Библия для верующих и неверующих

Потом на колени девицы спустилась птица и снесла шесть золотых яиц, одно железное. Когда Ильматар стало очень жарко и она задвигала коленом, яйца упали в море и разбились.

«Не погибли яйца в тине И куски во влаге моря, Но прекрасно изменились, Превратились все обломки: Из яйца, из нижней части, Вышла мать-земля сырая; Из яйца, из верхней части, Стал высокий свод небесный. Из желтка, из верхней части, Солнце светлое явилось; Из белка, из верхней части, Ясный месяц появился; Из яйца, из пестрой части, Звезды сделались на небе; Из яйца, из темной части, Тучи в воздухе явились».

По корану (священная книга мусульман) вот что говорится о сотворении мира:

«Посмотри, каждую вещь создали мы с известным назначением. И наш приказ — это лишь единственный (акт), подобный одному только миганию ресницы» (сура — глава — 59).

«Истинно, мы создали небо и землю и все, что лежит между ними, в шесть дней, и нас не охватило утомление» (сура 50).

«Он создал небо без видимых столбов и бросил на землю неподвижные горы, чтобы она не колебалась вместе с вами, и распространил на нее все роды животных; и с неба упали воды и произрастили по паре каждого рода» (сура 79).

«Разве вы, люди, можете создать небо, которое он построил?» (сура 79).

«Он построил его крышу и сделал это правильно. И он приказал, чтобы оно было темным ночью, И велел свету исходить от него днем, И после этого простер он землю И приказал из нее выйти водам и травам, И торы он укрепил прочно Для вашего удобства и ваших стад. Это он, исполнивший творение в первый раз. После этого он повторил его, и это ему удалось еще легче» (сура 30).

Наконец, приведем позднейшее украинское сказание, в котором уже сказывается библейский рассказ о сотворении мира:

«Ото як задумав господь сотворить свiт, — рассказывают на Украине, — тай говорит до найстаршего ангела Сатанаила: а що, каже, архангел мiй, ходiм творити свiт. — Да ходiмо, боже, каже Сатанаил. Ото вони пийшли над море, таке темне-темне — сказано: безодня. Ото бог и каже до Сатанаила: бачишь оттую безодню? — Бачу, боже. — Идиже, каже, у тую безодню на самое дно, та дютань мени жменю писку; та гляди — як будешь брати, то скажи про себе: беру тебе, земле, на iмя господне. — Добре, боже. I впернув (нырнул) Сатанаил у самую безодню на самий писок; та-й зазлистно ему стало; ни, каже, боже, приточу я и свое iмя; нехай буде разом и твое, и мое. И бере вин тай каже; беру тебе, земле, на iмя господне и свое. Сказав; прийшлося виносити, а вода ему той писок так и измивает. Той так затискае жменю, але де вже бога ошукати, затим вигулькнув из моря, так того писку як не було — геть вода змила. Не хитри, Сатанаиле, каже господь; иди знову, та не приточуй своего iмя. Пишов знову Сатанаил; примовляе: беру тебе, земле, на iмя господне и свое, — и знову писку не стало. Аж за третим разом сказав уже Сатанаил: беру тебе, земле, на iмя господне, — и ото уже несе тай не стиская жмени, так и несе на долони, щоб то вода змила. Але дарма: як избрав повну руку, то так и вынис до бога. И узяв господь той писок, ходит по мори тай розсивае, а Сатанаил давай облизовати руку: хочь трохи, думае, сховаю для себе, а потом и землю сбудую. А господь розсияв: що, каже, Сатанаиле, нема билыпе писку. — А нема, боже. — То треба благословити, каже господь, тай благословив землю на всю чотири части, и як поблагословив, так тая земля и почала рости. Ото росте земля, а тая що у роти и соби росте; дали так розрослася, що-й губу росперае. Бог и каже; плюнь, Сатанаиле. Той зачав плювати да харкати, и де вин плював — то там виростали гори, а де харкав — там скали».

По другому преданию, от этого произошли болота, пустынные и бесплодные места. «От через що у нас и земля не ривна. Воно ще кажуть, что набито ти скали та гори бог знае доки-б росли, а то Петро да Павло як закляли их, то вони вже-й не ростут. А то вже господь и каже до Сатанаила: теперь, каже, тилько-б посвятити землю, але вехай вона соби рости, а ми видпочиньмо. А добре, боже, каже Сатанаил. И легли спочивати. Господь почивае, а Сатанаил и думае, щоби землю забрати; и ото подняв его та-й бижить (чтобы кинуть в воду), а моря нема; здарився на пивничь — и там не видати. Побивався на все чотири части свiта — нигде нема моря… Бачить вин, що ничого не вдие, несе бога на то саме мисце та-й сам коло него лягае. Полежав трохи та-й будить бога: вставай, боже, землю святити. А бог ему и каже: не журись, Сатанаиле, земля моя свячена, освятив я ий сеи ночи та вся чотири боки».

Целые десятки книг исписаны разными преданиями о сотворении мира. Иному смешно, как думают негры или, скажем, мексиканцы, иные от души посмеются над украинской передачей рассказа о сотворении мира. Но чем еврейский и христианский (оба они одинаковы) рассказ, изложенный в библии, лучше, правдоподобнее?

Древние евреи читали или слышали у вавилонян, будучи у них в плену, рассказы о сотворении мира. Их передавали из уст в уста, пока кто-нибудь не записал их. Теперь эти рассказы считаются «истинными» и верующим евреем, и христианином.

И право же, в рассказах каких-нибудь маори или негров нисколько не меньше святости и правды, чем в библейском полудикарском рассказе о сотворении мира.

Мы нарочно привели эти несколько рассказов. Поставьте их рядом, сравните, выбирайте любой: они все одинаково являются, как говорит основоположник научного социализма Фридрих Энгельс, фантастическим отражением в головах людей окружающего их мира.

Глава седьмая

Первое грехопадение

Прочтите первую и вторую главы библии, и вы увидите, как еврейские боги Элогим-Ягве радовались всему тому, что они создали. Бог каждый день отмечал в своей записной книжке, как хорошо он устроил мир и в первый, и во второй, и во все шесть дней творения. Бог видел все, что он создал, и вот «хорошо весьма» (I, 31). И так как это был всемогущий бог, по слову которого из всех нор вылезали звери, гады, выплывали рыбы, вылетали птицы и вырастали деревья и травы, то читатель библии настраивается сразу на такой лад, что бог, действительно, хорошо все устроил. И вдруг оказывается, что вышло совсем нехорошо. Глава третья начинается с того, что змей «был хитрее всех зверей полевых, которых создал господь бог. И сказал змей жене: «подлинно ли сказал бог: «Не ешьте ни от какого дерева в раю»? И сказала жена змею: «Плоды с деревьев мы можем есть, только плодов дерева, которое среди рая, сказал бог, не ешьте их и не прикасайтесь к ним, чтобы вам не умереть». И сказал змей жене: «Нет, не умрете; но знает бог, что в день, в который вы вкусите их, откроются глаза ваши, и вы будете, как боги, знающие добро и зло» (III, 1–5). Видите, как нехорошо вышло все. Змей оказался хитрее всех зверей. Но кто же его сделал хитрым? Ведь, по библии, все животные и все, что создано на земле, создано богом, значит, особой хитростью змея наградил тот же бог (Элогим), или, вернее, библейские боги.

