Помоги проекту - поделись книгой:
— Что? Конечно, нет…
— А что здесь произошло? Что с Добровой?
— Не знаю… Её будто загипнотизировали, — направил я его в правильную сторону. Будем действовать окольными путями. Вроде Жаров создавал впечатление вполне умного человека.
— Хм…Разберёмся, — задумчиво посмотрел он на меня.
— А что с хранилищем? — поинтересовался я. — Что там про корону говорили? Его снова ограбили?
— Да… На этот раз унесли самые мощные артефакты. Вор явно знал, что делает. И корону тоже забрали.
— Подождите, так перед тем, как спасать студентов, вы пошли проверять хранилище? — удивился я их цинизму.
— Пойми, — нравоучительным тоном ответил Жаров, — там есть такие вещи, которые могут полгорода уничтожить. Корона в том числе. Пропажа этих артефактов намного опасней любого прорыва тварей.
— А если эти твари помимо того, что студентов перережут и в город вырвутся? Что опасней?
— Денис, — саркастически хмыкнул тот, — я не собираюсь вступать с тобой в дискуссию.
— Но тем не менее они пропали…
— Да, но сейчас Академия заблокирована. Все выходы тоже. Пока мы не найдём вора, она на осадном положении.
— Так монстры?
— Прорыв практически ликвидирован. Сейчас мы добиваем уцелевших. Все же вовремя до нас добралась команда Хранителей.
— А потери? — это осторожно поинтересовалась Соня, которая первой рискнула подойти, нарушив наш междусобойчик с Жаровым.
— Подсчитываем, — хмуро ответил он, явно недовольный тем, что наш разговор прервали, и повернулся ко мне: — Нам с тобой надо поговорить будет, Денис. Серьёзно.
Я кивнул и едва он вышел, меня сразу облепили друзья, к которым присоединилась практически вся «гамма». Надо же. Нет, раненые и погибшие тоже были, но лишь трое убитых и пятеро раненых, как доложила мне вездесущая и всезнающая Вересаева, с гордостью отметив, что насколько ей известно, мы потеряли меньше всего людей, в отличие от «альфы» и «беты». А спустя несколько минут в комнате внезапно появилась высокая и эффектная девушка с каре русых волос и изящной фигуркой, которую скрыть даже уродской формой академии было тяжело.
Анна Сумарокова
3 курс
22 года
Класс — Лекарь
Уровень 22
Она же сообщила о том, что Соню ждут в здешней больнице. Там, мол, собирают всех лекарей. Но как выяснилось, пришла девушка не только из-за неё. Мне было передано, что меня требует к себе декан. И провожатой будет она. На глазах явно заинтригованных товарищей (естественно, декан типа вообще «неземное создание», а тут я уже несколько раз с ней общался) мы отправились с ней на выход, по пути вновь встретившись с Жаровым, который, по его словам, шёл, забирать моих подопечных. Препод понимающе окинул меня и Анну взглядом, и хлопнул как-то слишком по-дружески меня по плечу, пожелал удачи. Интересно…
«Нормальный мужик, ёпта! — нарисовался в моей голове Имба. — Не ожидал. Не то, что это рыжая стерва. Но думаю, ей перепадёт конкретных звездюлей…» — в его голосе мне послышалось какое-то мрачное торжество.
«Ты же знаешь, что она не виновата в случившемся», — неожиданно для самого себя вступился я за Доброву.
«Да какая разница, она сука та ещё и заслужила срок своими действиями».
«Но её Понятовский контролировал».
«Может, да, а может, она просто хорошая актриса…»
Дальше я спорить не стал. Да и не было смысла. Мой сожитель всегда был слишком кардинальным.
Наш путь лежал по коридорам, большинство которых представляли собой настоящее поле боя. И везде суетились служащие Академии и студенты, убирая последствия прорыва. А они были, на мой взгляд, ужасающими. Много крови на полу и на стенах, изуродованные тела охранников и курсантов, в воздухе запах гари, на стенах выжженные следы от заклинаний. На нас «уборщики» не обращали никакого внимания.
По пути я постарался осторожно расспросить свою провожатую. Она была весьма общительной и, оказалось, что знала о моём поступке… Блин, я вообще не понял. С какой же скоростью сплетни по Академии разлетаются. Меня здесь записали в спасателя декана Добровой. Но твою мать… этого же никто не видел! Или видел? М-да. Но всё равно приятно, когда на тебя смотрят как на героя.
