Бард 7

Когда все расселись, я начал говорить. Неохваченными (в смысле не оприходованными мной) из присутствующих оставались Фроська и Керана, но решением этого вопроса я займусь в ближайшее время. Вернувшаяся Симонова, как и Светлана, отчитались, что все мои распоряжения выполняются.

— Внимание! — начал я, и в кабинете дисциплинированно повисла мертвая тишина. — Практически ни от кого от вас я не скрывал, что могу использовать оружие Древних! — вот так с ходу в челюсть, как говорится. А чего воду в ступе толочь-то?

Я оглядел всех присутствующих и убедился, что прав. Все понимающе дружно кивнули. Никто вообще не удивился моим словам. Ну да, после нынешней осады… все прекрасно видели, и глупых в моем гареме не имелось. Ну, по крайней мере, я на это надеялся.

— А теперь, — торжественно улыбаюсь и стучу по столешнице. Мне, кстати, пришлось несколько раз приказать никому под нее не лезть, а то желающих хватало, — порадую вас. Теперь и вы можете использовать оружие Древних. Кроме Фроськи и Кераны.

Вот тут мой кабинет взорвался торжествующими криками. Гномка и гоблинка обиженно надулись, но я им хитро подмигнул.

Когда ликование затихло, я продолжил.

— Только помните: никто не должен об этом знать! Сами понимаете, что тогда начнется. Мы устроим вам тренировки с оружием, пока с самым простым. Вы же все как раз носите пистолеты. На публике оно для всех должно оставаться только сувенирами.

— Хозяин, но то, что было во время осады… это же заметили все, — осторожно произнесла Симонова.

— Да, но это пока хоть как-то можно объяснить моими родовыми способностями, — спокойно пожал я плечами, — по крайней мере, есть шанс. Но это я! И только я! Если оружием Древних внезапно начнет открыто пользоваться пользоваться весь мой гарем, в котором помимо людей и эльфов имеются еще и зверолюды, орчанка и гоблинка — вот это точно вызовет ненужные вопросы. Так что пока только тайные тренировки. Применять оружие будете только по моему приказу или в случае крайней нужды… всем все понятно? — обвел я суровым взглядом притихших девушек.

Дождавшись покорных кивков, продолжил:

— Завтра у нас праздничный день, мы отдыхаем. Пир на весь мир, так сказать. Вечером, возможно, дадим небольшой концерт для нижегородцев. А вот послезавтра непосредственно займемся вашими тренировками. Уна, организуешь? — вопросительно посмотрел я на фею.

— Конечно, хозяин! — радостно потерла руки моя энергичная крылатая девушка. — И не сомневайтесь.

— Тогда все свободны. Ира, Мин и Кин, останьтесь…

Кабинет сразу опустел, и на меня теперь смотрели четыре пары удивленных глаз. Уна сама посчитала, что без нее никакой приватный разговор не обойдется. В данном случае я не возражал.

— Что будем с сестрой твоей делать? — спросил я у Иры.

— Не знаю, — пожала плечами моя первая жена, — она в твоей власти. В свете последних событий она не моя сестра… по крайней мере, я ее таковой уже не считаю. Приведя с собой на нашу землю исконных врагов, она лишила себя права считаться Бутурлиной. Просто чужой человек.

Но «чутье женщин» подсказывало, что Ира не до конца честна со мной. Все-таки чувства к Ксении у нее оставались. Она старалась мне показывать мне этого и действительно одобрила бы любое мое решение. Стоило серьезно все обдумать.

— А вы что скажете? — посмотрел я на обеих куноити. Те переглянулись.

— Если позволите, хозяин, — осторожно произнесла Кин, — мое мнение: нет человека — нет проблемы. Держать при себе потенциального конкурента… да и возможность побега, на самом деле, никто не отменял. Не спорь, Мин, — остановила она вскинувшуюся было сестру по оружию, — сбежать можно из любой тюрьмы, уж ты то должна это знать.

Интересно. Надо будет разузнать, о какой тюрьме идет разговор. Понято, что у моих куноити была весьма бурная жизнь до встречи со мной. Вот только я о ней мало что знаю. Вообще, пора бы и о других девушках побольше информации собрать… интересно же. А то, по сути, нормально только историю Дианы и Кераны знаю.

— Ты права, — коротко ответила Мин, — и все же у нас имеется вариант с лишением прав наследования… есть же рабский статус. Низвести до него, и проблемы будут решены. — Она бросила вопросительный взгляд на княжну Морозову.