Во второй главе рассказывается о том, что эти боги насадили сад и сказали человеку: «От всякого дерева в саду ты будешь есть; а от дерева познания добра и зла, не ешь от него; ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь» (II, 16–17). Что же это, в самом деле, за история? Что это за змей, который искушает первую женщину? И, должно быть, еврейские боги создали женщину тоже с таким характером, что она оказалась более податливой на искушения, что змей к ней подкатился. Когда мы начинаем расспрашивать попов об этом самом змее и об истории с первым грехопадением, они объясняют нам, что под змеем надо понимать дьявола, который явился Еве в образе змея. Но ведь ни в первой, ни во второй главе Бытия нет ни слова о дьяволе. Откуда же взялся дьявол, и кто создал этого дьявола, и на кой чорт создан был дьявол? Попы, основываясь на различных местах «священного писания», а вернее сказать, просто-напросто повторяя рассказы о духах-демонах и чертях разных диких и полудиких народов, объяснили дело так, что дьяволы созданы богом, так же как и ангелы. Епископ Макарий, митрополит московский и коломенский[13], составил и напечатал в свое время настольную книгу для попов — «Православно-догматическое богословие». В этом сочинении Макарий сам, конечно, ничего не придумал. Он только повторял то, что до него тысячи лет проповедовали такие же шарлатаны, обманщики, как митрополит Макарий. Митрополит Макарий рассказывает нам басню о том, как бог для своих надобностей создал себе слуг. Этих слуг он назвал ангелами. Попы спорят о том, в который день созданы были ангелы. Одни говорят, что до сотворения неба и земли, другие — что в первый день, а третьи — что после шести дней творения. Попы долго спорили о том, есть ли тело у ангелов. Некоторые из них утверждали, что у ангелов есть тело. Так, Ориген, Мефодий и Феогност[14] считали, что у ангелов есть тело. Какого же пола это тело? Они долго спорили о том, мужского или женского, а потом решили, что ангелы — бесполые (другими словами, обоеполые — гермафродиты). Но большинство христианских священников уже стыдится этого понятия или просто не хочет осрамиться в глазах верующих и изображает в настоящее время ангелов бесплотными. Ангелы разделяются на «чины». Число этих ангелов очень велико. «Представь, — говорит «святой» Кирилл Иерусалимский[15],— как многочисленны народы римские; представь, как многочисленны другие народы грубые, ныне существующие, и сколько их умерло за сто лет; представь, сколько погребено за тысячу лет; представь людей, начиная от Адама и до настоящего дня: велико множество их, но оно еще мало в сравнении с ангелами, которых более. Их девяносто девять овец; а род человеческий есть одна только овца; по обширности места должно судить о многочисленности обитателей. Населяемая нами земля есть как бы некоторая точка, находящаяся в сосредоточии неба. Посему окружающее ее небо столь же больше имеет число обитателей, сколько больше пространства; а небеса небес содержат их необъятное число».

Ангелы, по учению отцов церкви, разделяются по чинам и степеням. Митрополит Макарий говорит, что православная церковь должна придерживаться мнения «святого» Дионисия Ареопагита[16], а именно, что «ангелы разделяются на девять ликов, а сии девять — на три чина. В первом чине находятся те, кои ближе к богу, как-то: престолы, херувимы и серафимы. Во втором чине — власти, господства и силы. В третьем — ангелы, архангелы и начала».

Неужели вас не охватывает просто ужас при мысли о том, что миллионы людей учили таким нелепостям, выдумкам, глупостям? Вы только представьте себе: бог творил их отчасти для своего развлечения, отчасти для того, чтобы иметь посланцев для поручений (ведь у него не было ни телефона, ни телеграфа, ни радио для того, чтобы посылать людям сообщения о своей воле). Ну, хотя бы в прокламации, которую напечатал бы и сбросил с неба, он бы объявлял свою волю, так нет у него там типографии, да и ангелы все неграмотны — ни писать, ни читать, ни печатать не умеют. По еврейскому и христианскому учению, эти ангелы занимаются тем, что всю ночь напролет поют славу богу. Шум от этого, должно быть, там стоит такой страшный, что старый еврейский бог давным-давно оглох и не слышит воплей раввинов и верующих, которые несутся к нему. Магометане тоже населили небо миллиардом ангелов, которые славословят аллаха. Так как на земле государственный строй был такой, что вокруг царя, короля, султана, императора были министры, вельможи и чиновники разных степеней и чинов, то и на небе попы создали небесного царя по тому же самому образцу, как и на земле. Те же чины, те же чиновники, начиная с 1-го до 14-го класса.

Ну, а дьявол откуда же все-таки взялся? Оказывается, по учению православной церкви, бог создал чертей ангелами (хороши ангелы, которые стали чертями!). Создал их добрыми, они сами уже сделались злыми. Можете ли вы себе представить что-нибудь более дикое, чем это учение? Бог всемогущий и всеведущий создает ангелов. Эти ангелы через короткое время перестают слушаться бога, откуда-то проникаются гордостью, и бог сбрасывает их с неба и превращает их в дьяволов, в руки которых он предает человека и при жизни и после смерти. Он дает этому дьяволу огромную силу. Иногда дьявол, сатана берет верх даже над богом. Зло побеждает добро, и человек совершает грех. Откуда же это учение? Да это все древнее учение о борьбе в мире — в природе и в человеческом обществе двух начал — доброго и злого, света и тьмы. Древние религии полны этим. Одни боги у них изображаются добрыми, другие — злыми, одни — ангелами, другие — дьяволами, в одних богах они воплощают силы природы, им благоприятные, в других — враждебные. А церковникам такие сказки очень выгодны, и они создали целое учение о том, как разными колдовствами, молитвами, кадилами, образами, свечами, крестом и другими вещами и знаками можно побороть злую силу и доставить торжество добру. Ведь за это колдовство, специалистами которого они сделались, им платят верующие люди. Ведь с помощью этого колдовства они помогали и помогают эксплуататорам господствовать. Ведь с помощью этого колдовства попы и кулаки боролись и в нашей революции против рабочих и крестьян. Ведь не только православные, но и другие церкви — еврейская, магометанская и др. населили мир всевозможными шайтанами, шейдим (чертями), которые, по учению этих религий, сторожат каждого человека на земле, дожидаются его грешного тела после смерти, чтобы мучить его и терзать в христианском, еврейском, мусульманском аду.

Итак, церковники учат, что дьяволы были созданы сначала в виде ангелов. Когда же случилось их превращение в дьяволов? На этот счет, как ни шарлатанили попы, они не могут ничего сказать, но зато они «точно» знают, как пали злые духи. Все ли разом? Нет, отвечает поп. Сперва пал один главный, а потом увлек за собой и всех прочих. И, конечно, где же было уследить библейскому богу за тем, что он создавал в такой спешке. Ведь такая мудреная штука — в шесть дней создать весь мир и более миллиарда ангелов! Ну конечно, не приметил, как создал такого смутьяна, который потом увлек за собой всех других, не пожелавших подчиниться старому еврейскому богу. Святые отцы много спорили о том, кем же был этот первый падший ангел. Одни из них утверждали, что он был самым совершенным из всех ангелов; другие награждали его чином духа первоверховного, которому в подчинение был отдан целый ряд ангелов; ну, а он этих ангелов и возмутил. И даже о том, каким грехом пали эти ангелы, превратившиеся в бесов, святые отцы имеют точные сведения. Одни из них утверждают, что эти ангелы состояли в неестественных связях с дочерьми человека, и ссылаются при этом на слова библии (VI, 2): «Тогда сыны божии увидели дочерей человеческих, что они красивы, и брали их себе в жены, какую кто избрал». Другие уверяют, что ангелы пали гораздо раньше, еще до появления первого человека, и что грех их — это зависть (а кто же наградил их завистью?). Наконец, третьи уверяют, что первым грехом была гордость (а гордость откуда?). Как долго дьяволы будут оставаться дьяволами, станут ли они еще раз ангелами? На это церковь отвечает, что дьяволы осуждены на вечную каторгу и в то же самое время они вечно исполняют обязанность мучителей человеческих по воле того же всемогущего бога, ибо ведь без воли божьей даже волос с головы человека не упадет.

