Девять смертных грехов. Часть третья

— Отряд вашего ревенанта сейчас разбирают четыре отряда моих загонщиков, им как раз нужна практика перед отправкой на передовую. Но вот рыцарь… Наджера, почему сразу не сказал? — генерал чуть наклонился к страннику, но вот чистота на того надавила гораздо сильнее. Я заметил, как напряглись мышцы Илии, чтобы не прогнуться.

— Я доложил о тех, кого мы видели, и о тех, кого убили. Рыцарь же — это догадка…

— Которая может стоить жизни моим людям! — поморщился генерал, и его чистота рванула во все стороны, словно воздух после взрыва бочки скверны.

Балдомиро несколько долгих секунд прислушивался к своим ощущениям, но потом немного успокоился. Похоже, если рыцарь смерти и шел за нами, то пока был еще далеко.

— Я тоже проверял, и мой ученик, который принадлежит к роду Вильена, каждый час искал его возможные следы, — Илия продолжал тянуть спину. — Если бы была малейшая опасность реального появления такого врага, мы бы сказали.

— Вильена? Королевские орлы? — генерал задумался. — Что ж, возможно, вам и было на что положиться, но… Я не ваш ученик, странник, мне вы должны были доложить все и сразу. А раз так, то как я могу вам доверять или, тем более, доверить моих людей?

— Генерал Ордоньо! — нахмурился Илия.

Я видел, как кто-то из наших собирался что-то сказать в защиту странника, но я поднял руку, и они промолчали. Пусть наставники и были из Примеры, своими, но сейчас я точно на стороне генерала. Иногда стоит понимать, что пора заканчивать с играми и уроками. Вот только даже хорошие люди порой слишком сильно полагаются на свои привычки.

— Вас проводят из лагеря, — словно из воздуха рядом с генералом появился молодой оруженосец и вежливо поклонился странникам.

Илия несколько долгих секунд молчал, но потом все же смирился и еле заметно склонил голову. Через секунду они с Мигелем уже развернулись и шли к выходу из лагеря.

— Передавайте привет Карлу, скажите, что я присмотрю за его щенками, пусть не беспокоится! — крикнул генерал, а потом повернулся к нам.

— Мы не щенки, не стоит оскорблять солдат короля, — возразил я.

— Будущих солдат, — поправил меня генерал. — И… Вы видели знамя седьмого отряда?

Я вскинул голову, только сейчас обратив внимание на красный стяг с желтыми волчьими глазами на фоне леса.

— Мы — волки короля, — продолжал генерал. — А вы… Хоть и неплохо себя проявили, и в бою, и тут, пока еще не доросли до волков. Согласен теперь?

— Не доросли! — кивнул я.

— Тогда бросайте моих крыс на землю и идите к восточным воротам. Найдете четвертую казарму, там вас и разместят. Отдыхайте, приходите в себя, и, думаю, завтра мы начнем распределять вас по отрядам, отправляющимся на передовую.

Я кивнул, развернулся на месте и пошел в указанную генералом сторону. За мной потянулись остальные, и никто не обратил внимание, каким долгим и задумчивым взглядом проводил нас Балдомиро Ордоньо.

* * *

Прошла неделя, за это время мы успели обжиться в выделенной нам казарме, а генерал уже включил в действующие отряды почти девяносто процентов наших. Сегодня с утра на передовую ушли еще несколько отрядов, и нас осталось не больше десятка, причем ни одного идальго из моего отряда.

Впрочем, так было даже проще сосредоточиться на тренировках и собственном развитии. Меч, капли чистоты красной розы и голубой лилии, лисий хвост, управление второй формой и, конечно, алхимия. По ночам я медитировал над флаконом из котла скверны, и собранная в нем энергия уже почти позволила мне добраться до границы уровня квинта-идальго. Причем это была не чистая теория — почти все новые потоки, проложенные на карте звездного неба, я испытал в бою с умертвием. Испытал, дополнил и теперь приводил к идеальному для моего тела варианту.

— Ждешь прорыва? — сердце нежити тоже следило за моими тренировками.