— Хм, — та выглядела растерянной и удивленной, — а я об этом даже не подумала. Это вариант!

— Поясните мне, — попросил я, — у меня на законы память плохая.

— Ты победил в войне, — начала Ира, — у нас в плену та, кто войну эту объявляла. К сожалению, по законам Российской империи ее гражданина-аристократа насильно обратить в рабство нельзя. Тут должно быть личное согласие будущего раба или рабыни. После того как она откажется от всех прав на Нижний Новгород и наденет рабский ошейник, она станет Ксенией, рабыней князя Морозова. Причем фамилия ее никуда ни денется, и по закону она все равно останется Бутурлиной и сохранит титул княжны. Но бесправной и ни на что не претендующей. И назад пути у нее не будет. Мин права, это лучший выход. К тому же казнь ее будет законной, но тогда род Бутурлиных официально пресечется. Император ничего, конечно, сделать не сможет, но зачем лишний раз его злить? А при живой Ксении формально род будет существовать. Как говорится, и волки сыты, и овцы целы.

— И ты хочешь сказать, что твоя сестра добровольно пойдет рабыней ко мне? — я не скрывал своего ехидства.

Нет, сама идея в принципе была неплохой. И на самом деле очень удачным выходом из ситуации. В очередной раз я был в шоке от местных законов, в которых всеми путями пытались завуалировать существующее в империи рабство. Но чтобы аристократка, когда-то бывшая невестой наследного принца, сама согласилась стать рабыней своего злейшего врага… это не укладывалось в голове.

— Я знаю Ксению, — как-то невесело улыбнулась Ира, — если поставить перед ней выбор: смерть или рабство, она выберет рабство.

— А нужно ли нам такое? — тем не менее скептицизм меня не покидал. — Пусть на ней и будет рабский ошейник, она сделать мне и вам ничего не сможет, но это все равно, на мой взгляд, опасно…

— Нет, Саша, — возразила мне жена, — здесь немного другая ситуация, чем, например, с Ариэль или Зиной. Те способны на любой поступок… Ксения нет. Она трусиха. И чтобы сохранить свою жизнь, будет делать что угодно…

— Поверю тебе, — хмыкнул я, — но, я так понимаю, теперь надо спросить у самой Ксении?

— Да, — кивнула явно довольная тем, что убедила меня, Ирина, — и ехать к Суворову. И чем раньше тем лучше. Думаю, он давно нас ждет. Поверь, этот пройдоха точно переживает, почему мы сейчас не у него. И уж про Ксению ему точно известно.

— А ты что думаешь? — поинтересовался я у непривычно тихой Уны. — Какая-то ты подозрительно спокойная.

— Это почему подозрительно? — притворно возмутилась та. — Я просто спокойная. А Ира все правильно говорит.

— Ну пошли тогда, чего ждем? — усмехнулся я, и мы вчетвером покинули кабинет.

Небольшая тюрьма находилась в подвальном помещении левого крыла дворца. Отослав местного тюремщика, бородатого сурового мужика по имени Силантий 22 уровня ждать нас у входа вместе с тюремной охраной, мы направились по коридору к нашей цели. Лучшая камера по словам Иры, на мой взгляд, была явно далека от «лучшей» в моем понимании. Каменный кубрик метров десять квадратных, с соломой на полу и дырой отхожего места в углу, отгороженный от коридора решеткой из толстых, слегка проржавевших металлических прутьев. Собственно, это была единственная камера, занятая во всей тюрьме. Видать прошлый хозяин замка не парился с обустройством темницы, потому что всех казнил. Мы с Ирой подошли к решетке, Мин с Кин остались позади, чтобы не мешать нашему разговору. Ксения, увидев нас, вскочила на ноги.

Ее, кстати, переодели, и сейчас бывшая невеста наследника престола щеголяла в белых шароварах и такой же длинной белой свободной холщовой рубахе, размера так на два больше самой девушки. Еще ее слегка умыли и привели в порядок, так что бледное лицо и темные каштановые волосы казались чистыми. Сиреневые глаза, так похожие на Ирины, уставились сначала на меня, потом на сестру. М-да. В них я видел лишь сплошное отчаяние.

— Княжна, — церемонно поклонился я, вызвав у заключенной сильное удивление. Надо отдать должное, несмотря на свое положение, она сумела взять себя в руки, и голос, которым она ответила, даже обрел небольшую твердость.

— Князь, — поклонилась она гораздо ниже положенного.

