Девятнадцать сорок восемь. Том III

— Миллион, — спокойно ответил Гудвин, глядя прямо в глаза собеседнику.

— Ты сейчас пошутил? — спросил с усмешкой Семен Дмитриевич. — Миллион?

— Поверьте, — рука авторитета залез во внутренний карман. — Вы будете крайне удивлены, когда узнаете, кто заказчик.

Он вытащил небольшой кристалл, размером с ноготь мизинца, и положил на стол.

— Записывающая артефакторика. Слепок голоса, — прокомментировал увиденное Фома.

— Даже если бы ты принес голову заказчика, — вздохнул Орлов. — Это не стоит миллиона. Я тебе дам сто тысяч. И только потому, что он друг моей дочери.

— Семьсот. Поверьте, вы будете точно удивлены. И ваша дочь, водитель или кольцо тут вообще ни причем, — спокойно произнес Андреич.

— Пятьсот. И точка, — отрезал Орлов. — И если мне не понравится — ты отсюда не выйдешь.

Тут он взглянул на Фому. Тот кивнул.

— Хорошо, — спокойно произнес вор.

Фома тут же вышел и вернулся спустя пару минут с небольшой шкатулкой. Открыв ее, он достал небольшой брусок из черного дерева, покрытого белыми рунами. Кристалл он установил в положенный паз, а затем протянул его Гудвину. Тот спокойно приложил палец в руну-ключ и запустил воспроизведение.

Руны мигнули, подтверждая открытие кристалла владельцем, и в комнате зазвучал голос Соколова младшего.

Минута текла за минутой, разговор шел и шел. В конце, когда он завершился, мрачный Орлов буркнул:

— Принеси ему деньги.

Фома снова покинул кабинет, а глава рода уставился на Гудвина.

— А предупредить заранее не мог?

— Увы, — развел руками тот. — Я был уверен, что никто не возьмется за это, не поставив меня в известность. Не ожидал. Думаю, работали залетные гастролеры. Отморозков, ссорящихся с влиятельными аристократами, у нас нет.

Орлов молча кивнул с погрузился в свои мысли.

Гудвин же дождался, когда принесут деньги, сложил их в сумку и, кивнув на прощанье, покинул поместье.

— Андреич, бля буду, думал, прямо там и положат, — сглотнув, произнес Чахлый, когда машина покинула поместье. — Ей богу. Ты видел? Мы когда выходили, там амбалы с автоматами стояли!

— Заткни хлеборезку, — проворчал Гудвин, раскрыв сумку. — Все каркаешь да каркаешь. Точно беду когда-нибудь наболтаешь.

Вор взял пачку с деньгами, надавил пальцем на угол пачки. отчего купюры затрещали, а после поднес к носу и втянул воздух.

— Свежие, — с улыбкой произнес он.

* * *

— Как скажу, подъедешь к парковке, напротив ресторана этого, понял? — спросил Гудвин, пристально наблюдая за выходом из ресторана. — К машинам гербовым.

— Понял, — кивнул Чахлый.

Гудвин умолк и на несколько минут в машине воцарилась тишина. Однако, стоило цели авторитета показаться, он тут же скомандовал:

— Давай!

Машина плавно тронулась, а затем подъехала к парковке, напротив ресторана. Притормозив у ее капота, перекрывая ей движение, она заставила охрану среагировать. Поэтому, когда Гудвин вышел со своего места, на него уже было направлено два пистолета.

— Господа, я всего лишь нуждаюсь в разговоре с вашей охраняемой целью, — произнес он поднимая руки.

Целью же являлась Кэтрин, которую уже успели спрятать внутри бронированного автомобиля.

— Для подобных встреч обратитесь в секретарю, — ледяным тоном произнес охранник, не опуская оружия.

Понимая, что еще чуть-чуть и дверь закроется и отрежет его от цели, он громко крикнул:

— Я знаю, кто убил Фирса!

Пару секунд ничего не происходило, но затем почти закрывшаяся дверь снова открылась. Из нее вышел один охранник, а затем показалась девушка.

Она внимательно осмотрела вора, а затем что-то сказала своему охраннику.