В общем, я узнал, что перебить большую часть монстров, а затем загнать их обратно в тоннели Метро, где их уже ждали злые, как чёрт, от подобного прорыва перед императорским дворцом Хранители, удалось только с помощью вернувшихся из хранилища учителей под командованием ректора. И если бы не они… Анна с придыханием рассказывала, как сражается Ирина Московская. Её послушать, так это прямо супермен в юбке. Хотя, кто его знает. В отличие от меня, она три века жила. И уж точно сильнее меня будет. Интересно, какой у неё уровень…
«Не меня, а нас! — сразу появился Имба. — И мы однозначно круче, ёпта! Она одна, нас двое, и один из нас некромант. Кстати, она к тебе неровно дышит. А ты как обычно тормозишь. Ничего… не переживай. Папочка тебе поможет!»
«Папочка, блин, — проворчал я мысленно. — Спермотоксикозник ты!»
«Не спермотоксикозник, а нормальный мужчина в полном, так сказать, расцвете сил. Секс не только приятен, но и полезен…»
«Всё, завали, — мысленно прикрикнул на него, — подходим уже».
В кабинет ректора я входил уже один. Что ж, не первый раз я здесь. Шторы были плотно завешены, но в помещении светло от плавающих под потолком магических белых шаров. Сама Ирина выглядела усталой. На столе стояла нехитрая закуска, два стакана и бутылка уже практически традиционного «Звено города».
— Садись, Денис, — махнула она рукой, и я последовал её приглашению. — Устала я.
Разговор она начала после того как мы выпили. Причём она даже не закусывала и не запивала водку. Вот это я понимаю, старой закалки женщина…
Я её за язык не тянул, но первой темой была именно Доброва.
— Мы её допросили, — сообщила Ирина, — как и Понятовского.
— И что?
— Её действительно взяли под контроль. После сканирования я обнаружила остатки ментального воздействия. Увы, определить, кто этим занимался — не смогла.
— А Понятовский?
— А что Понятовский, — как-то задумчиво хмыкнула она, — с ним всё в порядке. Он, кстати, неплохо помог во время добивания тварей. Хотя подозрительно всё это. В любом случае, нашего химеролога я ещё проверю. Вообще, мне кажется, всё это устроено для того, чтобы обокрасть хранилище. И сделал этот либо кто-то из учителей, либо из старшекурсников. Либо и тот и другой вместе. Я склоняюсь к этому варианту. В любом случае сейчас Академия изолирована от внешнего мира. Королевского советника, курирующего нашу Академию, я предупредила. Сейчас все подступы к Академии уже заблокированы гвардией.
— И что дальше? Надолго?
— Пока не найдём вора. Он здесь, Денис. И мы его вычислим. Просветим всех без исключения. Такие артефакты спрятать тяжело. На всех них стоят определённые метки, которые просто так не снимешь.
— То есть всех будете просвечивать?
— Придётся, — вздохнула она. Сейчас мы просветили нескольких преподавателей и оставшихся охранников. Они чисты и они будут контролировать дальнейший процесс.
«Странно… — в голосе Имбы звучало удивление. — Меч же в инвентаре у Жарова. Как он сумел спрятать его?»
«Видимо, сумел», — ответил мысленно ему. Вообще, слова ректора порадовали. Я не только переживал за своё имбовое оружие, но переживал и за самого Жарова. Нравился мне этот парень.
— Понятно. А что с Добровой? — поинтересовался я.
— Пока не знаю, — пожала плечами моя собеседница, — она не осознавала, что делала. Была под контролем. А значит, виновной я признать её не могу. Но и без наказания оставить тоже. Всё-таки она декан. И если декана кто-то может взять под ментальный контроль это ещё и говорит об её уровне. На той должности, которую занимает Людмила, она должна уметь противостоять таким атакам.
— Но если неожиданно? — осторожно спросил я. — Так любого можно взять под контроль. Ну, кроме нас с тобой.
— Ты прав, Денис, — неожиданно улыбнулась она, — кроме нас с тобой. А давай выпьем!