— Нам надо с вами обсудить один вопрос, — сообщил, невольно вновь рассматривая девушку. Вот же блин. Даже в простом одеянии с бледным и поникшим видом, она была весьма привлекательной девушкой. Или я ее все время с Ирой сравниваю? — он касается твоей дальнейшей судьбы. Ира расскажет, — кивнул я жене, предоставляя возможность сестре самой поведать родственнице варианты ее будущей судьбы. В принципе, их, как и разговор с пленницей, мы окончательно обсудили по пути сюда.

— Ксения, у тебя два варианта, — холодно произнесла Ира, глядя на княжну безразличным взглядом. От меня не укрылось, как та вздрогнула от подобного тона. — Первый вариант традиционный для завершения войн между аристократами в Российской империи. Традиционный для тех аристократов, у которых нет родственников и которые не могут заплатить контрибуцию. Казнь.

— А второй? — я заметил, что при слове «казнь» пленница задрожала еще сильнее.

— Второй, немного посложнее, но ты сохраняешь жизнь. Отказ от всех прав на княжение с оставлением только родового имени и титула, и добровольное вступление в рабство к князю Морозову.

Глава 2 «Рабский договор»

После последних слов Иры наступила пауза, во время которой Ксения лихорадочно перепрыгивала взглядом то на меня, то на сестру.

— Я… я… не могу… это же позор… — бормотала она, теребя подол рубахи.

— Надо было думать раньше, — пожала плечами Ира, — когда ты на моего мужа с войском татар шла. Кто подговорил-то? Вот никогда не поверю, что ты сама придумала с Бахметьевыми спутаться.

— Трубецкой с Потемкиным… — тихо прошептала та.

— Опять эти, — зло проворчал я, сжимая кулаки, — никак не успокоятся. И ты им поверила? Да тебя же просто использовали. Хотя, надо признать, шансы у тебя были хорошие.

Ира бросила на меня недовольный взгляд, явно что-то хотела сказать, но сдержалась и вновь повернулась к сестре.

— Я не собираюсь ждать здесь весь вечер. Ты согласна? Если да, то мы освободим тебя, приведем в порядок и утром поедем к князю Суворову. Утверждать твой статус официально. Ну а если нет… — Ира зловеще улыбнулась. — Прикажу сколотить виселицу. Завтра на рассвете…

— Не надо, — решил подыграть ей, — не стоит устраивать показательную казнь, принесем веревку прямо сюда. Сообщим, что ты сама повесилась в камере, не пережив позора поражения. Я щедрее Иры, можешь думать всю ночь. Утром мы вернемся с мылом и веревкой.

Я собирался удалиться, как по глазам Ксении понял, что та не собирается ждать.

— Я согласна, — тихо произнесла она.

— Тогда повтори еще раз и громко, — приказала Ира. — И встань на колени.

— Я отказываюсь от всех своих титулов и прав, кроме родового имени и титула, и добровольно поступаю в рабство к князю Морозову, — громко и четко произнесла пленница, опускаясь на колени..

— Ну вот, — я увидел, как жена улыбнулась с явным облегчением. Правильно чувствовал, что не хотела она смерти своей сестре. Хотя по мне, кому как… порой лучше смерть, чем бесчестье…

После согласия Ксении Бутурлиной я надел на нее рабский ошейник, который я достал из инвентаря, благо их у меня целый запас имелся для Иры, был и с кошечкой вместо жетона, и… так, не отвлекаться. В общем, я еще добавил браслет-негатор и отправил своих рабынь приводить новенькую в порядок. Вдобавок я дал жене поручение все выяснить насчет этой самой компании в лице Потемкина и Трубецкого...

Ну а сам с куноити и Уной отправился на ужин. Там мы собрались всем моим дружным гаремом. Я объявил о выбранной Ксенией судьбе, но, к моему удивлению, особого впечатления эта новость не произвела. Ну так, легкое любопытство, не более.

Наконец вернулась Фокси, которая все это время следила за Ржевским. Быстро доложив мне, она подмигнула и уселась за стол, напоследок махнув рыжим хвостом. Ух, хороша, чертовка… давно с ней не занимался. Весть о возможности пользоваться оружием Древних привела лису в неописуемый восторг.

Ржевский, как выяснилось, оказался весьма дружен с князем Суворовым. И за то время, которое был в городе, посетил его аж три раза. Забавно… и этот новоявленный «Джеймс Бонд» до сих пор считает, что его никто не вычислил? Я погладил уплетающую пирожки Фокси по голове. Надо будет сегодня ночью уделить ей больше внимания. Думаю, остальные поймут. Заслужила!

