Якудза из другого мира. Том V

— Э-э-э, ради булочки пойдешь на клевету? — поднял я бровь.

— Иногда и хорошие люди ради большой выгоды способны на подлость, — улыбнулась она в ответ.

— Я запомню это, Кацуми-тян, — я тоже не смог удержаться от улыбки, правда, её пришлось немного поднатянуть, чтобы получилась естественной.

Вроде бы и сказано в шутку, но в каждой шутке есть доля правды. Я не раз в прошлой жизни видел такое проявление подлости. Особенно в памяти отметился эпизод, когда два друга-одноклассника заказали друг друга.

После школы и универа они пошли вместе по жизни. Открыли общее дело, прогорели, решились на грабеж, были пойманы, отсидели, вышли и открыли новое дело. С новыми связями, полученными в тюрьме, они быстро пошли в гору. Отстегивали кому надо и сколько надо, работали не покладая рук. Достигли того положения, о котором так мечтали: дома, машины, жены.

Но вот один захотел вложиться в опасный бизнес, связанный с наркотой, а второй встал против этого на дыбы. Да, барыши там были невероятными, но и опасность была под стать — могли стать баронами, а могли и закончить жизнь искалеченными бомжами в подземных переходах. Первый долго уговаривал второго, а потом решил заказать одноклассника. Второй тоже решил избавиться от ставшего опасным компаньона, который так горел идеей быстрого обогащения. И, по воле случая, они оба обратились ко мне!

Я долго не хотел браться за это дело, думал, что мозги у старых друзей встанут на место. Но ни первый, ни второй не хотели даже слышать о примирении. Как будто и не было дружбы все эти годы… Да, преступали закон они не раз, но по отношению друг к другу никогда не шли против совести. А теперь стали самыми заклятыми врагами…

В итоге на подвернувшемся по случаю банкете я подсыпал яд в бокалы обоим. Сделать это не составило труда. Когда надеваешь форму официанта, то становишься безликим для всех в зале. Мда, но мне такое даже было на руку. Я встал поодаль, сложил руки, как порядочный вертухай, готовый примчаться по первому желанию — в общем, занял место в первых рядах готовящейся трагедии.

Каждому сообщил по смс, что в бокале у другого есть яд. Предупредил, дал последний шанс на исправление. Но нет — и первый, и второй прочитали мои сообщения. А после этого они улыбнулись друг другу, сказали по душевному тосту, поблагодарили корешка за всё хорошее и, с величайшей осторожностью, чокнулись. Опрокинули по бокалу, ухарски жахнули их об пол, а после уселись на места, как ни в чем не бывало. Улыбались, ели, пили, а через десять минут обоих не стало.

Друзья отправились в ад вариться в одном котле. А я неприметной тенью выскользнул из дома и отправился восвояси. Деньги вбили клин в дружбу, и ради выгоды они решились на подобный шаг.

Кстати, о друзьях — я заметил, что у окна в коридоре встали Кимико и Минори. Чуть раньше я провинился перед ними. Провинился специально, чтобы уберечь их от ярости духа комиссара Мацуды, отца Сэтору. Теперь пришла пора извиниться перед ними. Да, если хочу наладить отношения, то не нужно с этим затягивать.

— Кацуми-тян, я отойду на несколько минут. Надеюсь, что ты не соскучишься к моему возвращению.

Кацуми скользнула взглядом туда, куда направлен мой взгляд и насупилась:

— Ты опять?

— Перестань. Я должен же перед ними извиниться. Всё-таки я вел себя как последний…

— Ладно, но я не стала бы извиняться. Они тоже вели себя не как пай-тяночки, — хмыкнула Кацуми. — А уж что они про тебя говорили…

— Называли меня земляным червяком? — спросил я, вспомнив удава Каа из мультика про Маугли.

— Бывало, что и похуже, — загадочно ответила Кацуми.

Я улыбнулся в ответ, одернул куртку и пошел извиняться. Ух, какой волной презрения повеяло, когда я подошел ближе. Меня не просто игнорировали, меня игнорировали с очаровательной долей холодности и пренебрежения. Что же, ничего другого я не ожидал.

— А потом мы пошли по магазинам, и я купила себе вот такой вот очаровательный поясок, — сказала Кимико, показывая фотографию на телефоне и изо всех сил стараясь делать вид, что мною тут и не пахнет.

— Какая прелесть, — деланно восхитилась Минори.

— А ещё он с функцией усиления Доспеха Духа, это тоже играет ему на руку. Видишь, вот нажимаешь на пряжку, и он активируется.

— Девушки, не стоит делать вид, что меня рядом нет — я всё равно не поверю, — вмешался я в этот содержательный диалог. — Я подошел извиниться. Честное слово — не умею этого делать, поэтому уделите пару минут внимания и посмотрите на моё искреннее унижение.

