Эра Мангуста. Том 7

— Вообще-то ты не прав, — Ольга повернулась к своему любимому. — Отец как-то обмолвился мне, что существует режим подавления демонстраций, восстаний и бунтов. Подробностей я не знаю, но это очень нехорошо для нас.

Тревога ещё усилилась, но ответить я не успел. Тела вокруг меня вдруг обмякли, Гном свалился на пол, а гул винтов машины прекратился. Мы начали падать с высоты метров пятисот.

Краснодар, ул. Мира, д. 46, каб. 19

Кабинет был большим и хорошо освещённым. В центре стоял небольшой железный стол, рядом с которым, напротив друг друга, стояли два стула. На одном сидел видный подтянутый мужчина лет пятидесяти. Военная выправка, короткие аккуратно зализанные волосы были прикрыты фуражкой, которую он в этот самый момент снимал с головы.

Напротив сидел совсем невысокий мужчина, с неухоженными волосами и бородой, в которой застряли какие-то крошки. Его кривоватые ноги ёрзали, руки были скованы магоподавителями.

— Ну, здравствуй, Павел Павлович. — спокойным, хорошо поставленным голосом начал офицер. — Нехорошо, уважаемый, совсем нехорошо вы себя повели. Сбегать из России в такое сложное время, да ещё и с двумя чемоданами денег? Оказание сопротивления при аресте, странное поведение для элитного строителя защитных систем, не находите?

Он педантично поправил фуражку и пододвинул к себе тонкую стопку белоснежной бумаги и ручку.

— У меня есть предложение к вам, любезный! — продолжил офицер. — Вы добровольно идёте на сотрудничество, рассказываете всё и с максимальными подробностями, а мы накажем вас не очень строго. Как вам идея?

— Я ни в чём не виноват! — проблеял лохматый. — Я просто хотел в тёплые страны слетать, в отпуск. А деньги, так это же дорого сейчас, все эти курорты! А я люблю гулять на широкую ногу. Это что, запрещено?

— А, так вы решили прикупить себе пару островных стран? Понимаю, действительно отдых с размахом, не спорю. Кстати, забыл предупредить: за этим зеркалом сидит комиссия из ментаторов, менталистов и психологов. И сейчас они сообщают мне, что вы весьма неискренне со мной. Ай-ай-ай, как нехорошо! Вы же понимаете, что противодействие следствию только усугубит ваше положение. Итак, может, начнём сначала?

— Я ничего не знаю! — упорно отнекивался бородач. — Я не понимаю, что вы от меня хотите!

— И опять обманываете, Павел Павлович! — демонстративно вздохнул следователь. — Зачем оно вам? Вы же каждым словом приближаете себя к высшей мере наказания, знаете, что это такое? Вижу, что знаете. А я хотел бы услышать про ваши разработки и способы их обойти. Интересует один определённый объект в Адлере. Я помог собраться с мыслями? Или дать время подумать?

— Подумать! — буркнул арестант. — Меня уже ищут, и вскоре вытащат, вы все пожалеете, вы не понимаете, на кого замахнулись!

— О, мы прекрасно всё понимаем! — плотоядно усмехнулся офицер и резво наклонился вперёд, глядя в глаза подозреваемого взглядом Каа из мультфильма про Маугли. Того, что СССР производства. — А вот вы, явно нет. Дело на контроле лично у Кречетов. У вас есть сила выше? Что же, я рад за вас.

Он медленно выпрямился и вдруг гаркнул:

— В холодную его, тёплой одежды не выдавать, поить и кормить запрещаю!

— П-п-погодит-те, — начал заикаться Пал Палыч. — Как в холодную? Как еды-воды? Это произвол и насилие, я буду жаловаться!

— А ты что думал, я же сказал, дело государевой важности, — едко усмехнулся следователь. — Так что я тебя на дыбу отправить имею право, и к мозгоправам, после которых ты станешь овощем, пускающим слюни. Но мне кажется, ты решишь правильно, жаль уничтожать такого спеца. Просто расскажи мне про «чешую русалки».

— Н-н-но… — совсем перетрусил тощий специалист по защите. — Чешуя русалки — миф! Этого артефакта не существует! И стоит он столько, что мои чемоданы пришлось бы заплатить только за возможность взглянуть на него. Это невозможно!

— Что тебе ещё непонятно? — процедил сквозь зубы следак и крикнул громче: — Забирайте!

