Наследник Тёмного Клана 2
Глава 1
Новость была шокирующей.
За время, что я провёл в этом мире, я привык воспринимать разговоры про Тьму, которой веками поклонялся Род Оскуритовых, как метафору или легенду, не имеющую к реальности никакого отношения. К тому, что эта самая Тьма окажется вполне себе реальной, я был совсем не готов.
Но я не был бы собой, если бы сразу ей поверил.
— Тьма, значит… А чем докажешь?!
В ответ голос рассмеялся. Он гремел и как утробное буханье пушек, и как мелодичный перезвон колокольчиков одновременно. Звучало это весьма пугающе.
—
Голову разорвала боль, перед глазами возникли картинки, настолько реалистичные, как будто кто-то включил в моём мозгу слайд-шоу.
Передо мной расстилался древний город, неказистый, преимущественно деревянный. И этот город пылал. Со всех сторон к нему стекались тёмные вооружённые фигуры. Их было столько, и они были настолько близко, что сомневаться не приходилось — город должен был пасть в ближайшие часы.
Зажатые в городских стенах жители кричали от страха и бессилия. Уже ничто не могло их спасти…
И лишь один человек сохранял спокойствие. Высокий, черноволосый, с гордым бледным лицом, он, опустившись на колени, собственной кровью чертил на пыльной мостовой древние знаки. На его пальце горело кольцо с белой змеёй, распахнувшей зубастую пасть.
Этот человек был Оскуритовым, одним из далёких предков Марка.
— Приди ко мне! Приди и помоги!!! — прокричал он.
Казалось, что никто его не услышал, но затем вокруг него закружился ветер, ударила молния, и улица погрузилась во тьму.
Абсолютная темнота, темнее, чем ночью, властвовала несколько минут, а затем схлынула, уступив место яркому Солнцу.
Но только Оскуритов уже был другим.
В его глазах плясали чёрные огоньки, а в каждом движении сквозила невероятная, неописуемая сила. Перехватив меч, в котором я узнал Людоеда, он уверенно зашагал навстречу ворвавшимся в город врагам.
— Следуйте за мной! — прокричал он, и жители города, переглянувшись, схватились за оружие. В них что-то изменилось. Тьма, сошедшая на зов Оскуритова, сделала сильнее и их тоже.
Во главе вооружённой толпы Оскуритов напал на вторженцев. Он дрался так, как не способен драться ни один человек, даже наделённый сильным Даром. Его движения были неуловимы, удары крушили несколько противников одновременно. Вокруг него плясали тёмные тени, сжирающие противников, а трупы падших врагов оживали, переходя на сторону обороняющихся.
Тьма играла на его стороне, щедро делясь со своим протеже своей страшной силой.
—
Перед моими глазами возникли новые картинки, на этот раз изображавшие кровавые битвы с участием Оскуритовых, растянувшиеся на многие столетия.
Сотни и тысячи фигур, мужских и женских, вооружённых и безоружных, сильных и слабых, наделённых Даром и лишённых его, проходили передо мной. И все они, все без исключения пали от рук Оскуритовых.
Поток изображений прекратился, и я сжал голову, пытаясь унять мигрень. Только что Тьма (а в том, что это именно она, я больше не сомневался) провела самый странный урок истории в моей жизни.
Теперь я знал, как началась древняя история взаимоотношений Оскуритовых со своей мрачной госпожой. Страшная и кровавая история, которая привела их к вершине аристократической иерархии.
—
— Убедился! Такое количество крови. Уж какие тут сомнения! Зато есть вопросы.
—
Я догадался, что она имела в виду чёрный дым, что едва не убил меня несколько минут назад. Но здесь, в этой комнате, я и в самом деле не чувствовал никакой угрозы. Дым остался где-то там, в доме. Здесь же были только я и Тьма.
Но что это за "здесь"? Вокруг меня была только абсолютная, кромешная темнота. Ни единого блика света, ни даже тихого звука. Да я даже собственное дыхание не слышал! Только тихий и вкрадчивый голос Тьмы.
Вопрос возник сам собой.
— Что ты такое?
Тьма мягко рассмеялась.
—
Я сохранил невозмутимость только благодаря своей хвалёной выдержке. Оговорка про Алину не была случайной. Тьма хотела, чтобы я понимал, как много она знает обо мне и моей жизни. Так она пыталась внушить мне ужас перед своим могуществом.
И надо признать, у неё это отлично получалось! Теперь я чувствовал себя как какой-то подопытный кролик, за которым наблюдает хитрый и внимательный экспериментатор. Неприятное чувство… Но знать ей об этом совсем не обязательно.
— А ты попробуй объяснить попроще. Эйнштейн говорил, что если вы не способны что-то объяснить пятилетнему ребёнку, то вы и сами не понимаете, о чём говорите. А я всё-таки давно не пятилетка…
Тьма снова рассмеялась.
—
— И ты — одна из таких сил?
—
Она говорила медленно, с придыханием. Наслаждалась собой и собственной историей. А Тьма у нас, оказывается, дама горделивая! Учту на будущее…
Но в целом её история мне, как любителю фантастики, казалась знакомой. Мультивселенная, древние межмировые силы, не имеющие физического воплощения, но незримо присутствующие в каждом из миров и обеспечивающие упорядоченность в этом бесконечном механизме. Ничего такого, что я не сумел бы понять! Читал и посложнее.
— А говорила, что не пойму… — хмыкнул я. — Кто ты, мне ясно. Но что ты хочешь?
—
Мне стало не по себе.
— Почему именно я?