А теперь вернемся к грехопадению человека. Значит, дьявол, который был создан на земле в виде ангела, забрался, по рассказам поповским, в змея и уговорил Еву вкусить яблочка от дерева познания добра и зла. Заметьте: дьявол не говорит: «бог», а говорит: «вы будете, как боги», знающие добро и зло. Да и во всей книге Бытия, и в первой, и во второй, и во многих других главах, где бог называется словом «элогим», речь идет не об одном боге, а о многих богах, ибо слово «элогим» означает «великие, могущественные боги». Эти великие, могущественные боги запрещают человеку есть определенные плоды. Они боятся, что тогда все остальные люди уподобятся им.

Но, должно быть, первые библейские люди были уже бунтовщиками против своих господ, богов (элогим). «И увидела жена, что дерево хорошо для пищи и что оно приятно для глаз и вожделенно, потому что дает знание; и взяла плодов его и ела; и дала также мужу своему, и он ел. И открылись глаза у них обоих, и узнали они, что наги, и сшили смоковные листья, и сделали себе опоясания» (III, 6–7). Итак, запретный плод был съеден, и ни Адам, ни Ева не умерли. Угроза еврейских богов, элогим, оказалась пустой угрозой, запугиванием. Но и в то же время, как рассказывает библия, «услышали голос господа бога, ходящего в раю во время прохлады дня; и скрылся Адам и жена его от лица господа бога между деревьями рая. И воззвал господь бог к Адаму, и сказал ему: (Адам), где ты? Он сказал: голос твой я услышал в раю и убоялся, потому что я наг, и скрылся. И сказал (бог): кто сказал тебе, что ты наг? Не ел ли ты от дерева, с которого я запретил тебе есть?» (III, 8–11).

Обратите внимание, что библейские боги запрещают семье человеческой питаться плодами определенного дерева. Они придают этому дереву таинственное, чудодейственное значение. Вот точно так и дикари считают очень многие предметы запрещенными, табу[17], потому что первобытные народы думали, что в определенных животных, и в растениях, и в камнях, как и во всех предметах, таятся боги и духи, таятся добрые и злые силы, от которых зависят и жизнь, и смерть, и все существование. Еврейские боги библии мало чем отличаются от этих дикарей: у них тоже есть свое «табу» — запретное дерево. Эти боги насадили сад, в котором работают и который сторожат люди из семейства Адама и Евы. А боги, устроивши этот сад и отдохнувши, спускаются в него и ходят по саду, под тенистыми деревьями, когда жарко (на небе-то, должно быть, нет лесов). Эти боги разговаривают на еврейском языке, и от них Адам и Ева могут даже спрятаться, и всемогущие боги, всевидящие, никак не могут их найти среди деревьев и окликают Адама: «Адам, где ты?» Совершенно непонятно, для чего всеведущий бог расспрашивает Адама, когда он, по учению попов, все должен знать наперед. Верующие люди говорят: «А это для того, чтобы испытать Адама». Хорошо, зачем же ему испытывать Адама, когда он наперед должен знать, если он всеведущий, что скажет Адам?

Адам, конечно, ссылается в рассказе на жену: «Это жена, которую ты мне дал, она дала мне от дерева, и я ел». В сущности говоря, Адам совершенно прав. Если бы все было, как по библии, если бы действительно бог создал Еву, то, конечно, вся ответственность за то, какова эта Ева, ложится на этого бога. Если бы еще бог этот дал Еву маленьким ребенком Адаму на воспитание, а он бы ее воспитал дурной, — ну, тогда с него можно спрашивать; а то ведь он с ней прожил-то всего несколько дней, да и то в полном неведении, потому что не вкушал еще от дерева познания добра и зла.

Еврейский бог приступает к допросу Евы: «И сказал господь бог жене: что ты это сделала? Жена сказала: змей обольстил меня, и я ела». Ева тоже права, потому что, действительно, способность обольщать создал ведь не кто иной, как тот же бог, который все создал, по библии. Услышав вполне разумный ответ Евы, который должен был бы устыдить Элогима (если бы он просто был порядочным существом), ибо ведь это он послал провокатора-змея, этот бог начинает ругаться и проклинать им же самим сотворенное: «И сказал господь бог змею: за то, что ты сделал это, проклят ты пред всеми скотами и пред всеми зверями полевыми; ты будешь ходить на чреве твоем, и будешь есть прах во все дни жизни твоей» (III, 14). Вот оно — страшное проклятие Элогима. На самом деле, когда мы обратимся к изучению животного царства, то мы увидим, что змей вовсе не так уж проклят и обижен природой, что он проворнее, ловчее, сильнее многих других животных, очень приспособлен к окружающей обстановке и вовсе он не проклят перед ними. Просто смешно читать, как разгневанный дикарь Элогим обещает змею, что тот будет питаться прахом (т. е. землей) во все дни жизни. На самом деле змей вовсе не питается прахом, и всякий знает, что он ест лягушек, мышей и других животных, а крупные тропические змеи могут проглотить даже теленка; выходит, что змей просто не послушался этого еврейского бога. А жене еврейский бог сказал: «Умножая умножу скорбь твою в беременности твоей; в болезни будешь рожать детей; и к мужу твоему влечение твое, и он будет господствовать над тобою» (III, 16). Подумайте только, особенно вы, женщины: когда вы рожаете ребенка, когда совершается рождение нового человека и вы обливаетесь кровью и страдаете, то, согласно этой религиозной дикарской сказке, это не от того происходит, что тело ваше устроено недостаточно совершенно, чтобы рожать без мук, а, по учению «святой церкви, оттого, что в незапамятные времена какая-то дикая женщина из племени Адама, которую звали Евой, скушала яблочко! Что сказали бы вы о человеке, который, насадивши сад, проклял бы все будущие поколения за то только, что какой-нибудь мальчик уворовал бы у него запретное яблоко из сада? Вы назвали бы его жестоким, диким, сумасшедшим, а вот еврейский бог (он же и христианский) проклинает еще более страшным проклятием род человеческий за одно яблочко. Попы пользуются этим рассказом не для того, чтобы показать жестокость бога, а для того, чтобы внушить выгодную для эксплуататоров всех времен мысль о том, что все страдания человеческие — от «первородного греха», оттого что Адам и Ева скушали яблочко. Попы пользуются этой сказкой для внушения трудящимся, что страдания, на которые они обречены в обществе, где господствуют эксплуататоры — капиталисты и помещики, есть наказание божье за это самое яблочко, которое несуществовавшая Ева съела в несуществующем раю. Этому верят еще миллионы людей в разных странах, обманутые попами, и это мешает людям избавиться от страданий, от господства капитала.

Неужели же не стыдно верить в это? Посмотрите на весь мир животных. Разве животные, разве корова, например, не мучается, когда рожает теленка, разве не умирают часто животные во время родов? Что же в библии ничего не рассказано о грехопадении коровы? И чем же согрешила корова, что и она должна рожать в муках? Обратитесь к науке, и вы увидите, как бессмысленна эта сказка о причинах страдания при рождении нового существа. Вы узнаете, что в устройстве тела существует очень много нецелесообразного, и страдания человека происходят от несовершенства устройства его тела и оттого, что люди все еще живут нездоровой, ненормальной жизнью, а в классовом обществе бесчеловечная эксплуатация создает особенно тяжелые условия жизни трудящихся. Но оказывается, что вовсе не обязательно, чтобы женщины в муках рожали детей. Успехи науки сделали возможными массовые обезболивания родов в Стране Советов. Советские ученые отменили старое «проклятие божье».