— Не надо, пожалуйста…

Адлер, особняк Мангустовых

Антон Сергеевич сидел в кабинете Андрея и просматривал бумаги, которые ему регулярно приносили курьеры. По идее, заниматься этим надо было в столице, или, на худой конец, в Краснодаре. Но он не хотел бросать важное место. Место преступления и очень многообещающее тонкое место.

Одна из бумаг привлекла его внимание. На ней, без подписи и опознавательных знаков, были написаны чётким почерком всего несколько слов: «взяли, успели. Расколется». Старик довольно откинулся на спинку стула, облегчённо выдохнув. Напряжение слегка отпустило.

Во всех изученных ранее бумагах не было никакой хорошей информации. Все архивариусы по очереди докладывали, что данных по артефакту «чешуя русалки» немного, и она вся строго описательная, причём описания очень поверхностны. Никаких способов исправить ситуацию нигде не было.

А ведь уже половину докладов просмотрел. Может, этот инженер даст какую наводку? Сергеевич знал подобный тип людей. Ради чувства собственного величия продадут мать родную, а ради огромных денег даже детей и жену в нагрузку предоставят. И что молчать сможгут, тоже сомневался.

Рука сама потянулась к бокалу красного сухого. Мужчина не любил алкоголь, но сегодня он помогал сосредоточиться, выискивая из тонн однообразной информации малейшие нюансы, которые смогут помочь. Ополовинив бокал, он со вздохом взял следующий лист.

Дверь бесшумно распахнулась, осветив кабинет, ярким пятном в тёмном окружающего пространства был только рабочий стол. В неё проскользнула стройная фигурка молодой девушки. Антон Сергеевич добро улыбнулся, встречая гостью кивком головы.

— Всё трудишься, милый? — проворковала Аманда, разминая затёкшие от однообразной позы плечи любимого. — Может, тебе всё-таки помочь? Я точно могу, ты же знаешь!

— Конечно, дорогая, — мягко взял крохотные ручки девушки в свои лопаты мужчина. — Ни разу не сомневаюсь. Но для меня важно самому, ты же знаешь мои способности считывать эмоции автора письма с носителя? Потому благодарю за предложение, но я должен сам.

— Да, ты прав, милый, — улыбнулась Аманда. — Ладно, не буду мешать. Но, если хоть что-то понадобится, вызывай, не раздумывая!

Сергеевич с улыбкой поцеловал запястье девушки и легонько шлёпнул по попке. Та, очаровательно улыбнувшись, выпорхнула из комнаты. А мужчина взял следующую бумажку и вдруг улыбка резко слетела с его лица.

Текст на белом листе гласил: «Никакой информации обнаружить не удалось, старший Архивариус Пензы». Но вот ощущения кричали, что человек написавший это, врёт, да ещё и дико, просто панически, чего-то боится. Всё-таки, его дар не подвёл и в этот раз. Антон Сергеевич, смотря на бумагу или даже сквозь ней, медленно достал мобилет и замер в раздумьях.

— Давыдович, здравствуй, дорогой, — наконец, набрав номер, произнёс он. — Ещё коптишь небо, старый развратник? Рад, что не сдох, поскольку за тобой должок, помнишь? Ну да, за того барончика, чью старшую жену ты обрюхатил, да.

Старик хрюкнул от смеха, выслушивая собеседника.

— Ты неисправим! — отдышавшись, выпалил он. — Горбатого могила исправит. Ну что, уладил? Надеюсь, не дуэлью? Красавчик. Надо будет с тобой водочки попить, на юга не планируешь? Расскажешь о своих сексуальных похождениях, древний развратник! Но! Я же по делу. Да. Слушай.

Он сделал большой глоток вина, настраиваясь на серьёзный и тяжёлый разговор.

— Короче, — сказал в трубку старик. — У тебя в городе живёт один архивариус. Который знает то, что мне нужно. Как ты добьёшься от него правды, лестью, деньгами, пытками, власть привлечёшь, мне по барабану, старый друг. Но мне нужна информация из его головы. Подробности вышлю диппочтой, к утру все данные будут у тебя. Справишься — про долг сможем забыть. По рукам, старый пройдоха?

Остатки вина покинули стакан, пока Сергеевич выслушивал долгий ответ. Наконец он сказал:

— Ну, вот и славно. Да, можешь считать, что я продешевил, но это важно короне и лично мне.

