Кротовский, вы сдурели

— Что-нибудь интересное есть?

Рута подняла на нас озабоченный взгляд.

— Ерунда какая-то. Здесь тоже бытовая техника. Я уже разломала пару кухонных комбайнов и одну посудомоечную машину. Ничего необычного.

Мы тоже полезли в грузовик. Травка забралась в дальнюю часть кузова и подала несколько коробок оттуда. Итог тот же. Бытовая техника. Самая обычная бытовая техника.

— Вот теперь вообще непонятно стало, — пожаловалась Рута, — На кой артефактор грабил склады? Если Бетрод ему со своих заводов дает тоже самое без всяких рисков…

— А вдруг не тоже самое? — делаю предположение, — Вдруг там техника другой марки и изготовлена по другим технологиям?

— А вот это надо уточнить, — Рута перевела внимание на внутренний интерфейс. Судя по характерным движениям зрачков вступила в переписку, — Значит так, — сообщила она через несколько минут, — Артефактор действительно грабил склады другой фирмы. Технологии изготовления ее приборов на самом деле отличаются от технологий заводов Бетрода.

— Осталось только понять, — вставил Ниндзя, — Зачем артефактору такая прорва запчастей.

— А может, он хочет поставить на поток изготовление боевых артефактов?

— Маловероятно. Артефакты — штучная работа. Скорее искусство, чем технология.

— Ну… тогда он хочет изготовить какой-то очень большой и сложный артефакт, для которого надо очень много запчастей.

— Вот это больше похоже на правду. И если так, надо искать связь с оборудованием коматозного профессора. Тот в своей клинике высасывал из пациентов магическую силу. Представьте, если артефактор хочет сделать аналог… только намного-намного мощнее.

— Точно. Вот теперь нам есть, что сказать бабушке. От таких доводов она не отмахнется.

Рута настояла на том, чтобы идти к бабушке всем вместе. По-моему, она свою бабуську слегка побаивается. Излагала обстановку тем не менее она сама, мы просто стояли на фоне колонны, отыгрывая массовку.

— Бабушка, выхлопочи мне право на допрос первой категории, — подытожила Рута, — Мы прижмем Бетрода.

Престарелая принцесса Киртасская какое-то время молчала. Мы только слушали, как она брякает ложечкой в чашке кофе с молоком.

— Бетрод спелся с Зурабдийским шпионом, — сказала она, наконец, — Скверно. Только допрашивать Бетрода тебе не позволят. Тебя к нему даже не пустят.

— Поговори с императором, — выпалила Рута.

— Шутишь, девочка… к императору не пустят меня… — она отставила чашку и задумалась, — По официальным каналам мы будем пробиваться слишком долго.

— Бабушка, ну хоть что-то можно придумать? — просительно протянула Рута.

— Сегодня будет прием по случаю предстоящей годовщины, — сказала бабушка-принцесса, — Ты знаешь, я давно не хожу на приемы. Но в этот раз так и быть… заявлюсь…

— Там ты поговоришь с императором? — загорелась Сильвего.

— Там не будет императора. И говорить я ни с кем не буду. Но могу взять тебя с собой. Я тебя проведу, а дальше сама.

— А Бетрод там будет?

— Должен быть, — кивнула старушенция, — Только нахрапом тебе его не взять. Где сядешь, там и слезешь.

— Да куда он денется? — воинственно возразила Рута, — У меня есть свидетель, как он встречался со шпионом… в смысле с Кротовским.

— Бетрод отмахнется от твоего Кротовского, как от комара.

— Но у нас есть улики. Целый грузовик улик.

— Наплюет он на твои улики. Скажет, по ошибке отгрузили. А скорее всего вообще ничего не скажет. Нет, деточка. Прижать Бетрода ты не сможешь. Уж поверь. Он игрок не твоей весовой категории… хотя… — принцесса Киртасская посмотрела на меня задумчиво, —…возьмем заодно с собой и Кротовского.

— В каком качестве? — удивилась Рута.

— В качестве твоего кавалера, каком еще.

— У него четвертая категория гражданства, — предупредила Рута.

Старушку это нисколько не смутило.

— Сделаем ему временную вторую категорию на один вечер. Это несложно.