Библейский бог не довольствуется проклятием женщин и змея, он весь род человеческий проклинает и даже всю землю. «Адаму же сказал: за то, что ты послушал голоса жены твоей и ел от дерева, о котором я заповедал тебе, сказав: «не ешь от него», — проклята земля за тебя; со скорбью будешь питаться от нее во все дни жизни твоей. Тернии и волчцы произрастит она тебе; и будешь питаться полевою травою. В поте лица твоего будешь есть хлеб, доколе не возвратишься в землю, из которой ты взят; ибо прах ты и в прах возвратишься» (III, 17–19). Когда ребенок ушибется обо что-нибудь, он считает ударивший его предмет виноватым, он иногда бьет стол и стену, о которую ударился, приговаривая: «Вот тебе». Дикарь мало чем отличается от этого ребенка. Если его ударит упавший камень, он считает этот камень живым, он либо молится этому камню, просит его не причинять ему больше зла, либо проклинает этот камень, бьет его. Еврейский бог мало чем отличается от этого дикаря. Он проклинает землю, которая ведь ему ничего не сделала, которую он сам будто бы сотворил, по рассказам библии. И, несмотря на эти явные несообразности, библия является прекрасным орудием для попов и для эксплуататорских классов, чтобы доказать трудящимся, что только в поте лица они должны есть хлеб свой, т. е. только кровавым, тяжелым трудом добывать его. В удел этим трудящимся — тернии и волчцы, т. е. сорные травы и полевые травы, и это на всю жизнь. Но почему же богатые люди, господа помещики и капиталисты всех стран, никогда не едят ни терний, ни волчцов, ни полевой травы, а едят то, что им вздумается, и лучшее из того, что есть на земле? Почему они никогда в поте лица не добывают хлеб свой? Или еврейский бог проклял только трудящиеся массы, и проклятие его на господ не распространяется?

Все эти библейские «проклятия божьи», все те муки и страдания, на которые, по учению попов, бог обрекает человека, не имеют силы в СССР — стране победившего социализма. В СССР нет безработицы, нищеты и страданий масс. Труд, который, по библии, проклят был богом, труд в нашей стране является делом чести и славы.

В довершение господь превратился в портного: «и сделал господь бог Адаму и жене его одежды кожаные, и одел их» (III, 21) (Мастер на все руки!). Первый портной шьет кожаные одежды. В раю таким образом открылась первая портновская мастерская с такой вывеской: «Ягве-Элогим и компания. Шьем кожаную одежду». Приодевши их, этот портной сказал: «Вот, Адам стал, как один из нас, зная добро и зло; и теперь как бы не простер он руки своей и не взял также от дерева жизни, и не вкусил, и не стал жить вечно». И выслал его господь бог из сада Едемского, чтобы возделывать землю, из которой он взят. И изгнал Адама и поставил на востоке у сада Едемского херувима и пламенный меч обращающийся, чтобы охранять путь к дереву жизни» (III, 22–24). Другими словами, Адам и Ева были сосланы в места не столь отдаленные, приговоренные к вечным каторжным работам, а у входа в имение еврейских богов Ягве-Элогим и компания был поставлен небесный городовой с пламенной саблей, который запрещал всем вход. Но так как они уже перестали быть рабами Элогима, то, как вольноотпущенники, получили одежду.

Вспомните, что рай, по библии, был устроен на земле, и даже место этого рая указано, и даже реки, протекавшие по этому раю, обозначены, и эти реки сейчас существуют — эти реки в Азии и Африке. Все эти местности были хорошо исследованы, нет клочка, где бы не побывала нога человека; и сейчас именно на этом самом месте живут люди, и вовсе там нет никакого рая.

Но в капиталистических государствах дерево жизни и дерево познания, т. е. блага жизни и науки, превращены в частную собственность эксплуататорских классов, и попы всех вер являются теми городовыми, которые преграждали и преграждают доступ трудящимся к этим благам. Религия была и остается огромным препятствием к тому, чтобы создать на земле действительный рай. И не только еврейские боги, но все боги, все «Элогимы», все господа боятся того, чтобы знания, наука не стали достоянием народных масс, ибо тогда не будет места поповскому и капиталистическому обману.

Неужели же только для оправдания господства над массами был придуман этот рассказ? Конечно нет. Известный социалист Лафарг[18] дает следующее остроумное объяснение происхождения этих легенд об Адаме и Еве. Он объясняет, что в далекие времена было так: одни, более могучие, племена покорили себе более слабые. Более сильное племя было племя «Элогим». Эти «Элогим» считались предками. В свое время их просто почитали как предков. Воздавали им такие же почести, приносили им такие же жертвы, какие приносят все дикие и полудикие народы своим умершим предкам. Но с течением времени наделили этих предков особыми свойствами, присочинили много об их могуществе и, как у всех дикарей, сделали их не только родоначальниками человечества, но и творцами мира. Ведь и другие племена, не только еврейские, считают многих своих богов своими предками. И вот, племя «Элогим» держало в своем подчинении другое племя, которое называлось «Адам». «Элогим» запретили этому племени есть плоды некоторых деревьев, которые они считали для этого племени запретными, «табу», а могли есть только сами. Сами они ходили в одежде, а племя «Адам» ходило голым, как это и было в старину, что рабы и рабыни были голые, когда их господа были одеты. А когда рабы Адам и Ева скушали запретные плоды, эти рабовладельцы «Элогим» стали бояться, как бы они не вышли из-под их власти, как бы они не стали, как один из этих «Элогим». Что касается борьбы со змеем, то вся история первобытных народов полна рассказами о змее, о драконе, как одном из божеств, борющемся с другими божествами. Многие народы считали змея своим предком. Они воздвигали ему храмы и молились ему так же, как и другим богам, которых тоже считали предками рода человеческого. Иногда какой-нибудь народ назывался именем змея. Это было родовое имя. И Лафарг думает, что племя из рода «Змей» и подговорило племя «Адам» восстать против племени «Элогим». Отсюда и обещание «Элогима» посеять вражду между этими двумя племенами (Поль Лафарг — «Миф об Адаме и Еве»).

И даже слова, касающиеся отношений между женщиной и мужчиной, объясняются условиями жизни первобытных народов. Во второй главе, стих 24, говорится: «Человек оставит отца своего и мать свою и прилепится к жене своей». А в стихе 16, глава III, говорится совершенно другое: Элогим объявляет женщине, что отныне воля ее будет подчинена воле ее мужа и что он будет господином ее. Что это значит? Это значит, что было такое время, когда не мужчина брал себе жену и подчинял ее себе, а женщина брала себе мужа, оставаясь в семье своей матери. Было время, когда на земле был материнский семейный строй (матриархат), когда во главе семьи стояла женщина; а впоследствии, в результате изменений хозяйственных условий жизни, способов добывания средств к жизни, во главе семьи стал мужчина. Муж стал брать себе жену и господствовать над нею. И тогда женщины, подобные библейской Руфи, говорили: «Куда ты пойдешь, туда и я пойду, и где ты жить будешь, там и я буду жить, народ твой будет моим народом, и твой бог — моим богом».

Во всем этом ровно ничего «святого» нет, а есть далекие-далекие воспоминания, запутанные позднейшими составителями этих воспоминаний о дикарских временах.

