Листок посреди моря. Как живут современные киприоты

В городе Ларнаке я поселилась в гостинице неподалеку от этого храма. В свободное время я часто туда заходила: очень уж красива церковь. Величественная, торжественная, красочная. Интересна ее архитектура. Некий Александр Драмонд, английский консул, посетивший Кипр в 1745 году, написал так: «Церковь, посвященная святому Лазарю, имеет такую архитектуру, что я никогда не видел ничего подобного ей по красоте».

Храм сотворен из камня. От главного входа до хора ведут три нефа – продолговатые помещения, поддерживаемые массивными колоннами с арками. На среднем нефе сооружены три купола. Однажды, это было во времена турецкого владычества, турецкий офицер, приплывший в Ларнаку, ошибочно принял купола храма за купола мечети. Он преклонил колена и стал на эти купола молиться. Поняв ошибку, он сильно огорчился и велел срезать купола. Потом они были восстановлены.

Колокольня церкви сделана из резного светло-желтого песчаника. Она была построена в середине XIX века, а до этого колокола были приторочены к деревянным столбам, которые стояли на постаментах. Очень красив церковный алтарь – шедевр резьбы по дереву.

Но главная гордость храма – его иконостас. В нем 120 икон, каждая из которых – произведение высокого художественного мастерства. «Иконостас – отличный пример резьбы по дереву – выглядит огромной вышивкой, шитой золотыми нитями. Фигуры святых, украшающие его, исполнены мира Божия, который превыше всякого ума… Прекрасный иконостас выглядит твердью небесной, а иконы – его сияющими звездами. картиной, напоминающей живым образом о потустороннем мире». Я взяла этот отрывок из текста путеводителя по храму, который написал наш современник, иеромонах Софрониус Михаэлидис.

Кроме иконостаса четыре большие иконы украшают четыре контрфорса, поддерживающих стены. Это изображения Девы Марии, святого Николая, святого Георгия; четвертая посвящена святому Лазарю. Еще одна икона изображает Лазаря в ризе епископа, покрытой крестами.

Кто же он такой, тот, в честь кого воздвигнут такой великолепный храм? Истинно православным верующим, очевидно, не надо объяснять – это имя они должны хорошо знать. Остальным же я коротко расскажу про эту символическую фигуру.

Елизарий из Хеврона (впоследствии Лазарь) родился в городке Вифания, вблизи Иерусалима. Он был дружен с самим Иисусом Христом, который любил эту семью – Елизария, его сестер Марфу и Марию. В этом благочестивом семействе ему были всегда рады, он встречал тут понимание и сострадание.

Однажды Иисус пришел в Вифанию. Ему навстречу вышла Марфа и с рыданиями сообщила, что брат ее скончался: «Господи! Если бы ты был здесь, то не умер бы брат мой». На это Иисус пообещал: «Воскреснет брат твой». Он пошел к пещере, где уже четыре дня лежал усопший, отодвинул камень и сказал: «Лазарь! Иди вон». Сразу после этих слов Лазарь вышел из пещеры. Тело его было обвито погребальными пеленами, а лицо закрыто платком. «Развяжите его, пусть идет», – сказал Господь. И Лазарь пошел.

Когда он пришел в Китион на Кипре, его встретили апостолы Павел и Варнава и рукоположили в сан епископа Китийского. Он прожил в Китионе еще тридцать лет.

Время пребывания Лазаря на Кипре ознаменовано несколькими чудодейственными событиями. Наиболее известно предание о Соленом озере. Лазарь шел вдоль виноградника и вдруг почувствовал большую жажду. Но воды вокруг не было. Он увидел человека с корзиной, накрытой полотенцем. Он понял, что в корзине виноград, и попросил встречного дать ему пару гроздьев. Но тот оказался скупердяем, он сказал: «Где же я возьму виноград?» – «А что у тебя в корзине?» – «Соль», – солгал тот человек. «Ах так! – возмутился святой Лазарь. – Так будет же у тебя то, что ты говоришь». Человек откинул полотенце и увидел, что вместо винограда в корзине и впрямь лежит соль. Но этого наказания показалось Лазарю мало. Узнав, что виноградное поле принадлежит именно этому человеку, он весь виноградник превратил в соленое озеро.