—
В этот раз совладать со своими эмоциями было куда сложнее. Осознавать, что на тебя положил глаз кто-то настолько могущественный — странное чувство. Она пыталась показать, что я особенный. И именно это меня и смущало. Слишком уж хитро она пыталась мне льстить…
— То есть ты что, предлагаешь мне сделку? Я соглашаюсь с тобой сотрудничать, что-то для тебя делаю, а ты взамен наделяешь меня такой же силой, как в том ролике, что ты мне показала?
—
— И что, все в роде Оскуритовых проходили через подобное? Насколько я знаю семейную историю, ты помогала им без всяких дополнительных договорённостей!
—
Что-то здесь было не так. Как бы сладко она ни пела, как бы нежно ни шептала, доверия к ней никакого не было. К тому же у меня было чёткое ощущение того, что она не договаривает мне что-то важное. Это же Тьма! Глупо ожидать от неё откровенности.
Наверное, последнее, что следовало делать — это ей дерзить. Но я руководствовался инстинктами и чувствовал, что ни в коем случае нельзя уступать. Она что-то скрывает. И это что-то можно использовать в свою пользу!
— Ты знаешь, я никогда не заключаю сделок с теми, кто со мной не до конца честен! А ты говоришь мне не всё.
Как и ожидалось, мои слова привели Тьму в ярость.
—
Она угрожала мне, но делала это мягко, стараясь не навредить. Я был ей зачем-то нужен. И меньше всего она хотела хоть как-то мне навредить.
— Я лишь хочу знать то, что имею право знать. Люблю, когда со мной откровенны!
—
— Что ты имеешь в виду?
—
Того, что разговор свернёт в эту сторону, я ожидал меньше всего…
Глава 2
— Ты знаешь!…
В этот раз сдержаться не получилось, и я буквально выкрикнул эти слова.
Тьма вокруг меня самодовольно зашумела, кожу окатило морозом. Она радовалась, что наконец-то сумела пробиться через мою непробиваемую эмоциональную защиту.
—
Она торжествующе шептала мне в ухо, но с каждым звуком её слова волновали меня всё меньше и меньше. Окей, она выяснила, что я не Марк Оскурит. На что это влияет? Что она получила? Может ли это как-то мне навредить?
Ответ получался однозначным. Ничего. Это не меняло ровным счётом ничего.
— И что дальше? — равнодушно спросил я. — Ну, я выходец из другого мира. Точнее, моя душа. Ну или как её назвать… Тело всё равно принадлежит Марку Оскуриту. Я и есть Марк Оскурит! И вся та уникальная генетика, о которой ты так много сказала, принадлежит мне. Так что хочешь, не хочешь, но тебе всё равно придётся со мной договариваться.
Непроницаемая темнота вокруг меня пришла в движении. Протяжно завыла и застонала, раздалось клацание множества челюстей, вой миллиона глоток. Кожу обожгло жаром и холодом, в нос ударила нестерпимая вонь.
Тьма злилась. Злилась, и пыталась запугать меня всеми доступными ей средствами.
Но на меня это не действовало. Ну в самом деле, человека, который уже умирал, совсем не просто запугать такими дешёвыми спецэффектами!
Это же поняла и она.
—
— Я уже сказал. Я не против заключить с тобой сделку. Сила ещё никому не повредила. Но мне нужно понимать, на каких условиях я это делаю…
—
— Прославляю как? Можно отойти от общих фраз и перейти к конкретике?
—
По её тону было понятно, что она удивляется, как я самостоятельно не додумался до таких простых вещей.
Дело же было в том, что я и сам прекрасно это понял. Она на это прозрачно намекала. Да и как ещё можно прославить Тьму? Только кровавой жертвой! И чем более кровавой и жестокой она будет, тем для неё лучше. А уж если я начну настоящую войну… Тогда она будет плясать от счастья!
Проблема была в том, что меня подобный расклад совсем не устраивал.
— Знаешь, мне это не нравится. Становиться марионеткой у тебя на службе и послушно махать мечом, вырубая всех, кого ты пожелаешь, я не желаю.
Тьма молчала. Я чувствовал её движения вокруг себя. Она размышляла.
—
— Да. Но для начала ты ответишь на все мои вопросы. И наконец-то объяснишь мне, что ты, могущественная Тьма, сущность, обитающая во всех мирах Бесконечного, делаешь здесь, в комнате самого заурядного Чёрного дома!
—
Но в этот раз её спецэффекты произвели на меня ещё меньшее впечатление, чем раньше.
— А мне кажется, что ты делаешь это не по доброй воле. Если бы ты могла, ты бы давно нашла способ со мной связаться и переманить меня на свою сторону. Но ты молчала…
—
Я понимал, о чём она говорит. Тогда, на экзамене, я в первый раз услышал её голос. Она показала мне, как нужно действовать, чтобы одержать победу, и позволила мне применить сильную тёмную технику, сокрушившую защиту Нестерова. И, конечно же, она предупредила меня об атаке той вооружённой дротиками парочки. Без её помощи меня превратили бы в решето, и я бы ничего не успел понять!
— Помогала, — легко признал я. — И за это тебе большое спасибо! Но мы же оба понимаем, что это всего лишь мелочь. Ты оберегала нужное тебе тело. Только и всего. Пара советов, один эффективный, но простенький приём, — маловато для кого-то твоего масштаба! Поэтому я делаю вывод, что на большее ты была неспособна. Ты заперта здесь и ограничена в силе. Я ведь прав?
Тьма снова взяла пузу и не спешила отвечать. То ли проверяла мои нервы на прочность, то ли размышляла.
Но долго молчание не продлилось. Она заговорила, и в этот раз она решила ничего от меня не скрывать.
—
— Кроме тебя он призвал Черноту, — закончил я за неё.
—