Глава восьмая

Ноев потоп

Лет 70 тому назад на левом берегу реки Тигра немецкий ученый Рич открыл под песком и землею похороненный древний город Ассирии, упоминаемый в библии, Ниневию[19]. Этот город раскопали, и раскрыли огромные дворцы ассирийских царей, сады, улицы, каменные дома и храмы, покрытые старинными надписями и изображениями героев и богов. И то, что было скрыто землею в течение многих веков, вновь открылось перед взором человеческим. Замечательнее всего были открытые там огромные царские библиотеки. Книги в них были не бумажные, а кирпичные: на кирпичных плитках вдавлены непонятные письмена. Долго не могли прочесть эти книги, но потом понемногу разобрали. И вот среди этих книг на разломанных плитках нашлись и записи старинного ассирийского сказания о потопе. Эти надписи были сделаны за много столетий до того времени, как, по рассказам библии, жил сказочный герой Моисей. Так как ассирийское царство одно время (около 2650 лет тому назад) завоевало еврейское царство, то евреи переняли вместе с многими обычаями ассириян и их религиозные верования. Многие свои религиозные верования, вошедшие и в библию, евреи переняли также у вавилонян, под власть которых они тогда подпали. Так, например, рассказ о Мардохее и Эсфири есть, несомненно, отголосок вавилонских рассказов о Мардуке и Иштар. А вместе с тем они переняли у ассириян и вавилонян и рассказ о всемирном потопе. Эти рассказы еврейскими позднейшими писателями переделывались и переписывались, разные списки потом были соединены вместе и образовали рассказ библии «о ноевом потопе», в котором, как мы дальше увидим, на самом деле имеются два рассказа, составленные разными лицами и даже разными племенами. Что же рассказывает ассирийский рассказ «о потопе»?

Содержание этого сказания в основном следующее.

Развращение среди людей достигло крайней степени. Тщетно для их вразумления и предостережения боги насылали одно за другим различные бедствия: лихорадку, засуху, неурожай, бесплодие и голод, — ничто не помогало. Тогда они решили поразить землю и уничтожить грешное человечество потопом.

В это время в вавилонском городе Шуриппаке царем был некий Ут-Напиштим, по прозванию «Хасисатра», т. е. «Премудрый». Бог мудрости и водной стихии — Эа, узнав о плане богов и желая спасти своего любимца-царя, явился однажды ему и сказал: «Человек Шуриппака, разрушь свой дом, выстрой судно, оставь богатства, думай о жизни, — ненавидь богатства ради жизни, погрузи семена всей жизни во внутренность судна». Затем Эа указал Ут-Напиштиму размеры судна и научил его, как отвечать на возможные недоуменные вопросы со стороны жителей города относительно построения им корабля.

Ут-Напиштим последовал совету божества: в несколько дней он выстроил огромное судно, обшил его, обмазал смолою, разгородил внутри на ряд отделений, приделал руль, поставил мачту и затем погрузил в него все свое движимое имущество, семью, родственников, «все семя жизни… скот полевой и зверей полевых».

Вечером в назначенный день хлынул страшный ливень; царь вошел внутрь судна и захлопнул двери. С раннего утра вовсю разыгралась сильнейшая буря: на небо вползла огромная черная туча, из средины ее гремел бог бури Адад, другие боги и небесные духи свирепствовали вместе с ним, гром потрясал небо, молнии освещали землю. Весь мир окутался мраком, брат не видел брата, люди не узнавали друг друга. Сами боги испугались потопа и в страхе укрылись на высшее небо, к верховному божеству Ану. Богиня Иштар горько плакала по гибнущему роду человеческому и жалела, что согласилась на потоп.

Шесть дней и шесть ночей бушевала буря, и воды заливали землю; лишь с утра седьмого дня наводнение стало спадать, и потоп прекратился. Землю покрывало необозримое море воды, «все человечество стало грязью, выше кровель легло болото». Ут-Напиштим открыл окно, взглянул на мир и заплакал. Судно остановилось на горе Низир и шесть дней не могло тронуться с места. На седьмой день Ут-Напиштим выпустил голубя, но голубь не нашел сухого места и возвратился обратно. То же затем случилось и с ласточкой. На третий раз был выпущен ворон; ворон увидел спад воды, стал питаться трупами и не вернулся.

Тогда Ут-Напиштим вышел из судна и совершил благодарственное жертвоприношение богам. «Боги почуяли запах (жертв), боги почуяли добрый запах, боги слетелись, как мухи, над приносящим жертву». Богиня Иштар в вечное воспоминание о страшном бедствии распростерла по небу свое ожерелье из ляпис-лазури, радугу, и гневно сетовала из-за гибели людей по адресу главного вдохновителя потопа — бога Бела. Бел при виде спасшихся Ут-Напиштима и его близких рассвирепел на богов, выдавших тайну его планов. Премудрый Эа указал ему крайнюю суровость наказания людей, среди которых погибла масса невинных, и советовал лучше применить бы хищных зверей, или голод, или чуму, а только не потоп. Бел смягчился, поднялся на судно, благословил спасшихся и поселил их «у устья рек» — в раю.

А теперь перейдем к библейскому сказанию о «ноевом потопе». Как мы уже раньше объясняли, в библии существует смесь разных рассказов: одни рассказы, составленные евреями, веровавшими в богов «Элогим» (элогистские рассказы), а другие — евреями, веровавшими в бога «Ягву» или «Ягве» (ягвистские рассказы). Мы опускаем здесь в библии главы IV и V, к которым мы еще вернемся скоро. Когда мы приступаем к главе VI, то вдруг узнаем, что, «когда люди начали умножаться на земле и родились у них дочери, тогда сыны божии увидели дочерей человеческих, что они красивы, и брали себе их в жены, какую кто избрал». Для нас ничего удивительного нет в этом рассказе о сыновьях божьих, которые женятся на дочерях человеческих. Почти все народы придумали такие рассказы о сыновьях божьих. Очень многие люди возводились в божественный сан, их происхождение считалось божественным. Цари, например, так те прямо приказывали, чтоб им сочиняли родословную, из которой было бы видно, что они происходят от богов. Такие родословные сочинили по адресу Александра Македонского, императора Августа, Чингизхана[20] и других. Китайские императоры назывались сынами неба, а японский микадо — сыном восходящего солнца (да ведь и о Николае II попы учили, что он — «божий помазанник»). Что же удивительного, что евреи, которые ничем не отличались в свое время от других диких и полудиких народов, сочинили такой же рассказ о сыновьях божьих, которые женились на дочерях человеческих?

В главе VI, стих 4, заключается новый рассказ — об исполинах: «В то время, — рассказывает библия, — были на земле исполины, особенно же с того времени, как сыны божии стали ходить к дочерям человеческим, и они стали рождать им. Это сильные, издревле славные люди». Библейские сыновья божьи — не больше не меньше, по-видимому, как сказочные герои или духи, которых евреи считали своими родоначальниками, издревле сильными и славными людьми. Конечно, с течением времени они стали придавать им и особые свойства, считать их исполинами. Ведь почти у всех народов сложились такие рассказы об исполинах и великанах. Между тем нигде в земной коре, среди остатков прежних времен, и следов таких великанов нет, о которых рассказывает библия.

Казалось бы, все происходило на земле довольно хорошо, настолько хорошо, что даже сыновья божии женились на дочерях человеческих. И вдруг мы читаем (глава VI, ст. 5–7): «И увидел господь (бог), что велико развращение человеков на земле и что все мысли и помышления сердца их были зло во всякое время; и раскаялся господь, что создал человека на земле, и восскорбел в сердце своем. И сказал господь: истреблю с лица земли человеков, которых я сотворил, от человека до скотов и гадов и птиц небесных, истреблю; ибо я раскаялся, что создал их». И дальше, стих 11–12: «Но земля растлилась перед лицом божиим, и наполнилась земля злодеяниями. И воззрел господь бог на землю, и вот, она растленна: ибо всякая плоть извратила путь свой на земле». Каждый верующий вправе спросить: кто же эту землю-то растлил? Кто развратил людей? Уж не те ли сыновья божьи, которые сходили к дочерям человеческим? И еще каждый вправе спросить: если бы даже согрешили люди, с которыми бог все-таки разговаривал, то почему же было нужно истребить всех животных и птиц небесных? Чем, например, согрешила ворона или воробей чем согрешил перед богом? И какой это путь-то им был предписан, который они извратили? Конечно, таких вопросов можно задать очень много, и ни один поп никогда сколько-нибудь внятно на них не ответит, кроме того, что скажет, что на то «воля божия», что «пути господни неисповедимы». Но ведь рабочие и крестьяне не могут удовлетвориться такими пустяковыми ответами.

