Наследник проклятого дара. Часть 3

— Это точно, — констатирует Ярый, выезжая с парковки.

По подземному тоннелю мы доезжаем до астраханского особняка, в котором круглосуточно держурят четверо оборотней из команды Всеслава. Всеслав решил сам заняться охраной и меня, и наших владений. Нужно будет поощрить его.

— Шеф, вокруг тихо, Ваша спальня и кабинет подготовлены. Если понадобится ужин, то у нас тут работает кухарка из наших, — докладывает один из охранников особняка, когда мы заходим внутрь.

Все четверо собрались у входа, когда увидели, как мы подъезжаем.

— Всё нормально парни, расслабьтесь. Благодарю вас всех, — я по очереди жму им руки, — в чем нуждаетесь? Какие пожелания, вопросы?

Моё участие в жизни личного состава всегда важно для каждого из них. Да и мне самому тоже нужно знать, чем живут мои люди.

— Вообще, все хорошо, шеф. Всеслав нас организовывает, даже приводит к нам инструкторов по боевым искусствам. Не всё пока получается, но мы учимся, — рассказывает оборотень.

— Понял вас парни, — я киваю, — ну, раз жалоб нет, ещё раз благодарю вас за службу, — я прощаюсь с ними и иду наверх.

Всеслав, конечно, молодец. Наверное, завтра и я подключусь к процессу преобразования этой группы вооружённых людей в мою личную армию. Костяк будет из оборотней и эльфов. Для эльфов нужно будет придумать повод перейти ко мне на службу. В наших рейдах по разломам, те двое эльфов показали себя очень хорошо.

С этими мыслями я поднимаюсь в свою спальню и укладываюсь спать. И только закрываю глаза, как возникает чувство падения, очень схожее с ощущениями при прохождении разлома.

Я сразу открываю глаза и пытаюсь встать, но вокруг уже нет ни моей кровати, ни комнаты, ни особняка. Только полнейшая темнота, в которой я не вижу даже самого себя.

Через десяток секунд грудь сдавливает так, что невозможно дышать, а затем, по глазам бьёт резкая вспышка света. Чувство падения пропадает.

Проморгавшись, я осматриваюсь и понимаю, что лежу на каменном полу. Вокруг опять та самая пещера с Рафатом.

Сам Хранитель тоже здесь. Стоит рядом, надменно и недовольно смотрит на меня.

Встаю, отряхиваюсь. Он меня вытащил прямо из постели! Я как ложился в постель раздетым, так и попал сюда в одних трусах!

— Я так понимаю, это ты меня опять сюда притащил? — доброжелательно улыбаюсь Хранителю, хотя ярость в груди рвется наружу.

Но я наслаждаюсь этим моментом. Моментом, в котором я ещё не отдался своей ярости. Меня сложно разозлить. Мой наставник проделал со мной огромную работу, чтобы я научился контролировать себя, но даже он всегда понимал, что всему есть предел.

— Архат обязан выполнять задачи, поставленные ему Хранителем. Архат это рука Хранителя, проводящая волю Совета Хранителей в мирах, населенных смертными! Ты проявил гордыню, отказался выполнять приказы Хранителя! Твой путь ведёт на сторону Истинного Врага! — Рафат поднимает правую руку вверх, — как единственный Хринитель в обозримом пространстве, я, Хранитель Рафат, отлучаю тебя от Дара Архата! Исполнение приговора состоится после того, как ты вытащишь меня из Инферно, я спасу остальных Хранителей и мы проведём ритуал отлучения!

Чем дольше он говорит, тем выше по лбу поднимаются мои брови. Он что, совсем идиот? Зачем я буду его спасать, если после этого он задумал лишить меня силы?

— Приказываю Архату, Юрию Зубову, предпринять все меры по моему спасению, — в его поднятой руке загорается чёрный, с красными прожилками шар, — призываю Дар Хранителя миров лишить Архата воли! Отныне и до отлучения от Дара с последующей казнью, Архат Юрий Зубов будет подчинен воле Хранителя!

От шара внезапно выстреливают красные нити и опутывают меня. Такого развития событий я вообще не ожидал, конечно. Нити кружатся по мне, поднимаются по шее и добираются до головы. А затем, впиваются в глаза. Сознание заполняет адская боль. Мне будто воткнули раскаленные спицы через глаза в мозг.

