Клан

В оружейке Лёха и Миа в очередной раз остановились у сейфовой двери, ведущей в закрытый сектор. Взломать эту громадину даже не пытались. Во-первых, вряд ли подобные попытки увенчаются успехом, а во-вторых, никто, включая Ареса, не был уверен, что туда стоит соваться раньше подробного изучения всей местной документации. Вдруг там заперт бессмертный и очень голодный демон? Или штаммы смертельных для эльфов вирусов. Или источник смертельного излучения.

— Нам нужно изучить язык, прочесть всю документацию и разобраться с граалем, — озвучила очевидное Миа.

— Так мы, вроде, и собирались этим заняться, — осторожно напомнил Лёха. — Ты это к чему сейчас?

— Есть одна идея, — понизив голос сказала девушка.

Она шагала мимо эгид даже не взглянув на них и подошла к единственной заполненной стойке с оружием, которое пустотники сохранили для себя.

— Но я не хочу, чтобы о ней знал репликант. Я не очень понимаю чего от него ждать.

Тут Стриж был с ней согласен. Несмотря на то, что Арес вёл себя довольно прилично и благодаря Максимилиано даже понемногу вливался в коллектив, всё равно оставался «тёмной лошадкой». В основном из-за его хладнокровной жестокости и полного непонимания ценности чужой жизни.

— Что за идея? — спросил Лёха.

— Если грааль действительно может привязать клановый артефакт к ДНК какого-то человека, то образуется новый клан по образу и подобию остальных. Так?

Стриж кивнул.

— А что бывает, когда все инициированные члены клана погибают?

— Его родня мочит друг друга в ритуале крови, — нетерпеливо ответил Лёха. — И?

Миа хитро улыбнулась.

— Теперь представь, что мы находим пару впавших в немилость родственников Лауры. Достаточно близких, чтобы артефакт посчитал их одной крови. Такие, чтобы могли сразиться друг с другом в ритуале. Летим в руины, находим брошенный ничейный клановый артефакт, привязываем его к одному из них. И убиваем. Начинается срок сбора заявок желающих стать новыми главами клана. А их у нас два — Лаура и второй кречет, надёжно зафиксированный кандалами из хладного железа.

— А с Лаурой пара пустотников в эгидах! — догадался Лёха. — Мы попадём в мир эльфов и сможем добраться до этих ушастых мудил в колесницах!

Девушка кивнула.

— Зная язык, мы сумеем пообщаться или, по обстоятельствам, допросить кого-то из них. И понять, наконец, что за хрень тут произошла и почему местные ушастые туземцы живут дикими племенами, а тамошние весело наблюдают за кровавыми развлечениями под винишко.

Идея была интересная. Очень. И пусть там было много «но», стоило поработать над её реализацией.

— Отличная задумка, — искренне похвалил Стриж.

— Но для её воплощения нам нужен пленный поднебесник, — мрачно напомнила Миа. — А чтобы его добыть — требуется заняться бронёй.

Звон рынды прервал обсуждение. Мию и Стрижа вновь вызывали Кречеты.

— Что на этот раз? — раздражённо задал риторический вопрос Лёха, направляясь к порталу.

— Ничего хорошего, судя по экстренности вызова, — недобро предрекла Миа. — Мы же считай только вернулись…

В правдивости прогноза Стриж уверился, едва войдя в клетку-тамбур. Рядом с големами пустотников ожидал лично Даран. И отпирать дверь капитан не торопился.

— Я подумал над твоими словами, Алекс, — сказал он, поглаживая пальцами эфес шпаги.

Стриж и Миа переглянулись. Ничего хорошего такое начало разговора не сулило.

— И решил, что идею с открыванием разлома стоит опробовать, — продолжил Даран. — Безопасность её сиятельства обеспечу лично. Свободны.

И, кивнув на прощание, вышел, оставив пустотников стоять с разинутыми от удивления ртами.

Глава 3

Даран оглядел лес вокруг и помрачнел ещё больше, что казалось невозможным. Его конь фыркнул и притопнул копытом, словно соглашаясь с хозяином.

— Если пустотники не справятся, — обратился капитан к Робину. — Уводишь её сиятельство. Галопом.

— Да понял я, понял, — пройдоха вздохнул. — Что ты…

И, наткнувшись на яростный взгляд брата, замолк на полуслове. Захлопнув забрало, он подъехал к Лауре и взял её коня за поводья. Юная графиня покачала головой, но возражать не стала.

Райна весело фыркнула, наблюдая эту пантомиму. В отличии от капитана, воительница будто наслаждалась происходящим. Расслабленно откинувшись в седле, она грызла яблоко и смотрела по сторонам с безмятежностью человека, вышедшего в лес с друзьями на пикник.