Затем в библии идет маленькая родословная Ноя, в которой сказано буквально следующее: «Вот житие Ноя: Ной был человек праведный и непорочный в роде своем; Ной ходил перед богом. Ной родил трех сынов: Сима, Хама и Иафета» (VI, 9–10). Вот и все жизнеописание. Библия рассказывает, что бог потопил всех людей на земле, оставил только Ноя и трех его сыновей, и каждый верующий мог бы ожидать, что ему расскажут о каких-нибудь особенных заслугах Ноя, а все-то его заслуги заключаются в том, что он «ходил перед богом». Как это он ходил перед богом, передом или задом, направо или налево, об этом библия не рассказывает. Приходится ограничиться только голословным заявлением библейского писателя, что Ной был человек праведный и непорочный, а о трех сыновьях, которые были спасены от потопа, о них ровно ничего не говорится, даже неизвестно, «ходили» ли они перед богом. А дальше уже идет рассказ о потопе. Если вы выделите, как это сделали исследователи библии, в главе VI стихи 13–22, в VII — от 6 до 9, затем во II стих 13–15 до половины 16, затем от 13 до 21 и 24 стих, а в VIII стихи 1 и половину 2; половину стиха 3 до 5, затем от 13 до 19, в главе IX стихи от 1 до 17, то вы получите один рассказ; остальные части главы VI со стиха 5 до конца и главы VII и VIII относятся ко второму рассказу. Чтобы было более ясно, оба рассказа здесь приведены отдельно, причем вместо слов «бог» в соответственных местах вставлены слова «Элогим» и «Ягве».

Элогистское сказание о потопе гласит:

«И сказал Элогим Ною: конец всякой плоти пришел пред лице мое; ибо земля наполнилась от них злодеяниями; и вот я истреблю их с земли. Сделай себе ковчег из дерева гофер; отделения сделай в ковчеге и осмоли его смолою внутри и снаружи. И сделай его так: длина ковчега триста локтей; широта его пятьдесят локтей, а высота его тридцать локтей. И сделай отверстие в ковчеге, и в локоть сведи его вверху, и дверь в ковчег сделай с боку его; устрой в нем нижнее, второе и третье (жилье).

И вот я наведу на землю потоп водный, чтоб истребить всякую плоть, в которой есть дух жизни, под небесами; все, что есть на земле, лишится жизни. Но с тобою я поставлю завет мой, и войдешь в ковчег ты, и сыновья твои, и жена твоя, и жены сынов твоих с тобою.

Введи также в ковчег (из всякого скота, и из всех гадов, и) из всех животных, и от всякой плоти по паре, чтобы остались в живых (с тобою, мужского пола и женского пусть они будут). Из (всех) птиц по роду их, и из (всех) скотов по роду их, и из всех пресмыкающихся по земле по роду их, из всех по паре войдут к тебе, чтобы остались в живых (с тобою, мужского пола и женского). Ты же возьми себе всякой пищи, какою питаются, и собери к себе; и будет она для тебя и для них пищею. И сделал Ной все; как повелел ему Элогим, так он и сделал…

Ной же был шестисот лет, как потоп водный пришел на землю. И вошел Ной, и сыновья его, и жена его, и жены сынов его с ним в ковчег от вод потопа. И (из птиц чистых и из птиц нечистых, и) из скотов чистых и из скотов нечистых (и из зверей), и из всех пресмыкающихся по земле по паре, мужского пола и женского, вошли к Ною в ковчег, как Элогим повелел Ною.

В шестисотый год жизни Ноевой, во второй месяц, в семнадцатый день месяца, в сей день разверзлись все источники великой бездны, и окна небесные отворились…

В сей самый день вошел в ковчег Ной, и Сим, Хам и Иафет, сыновья Ноевы, и жена Ноева, и три жены сынов его с ним…

И вошли к Ною в ковчег по паре (мужского пола и женского) от всякой плоти, в которой есть дух жизни; и вошедшие к Ною в ковчег мужской и женский пол всякой плоти вошли, как повелел ему Элогим…

Вода же усиливалась и весьма умножалась на земле; и ковчег плавал по поверхности вод. И усилилась вода на земле чрезвычайно, так что покрылись все высокие горы, какие есть под всем небом; на пятнадцать локтей поднялась над ними вода, и покрылись (все высокие) горы…

Вода же усиливалась на земле сто пятьдесят дней.

И вспомнил Элогим о Ное, и о всех зверях, и о всех скотах (и о всех птицах, и о всех гадах пресмыкающихся), бывших с ним в ковчеге; и навел Элогим ветер на землю, и воды остановились. И закрылись источники бездны и окна небесные…

И стала убывать вода по окончании ста пятидесяти дней. И остановился ковчег в седьмом месяце, в семнадцатый день месяца, на горах Араратских. Вода постоянно убывала до десятого месяца; в первый день десятого месяца показались верхи гор…

Шестьсот первого года (жизни Ноевой) к первому (дню) первого месяца иссякла вода на земле; и открыл Ной кровлю ковчега и посмотрел, и вот — обсохла поверхность земли. И во втором месяце, к двадцать седьмому дню месяца земля высохла. И сказал Элогим Ною: выйди из ковчега ты и жена твоя, и сыновья твои, и жены сынов твоих с тобою; выведи из ковчега всех животных, которые с тобою, от всякой плоти, из птиц, и скотов, и всех гадов, пресмыкающихся по земле, пусть разойдутся они по земле и пусть плодятся и размножаются на земле. И вышел Ной, и сыновья его, и жена его, и жены сынов его с ним; все звери, и (весь скот, и) все гады, и все птицы, все движущееся по земле, по родам своим, вышли из ковчега».

Таков один библейский рассказ о потопе.

Те же части, которые вошли в библию из другого ягвистского сказания о потопе, таковы:

«И увидел Ягве, что велико развращение человека на земле, и что все мысли и помышления сердца их были зло во всякое время; и раскаялся Ягве, что создал человека на земле, и восскорбел в сердце своем. И сказал Ягве: истреблю с лица земли человеков, которых я сотворил, от человека до скотов и гадов и птиц небесных истреблю; ибо я раскаялся, что создал их. Ной же обрел благодать пред очами Ягве. Вот житие Ноя: Ной был человек праведный и непорочный в роде своем; Ной ходил пред Ягве, Ной родил трех сыновей: Сима, Хама и Иафета. Но земля растлилась пред лицом Ягве и наполнилась земля злодеяниями. И воззрел Ягве на землю; и вот она растленна: ибо всякая плоть извратила путь свой на земле.