— Он ещё и кожаный? — продолжила играть Минори.

— Я искренне извиняюсь. Прошу простить меня за те глупости, которые я сотворил по отношению к вам. Я был не в своём уме и вообще — можете меня даже пнуть по разу. Но только не в пах, я там ношу самое ценное.

— Да, и заклепочки на ремне такие классные, фигурные, — упорно игнорила меня Кимико. — Видишь, серебряные гвоздики внутри? Они специально так сделаны — усиливают стихию Молнии.

— Да хорош вам играть в непризнанку. Я же извиняюсь, потею, стараюсь изо всех сил. Ну, девчонки, не будьте засранками! — основную массу извинений я уже принес, поэтому можно было и сворачиваться.

Всё одно я сегодня большего не достигну, а мои слова они услышали. По крайней мере, румянец на их щечках говорил об этом прямым текстом. Ещё пару подходов через день-два, и мы станем общаться как прежде. Жаль, что я не отошел в этот момент и не смог сдержать свой язык…

— Ух, а какая классная строчка на нем. Это нити из жил дикой козы? — спросила Минори.

И вот тут я совершил эту глупость. Похоже, что-то из Изаму во мне ещё осталось. Порой кажется, что этого «чего-то» ещё очень много. На миг я разозлился и выпалил:

— А ещё взяла поясок потому, что по длине он напоминает мой член.

— Вообще-то он у тебя даже до четверти не дотягивает, — хмыкнула Кимико.

— Да нет, до четверти дотянет, — с сомнением в голосе произнесла Минори. — И это без учета яичек…

Произнесла и тут же осеклась. Нашу с ней поездку на мотоцикле мы держали втайне. А тут…

— Матисуда-сан, похоже, что я чего-то не знаю? — холодным голосом произнесла Кимико.

— Кимико… Я…

— И когда же ты видела член этого человека?

— Кимико-тян, я…

В этот момент я понял, что надо тикать. Лучше всего вообще с оставшихся уроков. Пусть сегодня поболтают, оценят, поплачут, решат, что все мужики — козлы. А когда остынут, то можно будет снова подкатить… Извиниться, а не то, что вы могли подумать.

Я сделал вид, что меня очень сильно заинтересовала люминесцентная лампа в конце коридора, и, взяв ноги в руки, отправился прочь от двух девушек, занятых выяснением отношений.

— Снова убегаешь? — поинтересовалась Кацуми.

— Да, срочное дело появилось. Если что, то я потом у тебя спишу, или вышлешь мне на почту? Рисовая булочка с медом с меня.

— Хорошо, беги, Изаму-кун. Я скоро с тебя буду каждый побег брать булочкой. Тогда растолстею и перестану пролезать в дверь.

Я оглянулся на шипящих друг на друга девчонок. Времени до того, как они скооперируются, решат, что все мужчины — козлы, а потом начнут бить меня, остается всё меньше. Но и уйти без ответа на такую явную просьбу о комплименте я не мог.

— Кацуми-тян, скорее Фудзияма провалится сквозь землю, чем твоя фигурка станет непривлекательной для мужского взгляда.

Всё, комплимент сомнительный, но другого она от меня и не ждет. Я же не изысканный поэт, у меня и мысли должны быть прямыми, как лом, и такими же жесткими.

— Беги уж…

И я побежал. Каждую секунду ждал фаербола в спину, но мне повезло. Выбрался из школы без приключений. Неподалеку от ворот стояла полицейская машина с уже знакомой девушкой-полицейским и её напарником. Я махнул ей рукой, она помахала в ответ.

В этот момент передо мной и возник Ленивый Тигр:

— Старший брат, а я уже тебя заждался. Ты же сказал, что выйдешь на час раньше?

— Когда это я тебе такое говорил?

— Да вчера вечером. Пришел ко мне на квартиру, велел принести вот это, — Тигр протянул мне небольшой мешочек.

Я развернул и заглянул внутрь. Там лежали стеклянные шарики. Такими ещё дети играют во дворах. Что за хрень? Ленивый Тигр сошел с ума?

— И что это?

— Да! — обрадованно улыбнулся Тигр. — Именно так ты и сказал вчера: «Тигр, как только я спрошу: „И что это?“, сразу же сделай так…»

После этого в моих глазах блеснула вспышка, левое ухо издало громкий треск, а серый асфальт бросился в лицо…

Глава 6

Мягкие руки поглаживали меня по лицу. Было приятно… Приятно было ровно до тех пор, пока в нос не ударил резкий запах аммиака. Глаза сами собой распахнулись, мозги прочистились, а перед собой я увидел приятное личико Наоки Хикамару.

— Такаги-сан, с вами всё в порядке? — спросила девушка.

