Нехоженые тропки

— Это что-то сверхъестественное. Чувствую себя заблудившимся в рождественской сказке.

Мистер Александр ласково потрепал графа Видео по плечу.

— Успокойтесь, мой мальчик. Вы можете уйти, когда захотите. Ваша работа окончена.

— Дьявольщина, — произнес граф Видео с мукой. — Она не закончена, пока я так не скажу.

Мистер Александр вынул из бумажника чек, протянув его графу Видео. — Вот. Оплата сполна, за оказанные услуги.

Граф Видео посмотрел на чек в своей руке, потом на меня. Я поднял бровь, и он вздрогнул.

— Хорошо, все кончено.

Он покачнулся, отказываясь от помощи мистера Александра, и пошел мучительно к двери. Открыл ее и оглянулся на меня.

— Я не закончил с тобой, Тэйлор.

— Знаю, — ответил я. — В будущем вы будете одним из моих Врагов, и попытаетесь убить меня, ради спасения Темной Стороны.

Вот теперь было, действительно, все. Все уселись поудобнее и болтали с новым улучшенным мистер Александром, который все не мог успокоиться. Он даже выдал каждому по щедрому чеку. Эмон пришлось убеждать принять его, но у нас с Томми с этим проблем не возникло. Мы ведь не ждали оплаты от кого-то еще.

— Как тебе нравится счастливый конец? — спросил я Томми.

— Ну, это зависит о того, что считать счастливым и что — концом, — начал экзистенциальный детектив.

— Закрыли тему, — сказал я.

Мы простились с мистером Александром, и вышли из здания «Вдовьей Доли». Мы с Томми проводили Эмона по улицам Темной Стороны к станции метро, чтобы он мог, наконец, вернуться в Лондон к своей драгоценной семье. Мы попытались заинтересовать его наиболее безопасными диковинками Темной Стороны, просто для пробы, но он отказался. Он спешил домой, и это было все, что его заботило.

Наконец, мы стояли вместе около входа на станцию.

— Что ж, — сказал Эмон. — Это было… познавательно, полагаю. Спасибо вам обоим за все, что вы сделали. Я не знаю, как бы и был без вас. Но думаю, что вы меня простите мне, если я скажу, что надеюсь никогда вас снова не увидеть.

— Множество людей испытывает ко мне подобные чувства, — сказал я, а Томми торжественно кивнул.

— Это было странно, — сказал Эмон. — Видеть всю эту неразбериху — людей, которыми я был, и которыми мог стать. Они так беспокоились о том, чем они были, чего хотели, но ни один из них не показался мне особенно счастливым, не так ли? А я счастлив в моей тихой маленькой жизни. У меня есть моя Андреа и мои дети и, возможно, это и есть истинное счастье. Знать, что действительно имеет для тебя значение.

Он коротко улыбнулся, мы еще раз пожали друг другу руки на прощание, а потом он спустился по ступеням в подземку и через миг исчез в толпе, едущий домой, как и множество других людей.

— Ушел, наверное, самый мудрый из нас всех, — сказал я Томми, и тот кивнул. Я глубокомысленно посмотрел на него. — Я планирую путешествие во Времени, к истокам Темной Стороны. По-моему, мы сработались. Если я смогу уговорить на это Дедушку Время, не хочешь прокатиться?

— А какова цена? — спросил Томми.

Я вынужден был улыбнуться.

— Цена? Цена в том, что это ужасно опасно, и скорее всего, нас убьют!

— А-а, — сказал Томми Забвение. — Как всегда

Глава 5. Демонстрация возможностей

Темная Сторона — темное и опасное место, но я всегда чувствовал себя здесь дома, там, где мое место. Просто еще один монстр среди множества. Поэтому было удивительным обнаружить, идя вместе с Томми Забвение по переполненным улицам, что что-то определенно изменилось. Толпа была нервной, как стадо коров перед грозой, а воздух — горячим и спертым, как малярийном бараке. Возгласы вышибал и зазывал звучали с большим отчаянием, и всюду я видел Торговцев Гибели — потертые мужчины горящими глазами, проповедуя, пророча и провозглашая наступление Плохих Времен. Какой-то человек неуклюже пробивался сквозь через толпы, неся рекламный «сэндвич» с сообщением что кровавый конец рядом. Я через силу улыбнуться. Многие из самозваных пророков меня узнали и осеняли крестным знамением. Некоторые использовали усиленные знаки и трясли на меня кустарными амулетами и оберегами.