День прошел в приготовлениях. Мне раздобыли костюмчик… темно-синий. Само собой я его надевать не стал, скопировал, как смог. Руту наряжали как принцессу. Впрочем… почему «как»… она и есть принцесса. Цвет платья у нее называется закатное море. Я считаю, нашей знойной мулатке больше подошло бы что-то светлое, что подчеркнуло бы почти шоколадный оттенок кожи, но… с традициями не поспоришь. Рута и так выглядит сногсшибательно.

Бабушка-принцесса одета в черное. Я так понимаю, это не знак траура, а самый шик и крутизна. Показатель принадлежности к первой категории граждан. Как-никак бабуська у нас, хотя и без шансов на трон, но двоюродная сестра императора. Бабушку, Руту и меня посадили во что-то длинное лимузинное. Травка, Гусь и Ниндзя поехали в фургоне следом. Им опять придется весь вечер торчать в машине на всякий страховой случай.

— А что там за мероприятие будет? — спрашиваю Руту негромко, — Я так понял, какая-то годовщина…

— Завтра очередная годовщина возведения императора на престол. У нас в Киртасе считается главным праздником, — пояснила она, — А сегодня прием… что-то вроде репетиции. Соберется вся высшая аристократия.

— Традиция такая?

— Точно.

— И в чем будет моя задача? Вряд ли я смогу еще раз разыграть шпиона. Бетрод наверняка уже в курсе, кто я на самом деле.

— Разумеется, — согласилась сидящая напротив бабушка-принцесса, — Единственный расчет на то, что Бетрод тебя увидит, узнает и занервничает.

— И что он сделает? Если занервничает?

— Попытается тебя убить… что напрягся, Кротовский, я пошутила… — Рута хмыкнула, — Он не станет убивать на приеме. После возможно… но не на приеме…

Ну спасибо, чего там. Успокоили, конечно. Только я пока так и не понял сути нашего плана, если он вообще есть… этот план… пока у меня полное ощущение, что дамочки собрались действовать по македонскому принципу: придти, увидеть, победить… так-то совсем не мой принцип…

Нас привезли в ту часть города, где расположены самые помпезные здания. Где находится и сам императорский дворец, куда заказан вход большинству граждан второй категории. Нам с Рутой сделали исключение. Мы приглашены самой принцессой Киртасской.

У меня до ноля часов временно повышен статус. А ровно в полночь, когда пробьют часы, мой доспех из модного костюмчика должен по закону жанра вернуть облик полицейской формы. А сам я должен успеть отсюда свалить на нашей штатной самоходной фургонной тыкве.

Авто лимузинного тип «пришвартовалось» к богатому зданию. Слуги препроводили нас внутрь. Все слуги здесь в белом, видимо, чтоб никто не спутал… даже если забыл дома очки. Белый цвет здесь — цвет чисто служебный. Есть в этом определенное удобство, когда общество четко дифференцировано по цвету штанов… не спутаешь, перед кем надо приседать и говорить ку…

Престарелая принцесса тут же включилась в протокольный процесс, начав здороваться со всеми к ней подходящими, обмениваться фальшивыми улыбками и пикироваться вопросиками с подтекстом. Мы с Рутой воспользовались моментом, пока на нас никто не смотрит, и отошли в сторонку.

Людей в черном здесь собралось много. Хватает и нам подобных, одетых в темные оттенки синего, зеленого и красного. Зал, в котором проходит прием, тоже весь отделан черными драпировками. Одним словом, все по местной моде. Если заранее не знаешь, будешь думать, что попал на траурную церемонию.

У многих людей в черном питомцы, понятное дело черного окраса, тоже видать, мода: черные кошечки, черные собачки, грызуны какие-то… тоже черные. У одной дамы змея… черная мамба.

— Рута, — понизив голос конфиденциально, обращаюсь к инспектору, — Ты почему не сказала, что здесь со зверями пускают.

— Кротовский, сама не знала. Бабушка никаких зверей не держит. Даже запаха не переносит.

— Ладно… прикрой меня…

— Что ты собрался делать?

— Вытащу Гамлета.

— Хорошая мысль. Только его надо на бабушку посадить.

— Почему?

— Потому что твой Гамлет вызывающе черный. Тебе иметь такого черного не по рангу.

— Э… полегче… ты при Гамлете такое не брякни. Он себя в конец возомнит датским принцем.

«Кротовский, — встрял птич из инвентаря, — я и так все слышу. Выпускай»

Вздыхаю и выпускаю Гамлета. Черный вспархивает под самый потолок, делает пару кругов над залом, присаживается на стол с закусками и начинает нагло клевать орешки прямо из большого блюда.