А вот обученные боевые кони раздували ноздри, предчувствуя недоброе. Тяжёлую боевую броню, испещрённую защитным плетением, не надевают для обычной прогулки.

Да и ехать пришлось далеко: открывать разлом рядом с замком, городом или посёлком было опасно. И дело не только в риске для жителей, а, главным образом, в опасности разоблачения Лауры. Уехать за границу клановых земель незамеченными, минуя посты рубежников и отряды егерей, тоже было сложно. Подобная выходка вызовет много вопросов и пересудов. Куда графиня отправилась в сопровождении лишь капитана Дарана и пары его людей? Да ещё и все в тяжёлой броне и на боевых конях. И кто поручится, что любопытный рубежник не решит проследить за её сиятельством?

Был, конечно, вариант незаметно в сумерках перелететь через границу с помощью пустотников в крылатых эгидах, но этот вариант Даран сразу же отверг. Во-первых, они рисковали рухнуть прямо в пути, если в каком-то артефакте иссякнет невеликий запас энергии. А во-вторых, графиня со свитой рисковали оказаться пешими в дикой местности, где бы полностью зависели от пустотников.

Допустить подобного капитан не мог и Лёха, положа руку на сердце, его понимал. Он и сам при подобном раскладе принял бы такое же решение.

В итоге им двумя группами пришлось добираться до руин небольшого хутора, окружённого болотами. Когда-то тут была пахотная земля и неплохие пастбища для скота, но во время очередной грызни с соседями один из магов-водников подправил русло реки, пустив ту под вражескую конницу. В тот момент ему было глубоко наплевать на несколько посёлков, пострадавших от разлива.

Позже ситуацию пытались исправить, но небольшой хуторок так и остался заболоченным. Возиться из-за поселка, где жило полтора десятка человек, никто не стал, предпочитая пойти более простым путём — переселить крестьян.

Зато теперь это было неплохим местом для тренировок рубежников. Гниющие, но ещё вполне целые здания служили имитацией деревни, которую следовало оборонить, а тотальная сырость позволяла применять самую ходовую огненную магию без опасения спалить весь лес.

Идеальное место для эксперимента: безлюдное и носящее следы битв. Если кто-то издалека увидит всполохи огня или иное проявление магии — решит, что рубежники проводят очередные учения и не станет приближаться.

Насчёт учений догадка будет практически верной.

Добирались двумя группами: пустотники отправились в короткий перелёт в глухой и тёмный предрассветный час, а графиня с небольшой свитой выехала верхом. По официальной версии её сиятельство отправилась с Дараном и Райной продолжать обучение боевым техникам в, так сказать, полевых условиях. Этим объяснили и экипировку, и тот факт, что Райна в кои-то веки прихватила с собой саблезубого пустотника.

Брать ли с собой Гюнтера сомневались до последнего. С одной стороны, даже в качестве магической батарейки он был немалым подспорьем в бою, не говоря уже о могучем теле, но… Во-первых, человек понятия не имел как сражаться в теле зверя, а во-вторых, никто не мог предсказать какое впечатление на Гюнтера окажет вид самых настоящих демонов. Это местные воспринимают их как обыденную опасность, а психику остальных пустотников к любому зрелищу подготовил кинематограф. Но для религиозного землянина из начала двадцатого века это могло стать серьёзным испытанием.

Посоветовавшись, решили всё же рискнуть. Райне, в случае чего, требовалась подпитка, а Гюнтеру пора было воочию увидеть местные реалии.

Место по боевому расписанию ему отвели рядом с Лаурой — так сказать, в третьей, последней линии обороны. Было видно, что бывалому фронтовику не по душе такое решение, когда его соратники будут биться на передовой, но он был опытным солдатом и понимал — сейчас, толком не освоившись с новым телом, не пройдя занятия на слаженность с остальными, он станет больше обузой, чем подмогой.

Потому Гюнтер дисциплинированно сидел рядом с Лаурой, заставляя её лошадь нервно фыркать от присутствия хищника.

Биться с демонами по задумке предстояло пустотникам в эгидах. Им требовалось не только зарядить броню, но и испытать её в бою. До сих пор никто, кроме Стрижа, не бывал в битве в подобной экипировке. Да и с демонами ни Арес, ни Максимилиано пока не сталкивались.

Даран и Райна должны были локализовать место боя огненной стеной и вмешиваться лишь тогда, когда это требуется. Робину же отвели не слишком героическую, но весьма ответственную роль: если что-то пойдёт не так, он должен был позаботиться об эвакуации её сиятельства в безопасное место. Вмешиваться в бой ему разрешили с условием, что он не будет слишком уж щедро расходовать магические силы. Всё же Робину, не имевшему опыта службы рубежником, тоже не мешала небольшая тренировка.