А затем толпа прямо перед нами мгновенно рассеялась, расступаясь, когда отъехала в сторону крышка люка. Жирный синий дым вырвался оттуда на улицу, стелясь низко и тяжело, как туман ранним утром. Люди отпрянули от зловония, кашляя и протирая слезящиеся глаза. Даже на расстоянии запах беспокоил, темный и живой, как будто что-то мертвое пробивает себе дорогу сквозь свежевскопанную землю. И из люка, давясь, выползала череда слабо светящихся существ, столь искривленных и деформированных, что трудно было понять, относятся ли они хотя бы к одному виду. Их плоть была грязно белой, пронизанной торчащими фиолетовыми венами, двигающимися, скользящими и перетекающими по телу. Когда-то давно, возможно, они и были людьми, но теперь единственное, что об этом напоминало, — это их опухшие лица, сине-белые, как испорченный сыр, и испещренные гнилью. Их не моргающие глаза были огромными и темными. Все больше и больше существ вытекало на тротуар, и повсюду люди расступались, чтобы дать им место. И каждое из этих существ направлялось прямо ко мне.

Я остался стоять. У меня была репутация, которую требуется поддерживать, а кроме того, глупо поворачиваться спиной к неизвестному врагу. Они выглядели слишком мягкими и податливыми, чтобы причинить мне сколько-нибудь реальный вред, но все же мне не хотелось их недооценить. Беззащитное на Темной Стороне долго не живет, а существа, похоже, уже какое-то время живы. Мерзкая вонь усилилась, когда они внезапно двинулись ко мне. Я подарил им свою лучший холодный взгляд и засунул руку в карман пальто, где я всегда держу несколько полезной и разрушительной штучек. Томми тоже оставался на месте, только позади меня.

— Ты знаешь, что это такое? — спокойно спросил он.

— Отвратительный заказ какой-то большой шишки, — ответил я. — В противном случае — нет.

— И что они хотят с тобой сделать — на твой взгляд?

— Надеюсь, ничего слишком фамильярного. Мое пальто недавно из чистки.

Светящиеся существа выстраивались в ряд передо мной, качаясь и пульсируя, их гниющая плоть медленно просачивалась друг в друга, а затем — как будто по неслышному сигналу — все они все склонили свои капающие головы передо мной.

— Приветствуем тебя, гордый Принц Катастрофы и Апокалипсиса, — сказало ближнее ко мне существо густым булькающим голосом. Звук был, словно кто-то тонет в собственной рвоте, он перекрыл запах и подавил все. — Мы услышали кое-что, в темноте, в глубинах, и пришли, чтобы воздать должное. Мы просим вспомнить нас, когда ты действительно вступишь в наследство.

Какое-то время они болтались передо мной, слегка стукаясь головами и перетекая сквозь друг друга, как будто ждали ответа. Я молчал, и тогда они все развернулись, скользнули назад по покрытому слизью тротуару и исчезли в люке. Последний закрыл за ними крышку люка в место по ним, и синий туман над землей начал рассеиваться, хотя запах гнили все еще держался в воздухе. Возникла пауза, а потом толпа зевак растеклась, когда каждый вспомнил о своих делах, как будто бы ничто необычного не случилось. Нелегко потрясти устои Темной Стороны. Томми громко фыркнул.

— Знаешь, старина, я не стал бы здесь в коллекторе ни за какие деньги. Как ты думаешь, что это было?

— Не знаю, — сказал я. — Но это становится все ближе и ближе. Имя моей матери где-то рядом.

Томми глубокомысленно рассматривал крышку люка. — Возможно ли, чтобы они знают что-то, чего не знаешь ты?

— Не забивай себе голову. Пойдем.

Мы ушли, оставив позади вонь и синюю мглу. Все, казалось, двигалось лишь чуть быстрее обычного, чуть быстрее нормы, но в мелочах течение жизни демонстрировало бешенство. Как будто каждый ощущал, как утекает его время. Вышибалы, которых не было видно в потоке, движущемся в обе стороны через служебные входы учреждений. Зазывалы, чьей работой была мобилизация потенциальных покупателей. Они на все голоса рекламировали свои товары, соблазняя и одурачивая случайных покупателей, как будто завтра уже не наступит. «Заходите и любуйтесь прекрасными леди! — крикнул какой-то парень в клетчатом костюме, когда мы проходили мимо, — Они мертвы, и они танцуют!» Я не заинтересовался. Было, конечно же, и множество других уличных торговцев, продающих все, что угодно, и по любой цене.

