот. И прокомментировал: – Без фото и печати недействительна.

Я заморгала. Полицейские изощренно издеваются над нами с девочкой или они на самом деле уникальные дураки?

– Как оформлять-то? – вдруг поинтересовался Леонид.

– Обычно, – пожал плечами Евгений, – два транспортных средства.

– Он живой, – заявил его напарник, показывая пальцем на размеренно сопящего Маффина, – не механический.

– Твоя правда, – задумчиво протянул Евгений. – Значит, одна из сторон не транспортное средство. Наезд на пешехода. Плохо ваше дело, гражданочка.

Я испугалась, но потом взяла себя в руки и решила беседовать с полицейскими, как с первоклашками:

– Уважаемые господа! Маффин – верблюд. Я согласна с вами, что он не является машиной, но ведь и пешеходом его нельзя назвать. Маффин на четырех ногах, а те, кто перебегает дорогу в неположенном месте, имеют обычно две.

Гаишники уставились на верблюда, а тот замер. Кажется, красавчик даже перестал моргать.

– Чего он не шевелится? – удивился Леня.

– Может, помер? – предположил Женя.

– Мертвецы не сидят, – заспорил Леонид, – а лежат.

– Кроме тех, которые висят, – добавил Евгений. – Оформляем наезд на сельскохозяйственное животное. Помнишь, года два назад мотоциклист въехал в корову?