— Ну что, готовы? — оглядев отряд спросил Даран.

— Да, — коротко ответил Стриж.

Его команда выстроилась в шеренгу метрах в двадцати перед всадниками, приготовившись встретить демонов.

— Начинаю, — предупредила Лаура.

Райна молча выкинула огрызок и опустила забрало. Даран стронул коня и остановился рядом с воительницей, закрывая собой графиню. Лёха ожидал, что одноглазый что-то скажет, но капитан лишь молча проверил, как выходит шпага из ножен.

Вопреки ожиданиям, Лаура не делала никаких театральных жестов, с её рук не срывались всполохи чего бы то ни было. Она просто глубоко вдохнула, на миг прикрыла глаза и сосредоточенно нахмурилась, будто пыталась вспомнить нечто важное.

И тут же прямо в мозг всверлился невыносимый высокочастотный то ли визг, то ли вой, а трава под ногами покрылась коркой льда. Кони прижали уши и жалобно заржали, Лаура и Робин зажали руками шлемы в отчаянной, но бесполезной попытке избавиться от проникающего в самый мозг звука.

Максимилиано тоже пришлось несладко — его трясло и, казалось, он вот-вот рухнет. Ничего странного в этом не было: никакой инструктаж не может достойно подготовить к совершенно чуждому воздействию. А вот что было странным — это реакция Ареса. Тот пару раз тряхнул головой, а затем глухо зарычал. Словно сжатая пружина он готовился ринуться вперёд, вгрызаясь в демона с равной им яростью.

Лёха даже невольно задумался, не слышит ли репликант тот же чарующий ангельский хор, что и он сам?

С пальцев Дарана в небо взлетело несколько световых шаров, принеся людям и пустотникам видимое облегчение. А вот Стриж, наоборот, ощутил будто на него что-то давит сверху. Терпимо, но неприятно.

Из сияния, разлившегося прямо в воздухе, появилось несколько тёмных фигур и Райна раскинула руки, словно приветствуя демонов. Просторное огненное кольцо окружило разлом и пустотников, отсекая тех от людей и саблезуба. Дополнительная преграда для демонов, за которую можно отступить в случае нужды.

— К бою! — автоматически скомандовал Стриж.

Вместо привычного лязга затворов раздался слаженный шорох выставленных вперёд крыльев.

Первым из разлома выпрыгнула знакомая уже трёхголовая тварь, похожая на мифического Цербера. Она на миг замерла, огляделась, а потом радостно взвыла всеми тремя глотками и бросилась на пустотников, роняя чёрную слюну.

Миа, на которую нёсся демон, даже не пошевелилась. Лишь когда он подобрался вплотную, девушка сделала короткий шаг и насадила монстра на клинки-крылья. Тот взревел от боли и попытался дотянуться до врага когтями, но длины лап не хватило. Те части крыльев, на которые нанизался демон, слабо мерцали, будто бы впитывая чёрную кровь.

Остальные пустотники шагнули вперёд, встречая новых тварей и выигрывая для Мии время зарядить эгиду.

Теперь демоны хлынули целым потоком. Гул огненной стены смешался с криками тварей в поистине адскую какофонию.

В первый миг Стриж хотел приказать сразу же закрыть разлом, но сдержался. Поле боя окружено пламенем, отряд защищён прочной бронёй, а в резерве ожидает пара боевых магов. Хорошие условия проверить группу в сложной боевой обстановке.

Крылья-клинки закружились в смертельном вихре, рассекая плоть монстров. Максимилиано, как и было обговорено заранее, пригвоздил к земле ближайшего демона и уволок ещё живое тело за спины товарищам. Пока тиаматцы подпитывали эгиды, Стриж и Арес делали всё, чтобы сдержать тварей и не дать тем окружить группу.

Это удавалось не всегда и тогда на помощь приходили Кречеты.

Пару монстров подхватил небольшой смерч и швырнул в магический огонь. Горящие заживо, они взвыли так, что их сородичи на миг замешкались, сбив ритм атаки.

Воспользовавшись моментом, вперёд вышли тиаматцы, выкачавшие своих жертв досуха. Теперь настал черёд Лёхи и Ареса нанизывать на клинки чешуйчатые туши и утаскивать тех в тыл, нервно отсчитывая секунды, пока эгиды напитываются энергией, и поглядывая на поле боя.

Дела у Мии и Максимилиано шли не очень.

Опыта в боевом применении эльфийских экзоскелетов у них не было, так что демоны наседали толпой, воспользовавшись численным перевесом. Стриж уже собрался вмешаться, когда на помощь вновь пришли Кречеты.