И мы выпили… Я даже не заметил, как Ирина оказалась рядом со мной. Нет ничего такого, просто рядом…
— Я очень давно ни с кем не могла говорить откровенно, — призналась мне девушка, — а вот с тобой… я чувствую в тебе родственную душу.
— Ну, это понятно, — кивнул я, — я тоже древний.
— Не только поэтому, Денис, не только… — как-то философски заметила она. — Кстати, ты знаешь, где живут преподаватели? — вдруг спросила.
— Нет, — честно признался ей. — Как-то не интересовался этим вопросом.
— У нас небольшие отдельные домики, подальше от всей этой суеты. Если хочешь, могу тебе как-нибудь показать свой… — её взгляд вдруг стал таким… таким… ну в общем любой мужик бы понял.
«Бинго!» — заорал в восторге в моей голове Имба, да так неожиданно, что я невольно вздрогнул. Но, слава богу, моя собеседница этого не заметила.
— Конечно, хочу! — поспешно ответил я, так как паузу девушка могла истолковать по-своему.
— Отлично, — на этот раз её улыбка была искренней и какой-то шаловливой, что ли. Передо мной вдруг из строгой ректорши появилась весёлая, свойская девчонка. Жаль ненадолго. До конца бутылки. Ну, мы вновь ударились в воспоминания. Я чувствовал, что моей собеседнице этого явно не хватало. Почему тогда не сделать ей приятное? Да и меня что-то охватила трёхвековая ностальгия. В общем, закончили мы свою встречу на дружеской ноте. Думаю, что если бы всё это происходило не в её кабинете, а у неё дома, то всё плавно переместилось бы в спальню. Вот чувствовал я это. Но, как говорится, не место и не время. А так можно сказать выступил в роли этакого психолога, да и ректор явно расслабилась.
Возвращался я уже, когда полностью стемнело. Перед выходом написал Соне, что всё нормально, а то она начала бомбардировать меня сообщениями. В коридорах, которые постепенно принимали свой первозданный вид, вовсю продолжалась уборка. Да и на улице, несмотря на глубокий вечер, тоже суетился народ, наводя порядок и оттягивая тела мёртвых тварей. Честно признаюсь, их количество впечатляло. И меня удивило, что у общежития меня ждала моя группа в полном составе. Переживают за своего предводителя. Это хорошо. Вот блин, Денис. Никогда особо не хотел никем руководить, а теперь сподобился. И самое главное, что мне это нравится.
Глава 3
Последствия. Часть 2
На следующий день Имба придумал коварный план, которым утром поделился со мной. Как раз в это время Потёмкин куда-то отлучился, и я остался в комнате один. И как обычно, план моего друга по разуму, поначалу, на мой взгляд, звучал совершенно безумно. Но Имба явно поумнел за то время, когда мы находились с ним в одной голове.
«В общем, смотри, — начал он, — такая тема. Мне кажется, надо вывести этого польского козла на чистую воду, иначе он покоя нам точно не даст, шантажист хренов».
«Да ты Капитан Очевидность прямо. И как ты, интересно, собираешься это сделать?» — скептически поинтересовался я.
«Да легко, — весело заметил тот, — я все придумал. Просто-напросто согласимся на предложение Понятовского».
«Чего? — опешил я. — Ты с ума сошёл, что ли?»
«Чего сразу с ума-то? — оскорбился Имба. — Этот грёбаный химеролог считает себя самым умным. Типа, всех может ментально подчинить, каждому в башку залезть, ёпта! А вот хрен ему. Попробовал вон с нами провернуть тот же фокус, что и с рыжей, сразу получил по мозгам. Вышвырнул я его из нашей головы, в следующий раз пусть попробует сунуться. Так легко уже не отделается. Я ему такую головную боль устрою!»
«Ну ладно, — миролюбиво заметил я, — допустим, твой хитрый план удался. Согласился я. Но нужно же клятву приносить».
«Денис, не тупи, — ворчливо заметил тот. — Ты забыл, что у нас есть артефакт, который может легко обойти любую клятву?»
«Вот блин! — я в сердцах хлопнул себя по затылку. — Действительно, забыл!»
На самом деле вполне рабочая идея. И что я тогда так переживал по поводу клятвы Понятовскому. М-да. Тормоз я, однако.
«Правильно. Ценю самокритику!» — сразу влез Имба.
«Ладно. Подловил, — добавил я в свой мысленный голос сарказма. — Продолжай!»