Полный вариант сцены 18+ https://author.today/reader/224585/2301436

Ира так до конца нашей трапезы и не появилась, но по совету Уны мы решили не мешать времяпрепровождению сестер и отправились спать. День сегодня выдался тяжелым, поэтому надо было взбодриться. А для моего класса лучший способ — это, конечно же, секс. Много секса. Ира занималась воспитанием Ксении, да и у меня были кандидатки на эту ночь. Как там Система сказала? Нужно срочно качать харизму!

Уне срочно понадобилось переговорить со Светланой, поэтому ее роль на себя взяла Фокси. Личиска с розовыми волосами и тонким нюхом быстро отыскала Керану с Фроськой и привела их в мою спальню. И гномка и гоблинка заметно волновались, хоть и по разным причинам. У дочери Олафа это был первый раз с мужчиной, а спасшая меня гибридка очень боялась мне не понравиться. Все же класс инкуба это чит, зато как просто жить стало! Все женские загоны теперь на ладони… но ладно, чего-то я отвлекся.

— Значит так, сегодня ваше боевое крещение, как членов моего гарема! — важно заявил я воодушевившимся девушкам. Моя харизма действовала на них не хуже, чем сто грамм перед битвой. — Прежде чем мы начнем, есть те, кто не хочет здесь находиться? Силой я никого не держу и не заставляю. Можете служить мне без согревания постели…

Керана замотала головой с такой решительностью, что я даже испугался, не оторвется ли. Фроська отказалась уйти с куда меньшим энтузиазмом. Значит, с нее и начнем. Девственницы, обычно, долго не выдерживают. Быстрее ляжем, быстрее спать уйдет.

— Раздевайся, — приказал я гномке, любуясь ее складным телом. Несмотря на ее довольно низкий рост, ее фигура выглядела весьма гармоничной, а блестящие зеленые глаза отлично смотрелись с двумя косичками.

Фроська беспрекословно обнажилась, скинув легкую рубашку, короткую юбочку и, после секундного колебания, кружевное белье. Отлично, все гладко выбрито, прямо как я люблю. Уна не зря пила свое утреннее молоко, фея тщательно следила, чтобы весь гарем соответствовал своему высокому качеству.

— Как вы хотите воспользоваться мной… хозяин? — робко спросила Фроська. Еще бы, раньше она всегда могла спрятаться за спиной отца, а теперь была передо мной одна, нагая и беззащитная.

Я молча поманил ее к себе, взглядом попросив Фокси развлечь Керану, пока я занимаюсь гномкой. Мы слились в робком поцелуе, а затем еще и еще, пока она, наконец, не осмелела и сама не приникла ко мне своим горячим телом. Сбросив с себя халат, я обнял гномку и повалился спиной на кровать так, чтобы она оказалась сверху. Действуя по наитию, Фроська сдвинулась немного ниже, покрывая поцелуями подставленную шею и ключицы, а затем еще дальше, облизывая соски. Знаете, такое странное чувство возникло, с одной стороны довольно приятно, а с другой… щекотно блин!

Я поспешно нажал на голову гномки, и она послушно сдвинулась дальше. Я как истинный джентльмен, помог девушке присесть.

— Ах… — прикусив губу, Фроська смело насадилась на мой мощный горячий ствол, выгибая спину. .

Внимание! Характеристика «харизма» увеличена на 2, текущее значение: 53.

Мне и самому было очень приятно, гномка оказалась едва ли не самой узкой среди моих девушек. С ней могли посоперничать только Уна, Зинтариэль и Белкариэль и, как полагалось, у каждой из них была своя изюминка. Фроська вот предпочитала погружаться в любое дело “с головой”. Прикусив нижнюю губу, она устроила на мне настоящие скачки, задирая голову к потолку.

Фокси с Кераной не могли оставаться в стороне. Гоблинша устроилась у меня между ног, работая длинным языком снизу вверх. Лисичка улеглась над головой и массировала мне плечи, пока наши губы слились в долгом поцелуе, а языки устроили битву за доминирование, которую я, конечно, выиграл.

Фроська же больше не замечала ничего вокруг. Весь мир гномки сузился… Она погружалась в один оргазм за другим и ничего во всем мире не могло заставить ее остановиться… кроме моих рук.