В попытке избавиться от боли я выпускаю всю свою силу, прогоняя её внутри себя. Очищающим огнём, сжигаю эти красные нити. Помогает не сразу, но в какой-то момент боль пропадает. Я опускаю взгляд вниз и вижу, что все моё тело в тонкой кровавой плёнке. Поднимаю голову и смотрю прямо в глаза Рафату.

— Покорность власти Хранителей — первый и самый важный пункт в кодексе ордена Архатов! — продолжая говорить, хранитель, кажется, не понимает, что его Дар не сработал и я вовсе не подчиняюсь ему, — не твоя вина, что ты об этом не знаешь. Ведь орден пал. Но ты будешь примером для тех, кто будет Архатом после тебя!

Глава 2

Ну что ж, посмотрим, к чему это приведёт. Я решаю подыграть этому хранителю, возомнившему о себе что-то несусветное. Я должен подчиняться ему? Ну давай попробуем.

— Открой разлом в изнанку миров! — приказывает хранитель.

Картинку, куда мы должны попасть, Рафат, каким-то образом, напрямую загрузил мне в мозг. Поэтому мне не составляет труда в точности представить наш пункт назначения. В роли послушной марионетки я делаю как он говорит и открываю разлом напрямую в изнанку миров.

По Хранителю видно, как он спешит покинуть свою тюрьму, но всё же держит себя в руках и приказывает мне первым шагнуть в разлом. Я молча выполняю его указание. Делаю шаг и оказываюсь в изнанке миров. Следом за мной, немедля ни секунды, Хранитель появляется за моей спиной.

— Теперь, закрывай! — жестом он указывает на тот разлом, который мы только что использовали.

По его очередному указу я закрываю разлом. Пожалуйста, господин, ёлки палки.

Я осматриваюсь. Вокруг нас уже знакомое мне по первой встрече с Эмилем черно-красное пространство. Тут далеко не уютно.

Рафат делает несколько шагов поодаль меня, проявляет свой дар, выставляя вперёд руки. Между его ладонями появляется шар с его энергией. От шара мгновенно выстреливают красные нити, которые растворяются в пространстве. Затем, в пространстве формируется прозрачный, величественный, белоснежный дворец. Он постепенно воплощается в реальность, становится объёмным. Он возникает посреди ничего.

— Даааа! — с наслаждением тянет хранитель и оборачивается на меня, — это дворец Совета Хранителей, которое предатели не смогли проявить! Им просто не хватило силы! — он хмурится, его глаза наполняются злостью, — они хапнули дешёвой энергии и всеми силами высасывали из миров энергию, но сила Хранителя вовсе не в энергии! Наши Дары не одинаковы. Среди Хранителей есть жёсткая иерархия! Верховный Хранитель был создан Верховным. И я сейчас говорю не про жалкого узурпатора, который назвал себя Верховным. В нем нет и десятой доли силы настоящего Верховного!

Рафат зачем-то рассказывает мне, как устроена иерархия и дует ноздри, видимо, со злости, что его, крутого хранителя, видите ли, смогли победить. Мамочке поплачься. Или кто там у тебя? Папа Верхновный? Тогда ему.

Я не знаю, должен ли я ему отвечать. Я не знаю, что ему ответить. Потому, просто молчу. Пока что я просто наблюдаю.

— Что то ты быстро сломался! — склонив голову на бок, заявляет хранитель, —подчинение воли обычно заставляет выполнять лишь прямые приказы. В отличии от обычных людей, Архаты обладают сильной волей. Нет, не так. Обладали, — исправляется Рафат, — а ты просто тень от тех, кто был до тебя. Иди за мной! — он громогласно отдаёт мне приказ, оборачивается и первым начинает подниматься по мраморным ступеням дворца.

Странно, но ни один из его приказов никак даже не отзывается во мне. Я могу прямо сейчас наплевать на его прямые или не прямые приказы и он ничего не сможет мне сделать. По крайней мере, приказы его я выполнять точно не буду. Он вообще никак не подавил мою волю и не подчинил себе. Не так уж я прост и плох, как он думает.

— Это главный зал Совета! — торжественным голосом произносит Рафат.