— Жду, — честно ответил я. — Пока мне не хватает тонкости понимания, чтобы разобраться с тем же кольцом. А новый прием мне бы точно пригодился.

— Новый прием, которым пользуются остальные идальго? Или ты думаешь, что если это старое кольцо, то там будет что-то невероятное?

— Нет, но разве ты сам не говорил, что силы должно быть много?

— А ты мог бы подумать, что принесло тебе победы во всех этих сражениях? Как ты заметил умертвие, когда вы все были вымотаны, и оно обошло вашу чистоту? Или как оглушил целого капитана и двух лейтенантов, которые хоть и не были особо сильны, тем не менее, уже открыли грааль? А⁈

— Спасибо! — просто ответил я.

Иногда так бывает: упрешься в какую-то одну идею и забываешь, что на самом деле для тебя важно. Так и с моим развитием… Сердце задало очень правильный вопрос: в чем моя главная сила? Умение владеть мечом, в котором я дошел до четырнадцатого движения зимнего стиля — важно, но это все же неправильный ответ. Чистота, которая благодаря карте звездного неба получается у меня сильной и плотной? Тоже мимо! Особенно в сражениях с нежитью и теми, кто обходит меня на этом пути на целые порядки.

— Ну, нашел ответ? — сердцу надоело молчать.

— Путь алхимика? — я продолжил размышлять уже вслух. — Тоже нет. С ним, наверно, как с мечом или чистотой, я добился успеха, но только благодаря…

— Продолжай, — заполнило тишину сердце.

— Я не знаю, что это, — честно ответил я.

— И если у тебя нет названия, то это повод не развивать твою главную силу? — в голосе сердца добавилось ехидства.

— Я развиваю то, как эта сила проявляется. Зрение, меч, алхимия, капли… — ответил я и замер. — Капли розы и лилии — с одной стороны, это проявление королевских цветов, считай, артефактов, но с другой, именно эта сила меняет меня.

— Именно, — еле слышно, словно задумавшись о чем-то своем, согласилось сердце. — Цветы — это отражения, но капли — почти чистое проявление силы, для которой ты пока не придумал названия.

— Но ты его знаешь?

— Знаю, но не скажу. Ты недавно возмущался, что тебя смеют учить. Что тебя назвали щенком. А кто ты, как не слепой только что родившийся детеныш?

Хотелось возразить, но здесь и сейчас сердце было право. Есть глупые уроки, есть нужные, и мне стоит научиться видеть вторые и быть благодарным. Впрочем, говорить спасибо за прозвища я тоже не буду.

— Ну и дурак! — фыркнуло сердце.

Я только пожал плечами и продолжил тренировки. Теперь я выделял больше времени работе с каплями и попыткам понять рисунок королевских цветов, чтобы превратить живущие у меня в душе растения в оригиналы. Так прошла еще неделя, сегодня уезжал последний из учеников Примеры, и я оставался в лагере седьмого отряда последним, кому генерал еще не нашел места. Даже неуютно становится от мыслей о том, что же он для меня приготовил.

— Пока, Счастливчик, — помахал мне рукой Сарацин, чернявый идальго из отряда де Медины. Его отряд как раз выходил из лагеря, а я, как обычно, пришел проводить своего.

— Не подведи меня, — усмехнулся я. — Помни про зелья, что я дал. Не экономь их и используй для тренировок. На практику у нас осталось всего полтора месяца, так что их хватит, а как вернетесь, я сделаю новые.

Парень кивнул. Некоторые ученики, те, что понаглее, спрашивали, не выделю ли я им денег из добычи усыпальницы. Этот же оказался достаточно умен, чтобы понять и успеть оценить, что сделанные мной зелья стоят гораздо дороже.

— Не подведу! — Сарацин жизнерадостно улыбнулся, и его лейтенант с кирпичным лицом недовольно поморщился. Балдомиро Ордоньо как будто специально подбирал отряд для каждого из учеников так, чтобы они максимально не подходили друг другу. — Кстати, ты слышал последние новости? Говорят, генерал де Наварра сдержал наступление нежити, и в любой момент мы можем перейти в атаку!

