Девятнадцать сорок восемь. Том III

Она тяжело вздохнула. Стыдливо опустила свой взгляд, а после приложив руки к груди умоляюще произнесла.

— Фирс, прости. У меня просто не было выбора. Эти долбанные подружки… Ты даже не представляешь, какими могут быть девушки…

— Представляю — так же тяжело вздохнул я.

— Слушай. Я, конечно, понимаю, что это было неожиданно, конечно же, я и не думала ни о чем таком, но… по-моему это мне сейчас должно быть стыдно, неудобно и обидно в одном флаконе. А ты-то чего?..

Я бросил на неё такой взгляд, что девушка даже слегка вжалась в сиденье. И она тут же поняла, что всё не так просто.

— Эм. Я что-то натворила этими фотками?

— Ха… даже и не знаю… подходящее ли это слово. Но, ты прислала мне их в самый неподходящий момент.

— Ты-ы… был в постели что ли? — аккуратно произнесла она, намекая на девушку.

— Нет. Не настолько неудобный, но всё же. Я находился в ресторане с Алисой. С Орловой — уточнил я.

— И-и-и?.. — Протянула она, слегка вытянув шею вперед, ожидая продолжения.

— И она всё это увидела. Не спрашивай как. Так получилось. Вот. И… я короче даже и не знаю что у неё теперь на уме. Что там у вас у девушек в голове твориться? Короче как-то это надо разгребать!

— Твою ж… — выругалась Кэтрин. — Вот черт! Хотя… — она выждала несколько секунд и задумчиво поцокала языком, — для нашей легенды это даже пойдет на пользу.

— Не пойдет! — Резко перебил я её. — Мы с тобой договаривались… А всё пошло в утиную задницу! Надо выгребать!

Пока мы разговаривали, я даже не заметил, как по привычке подъехал к своей кофейне на Алексеевской. Это место здесь находилось неподалеку. Я припарковался, и мы продолжали сидеть в машине.

— Ну ладно. Допустим — размышляла Кэтрин. — Хорошо. Ну объясни всё Алисе. Расскажи про нашу легенду. И скажи, что мои подружки вынудили меня послать эти фотки. Как-то так всё подай…

— Ага. Только вот она меня теперь и слушать не станет…

— Почему?

— Да уж поверь. Я знаю Алису.

— Хм-м…

Пока мы сидели, я случайно заметил какого-то мужика, который стоял метрах в пятидесяти и внимательно смотрел на нас.

Что за странный тип?

И стоило мне об этом подумать, как его странность начала просто зашкаливать. Он ни с того ни с сего помахал мне рукой, а потом начал медленно удаляться.

Я вышел из машины и только сейчас смог узнать этого человека…

Это был Гудвин.

Что он здесь делал? Зачем наблюдал? Почему помахал мне рукой? На все эти вопросы у меня, конечно же, не найдется ответа. Но в целом, я прекрасно дал ему понять, что не собираюсь сотрудничать с криминальным миром. Он вроде бы всё понял. Только вот теперь у меня появилось тревожное чувство на душе. Словно паршивые утки нагадили.

— Фирс. Ты не слушаешь меня?

— А? Кэтрин, может, в кофейню зайдем? — Предложил я.

— Ммм… — задумалась девушка.

— Пойдем. Кофе угощу. Отличным, кстати, от Шолоховых. — Не совсем удачно пошутил я, но Кэтрин улыбнулась.

— Ну, раз от Шолоховых, то пойдем.

* * *

— Орловы — Соколовы… Соколовы-Орловы… — бормотал себе под нос Гудвин, вышагивая по набережной.

Рядом с ним шел хмурый и напряженный помощник — Чахлый.

Погода была теплой, но не настолько, чтобы можно было разгуливать в футболке. Вору пришлось накинуть легкий плащ, который он дополнил серой шляпой.

Он шел сложив руки за спиной и разглядывал деревья, что уже начали окрашиваться в яркие краски. Вот виднелись первые желтые листочки, а дальше покраснел клен.

— Человек к Максимке приходил? — задумчиво глядя на проплывающие вдали серые облака, спросил уголовник.

— Приходил. Максимка бегал как ошпаренный. Два дня работал. Кофе все вылакал, — недовольно буркнул Чахлый.

— Что принес тот фраер?

— Две химчистки, но не на продажу, а под аренду. Мол, Химчистки останутся не у нас, а мы только через них работать будем, — пояснил уголовник.

— Максимка прикинул? Обороты у них позволяют?

— Позволяют, — кивнул Чахлый. — Вроде счастливым бегал.

— Что нужно, чтобы сделать бухгалтера счастливым? — спросил Гудвин.

— Денег дать?

— Дебет с кредитом свести, — с усмешкой произнес вор и взглянул на помощника с непонимающим лицом. — Чтобы цифры в балансе в ноль вышли. Значит, ничего не потерял и ничего не накинул. Ошибок нет.

— А-а-а-а… — протянул Чахлый.

Какое-то время они шли молча. Чахлый посматривал по сторонам и шел в напряжении. Гудвин же, просто любовался видом.

— Ты волыну достал? — спросил авторитет, когда они прошли молча метров сто.

— Достал. Чистая. В заводской смазке, — кивнул помощник.

— Номера сбил?

— Сбил.

— Хорошо, — кивнул Гудвин и продолжил движение молча.

Чахлый тоже шел рядом, но метров через двадцать он произнес:

— Андреич, может ну его нахер, а? Нас же порвут и крайними сделают — к гадалке не ходи.

— Сделают… если кто-то накосячит, — взглянул на него вор. — Слушай меня внимательно и делай, что говорю. Тогда все чисто будет. Хватит метаться. Ты мне лучше скажи — артефакт зарядил?