Глава 6

Свист за окном нарастал, машина набирала скорость в сторону совсем не мягкой посадки. Всё, до чего я додумался, это остановить время, чтобы оно самое, время, было на подумать. А пораскинуть мозгами радиусом в десяток метров при такой посадке, мы всегда успеем.

Для старта я попытался обратиться к Либи и Нинг. Может, они, вместе с котофеем подадут какую-нибудь идею. Но они молчали. Может, удрали порезвиться на каком-нибудь пятимерном пляже? Отката времени тоже всё ещё не было, да и Мангуст явно не остыл до сих пор.

К сожалению, я не знал всех способностей нашей шикарной магической брони, как и устойчивости тел ребят. Но сто пятьдесят этажей, мне кажется, будет перебором даже для них. А уж я точно растекусь ровным слоем фарша по дну высокотехнологичного гроба с винтами.

Идей не было никаких, и я потерянно уселся обратно в кресло. Разве что… я же маг, чёрт побери! В детстве я зачитывался фантастикой, надо изобретать магическую перину, которая нас поймает! Или вообще, осязаемое облако, за счёт которого мы просто зависнем в воздухе! Сказано — сделано! Я стал изобретать и учиться магии.

Через час я был выжат, как лимон и взбешён, как тысяча чертей на сорванном шабаше. У меня ничего не получалось. Мы разбивались через одиннадцать секунд, что бы я не предпринимал. Впрочем, мне некуда спешить, разве что на тот свет и на новое перерождение? Не, мне тут нравится!

Через два часа субъективного времени меня уже немного пошатывало от усталости, все идеи разбивались о мою криворукость. Слишком малообученным магом я был. Слишком мало практики.

Через три часа я смирился и плюхнулся задницей на пол. Пока время не запущу, могу жить здесь. Ну, пока Мангуст не отберёт свою способность, или у него силы не кончатся, или пока я с голоду не помру. Хотя, есть я не хотел, в отличие от случаев, когда я отматывал время назад. Да и энергия не тратилась, в отличие от возвращении во времени.

Вот только и навык не нарабатывался. Для экспериментов хорошо, но знания без психологической привычки, без мышечной памяти, практически бесполезны.

Спустя четыре часа депрессию удалось победить, и я продолжил эксперименты. И чуть было не пропустил сработавший вариант будущего, примерно через двенадцать часов субъективного времени. Это была воздушная подушка, с которой я начинал изначально. Но те эксперименты провалились.

Сейчас же я попробовал сделать их полсотни, одну над другой. Одну турболёт прорывал, но терял незначительную часть скорости. Осталась одна единственная задача — сделать подобное в реальности, причём за доли секунды.

Не буду утомлять количеством попыток именно в направлении этого решения. Их было много. Наконец, я решился! Я запустил время и создал кучу подушек. В моих видениях у меня это получалось в половине случаев, в этом была основная проблема. И потому я старался.

Но, как говорится, не всё коту масленица. У меня не вышло! Я смог создать разом всего двадцать девять этих долбанных подушек! Когда я это понял, мне поплохело, но сделать что-либо ещё я явно не успевал.

В общем, грохнулись мы знатно, кузов сплющило, придавив всех нас. Но не раздавив. Да и костюмы погасили огромную инерцию, не позволив мне стать отбивной. Судя по тому, что я выжил, у ребят проблем точно не будет. Прямо передо мной светился огромный разрыв металла корпуса великолепной летающей машины.

Однако, вылезти я не мог, мою ногу основательно зажевал сплюснутый кузов. Скорее всего, нужно будет опять магичить. Мля! Я не готов снова тусить в остановленном времени! Я устал. Морально сдох и выдохся.

— И что ты тут прохлаждаешься, дюбель ты по дереву?!! — раздался снаружи рёв кота. — Что здесь произошло? Что ты сделал с моим симбионтом и его командой? Вы же ё*нулись совсем некисло! Как ты это допустил? Ты мне совсем не лохом показался!

— Слышь, пушистый-зубастый! — на автомате огрызнулся я. — Я полсуток искал выход из жопы, в которую нас всех загнала тупая вера ребят в их технологии.

— Хорош гнать, — поспокойнее отозвался котяра. — Нас не было по вашему времени секунд тридцать! Так, понял. Ситуация серьёзная, ты вырулил, красава. Всех спас, сам пострадал, но выжил, прям Шварценеггер. Я хрен знает, что это за кусок… героя, из твоей памяти вытащили.