Мы входим в огромный зал, в котором нет потолка. Вместо него, на высоте нескольких десятков метров, почти прозрачный, дымчатый купол. В зале, на расстоянии нескольких метров друг от друга, каменные ложи, которые обложены подушками. В центре, на возвышении, каменная трибуна.

— Здесь тысячелетиями решались судьбы миров! Это место создал сам Демиург, — снова заявляет Рафат с таким гонором, будто я должен сейчас пасть к его ногам, —чтобы мы, созданные им Хранители, контролировали порядок во вселенных! Теперь ты понимаешь, чей приказ проигнорировал⁈ — он снова смотрит на меня, скривив лицо.

Смотрит на меня как на кусок непристойного слова. Мама тебя не учила, что выказывать своё недовольство в лицо плохо знакомому человеку это не культурно? Ах да, забыл, у тебя же был только папа Верховный.

Я всё также молчу, ведь согласно его же логике, прямого приказа отвечать не прозвучало.

— Я задал вопрос! Отвечай! — повышает голос Рафат.

Вот теперь я отвечу.

— Я понимаю. Хранители миров, которых создал Демиург, решали здесь судьбы миров, — я просто повторяю за ним его же словами.

Тяну время. Чем дольше я тут нахожусь, тем больше информации получаю. Так что, игра, в любом случае, стоит свеч. Информация это в первую очередь оружие. Это оружие, благодаря которому я смогу послать этого Рафата подальше, как и всех остальных Хранителей. Просто пока я ещё не понимаю, насколько он силен и какими средствами располагает.

— Уже лучше, — он качает указательным пальцем в мою сторону, затем оборачивается и медленно идёт к трибуне, не переставая разглагольствовать, — и всё же, какой же ты слабый! Архаты и раньше не все были на одном уровне, ведь становление силы Архата зависит от его воли, закаленной в долгих жизненных испытаниях в смертных мирах, от боли которую он пережил. Сила Архата в его стержне! Поэтому будущих Архатов с рождения проводили через самые тяжёлые испытания. Те, кто не ломался, кто смог выжить, тот и становился Архатом. Хотя, были и те, кто просто жил с Даром Архата, никогда не прикоснувшись к таинству изнанки миров, — ступенька за ступенькой, он вальяжно переваливался с ноги на ногу, — в отличии от тебя, раньше Архаты обладали невероятной волей и характером. И только таким путем они могли служить Хранителям, не поддаваясь на соблазны. Но ты слаб. И потому, ты умрешь, дабы не пополнять ряды Пожирателей!

Рафат, распинаясь, наконец-то доходит до трибуны. Всё время, пока он трепал языком, видимо, соскучившись по разговорам за то долгое время, что был заточён, я думал, почему он не пользуется своими огромными белоснежными крыльями? Или они просто символ и как конечности вовсе не работают?

Помнится, Эмиль в своем подобном воплощении все же пользовался крыльями. А Рафат не может? Не хватает сил? Или Хранители, на самом деле, деградировали уже давно, раз позволили кучке тех, кого сами считали в своих рядах слабаками, убить или заточить в Инферно?

Долгую минуту Рафат молчит, стоя за трибуной. Он выдерживает драматическую паузу или что?

В огромном величественном зале воцарившаяся тишина так мне нравится, что я уже не хочу, чтобы Рафат начал говорить снова.

— Я призываю Силу, дарованную мне, восьмому Хранителю, Рафату Белоснежному, Создателем Вселенной! — внезапно, очень пафосно начинает орать Рафат.

В конце предложения, он и вовсе, срывается на визг, что вызывает у меня лишь усмешку и презрение.

Я, наконец, разобрался, что за эмоцию вызывает во мне этот ангелоподобный Хранитель. Смех. Вот что вызывает во мне это существо. Пренебрежительный смех над его пафосом, над его фальшью.

Он все ещё в этой маске надменности и превосходства, но я уже вижу его суть. И от того, мне смешно. Ещё при первом знакомстве с Рафатом я увидел, что хоть он и похож на ангела и вообще, вроде как, за «добро» и на «светлой стороне», но по своей сути ничем не отличается от того же Эмиля, Роланда и всей этой своры Пожирателей.

Пожиратели и предатели Хранители хотя бы не лицемеры, в отличии от Рафата, который держится за букву закона, наплевав на его дух. Лицемерие и фарисейство, вот к чему приводит слепое следование букве закона.