По мере того, как нарастало напряжение, я схватил девушку за плечи и сам начал управлять темпом, моментально отправив ее в мощнейший оргазм. Еще несколько мгновений и я буквально “взорвался” заполняя Фроську. Уф… волна всепоглощающего блаженства затопила разум и я ненадолго отключился, а когда пришел в себя, бессознательная гномка лежала рядом с широко разведенными руками и счастливой улыбкой на устах. Как я и думал, сил на второй заход уже не оставалось.

Керана с Фокси сразу воспользовались моментом. Девушки длинными гибкими язычками моментально вернули меня в боевую готовность.

— Керана, ложись на спину, — приказал я, вставая у кровати. Действовал я аккуратно и нежно, неторопливо погружаясь в свою новую наложницу. Привыкшая к грубым сношениям с вождем, гоблинка аж заскулила от наслаждения из-за разницы наших подходов.

Внимание! Характеристика «харизма» увеличена на 1, текущее значение: 54.

Подарив гоблинше несколько комплиментов, я полюбовался густым румянцем на ее щеках и постепенно увеличил темп, ввергая ее в бездну блаженства и неконтролируемых оргазмов.

Керана оказалась куда выносливее и опытнее Фроськи, но и она не устояла передо мной, погрузившись в серию мощных оргазмов. Гоблинка постоянно дрожала, скулила и стонала, изорвав простынь под собой и глядя влюбленными глазами. В них читалась какая-то запредельная преданность и благодарность…

— Как же я… счастлива… — прохрипела часто дышащая Керана под мной, вцепившись острыми коготками в спину.

— Теперь я, теперь я! — вскрикнула Фокси.

Хватило одного кивка, чтобы радостно завилявшая хвостом лисичка встала передо мной на четвереньки, выгибая спинку и задирая упругий зад. В общем-то, именно за него я и хотел подержаться, а еще поиграть с ее мягкими пушистыми ушами, во время основного процесса….

Когда мы вчетвером наконец развалились на кровати, три девушки безо всяких сил и я, переполненный энергией по самую макушку, за окнам мерно брезжил рассвет, а в голове у меня лениво промелькнула мысль:

«Жизнь хороша».

В общем, я решил не спать, а отправился в ванную, где с удовлетворением обнаружил ожидающую меня Марфу с моей любимой мочалкой. В общем, пришлось немного подзадержаться в купальне, зато потом, после легкого завтрака я в сопровождении своих куноити, Иры, Ксении и Уны отбыл на карете к Суворову. Перед этим немного пообщался с Ирой, которая поведала мне печальную историю, как двое моих недругов-мажоров развели Ксению. Ну насчет «развели» я бы поспорил. Она сама пошла на это. Ей предложили — она согласилась. Хотя, в принципе, понять ее можно. Не хотелось девушке вести бедную жизнь после столь близкого и желанного господства над империей.

Ира подобрала бывшей княжне весьма симпатичное короткое темно-синее платье, и в нем, с уложенными в аккуратную прическу волосами и легким макияжем, Ксения наконец стала походить на аристократку. И даже немного ожила, по крайней мере, я больше не видел обреченности в ее взгляде. К моему изумлению, там, скорее, было любопытство. Вот, блин, не пойму никогда я женщин!

В нашу поездку мы не хотели больше никого брать, ограничившись стандартной дворцовой охраной, но тут неожиданно вмешалась Диана, заявив, что негоже боевому гарему отпускать хозяина одного в сопровождении каких-то непонятных стражников. В результате рядом с нашей каретой ехали прекрасные всадницы: рыцарь-паладин, орчанка и обе светлые эльфийки. Не хватало только Белки, которая вместе с Рейкой отправилась выполнять мое поручение по наблюдению за отступающими казанцами.

Ира была права: Суворов ждал нас. Он лично встретил карету, а увидев опустившую голову Ксению, с уважением посмотрел на меня. С ней он поздоровался, назвав ее полный титул. Мне это не особо понравилось, но я посчитал это просто данью вежливости.

Рассадив нас за стол в гостиной, Суворов еще раз внимательно оглядел гостей, задержавшись на рабском ошейнике, сдавившем горло Ксении.

— Слушаю вас, господа.

Я коротко поведал императорскому посланнику о цели нашего прихода и о согласии княжны Ксении Бутурлиной добровольно стать моей рабыней.

— Удивили, — признался Сувовров. — Княжна, вы действительно согласны на это?

— Да! — первый раз подняла голову она и твердо посмотрела на посланника.