— В смысле вытащили? — уцепился я за оговорку. — Девчата тоже вернулись? Либи, Нинг, вы здесь?

— Здесь мы, куда мы денемся? — раздался ехидный голосок дракошки. — Вот, оставь вас на пол минуты. П**дец просто.

— Нинг! — рявкнул я. — Мне кажется, ты переобщалась с этим монстром, скрывающимся под видом красивого котёнка! Давай договоримся, что никакой нецензурной лексики, чтобы не ругаться в дальнейшем!

— Ой, — раздалось короткое, и голосок пропал.

— Так, а что они трупами-то валяются? — снова озвучил свои мысли кот. — Рассказывай. И да, у вас же положена хтонь всякая в речи. Ща вспомню. А, да! Пожалуйста, расскажи?

— Хех, — улыбнулся я этой непосредственности. — Случилось то, что их всех вырубил центральный компьютер. Как и нашу летающую машину, это вот эта штука, которая валяется сплющенной, и в которой я застрял.

— Слышь, за дебила-то меня не держи? — оскорбился котёнок. — Я в этом мире поболее тебя разбираюсь. Я здесь живу давно уже, причём с полным доступом к знанию аборигена! Это ты здесь лошара. Кстати, заметь, я ни разу не выругался, ты благодарен мне?

— Буду! — моментально среагировал я. — Как только подскажешь что делать, как победить плохих и спасти хороших! Ну, и мне ногу освободить бы не помешало.

— Не, ты всё-таки недоразумение. — кот направился мимо меня в кузов турболёта. — У тебя же магии море. Тебе же любая доступна! Создаёшь камень и как домкратом раздвигаешь. Да, это тоже из твоей памяти, если что. Твои же мысли. Ну? И чего ждём?

— Слышь! — схватил я тварь за загривок. — Не умничай! Я о магии узнал меньше полугода назад! Чему я мог научиться? Да, перебираю варианты, но я пока неуч!

Пасть этого монстра начала выворачиваться, обнажая множество рядов зубов, акула отдыхает. Прямо мясорубка из фильма ужасов. Я моментально бросил его наружу, вытаскивая меч гномов. Да, у меня нет свободы движения, нога зажата, но так просто я не сдамся!

— А ты хорош! — жуткий монстр свернул пасть, вновь став очаровательным котёнком-переростком. — Если честно, могу тебя размазать и не заметить, но характер я люблю! Красава! Боец! Ладно, чувачелло, мир. Ты убедил, что достоен. Давай решать, что делать будем.

Он степенно вновь прошёл мимо меня, даже не косясь в мою сторону глазами. Подойдя к моей ноге, он замер, а после раздался звук болгарки, это инструмент такой из моего первого мира. И совсем скоро я почувствовал, что свободен. Извернувшись, я посмотрел вниз. Металл над ногой просто исчез.

Вчетвером мы обсуждали ситуацию с полчаса. Единственный вариант, который пришёл к нам в голову, это лишить ребят ангелов. Но, что-то мне подсказывало, что, очнувшись, они нас просто проклянут. Это же и доступ к ИИ, возможность использовать межгалактический рынок, связь, да вся их жизнь.

Мобилы из нашего мира — слабое подобие ангелов, а попробуй кого из прошлого мира лишить смартфона? Там вся жизнь! Связь, деньги, работа, новости, фоточки, всё в этих устройствах. Мы живём ради мобильников и их содержимого. И потому этот вариант я отмёл категорически.

По итогу, мы пришли к выводу, что вопрос мне придётся решать в одно лицо, чуть не сказал в одну харю. Либи с котом тут же предоставили мне карту. Идти до нужной башни мне нужно было больше трёх часов. При этом, я совершенно не представлял, что мне делать у местного правителя, отца Ольги.

Где-то под Краснодаром, огромный особняк,

обнесённый высоченной каменной стеной.

Настроение тучного мужчины, сидящего в огромном кресле напротив камина, было великолепным. Неужели, с этим Мангустовым было покончено? Он приказал достать бутылочку коньяка двухсотлетней выдержки. Вкус был великолепен!