Я только улыбнулся. Слухи про то, что мы вот-вот сомнем войска триумвирата, ходили постоянно. Меня же больше интересовало, не проскочит ли среди них случайное известие о ком-то из наших, но пока было тихо. И ладно! Пусть без подвигов, но, если молчат и на фронте тихо, значит, и мои товарищи не должны были пострадать.

* * *

Очередной день подошел к концу, я поспал четыре часа — мне этого хватало, чтобы не чувствовать усталости и сохранять как можно больше времени для тренировок — и еще в полной темноте взобрался на крышу казармы. Идеальное место для того, чья вторая форма — это посланник Ночной сестры.

Сегодня чистота особенно легко текла по жилам, меч слушался даже не движения моих мышц, а одного желания. Я словно нырнул в морское течение, которое утаскивало меня от берега. Неподготовленный человек, попав в такое, может выбиться из сил и утонуть, я же просто наслаждался движением. Какая разница, куда меня занесет, если море и чистота — это мой дом, это часть меня.

Я добавил в движения капли розы и лилии, но сегодня те казались такими тяжелыми и неповоротливыми. Я попросил их стать поменьше, и они согласились. Капли королевских растений, они же как капли крови. Не нужно их поглощать, нужно позволить им стать частью меня. Я чувствовал, что так будет правильно, только не знал, как это сделать. Зато я решил другую загадку, над которой бился все это время.

Я пытался превратить отражения растений в реальные цветы, но если они часть меня, то и превращение должно быть соответствующим! Взгляд алхимика пронзил голубую лилию, а потом мою собственную карту звездного неба. Я искал похожие рисунки. Не обязательно идеальные, но мне бы хватило и совпадающих точек, чтобы понять, куда ее поместить.

— Так просто!

Ответ нашелся почти сразу. Голубая лилия совпала с рисунком головы, а красная роза — сердца. Надо было еще много времени, чтобы достроить мою карту для полного совпадения, но и то, что я просто начал этот процесс, уже сделало меня сильнее. Капли королевских растений стали меньше, стали насыщеннее, они скользили по мне, разгоняя кровь и чистоту. Мое тело уже не могло выдержать их, но я не хотел останавливаться.

Секунда-другая движения через силу, и во все стороны от меня хлынул поток чистоты. Кажется, на дозорных башнях кто-то забегал, но я не обращал на это внимание. Я продвинулся в понимании своего пути, я открыл новый уровень чистоты. Или даже…

— Поздравляю с прорывом сразу через одну ступень, сейс-идальго де Луна, — на крышу передо мной запрыгнул один из адъютантов генерала.

— Спасибо, — осторожно ответил я. Прорыв через ступень был очень редким событием, и то, что я смог с ним справиться, очень о многом говорило.

— Генерал давал вам время, чтобы вы переработали опыт после вашего сражения с умертвием в силу, — неожиданно адъютант отошел от казенного тона и даже живо улыбнулся. — Вас уже раз десять хотели отправить в армию, но генерал Ордоньо защищает своих. Он сказал, что вы заслужили и никуда не отправитесь, пока не возьмете свое. Но теперь он сказал привести вас к нему в любое время дня и ночи.

— Я готов, — кивнул я, думая о генерале Балдомиро, который совсем не походил на своего предка, с которым я познакомился в усыпальнице.

* * *

На подходе к дому генерала я ощутил, что в гостиной меня ждут двое. После прорыва чувства стали гораздо тоньше, чем раньше, и мне не терпелось опробовать, как теперь будут выглядеть старые приемы. Уверен, я смог выжать из них в разы больше!

— А вот и наш герой, — первой меня встретила монументальная фигура генерала, который даже дома и в ночи не расставался со своим доспехом. Словно рыцарь смерти, только наш, человеческий. — Я рад, что не ошибся, и сражение с таким сильным врагом, как умертвие, позволило тебе стать сильнее. В будущем старайся использовать этот опыт. Не беги только в одни тренировки или одни сражения, чередуй их, чтобы опыт разбавлял знания и наоборот! Тогда ты добьешься настоящих вершин, — генерал уже привычно погладил усы, глядя на мой поклон, а потом сделал шаг в сторону, показывая своего второго гостя.