— Зарядил. Астроном очень сильно очковал. Брать не хотел.

— Еще бы. Чай не светильник какой. Артефакт маскировки, — хмыкнул Гудвин. — Ты бы ствол на чистку или ремонт в ментовку бы потащил?

— Ну, нет конечно. Не больной на голову вроде.

— Ну, так и Астроном тоже не идиот, чтобы с таким связываться.

— А чего он тогда взялся? Не наведет на нас легавых?

— Не наведет. Должен он. Сильно должен, — спокойно произнес Гудвин.

— Слушай, Андреич, а че мы здесь ходим? Нельзя было дома обговорить?

— Дома уши, Чахлый. Ушей много.

— Дык, вроде бы не болтают.

— Ключевое слово — вроде. Один фраер услышит, второй болтнёт где не надо и весь план коту под хвост, — Гудвин вздохнул и, подойдя к краснеющему клену, произнес: — Не тушуйся, Чахлый. Все отмеренно и оценено. Если никто не вмешается — все выгорит. В шоколаде будем, при деньгах.

Помощник недовольно засопел, после чего признался:

— Сыкотно.

— Всем страшно, Чахлый. Это нормально, — тут авторитет взглянул на подельника и добавил: — Только голову как страус в песок совать не надо. Знаешь, почему страусом в нашем мире быть опасно?

— Почему?

— Потому, что пока твоя голова в песке и нихера не видит — твоя задница снаружи и ты в позе раком. Понял?

— Понял, — кивнул Чахлый. — Будешь как страус — станешь петухом.

— Ну, вот. Тогда не болтай. Я дам знать, когда на дело пойдем.

Гудвин развернулся и неспешно направился дальше по набережной, продолжая болтать под нос:

— Соколовы-Орловы… Орловы-Соколовы…

Глава 5

— А миленько у тебя тут. — Проговорила Кэтрин, после того, как мы сели с ней за один из столиков. Народу в зале в данный момент было немного. Несколько людей зашли, сделали заказ с собой, и вышли на улицу.

— Так ты же уже была у меня в кофейне. — Ответил я.

— Была. — Подтвердила девушка. — Но сперва мне показалось слишком просто. Знаешь… как бы объяснить. Дело не в размахе, а в том, что у тебя здесь… ммм…

— Не так дорого, как принято у аристократов — всё же предположил я.

— Да нет же. Хотя… в любом случае сейчас мне даже больше нравится, чем во многих других местах. Чувствуется тепло и уют.

— Ага. Я понял… Гош — обратился я к Митину. — Сделай, пожалуйста, две чашки.

Здоровяк кивнул, что-то утробно пробубнил и принялся к приготовлению.

— Так, Кэтрин. — Перевел я на девушку свой взгляд. — Теперь по поводу всё этой ситуации. Как я и сказал, надо разгребать.

— И? — Вопросительно посмотрела она.

— И тебе придется самой позвонить Алисе и всё объяснить. Я уже… устал от всех этих непоняток, недомолвок и глупых ситуаций. Мне вот, честно говоря, вообще не до этого сейчас. А я вынужден терять время и… в общем, ну ты поняла.

Девушка недовольно на меня посмотрела, откинулась на спинку, закинув ногу на ногу и положила руки себе на коленку. Всем своим видом она показывала своё возмущение, но я предвидел это и продолжил настаивать.

— Кэтрин, так даже лучше будет. Во-первых, ты как девушка сама всё это сможешь объяснить Алисе, про подружек и всё такое. Она тоже сталкивалась с подобным. Вот. Да и ты мне обещала уладить все проблемные вопросы, если мы вдруг по какой-либо причине пересечем грань. Так вот, я считаю, это и была та самая грань.

Девушка слегка прищурилась, поджав губы, потом цыкнула, вздохнула и начала доставать свой телефон из сумочки.

— Диктуй номер. — Произнесла она.

Я обрадовался, так как думал, что она не захочет этого делать при мне. Поэтому я уже готовился продолжать свои уговоры, но всё сложилось даже лучше. Продиктовав номер Алисы, Кэтрин тут же нажала на кнопку вызова и принялась ждать.

— Алло, привет. Это… Кэтрин… Шолохова. Да, я-я… я бы хотела объяснить ситуацию касательно тех фоток, что я прислала Фирсу на телефон. Нет-нет, послушай. Тут произошло недоразумение. Во-первых, мы с ним не пара. Он просто пошел мне на встречу и выручил меня. Это касается замужества… А по поводу фоток, меня вынудили подружки. Заставили… и мне пришлось это сделать, чтобы поддерживать легенду. Иначе всё просто было бы зря. Все эти выкрутасы и с оперой и со всем остальным. Так что вот. Ты на него зла не держи, он просто добрый парень, который не смог отказать в помощи. Да, я тоже понимаю. Да… Ага, давай. И тебе.

— Что она ответила? — Спустя, наверное, минуту тишины, обратился я к Кэтрин.

— Нормально всё — как-то напряженно, ответила девушка.

— Точно?

— Ага. Она всё поняла. Даже слишком хорошо.

— Это ещё что значит? — Поерзал я на своем месте.

— Не парься. Фирс. — Посмотрела она мне прямо в глаза.

— Ваш кофе. — Пробасил низкий голос. Митин подошел к столику и поставил две чашки.

— Спасибо — одновременно произнесли мы с Кэтрин и улыбнулись.

Однако, Митин никуда не ушел и выразительно смотрел на меня.

— Что? — спросил я и тут заметил кассовый аппарат у него в руках.