И сказал Ягве Ною: войди ты и все семейство твое в ковчег, ибо тебя увидел я праведным предо мною в роде сем. И всякого скота чистого возьми по семи, мужского пола и женского. Также и из птиц небесных (чистых) по семи, мужского пола и женского; (и из всех птиц нечистых по две мужского пола и женского), чтобы сохранить племя для всей земли. Ибо через семь дней я буду изливать дождь на землю сорок дней и сорок ночей; и истреблю все существующее, что я создал, с лица земли…

Чрез семь дней воды потопа пришли на землю…

И лился на землю дождь сорок дней и сорок ночей…

Они, и все звери (земли) по роду их, и всякий скот по роду его, и все гады, пресмыкающиеся по земле, по роду их, и все летающие по роду их, все птицы, все крылатые (вошли к Ною в ковчег)… и затворил Ягве за ними (ковчег). И продолжалось на земле наводнение сорок дней (и сорок ночей), и умножилась вода, и подняла ковчег, и он возвысился над землею…

И лишилась жизни всякая плоть, движущаяся по земле, и птицы, и скоты, и звери, и все гады, ползающие по земле, и все люди; все, что имело дыхание духа жизни в ноздрях своих на суше, умерло. Истребилось всякое существо, которое было на поверхности (всей) земли: от человека до скота, и гадов, и птиц небесных — все истребилось с земли: остался только Ной и что было с ним в ковчеге.

И перестал дождь с неба… По прошествии сорока дней Ной открыл сделанное им окно ковчега и выпустил ворона (чтобы видеть, убыла ли вода с земли), который, вылетев, отлетал и прилетал, пока осушилась земля от воды. Потом выпустил от себя голубя, чтобы видеть, сошла ли вода с лица земли. Но голубь не нашел места покоя для ног своих и возвратился к нему в ковчег; ибо вода была еще на поверхности всей земли; и он простер руку свою, и взял его, и принял к себе в ковчег. И помедлил еще семь дней других; и опять выпустил голубя из ковчега. Голубь возвратился к нему в вечернее время, и вот свежий масличный лист во рту у него; и Ной узнал, что вода сошла с земли. Он помедлил еще семь дней других и (опять) выпустил голубя, но он уже не возвратился к нему…

И устроил Ной жертвенник Ягве; и взял из всякого скота чистого и из всех птиц чистых и принес во всесожжение на жертвеннике. И обонял Ягве приятное благоухание, и сказал Ягве в сердце своем: не буду больше проклинать землю за человека, потому что помышление сердца человеческого — зло от юности его; и не буду больше поражать всего живущего, как я сделал.

Впредь во все дни земли сеяние и жатва, холод и зной, лето и зима, день и ночь не прекратятся».

Оба эти рассказа библии о потопе, как видит читатель, неодинаковы.

Прежде всего в еврейском подлиннике оба эти рассказа легко отличаются тем, что в одном рассказе везде бог называется «Элогим», во втором называется «Ягве». В первом рассказе бог велит взять по паре мужского пола и женского от всякой твари, в которой есть дух жизни, а во втором рассказе говорится: «от всякого скота чистого возьми по семь пар мужского и женского, а из скота нечистого по две, так же птиц». В первом рассказе говорится о том, что дождь лил 150 дней, а во втором — 40 дней. По первому сказанию, вода убывала 51/₂ месяцев, а по второму — 21 день. По первому сказанию, потоп происходил от тех вод, которые над твердью небесной, т. е. от первобытного моря, оттого что раскрылся океан небесный; во втором рассказе — просто от дождя. Если мы теперь попробуем сравнить оба рассказа с приведенным нами вначале ассирийским рассказом о потопе, то увидим, что большая часть библейского рассказа просто-напросто заимствована из написанного гораздо раньше ассирийского рассказа.

А теперь представим себе только картину этого потопа, как она изображена в библии. Приходит бог к праотцу Ною и объявляет ему, что через 7 дней начинается потоп. За эти семь дней Ной с сыновьями должен был сделать такую работу: построить ковчег — корабль, который мог бы вместить по семи пар чистых и по одной паре нечистых животных и птиц и других животных, да продовольствие заготовить на все время, каждому такого рода, к какому он привык, да собрать всех этих животных со всего земного шара. Не знаем, хороший ли был плотник Ной. Но если принять на веру библейский рассказ о размерах ковчега, то теперь строят морские корабли намного побольше этого ковчега, весь-то этот ковчег во всяком случае по размерам поменьше бывшего Зимнего дворца в Ленинграде. Радио у Ноя не было, телеграфа — тоже, а надо было объявить и полярным медведям, и полярной сове, и песцу, и белой куропатке, и другим полярным зверям, и тропическим, чтобы они явились для отправки в путешествие в ноевом ковчеге, потому что в ноев-то ковчег пускали только по плацкартам, а то в такой суматохе без плацкарт-то набилось бы, конечно, не по одной паре и не по 7 пар. И вот представьте себе: в 7 дней приползли, прилетели, прибежали, прискакали звери и птицы, гады и насекомые отовсюду, со всех концов земного шара; ведь библия рассказывает о всемирном потопе, и если какая парочка не попала на ноев ковчег, то она должна была погибнуть, так как библия утверждает, что все остальные погибли. Как они туда влезли, в этот ноев ковчег, это трудно сказать — должно быть, пищали да лезли, потому что иные животные были таких громадных размеров, что ни в какие «ноевы ворота» не влезли бы. Потом для этих животных надо было почти на целые 5 месяцев заготовить продовольствие. Не знаем, кто был наркомпродом в ноевом ковчеге и по какой норме выдавали зверям. Но даже если бы им выдавали и по маленькой норме, то и тогда для всех этих животных нужно было бы приготовить такое громадное количество продовольствия, что никакой ноев ковчег, хотя бы у него были две-три баржи прицеплены, не поместил бы его. Ведь животных, и птиц, и пресмыкающихся имеется несколько тысяч видов. Библия рассказывает, что пищу надо было взять такую, какою питаются звери, — значит, для волков надо было запасти овец или коров, для львов — тоже животных, оленей или чего-нибудь в этом роде, так же для тигров, для медведей, для леопардов и пр. и пр. Огромные запасы сена для жвачных. Надо было поймать парочку львов, и тигров, и носорогов, и бегемотов, и кабанов, и насекомых, и всех птиц надо было поймать хоть по парочке. И если нас иногда мучает клоп, или таракан, или вошь, то мы должны помнить, что библейский бог спас их от потопа, хотя бы по одной паре на расплод.

Можно себе представить, какое это было веселое путешествие! Какой там стоял невообразимый шум и запах! Один из верующих объяснял мне как-то на диспуте: ведь нельзя же думать, что там все звери расположились с удобствами; ну, скажем, стоял верблюд, объяснял он мне, а промеж ног у него стояли звери поменьше. Можно себе представить верблюда, который стоит пять месяцев, раскорячившись на одном месте, и не погибает. Тут уж никак не обойдешься без поповского изречения, что «для бога все возможно». Затем, каким образом хищники уживались там с травоядными? Об этом нам библия не рассказывает, да об этом и рассказать нельзя. Через пять месяцев этот корабль останавливается на горе Араратской. Казалось бы, что путешествие кончилось довольно благополучно. Все, кто был в ковчеге, прибыли на станцию Арарат в полном здоровье, а все остальные живые существа погибли. Бог велел всем выйти из ковчега, и они все разбрелись по земле. И тут, в конце рассказа, происходит довольно странная вещь:

«И устроил Ной жертвенник господу; и взял от всякого скота чистого, и из всех птиц чистых, и принес во всесожжение на жертвеннике. И обонял господь приятное благоухание, и сказал господь в сердце своем: не буду больше проклинать землю за человека, потому что помышление сердца человеческого — зло от юности его; и не буду больше поражать всего живущего, как я сделал. Впредь во все дни земли сеяние и жатва, холод и зной, лето и зима, день и ночь не прекратятся» (VIII, 20–22). Заметьте, что это все сказано в конце того рассказа, где говорится о том, что всего было взято по паре от всякой плоти; но, если Ной принес от всякого скота в жертву, то что же осталось? Откуда пошло размножение от всех этих «чистых животных»? Представьте себе только картину этого бога, который все потопил, который истребил младенцев на всей земле (они-то чем согрешили?), а потом сидит и нюхает жареных баранов, овец, быков и других животных, которых ему поджаривает Ной с сыновьями. Чем же это отличается от ассирийского рассказа о богах, которые собрались после потопа и вдыхают сладкое благоухание, которые, «как мухи, собрались над приносящим жертву». В еврейском рассказе бог опускает радугу, и в ассирийском госпожа богов опустила радугу. Но что следует отметить, так это то, что евреи переделали ассирийский рассказ о наводнении в одной только местности в рассказ о всемирном потопе, а в ассирийском рассказе вовсе не говорится о том, что потоп был всемирный.