«Совсем оборзел, мелкий засранец. Ты что творишь?»

«Спокойно, Кротовский. Все под контролем»

Впрочем, внимания на Гамлета и впрямь никто не обратил. Видать, черным зверушкам здесь многое позволено. Только один жирный черный кот угрожающе зашипел на Гамлета. Гамлет посмотрел на котяру сверху вниз пренебрежительно и кинул ему орешек. Кот понюхал и брать орех не стал.

«Гама, кончай жрать. Найди мне Бетрода»

«Сэр, есть сэр… слушаюсь сэр»

«Посэркай мне еще…»

Гамлет снова взлетел.

«Танго, я Фокстрот… как слышно, прием… Танго, я Фокстрот… веду наблюдение в заданном квадрате»

«Придушить мелкую тварь» — подал мысль из инвентаря Ныр.

«Чего еще ждать от серых завистливых бездарей» — горделиво парировал Гамлет.

«За бездаря ответишь»

«Гамлет, ну правда. Заканчивай валять дурака. Ты видишь Бетрода?»

«Бетрода пока не вижу. Зато вижу Белкину» — черный сделал пометку на радаре.

Маргуша стоит под ручку с тем же принцем, с которым была в опере. Она заметила меня в тот же миг, как я на нее посмотрел. Скользнула по мне взглядом, как по пустому месту. Ни улыбки, ни малейшего признака радости. Я сто процентов уверен, что она меня заметила. А следом посмотрела вверх на Гамлета… и тоже явно его узнала… и никаких эмоций.

С одной стороны мне на руку, что Белкина не показывает вида. Мне палиться перед широкой публикой и внимание к себе привлекать совершенно ни к чему. С другой стороны, напрягает, Белкина ведет себя так, будто меня знать не знает. Может, зазналась она. Может, у нее теперь совсем другие интересы. А я кто? Так, проходной персонаж четвертой категории…

«Вижу Бетрода, — птич отвлек меня от мыслей о Белкине, — Только что вошел»

— Рута, — обращаюсь к инспектору, — Он вошел. Что мне делать?

— Просто маякни перед ним, Кротовский. Так, чтобы он тебя заметил.

— Хорошо.

Иду наперез движению Бетрода. Подхватываю с подноса фужер. Отпиваю. Делаю вид, будто Бетрода только что заметил. Останавливаюсь прямо перед ним. Широко улыбаюсь. Бетрод делает вид, будто меня не узнал и отводит взгляд.

Что за день такой? Меня сегодня все игнорят. И Бетрод, и Белкина… тем не менее, дело сделано… я точно видел, что он меня узнал. Вон даже сбледнул слегка. Прохожу мимо и скрываюсь в помещении со стилизованным изображением мужской фигурки.

«Он втихаря смотрел, как ты скрылся в уборной, — доложил Гамлет, — Идет к принцу… шепчется с ним о чем-то»

«Гамлет, ты слышишь, о чем они говорят?»

«Извини, Кротовский, локатора у меня нет… погоди… они удаляются на пару… зашли в комнату… зараза, дверь заперли… попробую облететь…»

Гамлет выпорхнул в окно и обогнул здание.

«Вижу голубчиков, — докладывает он радостно, — на террасу вышли… потолковать без лишних ушей… сейчас подлечу ближе и включу звуковую трансляцию»

Гамлет спорхнул на перила балкона.

— Я только что видел того парня, — взволнованно заявил Бетрод.

— Успокойся, — осадил его принц, — Какого парня?

— Который был в опере. Ты говорил, что он из обычных ищеек СИБа… скажи мне, как обычная ищейка могла сюда пролезть? Он — не простая ищейка. Он — ЕГО ищейка!

— Да брось, Бетрод, — принц скривился в ухмылке, — Если бы это был его ищейка, нас бы уже волокли в подвал. Перестань психовать. У тебя все готово?

— Артефакт собран не полностью.

— Но к работе он готов?

— Выдаст максимум сорок процентов мощности. Артефактор не успевает сделать апгрейд. Запчастей не хватает.

— Нам вполне достаточно этих сорока процентов. Я знаю, как поднять мощность до расчетной.

— Как?

— У меня тоже есть… — начал пояснять принц и заметил Гамлета, — Что это за птица?

— Кар-р, — нагло ответил Гамлет и попытался поймать клювом пролетающего мимо комара.