Какой-то особенно вороватый тип в поддельном парашютном комбинезоне от «Armani» продавал объекты из возможных вариантов будущего и другое барахло, полученного от людей, по ошибке заброшенных на Темную Сторону сквозь Кромку Времени и желавших быстро поднять денег. Я притормозил, чтобы посмотреть на содержимое открытого чемодана. Я всегда был большим любителем диковинок.

Я опустился на корточки и углубился в безделушки. Там была видеокассета производства «Бета-макс» с фильмом 1942 года «Cassablanca» — с Рональдом Рейганом, Борисом Карлофф и Джоан Кроуфорд в главных ролях. Был толстый готический роман в мягкой обложке, «Сердца в Атланте» Стефани Кинг. Была плазменная винтовка времен Четвертой мировой войны. (Без батарей.) Золотые карманные часы со сливочным маслом в механизме и кот, который могла исчезнуть когда пожелаете, оставив лишь улыбку. Он сказал, что его зовут Максвелл, но попросил не распространяться об этом.

И это было только то, что я смог опознать я признал. Многие из вещей, приобретенных у путешественников во времени, оказывались на поверку технологиями столь продвинутыми или загадочными, что можно было только гадать, что они такое и для чего. Покупатель должен быть настороже, но это — обычное дело на Темной Стороне.

Было крошечное кресло, установленное на большое латунное колесо, с кривой сигарой в нем; какие-то светящиеся линзы; маленький черный ящик, который начинал зловеще вздрагивать и рычать при попытке его включить. Торговец жаждал избавиться от философского камня, превращавшего свинец в золото, но я сталкивался с ним прежде. Камень прекрасно преобразовывал элементы, но меняющийся атомный вес означал, что вы получаете на выходе крайне радиоактивное золото. Человек, присевший рядом со мной, взял склянку, полную мерцающей радужной жидкости.

— Для чего это? — бросил он вызов бодро усмехавшемуся торговцу.

— Это, сквайр, на самом деле сывороткой бессмертия. Один глоток — и вы живете вечно.

— Бросьте! — усомнился покупатель. — И можете это доказать?

— Уверен. Выпейте и живите, пока не узнаете. Слушайте, сквайр, я только продаю товар. И, опережая ваш вопрос, — нет, я не даю гарантий. Я даже не гарантирую, что я буду здесь завтра. Теперь, если Вы не собираетесь покупать, освободите место другим. — Он с надеждой посмотрел на меня. — Что насчет вас, сэр? Вы похожи на человека, который заметит выгоду при встрече.

— Точно, — я допустил. — А еще знаю катализатор Северного сияния, когда встречаю. Один глоток этого делает бессмертным, но я прочитал маленький ярлык, который всегда крепится к склянке. Пустячок, который гласит: «Выпей, и будешь жить вечно. Лягушкой, но вечно».

Покупатель уронил склянку в чемодан и поспешил уйти. Торговец только пожал плечами, ничуть не обеспокоенный. Он знал, что через мгновение появится новый любитель. — Ладно, как насчет этого, сквайр? Реактивный ранец, который носят на спине. Летите, как птица, только без всех этих штук, обычно обременяющих руки. Он скользит, парит, и, нет, в комплекте нет парашюта.

Молодой человек рвался вперед в нетерпении испытать это, и я дал ему место. Торговец тщательно пересчитал аванс, и затем привязал хитрую неповоротливую железяку к спине молодого человека. Какое-то время они вдвоем изучали сложный пульт управления, а потом молодой человек решительно нажал большую красную кнопку в центре. Реактивный ранец рванул в ночь, таща за собой молодого человека с беспомощно болтающимися ногами. В его голосе, долетевшем до нас, звучало отчаяние:

— Как управлять этой хреновиной?

— Экспериментируйте, сквайр, экспериментируйте! — крикнул торговец и отвернулся, переключившись на других покупателей.