Конечно, это ещё не цель, теперь появилась княгиня Орланова, но это была мелочь. Хозяин поместья был знаком с ней лично, и был уверен, что та с радостью передаст мага смерти в его семью даже в качестве наложницы. Ему должны все! А Орланова ему должна весьма крупно! Весьма…

Он набулькал себе коньяка ещё на палец в снифтер и поднял бокал. Победа! И плевать, сколько это стоило! Да, в его схемах это была самая огромная трата, но он не жалел ни об одном из потраченных миллионов. Ну, точнее, о сотнях миллионов, почти миллиарде. Но деньги — тлен, главное — результат.

В этот момент интеллектуального оргазма от мыслей о собственной значимости и крутизне, в дверь постучали. Мужчина хотел привычно отправить бокал в камин, но вовремя вспомнил, что именно в нём налито. И он решил, что точно казнит того, что посмел его отвлечь в такой момент.

К его удивлению, дверь открылась до того, как он дал своё дозволение. Так к нему могли зайти всего два человека, и только при настолько серьёзных новостях, что выслушать их нужно было обязательно. Коньяк во рту на секунду показался невкусным, а сердце сдавило нехорошее предчувствие.

— Что там? — пересохшим горлом прокаркал хозяин кабинета.

— Господин! — раздался перепуганный голос преданного слуги, великолепного лекаря. — Поступила информация, вам обязательно надо это срочно изучить!

— Давай, — прокашлявшись, уже почти нормальным голосом ответил мужчина. — Неси! А по дороге, расскажи в двух словах.

— Имперская служба безопасности задержала старшего архивариуса Пензы. Того самого! — выпалил слуга и сжался, ожидая реакции, возможно смертельной для него лично. — Ну, который в курсе!

— Что? — взревел тучный мужчина, даже приподнявшись над креслом. Снифтер всё-таки полетел в камин. — Нахрена я его пожалел тогда? Подробности!

— Вся информация в бумагах, — проблеял лекарь. — И её крайне мало. Какие будут указания, господин?

— Жди! — бросил тот, выхватывая тоненький лист с крохотным текстом. Другой информации там действительно не было. — Сука! Так! СБ этого города, как там его? А! Пензы! Снести под корень! Денег не жалеть. Архивариус выжить не должен! Всё ясно?

— Конечно, господин, всё будет сделано! Клянусь, он не выживет!

Краснодар, ул. Мира, д. 46, каб. 19

В том же кабинете на железных стульях сидели те же действующие лица: подтянутый мужчина с выправкой военного и лохматый изобретатель защитных систем. Вот только от былой самоуверенности последнего не осталось и следа. Его била крупная дрожь.

— Здравствуй, Пал Палыч, — ласково улыбнулся следователь, от чего у последнего лязгнули зубы. — Ну что, дорогой, поверил, что я с тобой могу сделать всё, что угодно? Готов разговаривать?

— Это произвол, — пробормотал допрашиваемый. — Я буду жаловаться, я абсолютно ни в чём не виноват! Да, я делал Мангустову защиту, если вы об этом спрашивали. Он даже мне один баг выловил, точнее, какой-то преступник. Смог взломать мой шедевр. А больше я ничего не знаю!

— Понятно, — взял карандаш в руки следак и вдруг гаркнул. — Обратно в холодую его, на тех же условиях! Воды тоже не давать!

— Стойте! — взмолился арестант. — Я всё скажу, не надо холодную! Во всём признаюсь!

— Во всём не надо, — жестом остановил конвоиров статный мужчина. — Мне нужна только правда, понимаешь? И не забывай, что тебя слушают, помимо меня, ментаторы и менталисты с психологами. Так что врать не стоит и пытаться. Готов?

— Готов, — повесил голову Павел Павлович. Он явно сломался. — Только я умру. На мне заклятие же. А ещё яд в зубе, я и сам себя убить должен. А я не хочу умирать.

— Не беспокойся, — добро усмехнулся мужчина. — С тебя давно всё снято, включая ампулу с зуба. Иначе ты уже давно был бы мёртв. Цени, кстати! Мы тут тоже не пальцем сделаны.

— С-с-спасибо, — зубы мужчины выбивали чечётку. — Я всё расскажу. Меня наняли, заплатили огромные деньги. И ещё пригрозили шантажом. Причём серьёзным, я и не думал, что об этом хоть кто-то знал.

Голова пленника поникла, он ушёл глубоко в себя. Следователь не торопил его, зная, что человек вышел на искренность. Он чертовски надеялся узнать имя заказчика, но не верил, что тот может так проколоться. Максимум, о ком они узнают, это о посреднике. И вряд ли тот ещё жив.