Рафат продолжает, что-то кричать, размахивая руками, но вокруг не происходит вообще ничего.

— Никого не осталось, — уже гораздо тише, разочарованно говорит Рафат, — наш противник уже знает, что я вырвался из Инферно. Ты останешься здесь и примешь бой! — нагло заявляет он, — тебе повезло умереть с честью! Я же, отправлюсь на поиски тех, кто может нам помочь! Я соберу армию, которая уничтожит предателей!

Ты не офигел? Практически заставил вытащить тебя из заточения, а теперь хочешь кинуть меня на одиночную битву с армией пожирателей и свалить, как трус, прикрываясь поиском помощи? Достойный ты Хранитель, слов нет.

Мне хочется хлопнуть ладонью по его наглому лицу. А лучше, Нарезателем по его шее! Идиот как есть.

Анисель рассказывала мне, что Хранители это что-то сродни высшим силам. Они те, кто сохраняют баланс во вселенной. Но в Рафате я вижу лишь глупого, напыщенного дурака.

— Открой мне разлом в свой мир, Архат! Я укроюсь там, пока не наберу силы! — Рафат снова приказывает мне в своей надменной манере и быстро спускается вниз по ступенькам.

Разлом так разлом. Я оборачиваюсь, поднимаю руку и открываю ему его.

Рафат, по всей видимости, не знает из какого мира настоящий я. Но моему родному миру и так нехорошо. Если туда придёт Рафат и начнёт там вербовать себе армию, думаю, ничем хорошим это не закончится. Конечно, есть шанс, что его просто закроют в психиатрическую больницу и закончится его карьера ангелоподобного хранителя миров, но рисковать я не буду. Поэтому я открываю разлом в пустой мир эльфов, где почти нет магии.

Рафат с большим нетерпением всматривается в открывающийся разлом и еле сдерживается, чтобы не побежать в него прямо сейчас. После открытия разлома, он сразу же шагает в него, видимо опасаясь, что его недруги уже рядом. Разлом я закрываю сразу, как только он в него входит.

Да, наверное, некрасиво. Только вот, он меня казнить решил. Никаких тёплых чувств я к нему не испытываю. Поделом будет.

Звук схлопывания разлома совпадает с похожими звуками открываемых порталов. Я оборачиваюсь назад. Ярко синие порталы вспыхивают прямо в самом дворце. Я насчитываю четыре штуки. Из каждого выходят практически одинаковые рыцари, закованные в доспехи, с мечами и щитами в руках. Высокие, больше двух метров ростом, массивные мощные фигуры внушают уважение.

Я понимаю, что новый разлом открыть я уже не успеваю. В моей руке появляется Нарезатель. Рыцари окружают меня и останавливаются.

Почему они не напали сразу, я понял, когда увидел, как из очередного портала выходит Роланд. Мне снова предстоит бой с очередным хранителем и снова без всякой подготовки? Ну дела. «Спасибо» судьбе, если она есть.

— Ты? — удивляется Роланд, — это ты призывал Совет? Но у тебя ведь нет Дара Хранителя… — он склоняет голову на бок и задумывается.

Мне нечего ему сказать. Я просто стою в окружении рыцарей и терпеливо жду развития событий.

Рафат, конечно, гадина! Этот мерзкий тип просто подставил меня! Его пафос и надменность оказались совершенно не безобидными!

Придёт время и я спрошу с него за то, что он сделал сегодня. Просто уму непостижимо! На что Рафат рассчитывал, попав сюда?

— И самое главное, — продолжает Роланд, — Дар Хранителя недоступен для смертного! Для этого сам Демиург должен вручить его тебе, ведь ты просто смертный человек, а вовсе не… — он снова делает паузу, на секунду задумавшись, а затем, продолжает, — нет! Значит это был не ты! — полу-вопросительно, полу-утвердительно он приходит к логическому выводу.

Ролланд подходит чуть ближе ко мне.

— Кстати, я ведь не представил тебе своих новых помощников! — он натягивает улыбку и разводит руки в стороны, — Архат, рядом с тобой стоят мои друзья, легендарная четвёрка братьев Краули. В некоторых мирах их чтут как богов, в некоторых, ненавидят и проклинают.

— Так и чем они легендарны? — первое, что я говорю с момента пришествия Роланда.