Один из них уже поднял маленькую, лакированную коробку, с хвастливым ярлыком, согласно которому в ней заключена бесконечность. Я решил отойти. Покупатель открыл коробку, и она, конечно же, сразу проглотила его. Коробка упала на землю, и торговец подобрал ее, хмурясь.

— На этой неделе это уже третий. Не люблю, чтобы люди берут вещи без спроса. — Он перевернул коробку и начал трясти, словно надеясь, что из нее выпадет покупатель.

За этим занятием мы с Томми и решили его оставить. Невдалеке вниз по улице раздался громкий взрыв, реактивный ранец вернулся на землю. Каждую минуту рождается новый человек, и чертова уйма заканчивает свой путь на Темной Стороне.

Внезапно все начали с криками разбегаться. Люди текли мимо меня, отталкивая друг друга. Мне не понадобилось много времени, чтобы понять причину; а потом я сам почувствовал желание убежать, вопя от ужаса. Терпение Уокера, наконец, кончилось. На растущем вместо толпы пустыре поднимались и скользили через улицу темные бесформенные фигуры, неторопливо перетекая по тротуарам и через стены. Черные, как полночь, как межзвездное пространство, как мысли убийцы, огромные кляксы бесшумно текли ко мне. Двумерные поверхности, скользящие через трехмерный мир, изменяясь и расширяясь из одной смертоносной формы в другую. С руками, когтями, шипами и ужасными человеческими лицами. Каждый, кто сразу не убрался с их пути, был немедленно проглочен и поглощен темными глубинами их тел.

Это что, черт возьми, такое? — спросил Томми, столь потрясенный, что даже забыл казаться слабым.

— Люди-Тени, — ответил я, озираясь в поисках выхода, но тени уже отрезали нас, приближаясь со всех сторон сразу. — Их послал Уокер. С ними нельзя бороться, потому что на самом деле их здесь нет. Это просто чьи-то тени. Они могут проглотить любого и доставить его Уокеру. Но вы никогда не станете прежним, побывав в этой тьме. Если то, что я слышал, правда… Я думаю, что лучше умереть, чем попасть к Людям-Теням.

— Почему Уокер не послал за вами Благоразумных Людей? — спросил Томми с растущим отчаянием в голосе. — Для них я нашел бы аргументы. — Он попытался спрятаться позади меня, но Люди-Тени двигались к нам отовсюду. — Все плохо, Тэйлор, все очень плохо. Со мной может случиться припадок. Это несправедливо! Я думал, что Уокер всегда посылает Благоразумных Людей к тем, кто его огорчил!

— Раньше он так и поступал, — сказал я. — Но я убил их, всех.

— Внушительно, — сказал Томми. — Но, возможно, немного близоруко. Сделай что-нибудь, Тэйлор! Они уже действительно слишком близко!

— Спасибо, Томми, я заметил. И не хватай меня за руку, ты мешаешь мне сосредоточиться. И постарайся не паниковать так громко; я думаю.

— Думай быстрее!

К этому времени мы остались в одиночестве. Все остальные держались далеко позади, давая Людям-Теням простор для деятельности. Никто не хотел оказаться впутанным, но многие заинтересованно наблюдали с безопасного, как им казалось, расстояния. Кто-то делал ставки.

Все хотели видеть, что случится, когда печально известный Джон Тэйлор лоб в лоб столкнется с ужасными Людьми-Тенями.

Темные пятна скользили вперед, не спеша, ведь добыча была загнана в угол. Не имея четкой структуры, они могли принять любую форму, но предпочитали пугающие. Их пустые, безглазые лица, тем не менее, смотрели на вас, как в детских кошмарах. Эта абстракция были создана, чтобы выводить из равновесия и ввергать в депрессию. Просто посмотрев на них слишком долго, вы почувствуете боль, прямо в душе. Они медленно перетекали вперед, наслаждаясь нашей беспомощностью.

— Из чего они сделаны? — Томми спросил, просто наслаждаясь звуками собственного голоса.

— Это живые тени, — сказал я. — Антижизнь. Никто точно не знает, что они такое, и как Уокер подчинил их для службы Властям. Наиболее вероятный слух, что, что они проникли через Кромку Времени из далекого будущего, где солнца больше нет, и бесконечная ночь покрыла всю Землю. А Люди-Тени — единственные, кто населяет эту ужасную тьму.