— Привет, студент, — поприветствовала меня Мартина Седонья, с которой мы так странно попрощались в прошлый раз.

— Отряд Мартины присоединился к моим загонщикам во время охоты на ревенанта, и я попросил ее задержаться, чтобы захватить тебя в армию. Милая девушка с радостью поддержала просьбу такого старика, как я.

— Откажешь вам, как же, — фыркнула Мартина, и я понял, что эти двое знают друг друга и за пределами армии. Может, дружат семьями? — А ты, — она ткнула пальцем в меня, — собирайся! Выступаем прямо сейчас!

Генерал все так же с улыбкой проводил нас, а Мартина прямо на ходу взяла меня в оборот. Надо отдать ей должное, прошлое она больше не вспоминала, а сразу принялась вводить меня в курс дела. Она с шестеркой загонщиков последние две недели не только ждала меня, но и по приказу генерала зачищала окрестности.

Как оказалось, небольшие группы нежити постоянно просачивались через линию фронта, и сотни таких вот отрядов охотились за ними день и ночь, защищая деревни и города королевства.

— То есть на войну мы не идем? — спросил я.

— У нас везде война, — только и махнула рукой Мартина, — но… До линии фронта точно придется прогуляться. Мне пора показаться генералу де Наварра, а по пути как раз загоним пару стай. Бароны с севера отправили много солдат в армию, и им нужна помощь. Кстати, правда, что ты алхимик?

Мартина резко сменила тему разговора, а заодно и направление движения. Словно сделала все, чтобы не коснуться меня.

— Алхимик.

— Тогда проверишь артефакты отряда, не хочу, чтобы что-то сломалось в бою. И жду от тебя зелий вроде тех, которыми так хвалились остальные ученики.

— Без проблем, — я пожал плечами. — Артефакты посмотрю просто так, лишняя практика не помешает. А вот зелья — только если будут ингредиенты.

— Маленький жадный идальго? — Мартина наморщила носик.

— Ну, если вы принесете мне клятву оруженосцев, то готов вложиться в вашу экипировку, — я только усмехнулся в ответ.

— Точно жадный, собрался заполучить себе аж семерых загонщиков, — Мартина фыркнула, но потом добавила уже серьезно: — Ингредиенты есть. Мы же охотились, набили и камни, и кое-что еще. Так что посмотришь, что из этого можно сделать.

На этот раз я кивнул.

Глава 4

Заказ

Сижу, покачиваюсь… Через дырку в крыше повозки видно небо и деревья, они тоже покачиваются. Хорошо быть алхимиком: остальные бегут по мокрому после ночного дождя лесу, а я сижу в тепле и сухости. Правда, тоже работаю.

Передо мной стоял крупный ящик для вещей, только вместо штанов и рубашек там в куче отделений лежали драгоценные камни, кости и все виды органов разной степени усушки. Отряд Мартины за время охоты на нежить и тварей скверны не пропускал ничего, что могло показаться им ценным. Изначально они планировали воспользоваться услугами армейского алхимика, но потом им попался я, и мои таланты были оценены выше. И дешевле.

Руки привычно ухватили флакон с лечебным зельем, маленький красный рубин и соединили их друг с другом, превращая дешевое обычное снадобье в загадочное. Иногда при таком смешивании получались и древние, но… Простые ингредиенты чаще давали простой результат. Ничего, до дорогих я еще дойду.

— Какой эстет, — сердце нежити решило составить мне компанию.

— У тебя хорошее настроение.

— Просто смешно наблюдать, как ты свысока смотришь на простые зелья, но сам их создавать при этом не умеешь.