— Мне нужна лишь пара минут для делового предложения, — не опуская рук произнес он. — Если вы заинтересованы в этой информации я с удовольствием обсужу это в нашем автомобиле.

Девушка что-то шепнула охраннику, тот отрицательно покачал головой. Снова обсуждение и спустя секунд двадцать, к Гудвину подошел один из амбалов.

— К вам в машину она не сядет, — спокойно произнес он. — Будете говорить в нашей.

— Допустим, — кивнул вор.

— Руки не опускать, — произнес тот и принялся обыскивать его.

Прохлопав все тело авторитета, он достал небольшой артефакт, которым провел вдоль его тела. Артефакт, возле внутреннего кармана мигнул, и охранник хмуро взглянул на Гудвина.

— Всего лишь кристалл памяти, — достал из кармана его авторитет. — Предмет торга.

Здоровяк кивнул и указал на машину.

Девушка села внутрь и Гудвин собирался сесть к ней, но тут рука охранника его остановила. Перед ним внутрь залез старший охранник, а затем уже уселся сам Андреич.

— Понимаю все меры предосторожности, — произнес он смотря на охранника, что разделял его и Шолохову. — Однако, думал, что разговор будет конфиденциальным.

— Это Слава. Я ему доверяю, — произнесла Кэтрин слегка взволнованным голосом.

— Доверяете вы, но не я, — хмыкнул Гудвин, почувствовав как в бок ему что-то упирается. Взглянув на охранника, что держал одну руку под пиджаком, он сразу понял, что скорее всего это оружие и телохранитель выстрелит, стоит ему только дернуться. — Но не будем об этом. Предлагаю перейти сразу к делу. Обстановка не та, чтобы разглагольствовать.

— Вы сказали, что знаете, кто убил Фирса. Откуда? — стараясь держаться холодно произнесла Кэтрин.

— О, тут все довольно просто. Мне его заказали, — хмыкнул Гудвин. — Думаю, ваша охрана уже донесла до вас информацию кто я такой и… в какой области специалист?

— Вы преступник, который пока на свободе, — кивнула Шолохова.

— Да, и по этому, за подобными услугами, обычно, обращаются как раз ко мне. Я не стал рубить с плеча и постарался выяснить, кто такой этот Фирс. В итоге, взвесив все за и против, решил, что… — тут Гудвин усмехнулся. — Что никаких денег не стоит ссора с аристократами. Тем более не с одним родом, а сразу с несколькими.

— Допустим, — кивнула девушка. — Почему пришли ко мне? Не к брату, не к отцу, а ко мне?

— Ну, если не считать того, что ваш отец когда-то назначал цену за мою голову, то… Зачем им эта информация? Ну, убили покупателя кофе. Придет другой, — пожал он плечами. — А вот конкретно вы, можете быть крайне заинтересованы.

— Почему я должна вам верить на слово? — спокойно уточнила Кэтрин, всеми силами стараясь не показывать свое смятение. Известия о смерти Фирса выбили ее из колеи.

— А вы и не должны, — кивнул Гудвин и достал кристалл. — У меня есть запись разговора с заказчиком, что предлагал мне его устранить.

Кэтрин взглянула на товар, затем посмотрела на охранника и спросила:

— И что же мешает мне отдать команду, чтобы вас пристрелили прямо тут? Я забираю кристалл, вас выбрасывают на улицу. Думаю, химчистка салона будет стоить намного меньше чем вы запросите.

— Понимаю, — кивнул Андреич. — Соблазн велик, но увы. Есть такая система защиты кристаллов памяти — «Система Резникова». Вы знаете, что это такое? Нет? Тогда может вы?

Охранник хмуро посмотрел на Шолохову.

— Система, при которой запись невозможно считать, без добровольного согласия владельца. Воспроизводится через артефакт Резникова, третьего типа.

— Образованный молодой человек, — кивнул Гудвин. — А ведь я прошу не так много. Всего миллион.

Охранник повернул голову к Гудвину и уставился на него как на идиота.

— Вы в своем уме? — спросила Кэтрин. — Миллион!

— Поверьте, я пришел к вам исключительно из-за душевного порыва. Есть люди, готовые заплатить за него и два. Если вы откажетесь — я пойму. Даже немного обрадуюсь, — пожал плечами Гудвин.