— Лучше бы я не спрашивал, — ответил Томми. И? Как мы будем с ними бороться?

— Знаешь, я надеялся, что у тебя есть какие-то мысли на этот счет, — сказал я, быстро оглядываясь по сторонам. — Я не слышал, чтобы кто-то победил Человека-Тень.

— Так делай же что-нибудь, черт возьми!

Я посмотрел на безвкусные неоновые огни вокруг нас и на одном дыхании произнес Слова Власти. Немедленно все фонари разом вспыхнули, яркие надписи и рисунки отчаянно прорезали ночь. Вывески горели с громким гулом, чистая сила света, разгоняющая тьму как рассвет в технологии «Technicolor», но и это не замедлило наступление Людей-Теней. Одна за другой вывески не выдерживали такой нагрузки, взрывались или медленно гасли в потоках искр, отключаясь по всей улице. И возвратившаяся ночь была темнее прежней.

Я залез в карман пальто и вытащил три яйца саламандры, которые берег на черный день. Я бросил их в ближайших Людей-Теней, и они взорвались как зажигательные бомбы, вспыхнув раскаленным светом и теплом. Люди-Тени прокатились прямо по ним, вмиг пожирая их.

Я тяжело дышал, пытаясь прийти в себя, и смотрел на Томми.

— Есть идея, — сказал он, неохотно. К этому времени он стоял ко мне так близко, что фактически отталкивал меня. — Но должен сказать, что это… рискованно.

— Действуй, — сказал я. — Живым я им не дамся.

Томми нахмурился, концентрируясь, и я почувствовал, как ожил его дар, как будто рядом с нами встал кто-то третий. Люди-Тени собрались вокруг нас, так близко, что могли коснуться. Я мог, как колотится сердце в груди, и едва переводит дыхание. Томми говорил медленно и глубокомысленно, как если бы сказанное им вслух становилось бесспорным и неопровержимым.

— Я имею дело с вероятностями. С самой природой изменяющейся реальности. Я убеждаю мир видеть вещи по-моему. И поэтому есть маленький, но очень реальный шанс, что мы можем попасть на Площадь Башни Времени прежде, чем Люди-Тени смогли нас найти… Я верю, что это так.

И в мгновение ока мы оказались в каком-каком-то другом месте. Темная улица исчезла, сменившись тихим тупиком, который и был Площадью Башни Времени. Томми перевел дыхание в длинном, дрожащем вздохе.

— Получилось. Мы здесь. Все прочие варианты реальности стали лишними, и их никогда не было.

Его дар закрылся, как неохотно засыпающий опасный зверь. Я тщательно осмотрелся, но весь тени на Площади были обычными тенями. Редкие прохожие шли по своим делам. Они ничего не заметили, потому что нечего было замечать. Мы всегда были здесь. Я с уважением посмотрел на Томми Забвение.

— Ты можешь убедить саму реальность следовать твоим желаниям? Адский дар достался тебе, Томми. Почему же ты просто частный детектив на Темной Стороне?

— Потому что с использованием дара меня самого становится меньше, — ответил Томми устало. — Каждый раз, используя его, я становлюсь чуть менее реальным, чем был. Менее вещественным, менее привязанным к действительности. Используй я дар слишком часто, и я стану слишком маловероятным, слишком невозможным, чтобы существовать.

По голосу было ясно, что он не намерен обсуждать этот вопрос дальше, поэтому я отвернулся и стал рассматривать Башню Времени. Она не выглядела слишком большой, просто приземистая каменная конструкция, может быть, ярусов из трех, зловеще нависшая над черной запрудой. Для редких прохожих было достаточно места. Башня серьезно защищена — как гарантия того, что только Дедушка Время контролирует путешествия во времени. Говорят, и многие этому верят, что можно взорвать весь мир, а Башня Времени останется на своем месте невредимая. Большинство не могло даже найти ее, если приближались к ней с дурными мыслями.

Просто старое каменное здание без окон и с единственной, безликой, дверью. Но в прошлый раз, когда я был здесь, во время Войны ангелов, я видел ангела, замученного на каменной стене Башни, со множеством холодных железных гвоздей, забитых в его руки и ноги, с распятыми крыльями. Вся жизнь — игра на Темной Стороне, и особенно вне площади Башни времени.