«Артиллерийская поддержка» в виде Райны и Дарана быстро сократила поголовье чудищ до приемлемого количества, дав возможность убедиться, что боевая магия ничуть не хуже миномёта или автоматического гранатомёта. Пусть и использует для поражения живой силы противника стихии, а не осколочно-фугасные боеприпасы. Особенно впечатлила принесённая ветром горящая ветка, пришпилившая одного из демонов к земле, словно насекомое булавкой.

Пустотники успели пригвоздить по пять противников прежде, чем в разломе появился силуэт чего-то здоровенного.

— Закрывай! — одновременно заорали Лёха и Даран.

Сияние в воздухе угасло, оставив на прощание рогатого демона метров четырёх в высоту и стайку церберов у его ног.

Даже сквозь гул пламени и голоса тварей отчётливо послышался одновременно испуганный и восхищённый мат Мии.

А вот Стриж её чувств не разделял. Рогатая тварь для них представляла такую же угрозу, как танк для не окопавшейся пехоты в его родном мире. И, как танк, уничтожить монстра нужно было в первую очередь.

Но прежде чем он успел подать команду, демон наклонил уродливую голову и издал чудовищный вой. В голову словно вбили десяток раскалённых гвоздей, а затем несколько раз провернули.

Упав, Лёха сжался в клубок, надрываясь криком. Частью рассудка, сохранившего ясность, он осознал, что рядом лежит и вопит от боли Миа. Стены огня больше не было. В груде металла неподалёку он с запозданием узнал Робина, сброшенного обезумевшим от ужаса конём. Чуть дальше упрямо пытался подняться на ноги Арес, вспахивая промёрзшую землю судорожно шевелящимися крыльями.

К нему, оскалив пасти, уже бежала стая церберов.

Стриж попытался встать, но руки и ноги едва слушались — вой рогатого демона, казалось, выпивал силы.

Всё что он мог — это смотреть, как за деревьями исчезает бешено мчащийся конь со странно скособоченной Лаурой в седле, а за ней в окружении сполохов огня мчится Райна.

«Я сделаю всё быстро, но очень больно», — среди какофонии криков и рычания голос Белочки прозвучал неожиданно-спокойно.

А в следующий миг Лёха понял, что до сих пор не знал, что такое настоящая агония. Тело полностью отказалось подчиняться, но при этом каждый нерв будто оголился. Сознание помутилось и он уже не осознавал, что происходит вокруг. Не видел, как Даран, голову которого окружала причудливая огненная вязь, кометой врезается в бегущих демонов, разя тех клинком и магией. Как подобная пламенная вязь окружила рогатого демона. Как, пошатываясь, встают пустотники и расправляют крылья эгид.

Медленно, слишком медленно.

Мимо пронеслась рыжая молния. Гюнтер, вздыбив шерсть, с яростным рёвом прыгнул прямо в огонь и всем весом обрушился на рогатого монстра, сбив того с ног. Демон рухнул на спину и взвыл, когда клыки саблезубого с хрустом погрузились в его грудь. Гюнтер мотнул головой, вырвав клок мяса из тела врага. Брызнула вонючая чёрная кровь, превратив морду пустотника в жуткую маску.

Орущий от боли и ярости рогатый попытался схватить мучителя, чтобы разорвать на части, но тот скатился наземь и отпрыгнул в сторону. Когти монстра врезались в землю, подняв вихрь из палой листвы.

Саблезуб тут же подскочил и ударил лежащего демона по морде, метя когтями в глаз, но противник успел отвернуться, отделавшись вырванным клоком шкуры.

Нового шанса для атаки монстр ему не дал — резким взмахом он впечатал лапу в бок Гюнтеру. Удар буквально смёл того в сторону. Прокатившись по земле, он на мгновение замер, а потом попытался встать на дрожащих лапах, очумело мотая головой.

Безуспешно.

Демон же тяжело встал и снова взвыл. Окружавшая его огненная вязь дрогнула, но выстояла. На этот раз никто не упал в корчах. Пустотники пошатывались, трясли головами, но на ногах держались.

— Я не могу дать вам пламенный венец! — крикнул Даран, возводя вокруг рогатого стену огня. — Оковы феникса сейчас спадут! Отступайте! Заберите Робина!

Конечно же его никто не послушал. Пустотники, пошатываясь, встали рядом с капитаном и ощетинились крыльями эгид.

Демон оскалился и от его тела потянуло таким холодом, что окружавшая его пламенная вязь бессильно угасла, а земля промёрзла, казалось, на сотни метров вокруг.

Изо ртов поражённых пустотников повалил пар.

Никто не заметил, как Стриж медленно встал на ноги, прислушался, раскрыл то, что сейчас можно было назвать только пастью, и издал высокий нечеловеческий рык с металлическими нотками.