Девушка замолчала, лихорадочно обдумывая ситуацию.

— Если вы колеблетесь, могу дать вам подсказку — вы лично знакомы с заказчиком.

Кэтрин до этого сомневалась стоит ли верить криминальному авторитету, но после этих слов вздрогнула. В голове почему-то мелькнула мысль про отца.

— У меня нет возможности распоряжаться подобными суммами, — спокойно ответила она. — Увы, но миллион — это не те деньги, которые можно просто так достать. Я могу попробовать поговорить с братом. Думаю мы сможем в ближайшее время собрать деньги.

— В ближайшее время, девушка, я обращусь как раз к тем, кто готов за это заплатить пару миллионов, — не моргнув глазом, соврал Гудвин. — Или мы договоримся сейчас и я получу деньги, либо я просто уйду.

Шолохова слегка прикусила губу, а затем кивнула.

— Допустим, я могу предложить вам триста тысяч. Их я могу достать прямо сейчас, но больше — нет.

Гудвин тяжело вздохнул.

— Триста тысяч? Это не серьезно, — покачал он головой. — Вы же понимаете, что это мало?

— Урка, а чего ты сразу не пошел к тем, кто платит? — вмешался охранник, видя, что Кэтрин совершенно не умеет торговаться. — Душевные порывы? Кому-ты лечишь? Тебя там просто грохнут по тихому, а ты ссышься. Вот и приперся сюда.

Гудвин приподнял брови, глядя на здоровяка между ними.

— Не ерепенься. Возмешь триста и свалишь в закат. Живой. Без лишних дырок. Понял?

Тут амбал слегка ткнул его в бок оружием.

— Исключительно из внутренней симпатии к госпоже Шолоховой, — недовольно буркнул тот.

— Тогда сейчас сядешь в свою колымагу и поедешь за нами. — скомандовал телохранитель, посмотрев на Кэтрин.

Спустя пару часов, после ожидания у банка, Гудвин с деловым видом вертел в руках пачки денег, что сложил в ту же сумку.

— Свеженькие, — с улыбкой произнес он, обнюхивая купюры.

— Андреич, куда сейчас? — уже успокоившись спросил Чахлый.

— В Куб поехали, — произнес Гудвин.

— Мне снаружи тереться? — спросил помощник.

— Нет. Со мной пойдешь и волыну наготове держи, — убрав деньги обратно в сумку произнес Гудвин. — С Соколова станется порешать дело по мокрому.

— Так, может… подтянем кого?

— Кого, Чахлый? Каждый, у кого язык есть, болтать им может, — вздохнул авторитет. Он о чем-то задумался, а потом произнес: — Ты первым пойдешь. Оглядишься, соседние комнаты проверишь. Если все чисто — дашь мне знать. Понял?

— Понял, — кивнул уголовник.

— Ну, раз понял, то поехали, — кивнул вор, затем посмотрел на сумку и добавил: — Сделаем дело — треть себе заберешь.

* * *

Соколов поднял голову и взглянул на дверь. В нее просунулась голова уголовника, что все время таскался за Гудвином.

— Игорь Геннадиевич, — кивнул он.

— Гудвин где? — хмуро спросил Соколов.

— Сейчас будет, — кивнул он и скрылся за дверью.

Аристократ недовольно вздохнул и откинулся на диванчик, прикрыв глаза. Просидел он так не больше минуты, после чего в дверь вошел Гудвин со своим помощником и прикрыл за собой.

— Ну, здравствуй, ревнивец, — с улыбкой произнес вор, усаживаясь напротив него. — Как дела ваши? Как здоровье?

— Здравствуй, — кивнул Соколов. — Спасибо, хорошо.

— Ну, раз мы не водку сюда пришли пить, то думаю стоит сразу покончить с делами, — произнес он и протянул руку к Чахлому. Тот сразу же передал ему тонкую папку. — Дело сделано. Тела нет, хоть и пошуметь пришлось. Резвый парень. Одаренный. По тихому его удавить не получилось бы.

Игорь взял в руки папку, открыл и медленно, неторопливо принялся листать фотографии, на котором было мертвое тело Фирса, а также место захоронения на местном кладбище под другим именем.