Даже напротив. В нем идет речь не о потопе, а о наводнении, и не всемирном, а местном. И случилось, согласно этому рассказу, это наводнение в одной только стране и уж никак не во всех. И этот потоп, по словам ассирийского сказания, продолжался не целый год, а всего лишь семь дней; а сбывала вода не месяц, а всего лишь одни сутки. Кроме того, в ассирийском сказании прямо говорится, что вода не покрывала всех вершин гор: там сказано, что корабль Ут-Напиштима остановился у горы Низир как раз тогда, когда потоп был в самом разгаре.

Горы Низир существуют и по сие время, и вышиною они всего лишь сто метров — это самое большее!

Значит, потоп, который мог лечь в основу ассирийского рассказа, был вовсе даже и не потоп, а месопотамское наводнение, к тому же довольно обыкновенное и частое в тех местах. Евреи превратили этот рассказ в сказку о всемирном потопе. На самом деле никакого всемирного потопа никогда не было.

Конечно, местные наводнения бывали и бывают и сейчас, и рассказы о потопах существуют почти что у всех народов, живущих вблизи водных пространств. Но ведь библия и попы не этого добиваются; они добиваются того, чтобы путем библии объяснять научные факты. Все то, что добыто наукой о земле (геологией) и другими науками, противоречит библии. И вот попы, которые поученее, те стараются сейчас «доказать», что наука и религия друг другу не противоречат. Что им приходится для этого делать? Им приходится для этого подгонять, буквально за волосы притягивать, извращать факты. Но когда подходишь к изучению вопроса с исторической меркой, когда приводишь такие факты, как нами приведенный ассирийский рассказ о потопе, то здесь и слепой видит, что никакой священной истории в библии нет, а есть лишь собрание сказаний, сложившихся в продолжение длительного времени у еврейского народа и у других народов, с которыми соприкасались в своей борьбе евреи. А такие же рассказы, то есть воспоминания о наводнениях, были почти у всех народов. Только не все додумались до того, чтобы объяснять наводнение гневом бога, который сам же все создал, а потом раскаивается в том, что создал, и топит в потоках ярости все живое.

Заключение

Тысячи лет люди не только довольствовались этими сказками в качестве объяснения мироздания, но и верили, что в этих сказаниях воплощается высший разум божественный. Но такая младенческая вера теперь не удовлетворит ни одного мыслящего рабочего, ни одного колхозника, который хочет познать истину до конца. Если первая попытка помочь разобраться в библии хоть сколько-нибудь поможет познанию этой истины, я буду считать свою задачу выполненной. В дальнейшем я остановлюсь на всех сколько-нибудь значительных местах библии, имеющих отношение к научному миропониманию или к объяснению явлений общественной жизни.

Ем. Ярославский

Часть вторая

Книга Бытия

Предисловие ко второй части

В этой книге собраны отдельные статьи, которые печатались в еженедельной антирелигиозной газете «Безбожник»[21]. Опыт издания отдельной книгой статей, касающихся библейских рассказов о сотворении мира, показал, насколько велик интерес народных масс к такого рода книге. В настоящее время вышло уже второе издание первой части книги Бытия. Поэтому своевременным является издание и последующих рассказов. Собранные вместе, они дают простой, доступно для каждого изложенный материал, пользуясь которым верующие и неверующие могут дать правильную оценку того, что преподносилось нам в виде «закона божия» служителями церкви.

Может быть, лучшей оценкой этой работы является то, что священники касаются ее в проповедях, вынуждены говорить в церкви о безбожной библии Ярославского. Они вынуждены это делать именно потому, что уже теперь эту библию читают с гораздо бо́льшим интересом, чем поповскую. Это убеждает автора в том, что он стоит на верном пути, что необходимо под тем же углом зрения перебрать всю библию.

Автор

Глава первая

Каин и Авель

Библия рассказывает, что после грехопадения Ева родила Каина и сказала: «приобрела я человека от господа». По библейскому рассказу, уже первая женщина была уверена, что она родила от бога, и, таким образом, по библии, не Иисус Христос, а Каин был первым сыном божьим, родившимся от женщины. Затем у него родился брат Авель. Про божественное происхождение Авеля библия ничего не рассказывает, но она рассказывает о том, что Авель был пастырь овец, а Каин был земледелец. А мы знаем из истории, что земледелие развилось гораздо позднее, чем скотоводство, и между первобытными земледельцами, которые должны были жить оседло, занимать постоянные участки, притом выбирать наиболее плодородные участки, с одной стороны, и скотоводами, с другой стороны, которые должны были со своими стадами кочевать с одного места на другое, возникали постоянные стычки, шла борьба, иногда очень кровавая. Во всяком случае, прежде чем люди стали земледельцами, прошло много тысячелетий борьбы.

Эта борьба между скотоводами и земледельцами, по всей вероятности, и послужила материалом, из которого сложилось сказание о Каине и Авеле. Библия рассказывает (IV, 3–5):

«Спустя несколько времени Каин принес от плодов земли дар господу, и Авель также принес от первородных стада своего и от тука их (тук — это просто-напросто более жирные, вкусные части — сальник и почки: бог был лакомка. — Ем. Я.), и призрел господь на Авеля и на дар его, а на Каина и на дар его не призрел».

Можете себе представить картину такого жертвоприношения. Авель, как и тысячи таких же пастухов, режет для своего бога барана и жарит его на огне. К этому еще прибавляет сальник. Конечно, мясо горит на огне гораздо лучше, чем какая-нибудь тыква или огурец, или виноград. Дым от барана идет высоко кверху, потому что развивается сильное течение воздуха вокруг костра, а дым от какой-нибудь капусты или винограда низко стелется по земле, чадит, не поднимается кверху.

Темные, суеверные люди воспринимают это таким образом: богу нравится баран, не нравится капуста и тыква. А кто этот бог? Это, конечно, какой-нибудь умерший предок из рода Авеля и из рода Каина, которому приносят жертву, — другими словами, подкармливают его и после смерти, так как первобытные народы были убеждены в том, что предки их и после смерти нуждаются в пище и что они, если их время от времени кормить, если им жарить баранов, голубей и т. д. и приносить другие жертвы (иногда даже человеческие), будут добрыми и будут им помогать в хозяйстве[22].

Библия рассказывает:

«Каин сильно огорчился, и поникло лицо его (ну, еще бы не огорчиться, ведь он был сын бога. — Ем. Я.). И сказал господь Каину: почему ты огорчился? Отчего поникло лицо твое? Если делаешь доброе, то не поднимаешь ли лица? А если не делаешь доброго, то у дверей грех лежит, он влечет тебя к себе, но ты господствуй над ним».

Бог разговаривает со своим сыном и расспрашивает его. Это еще не такой всеведущий бог, который все знает. Он старается выпытать у Каина, нет ли у него каких-нибудь замыслов, но Каин упорно молчит, ни слова не отвечает своему папаше.

«И сказал Каин Авелю, брату своему» (что он ему сказал, так мы ничего и не знаем из библии. — Ем. Я.). «И, когда они были в поле, восстал Каин на Авеля, брата своего, и убил его, и сказал господь Каину: «Где Авель, брат твой?» Он сказал: «Не знаю; разве я сторож брату моему?»