Я раньше никогда не путешествовал во времени целенаправленно. Одна лишь мысль о том, что планирую это, выводила меня из себя, но я должен был сделать это. Все больше я убеждался, что все ответы на все мои вопросы могут быть найдены у истоков Темной Стороны, когда она была создана моей пропавшей матерью по причинам, известным ей одной. Моей матерью, которая могла быть, а могла и не быть библейским мифом, известным как Лилит. В конце концов это были только ее слова. И я должен был знать, чтобы быть уверенным.

Единственной вещью о матери, которую я действительно знал наверняка, было то, что когда-то, очень и очень давно, ее изгнали с Темной Стороны, выкинули из нашей реальности в Лимбо, на многие века. Возможно, я смогу узнать, как сделать это вновь. Я был уверен, что я смогу многое понять, разобравшись в том, как и почему моя мать создала темную Сторону тысячелетия назад. Если я смогу убедить Дедушку Время отправить меня в тот роковой момент, там найдется вся необходимая информация и, может быть, даже оружие, которое я смогу использовать против своей матери. Что-нибудь там должно найтись. Я должен не допустить тот ужасный вариант будущего, который видел за Кромкой Времени, будущего, в котором я разрушил Темную Сторону, а, может быть, и весь мир заодно, — из-за того, кем была моя мать.

— Бум! Вы трупы, — произнес знакомый холодный голос.

Мы с Томми резко оглянулись, когда Сьюзи Стрелок неторопливо вышла из скрывавшей ее тени. Мой старый друг Сьюзи, также известная как Сьюзи Дробовик и «О Боже, это — она, бежим!».

Самый смертоносный и эффективный охотник за головами на Темной Стороне, и, несомненно, самый безжалостный. Она способна выследить щедрость, спускающуюся в Ад, если с оплатой все в порядке. Как всегда она смотрелась исключительно внушительно, — высокая белокурая валькирия в черной мотоциклетной форме, сплошь покрытой стальными цепями и заклепками… Венчали наряд высокие ботинки до колен с обитыми сталью носками, и два набитых патронташа, подчеркивающих ее внушительную грудь. На поясе висели гранаты. Ее лицо было скорее волевым, чем привлекательным, с выступающими лицевыми костями, решительной челюстью, и самыми холодными синими глазами, какие я когда-либо видел. Свои длинные волосы она скрепляла лентой из кожи первого убитого ею человека.

Она держала нас под прицелом своего помпового обреза, и мне не понравилась ее улыбка.

— Привет, Сьюзи, — сказал я. — Серьезно выглядишь. В деле?

— Ты же знаешь как это бывает, — ответила она. — Так много людей нужно убить, и так мало времени. — Она опустила дробовик. — Становишься мягким, Тэйлор. Было время, когда я не смогла бы подкрасться к тебе так, как сейчас.

— Я был слишком озабочен, — сказал я в надежде сохранить достоинство. — Убила кого-нибудь интересного в последнее время?

Легко пожав плечами, она забросила дробовиком в заспинный чехол. — Никого существенного. Сплошная истерия кругом. Все твердят о Конце света, как будто раньше об этом не слышали. Но это определенно хорошо для бизнеса. Многие решили оплатить старые долги, пока еще есть время. Я искала тебя, Тэйлор.

Правда? — ответил я. Сьюзи хоть и старый друг, но не всегда мудро поворачиваться к ней спиной. Она просто разделяет бизнес или личную жизнь, так как ей удобно. Пять лет назад я сбежал с Темной Стороны, подальше от проблем и неразрешенных личных вопросов, и сделал это с пулей в спине из ружья Сьюзи.

— О тебе ходят слухи, — лениво продолжила Сьюзи. — Тревожные слухи. О тебе и твоей матери, и о том, что должно случиться, когда она себя, наконец, проявила… Я пошла в «Странных Парней», но оттуда ты уже ушел. Было заметно, что ты там побывал — они все еще убирали разрушения. Поспрашивав и сбившись с ног, я узнала, что ты планируешь прогулку по Времени. Поэтому добралась сюда и стала ждать. Мне пришло в голову, что, если всерьез настроен совершить эту невероятно опасную глупость, тебе понадобится серьезная поддержка. А серьезнее меня не бывает.