Я решаю поддержать разговор.

— О, мы всё же поговорим! Да у нас прогресс! — внезапно оглушительно, очевидно усилив голос магией, вскрикивает Роланд.

Я тут же жалею о том, что начал разговор с этим психом.

— Прекрасно! — продолжает он, — легендарны они, о юный Архат, тем, что несколько тысяч лет они обучали Архатов искусству боя, — я слышу пафос в его голосе, — правда, вот уже как несколько веков их сознание полностью в моей власти! — он снова растягивает улыбку на лице, — рыцари Краули сражаются во имя меня и им плевать на силу, законы, соблазны, правду, религию и прочий смертный бред.

Роланд начинает медленно ходить вокруг меня и своих стражей кругами.

— Как-то разозлившись, в одном из миров, они подчистую зачистили весь местный пантеон богов, — Роланд также межденно жестикулирует рукой, как и ходит вокруг, — люди, конечно, такому не обрадовались, ведь в их мире исчезла магия! Но это уже другая и очень долгая история.

Роланд резко останавливается и поворачивает корпус ко мне. Смотрит мне в глаза.

— Что ещё ты хочешь узнать, Архат? — он снова наклоняет голову на бок.

Этот вопрос он задаёт с явной издёвкой, явно не собираясь ничего больше рассказывать. Я это вижу.

— Всё понятно и так, — я передразниваю его манеру речи, — ты их очень любишь и уважаешь. Легендарные воины. Они тебя тоже очень любят и уважают. Иногда вместе, а иногда и по очереди! Бла бла бла и всё в таком духе, — ухмыляюсь, смотря Роланду прямо в глаза и заодно, отслеживаю воинов в доспехах.

Никто из рыцарей даже не дернулся в мою сторону, не поддавшись на наглую провокацию. Но одного из рыцарей моя тирада, всё же, зацепила. Тот что стоит справа от меня сжал рукоять меча так, что заскрипела платная перчатка. А ещё, он перенёс вес на правую ногу, готовясь атаковать.

— Ха-ха-ха! — Роланд ржёт и подходит ко мне ближе, — молодец, молодец, — повторяет он и останавливается за спинами своих рыцарей, — ты думаешь ты сможешь спровоцировать меня на необдуманные действия? Думаешь, я такой же тупой, каким был Эмиль? — на этот раз, он спрашивает грозно.

Да, ты слегка умнее Эмиля. Тот совсем тупенький был, согласен.

— Я же сказал, я понял всё, что ты хотел сказать, — повторяю ему в ответ, — странно, что ты, могущественное существо, хранитель целый, как и любой человек, скрываешь свои пороки и низменные наклонности. А я то думал, вы тут ничего не боитесь и не скрываете. Думал, вы вообще всесильны! — я продолжаю глумиться над ним, ведь ничего другого мне просто не остаётся, — но не стыдись, Хранитель, хоть ты и не сохранил самого себя!

И на этот раз, моя простая издевка, всё таки, действует на Роланда. Я вижу, как меняется его лицо.

Моя стратегия проста. Роланд привык, к своей силе, к безнаказанности, как и все остальные хранители. Привык к тому, что его авторитет неоспорим. И если он может сорваться и поддаться чувствам, то я должен его вывести.

И цель моя очень проста. Он должен сам приблизиться ко мне, пересечь линию, на которой стоят его рыцари, у которых, почему-то гораздо больше выдержки, чем у него самого. Может как раз потому, что они воины, которые прошли тысячи сражений?

— Роланд, кажется у тебя никогда не было мамы? — я лениво спрашиваю хранителя.

Он ещё не знает, к чему приведёт этот вопрос. А я знаю. План прост и надёжен. Всё должно сработать.

— Нет, Архат, у меня никогда не было мамы! Я Хранитель! Это что, твоё последнее слово? — возмущается Роланд.

— Конечно же у тебя не было мамы! — качаю головой, — я так и понял. У вас только папа и папа. Только вот напрашивается один вопрос. Каким это местом тебя родили? — я задаю этот вопрос с максимально каменным лицом и слегка наклоняю голову.

Последовавшая реакция Роланда была именно той, которой я и добивался.

Он, с обезображенным от ярости лицом срывается с места и бросается на меня. Хоть его и захлестнула ярость, он не забыл про защиту.