«Да что тут продолжать-то, ёпта! Всё, по-моему, яснее ясного, — удивился моей непонятливости Имба. — Идём к нему, принимаем клятву, внедряемся, после чего просто сливаем козла Иринке. Работа под прикрытием… — в его голосе появились мечтательные нотки, — кайф! Всю жизнь мечтал…»
«Да какая у тебя жизнь-то? Мечтал он…» — проворчал я
«Как какая? Полгода плюс три века. Это тебе не жизнь, что ли? Это ты дрых, как суслик…»
«Хорошо», — вздохнул я.
«То есть ты не против?» — осторожно поинтересовался Имба.
«Не против» — успокоил его.
«Надо же! — завопил тот. — Ты начинаешь исправляться! Вот видишь, какой я умный. Ох, не ценишь ты меня, не ценишь. Чтобы ты без меня делал-то? Совсем пропал бы…»
Завёл, блин, старую пластинку.
«Хватит уже причитать, — остановил я его самовосхваления. — Умный ты, умный, не переживай. Теперь главное, чтобы Понятовский ничего не заподозрил».
«А что ему подозревать? — удивился Имба. — Он же нас типа шантажирует. Думает, что мы у него уже под каблуком. Сделаем вид, что сильно испугались его шантажа, и всё! Пусть этот наивный чукотский юноша сам выложит нам на блюдечке с голубой каёмочкой свои коварные планы».
«Ты классики перечитал?» — хмыкнул я.
«Что было в бункере, то и читал, — ответил тот. — Так что, воплощаем мой план в жизнь?»
«Воплощаем», — согласился я с ним.
«Мне вот, например, интересно, куда Жаров умудрился спрятать наш меч, — заметил Имба. — Не спалиться бы ему. Перепрятал же куда-нибудь».
«Это уж у него надо спросить, — хмыкнул я. — Улучу момент — спрошу».
«Да уж, ты не забудь, — ворчливо добавил мой мысленный собеседник, — а то мы без меча как без рук. Вдруг придётся Понятовскому яйца отрезать или ещё чего-нибудь, а то он совсем берега попутал, собака».
На это ничего не стал ему отвечать. А чего тут ответишь. Он совершенно прав.
Наш разговор прервался, когда вернулся Потёмкин с новостями. Выяснилось, что на всю субботу и воскресенье в Академии объявлен всеобщий субботник.
На него, кстати, отправляли абсолютно всех студентов независимо от курса. Так что два дня… от завтрака до обеда и от обеда до ужина мы вкалывали как «папа Карло». Но зато и результат был налицо. К понедельнику всё было убрано. И мне показалось, что Московская Академия магии стала выглядеть даже чище, чем когда я зашёл в неё первый раз.
Между прочим, во время уборки тел не увидел. Их убрали в первую очередь ещё в ночь с пятницы на субботу. Как пояснила мне Соня, которая была в числе команды, проверяющей погибших и составляющих анамнезы, все тела складировали в подземном хранилище. Через стенку… с одной её стороны тела монстров, разделкой которых занималась специальная бригада. С другой стороны тела погибших людей. Так что трупами занимались студентки начальных курсов Академии и, насколько я понял, Соне это занятие крайне не нравилось, но как говорится, деваться было некуда. А вот с прибывающими родственниками, которым выдавали тела, разговаривала лично ректор и декан Целительского факультета.
Мы, кстати, с моим мысленным другом проговорили стратегию предстоящего разговора с Понятовским, но вот пообщаться с ним на тему, озвученную Имбой, получилось только в понедельник, на занятии по приручению. Кстати, надо отдать должное здешнему «Доктору Зло», как пафосно стал его называть Имба. Сами занятия становились всё интереснее и интереснее. Теперь поляк не втирал студентам свои «умные» мысли на тему разумности мутантов, а просто, как надо правильно их убивать. Чем и должен был по идее сразу заниматься.
Мне даже не надо было прилагать никаких усилий, так как после занятия Понятовский сам вежливо попросил меня остаться. Что ж. На ловца, как говорится, и зверь бежит. Я отправил послушно ждущую меня группу ждать на улице и, устроившись за столом, внимательно посмотрел на препода. Тот выглядел невозмутимым. Но мне почему-то казалось, что он нервничает.
Поделиться книгой: