Магистр Д.У.М.

Дюба вовремя прикрывает меня собой. Я бы и сам защитился, конечно, но за тушей демона надёжнее. Ему-то на пули плевать, он авиабомбу сожрёт и не подавится.

Буги скачет по полю боя, появляясь то здесь, то там. Исподтишка кусает врагов, полосует когтями и ворует боеприпасы.

— Буги взять бум-бум! — Бугорос появляется рядом со мной и вручает гранату.

— Спасибо!

Швыряю гранату во врагов, усиливая бросок телекинезом. Взрыв дополняю конструктом. Грохот стоит такой, что во всём посёлке разлетаются окна. Клочья земли подлетают до небес.

Фербас, демон ярости, забывает про мой приказ. Боевое безумие — это в его стиле. Он несётся вперёд, успевает прикончить пару противников своими секирами. А потом его тоже насаживают на белые мечи.

Какая, сука, ирония. Маги-экстремисты пользуются оружием антимагов.

Единственный, кому плевать на мечи — это Абигор. Он радостно носится по полю боя, расшвыривая огненные шары. Сбивает говнюков и беспардонно дрифтует на их телах. Кровь из-под его колёс брызжет во все стороны.

Но и без мечей у нас проблемы. Шквал свинца и заклинаний всё плотнее, а наши силы иссякают. Враги сужают кольцо, атакуют всё точнее.

Мой демон пламени получает залп из молний в голову и падает замертво. Огненная плеть, которой я стегал врагов, сразу теряет половину мощности.

А вы как думали? Мои демоны не только сами дерутся. Они усиливают мою магию. И когда их побеждают, то побеждают и часть меня.

Мы сражаемся отчаянно, убиваем соперников одного за другим. Но в какой-то момент я понимаю, что нас осталось всего четверо, не считая Абигора.

Я, Дюббук, Сигита и Бугорос.

Вот дерьмо. Кажется, пора применить заклинание из разряда последнего шанса.

«Буги! Проверь, как там Антон!»

«Да-да!»

— Поздновато ты решил отступить, — цедит Сигита, из последних сил поддерживая защиту.

Хищно скалюсь:

— Кто сказал, что я решил отступить?

— А я не против, — рычит Дюббук, сплёвывая чёрную кровь. Вся грудь и плечи у него покрыты дырками от пуль, одно крыло порвано. — Как-то тяжко.

— Справимся!

— Антоша нет, — Буги возникает у меня на плече. — Тю-тю.

В смысле, нет? Ладно, похрен. Братство его схватило или сам сбежал — без разницы. Потом спасу, если надо будет.

Зато не придётся думать, как его защитить.

— Прикрывайте!

— Дум, я больше не могу! — стонет Сигита.

— Когда ты в прошлый раз так говорила, мы потом ещё три часа развлекались, — подмигиваю я. — Работай, девочка!

Демоница рычит, но подчиняется. Формирует вокруг нас защитную сферу, пускает в неё все силы.

Я глубоко вздыхаю и начинаю творить заклинание.

Абигор продолжает носиться вокруг, мешая противникам. В сферу долбятся пули и магические снаряды, но Сигита справляется.

— Мечники, вперёд! — приказывает кто-то. — Уничтожить сферу!

— Дюббук, Бугорос, — говорю я. — Не дайте им подойти. Только осторожно.

— Я осторожно не умею, — рычит Дюббук и бросается в атаку.

— Буги делать! — восклицает мелкий.

Я сплетаю заклинание настолько сложное, что еле получается его удерживать. Но контроль маны — моя главная фишка. А этот конструкт — моё фирменное изобретение, которым больше никто не владеет.

Ловушка для магии.

Я поднимаю руки, и в воздух взлетает небольшой прозрачный шар. Выглядит как мыльный пузырь.

Теперь — самое интересное. Я перехватываю все заклятия врагов, какие могу, и направляю в пузырь. Форма заклинаний рушится, сила остаётся. Пузырь начинает наполняться мощью, и она стремится вырваться наружу.

Но я держу. Пока что рано.

Рано…

От рёва Дюббука у меня мороз по коже. Похоже, мой главный демон ранен. Бросаю быстрый взгляд и вижу, как Дюба рвёт очередного парня пополам. Но в бедре у него торчит белый меч. Из раны хлещет тёмная кровь и валит дым.

Хреново дело.

«Дюба, держись! Уже почти!»

«Мать моя чертиха, как больно…» — мысленно рычит он в ответ и пробивает в рыло какому-то демону. Его череп сразу превращается в кровавое месиво. Следом Дюббук выдыхает поток ярко-красного пламени, отгоняя от себя врагов. Кто-то превращается в факел и с воплем начинает кататься по земле. Бесполезно. Адское пламя так просто не потушишь.

— Не применяйте магию! Только оружие! — раздаётся голос.

Вот теперь пора. Надо только слегка настроить заклятие…

«Всем исчезнуть!» — приказываю я. — «Абигор, уезжай подальше!»

Мои оставшиеся демоны подчиняются. Защитная сфера вокруг меня исчезает, но мне уже плевать. Я выпускаю всю мощь, накопленную в пузыре.

За миг до того, как она вырывается наружу, замечаю очередную порцию серебряных вспышек. К врагам пришла подмога? Или…

Кольцо разрушительной силы резко расширяется. В радиусе пятидесяти метров вокруг меня перестаёт существовать вообще всё. Кольцо выжигает почву и воздух, а от врагов не оставляет даже воспоминаний.

Ну, так я подумал в первое мгновение. Пока не осознал, что за вспышки мелькнули перед самым применением заклятия.

Это Холод успел переместить своих братьев. Спас их никчёмные жизни.

Становится тихо. Я потратил всю ману и чуть не падаю с ног. Оглядываюсь и не вижу никого живого. Только дымящаяся земля, разбитая машина Антона и развороченные домишки. Мотор Абигора рычит где-то за горизонтом.

— Победа, — хрипло говорю я. — Охренеть.

Яркий серебряный всплеск ослепляет. Невольно прикрываю глаза и не сразу понимаю, кто возник передо мной. Первое, что вижу — два синих огонька в темноте.

— Это не победа, магистр Дум, — говорит Холод. — Вы просто отсрочили поражение.

— Сука, да какого хрена тебе от меня надо? — рычу я.

— Я не из тех злодеев, что произносят длинные речи, — улыбается Александр. — Я вообще не считаю себя злодеем.

— Ну да, конечно. Ты просто ссыкло. Послал своих людей. Нет чтобы сразиться со мной по-мужски, один на один.

— Предпочитаю решать проблемы эффективно, а не эффектно, — отвечает Холод.

«Ребята, мне помощь нужна», — мысленно говорю я.

Понимаю, что мои демоны истощены и изранены. Но один я с этим уродом точно не справлюсь.

Дюббук без слов появляется рядом. Дышит тяжело, истекает кровью. Но готов сражаться. Бугорос возникает за спиной Гарканова и прикладывает коготок к губам.

«Прости, хозяин», — раздаётся в голове голос Сигиты. — «Но я не хочу умирать».

«Ты охренела? Выходи и сражайся».

«Нет», — отвечает демоница, и я чувствую, как наша связь разрывается.

Сучка. Я сейчас так истощён, что она сумела разорвать связь между нами. Бросила меня.

— Предательница, — вслух рычит Дюба.

— У вас не осталось козырей, магистр Дум, — снова улыбается Холод.

Огни в его глазницах вспыхивают ярче. В каждой руке появляется ледяной кинжал.

Резко повернувшись, главарь Братства швыряет один из них в Бугороса. Малыш не успевает даже дёрнуться. Ледяной кинжал пригвождает его к земле.

Демонёнок отчаянно верещит, но не может пошевелиться. Дюббук с рёвом бросается на Холода. А я пытаюсь собрать хоть какие-то крохи маны — и не успеваю.

Дюбу сносит с ног вихрь ледяных осколков. Демон перелетает через меня и с грохотом падает. Пытается встать и не может.

Александр бросает второй кинжал в меня. Успеваю поставить жалкое подобное защиты. Кинжал пробивает её насквозь и вонзается мне в живот.

— Твою мать, — рычу я, падая на одно колено. — Больно же.

— Простите, магистр, — разводит руками Холод. — Такова необходимость.

Ситуация дерьмовая. Но этот хмырь ошибся, когда сказал, что у меня не осталось козырей.

Один ещё в наличии.

Гарканов идёт на меня. Скрипя зубами, я одной рукой достаю из живота кинжал. А второй лезу в карман и вытаскиваю золотую авторучку.

— Ручка? — Холод даже останавливается.

— Не совсем.

Жму на кнопку, и ручка наливается сиянием. А через миг у меня в руке оказывается длинный меч, целиком сделанный из золота. Клинок вспыхивает и окутывается жарким пламенем.

Мой любимый артефакт. Солнечный меч.

Собрав остатки сил, вскакиваю и бросаюсь на Холода. Огненный клинок рассекает его грудь. Гарканов кричит и отступает. Призывает ледяной щит, но Солнечный меч проходит через него, как через горячее масло.

Остриё летит прямо в лицо врага. Тот в последний момент успевает уклониться. Ну, почти успевает.

Меч распарывает ему щёку на две половины. Кровь хлещет по лицу и шее, и Холод исчезает в серебристой вспышке.

Не успеваю даже повернуться. Только чувствую, как Александр появляется за спиной. А следом в этой самой спине вспыхивает жуткая боль.

Судя по всему, меня нашпиговали ледяными кинжалами. Десятком, не меньше.

Перед глазами темнеет. Я пытаюсь повернуться, но только запутываюсь в ногах и падаю. Вижу, как Гарканов подходит ко мне. Кончиками пальцев трогает располосованную щёку и морщится.

Ну, хотя бы новый шрам напоследок я ему оставил.

— Говорю же, ссыкло, — ухмыляюсь я. — Со спины нападаешь.

— Я ведь уже сказал. Предпочитаю решать проблемы эффективно.

Броском ледяного снаряда Холод выбивает меч у меня из руки. Тот в полёте превращается обратно в ручку и падает на опалённую землю.

— Прощайте, магистр, — говорит Александр.

У него в руке появляется свой меч — сделанный, само собой, изо льда.

Последнее, что я успеваю сделать, это разорвать связь между собой и Бугоросом. Не хочу, чтобы малыш погиб вместе со мной. Пытаюсь отпустить и Дюбу, но тот сопротивляется. Сам удерживает нашу связь.

— Хрен тебе, Дум! — рычит он вслух. — Сдохнем вместе!

Я хочу что-нибудь ответить, но не успеваю. Ледяной меч опускается, и наступает тьма.

* * *

Проходит целая вечность во беспамятстве. Но она сжимается до одного мгновения, когда я прихожу в себя.