Солнце обливало золотом её волосы, карие глаза подсвечивались янтарем. В её руках была небольшая бутылочка.

— Он сам меня просил! Он сам! Это мой брат! Да отпусти ты меня! — донесся со стороны голос Ленивого Тигра.

Я повернул голову. Здоровяка пытался утрамбовать в машину невысокий полицейский, напарник Наоки. Лицо Тигра напряглось, отчего шрамы проявились багровыми нитями на кумачовом полотне.

— Что случилось? — спросил я, с трудом ворочая языком.

— Этот амбал неожиданно ударил вас по уху. А теперь ещё кричит, что вы сами его об этом просили. Скажите, он у вас отбирал деньги?

— Всё нормально, — ответил я. — Отпустите его, пожалуйста. Это мой знакомый…

Блин, какой же удар у Тигра. И ведь какой резкий — я даже не успел среагировать. Вот что значит — потерял бдительность. Да и не ожидал я такого…

Сразу два удара почти одновременно — сначала психологический, а потом физический. Всё как по науке: сначала ошарашить, а потом победить. Крик «Кийя!» и удар… Да, не скрою, меня ошарашили слова Тигра о том, что это я его попросил. Ошарашили ещё и тем, что вряд ли Тигр сам догадался бы о таком, если это подстава, да к тому же так натурально сыграть…

— Он побудет немного у нас в участке, а потом мы его отпустим, после уплаты штрафа и если не будет возбуждено уголовное дело. К сожалению, таков протокол. Мужчина совершил нападение на школьника прямо перед зданием школы — мы не можем такого оставить просто так. Иначе зачем тут выставили нас?

И ведь всё логично, не подкопаешься. Тигр напал на школьника. Врезал так, что школьник навернулся. Это могли увидеть другие. И если полиция не станет действовать, то зачем тогда вообще полиция нужна в Токио? Какой закон и порядок она будет защищать?

— Я поеду с вами, — постарался я приподняться.

Наоки положила руку на плечо:

— Вам нужно лежать до приезда «Скорой помощи». Возможно, у вас сотрясение мозга.

— Да было бы чему там трястись, — всё-таки дернулся я.

Дернулся так, что рука Наоки соскользнула, а я лицом уперся прямо между грудей. Между офицерских мягких грудей, упакованных в грубую ткань униформы. Наоки прерывисто вздохнула и меня ещё больше затянуло в эту пахнущую женским телом ткань.

— Простите, — пробубнил я в блестящую пуговицу, когда девушка чуть подалась назад.

— Ничего, ведь это же случайность… — проговорила Наоки.

Румянец на щеках предательски выдал её смущение. Я тоже потупился, как должен был поступить молодой и неопытный школьник. Вот только кровь почему-то бросилась к паху, и внизу стало тягуче ныть.

— Старший брат, скажи ты им уже! — выкрикнул Тигр, которого каким-то чудом всё-таки удалось запихать в машину. — Пусть они меня отпустят!

Возбуждение мигом спало. Я вспомнил о том, за кого в ответе. Эх, эти юношеские гормоны… Всё вышибают из мозга, стоит только рядом очутиться женским прелестям…

— Я поеду с вами! — категорически заявил я, сумев-таки отстраниться от Наоки.

— Но «Скорая»…

— Со мной всё в порядке, — помотал я головой, прогоняя звон из головы.

— Но мы должны.

— Госпожа Хикамару, если вы не хотите отпускать Тигра, то я поеду с вами. Не могу же я бросить товарища в беде.

— Да он сам же эту «беду» и создал, — нахмурилась Наоки.

— А расхлебывать нам придется вместе. Он не со зла… Он просто хотел показать мне новый прием, а я не успел среагировать.

В принципе, почти что так и было. Даже не особенно пришлось обманывать — среагировать-то я не успел.

— Ладно, поехали. Точно не будете дожидаться приезда врачей?

— Точно не буду. Я в норме.

Как оказалось, до нормы ещё было далековато, потому что меня шатнуло при первой же возможности. Шатнуло так, что я нечаянно взмахнул руками в поисках поддержки, а коварная ладошка сама по себе упала на ягодицу вставшей девушки-офицера.

Я не хотел!

Хотя, кого я обманываю? Ладонь подсказала, что девушка активно занимается спортом, но не чересчур, чтобы сжатием ягодиц трескать орехи. Плотно, упруго, завлекающе…

— Ой, — прошептала Наоки Хикамару.

— Извините, — также тихо прошептал я в ответ. — Я нечаянно…

— Госпожа Хикамару! — окрикнул её напарник. — Мы готовы ехать. Поехали, пока этот буйвол нам машину не разнес?

А «буйвол» бушевал внутри полицейского автомобиля. Его ругань была слышна даже через плотное стекло.

— Я утихомирю его и поеду рядом, — сказал я. — Можно?