Тут сердце попало точно в цель. В этом действительно была проблема моего случайного образования. Я умел дополнять зелья драгоценными камнями, я мог создавать источники и ключи, в конце концов, я даже использовал зрение алхимика в бою. Но вот создать простое зелье было для меня непосильной задачей. Нет, если у меня будет время, куча ингредиентов, то с помощью своих способностей я смогу восстановить или даже открыть процесс заново. Но зачем, когда все рецепты уже существуют, и любой учитель выдаст их мне на первом же уроке. Осталось только этого самого урока дождаться…

— Нет в тебе духа авантюризма, — сердце сделало свои выводы.

— Почему же? В том, чему меня не научат, я готов экспериментировать, — и я указал на четыре новых зелья, лежащих отдельно от других.

Это я проверил все собранные отрядом Мартины ингредиенты, связывая их с уже готовыми снадобьями. Большинство попыток смешать все подряд закончилось ничем, но вот эти четыре…

Коллекционное зелье исцеления, соединенное с сушеным сердцем воющей ведьмы, позволило создать эликсир, способный отрастить новое сердце. Ценно? Вроде бы да. Вот только зелье исцеления такого уровня даже без доработки поможет справиться с почти любой раной, а достать части тела воющих ведьм — почти нереальная задача. Большинство сражений с ними заканчивается тем, что ты бьешь их через грань двух миров, и умирают эти твари с той стороны. Как Мартина умудрилась добыть это сердце? Какие потоки крови так раздразнили ведьму, что та решилась высунуться настолько сильно — даже думать не хочу.

С остальными тремя зельями была похожая ситуация. Дорогие и для очень специфических случаев. Так, печень гулей, смешанная с флаконом восстановления и средним сапфиром, создала снадобье от похмелья. Судя по увиденной мной форме, почти идеальное. Лично я даже представить не мог, кто бы после такого не протрезвел. Особенно если узнает, во сколько ему это обошлось.

— Зря ты недооцениваешь свою работу, — заметило тем временем сердце. — Мне вот новое зелье из глаза ревенанта очень даже нравится.

— Это же просто настойка получилась, — возмутился я.

— Зато неядовитая и уникальная, — не согласилось сердце.

Может, что-то в его словах и было, но я-то рассчитывал, что части огромной нежити дадут больше, чем просто бутылку алкогольного напитка. Пусть и редкого. Увы, все остальные попытки что-то сделать с останками мертвого гиганта приводили только к разрушению зелий и камней. Возможно, даже на уровне сейс-идальго мне пока это просто не по плечу. А вот с усмирением силы умертвия я справился.

Четвертое зелье. Обломок меча из серой стали, любое зелье в качестве основы и немного силы чистого сапфира давали довольно сильный яд. На живых я его еще не проверял, но оценка через карту звездного неба и зрение алхимика внушали оптимизм. Если бы не одно «но». Мечей умертвий было мало, да и сжигать чистоту своего сапфира ради такой мелочи я тоже не собирался.

В общем, почти все запасы загонщиков я переработал в ставший уже стандартным комплект моего отряда. Зелья лечения и восстановления. А все остальное — пусть уже Мартина решает, что им может пригодиться, а что нет.

Где-то через час я закончил и рухнул на спину. Алхимия — это не сражения, не тренировки с мечом, но она все равно выматывала. И сегодня я неплохо потрудился. Даже если отбросить сомнительные результаты экспериментов, работа с таким количеством сильных и редких ингредиентов позволила нарастить скорость создания зелий. А это значит… Теперь можно будет что-то попробовать изменить и улучшить прямо в бою. Это открывало новые, очень неприятные для моих врагов возможности.

Я улыбнулся.

* * *

Мартина злилась. Ей не нравилось, как ее тело ведет себя уже почти две недели с тех самых пор, как дядя Балдомиро попросил ее задержаться и захватить с собой одного перспективного идальго. Если бы она знала, кто это будет, она бы отказала даже бывшему главе рода Ордоньо, и пусть он сколько угодно жалуется родителям на ее воспитание. Но слово было дано, и теперь Мартине приходилось убеждать себя, что компания Ману — это хорошая тренировка для ее воли.

— Говорят, высшая нежить любит давить на наши чувства, вот я и буду считать, что готовлюсь сразиться с будущим генералом, — улыбнулась девушка.