Другая, не менее удивительная история приключилась у него с Пресвятой Девой. Лазарь хорошо ее знал: он ведь бывал в доме у матери Христа при его жизни. Теперь, находясь вдали от Святой земли, он отправил Марии послание, где вопрошал: «Не согласишься ли ты приехать ко мне в Китион?» И она согласилась. Только просила прислать за ней корабль. Лазарь обрадовался и тут же снарядил судно. Пресвятая Дева отправилась на Кипр, но в дороге начался шторм, и корабль пристал к Афонской горе. Там Мария обратила в христианство многих язычников.

Наконец она добралась до Китиона, где вместе они с Лазарем провели много духовных бесед. В память об этой встрече Богородица подарила Лазарю связанный ею собственноручно омофор – широкую ленту с изображением крестов. Архиерей потом всегда надевал ее во время богослужения.

О дальнейшей жизни Лазаря известно мало. Но вот после его смерти стали происходить весьма таинственные события. На месте, где были захоронены мощи святого, поставили маленькую церковь. Через много лет в церквушке обнаружили саркофаг, а на нем надпись: «Лазарь, бывший мертвым четыре дня. Друг Христа».

Император Византии, узнав об этой находке, прислал мастеров и деньги на строительство на месте церквушки большого храма. При этом сам саркофаг со святыми мощами приказал перевезти в Константинополь. Прошло семь веков. И вот недавно, в 1972 году, во время реставрации храма под алтарем опять нашли саркофаг. На нем греческими буквами было выведено слово «Друг». Версии специалистов сошлись на том, что жители Китиона отослали в Константинополь не всю святую реликвию, но часть оставили себе. Вот эти-то мощи, очевидно, и лежат под алтарем храма Святого Лазаря. Сюда ежедневно приходят толпы паломников.

В Евангелии нет сообщений о том, как протекала земная жизнь Божьей Матери. Однако личность Богородицы окружена большим уважением во всем христианском мире. Между тем на Кипре существует предание, что, побывав в гостях у святого Лазаря, Мария пошла в горы, где стоит сегодня Киккский монастырь. Там сохраняется икона, созданная апостолом Лукой еще при жизни Марии. Эта икона была привезена сюда как дар от византийского императора в XI веке.

Другая бесценная реликвия – частица Честного Креста – хранится в монастыре Ставровуни (в переводе с греческого – «Гора креста»). Монастырь находится на вершине одиноко стоящей горы, и кажется, будто он высечен из крутого утеса и устремлен ввысь.

По церковному преданию, храм этот был заложен Еленой, матерью императора Константина, около 397 года н. э. Елена, возвращаясь со Святой земли, уснула на корабле. Во сне ей явился ангел и передал повеление Господа: «Построишь на Кипре храм и оставишь в нем частицу кипарисового креста, на котором был распят Иисус».

С этим крестом связано множество чудес. Он якобы способен излечивать от любых болезней. Крест дважды исчезал и также дважды возвращался. В 1888 году в монастыре вспыхнул пожар, он превратил обитель в пепелище. Сгорело все, кроме креста. «Священное дерево», уцелевшее в пожаре, было помещено в серебряное распятие и занимает почетное место на иконостасе в Ставровуни.

Ритуалы и обряды

В церкви Святого Лазаря я наблюдала несколько обрядов; о некоторых я уже рассказала.

Во время крещения ребенка опускают в купель, мажут лицо миром и наряжают в дорогие одежды.

Венчальный ритуал предполагает, что перед тем как жених и невеста начнут троекратное хождение по кругу, им подносят чашу с вином. Это как бы напоминание о том, как Христос на свадьбе в Кане Галилейской превратил воду в вино – первое чудо, которое он сотворил. Мать Иисуса, пришедшая вместе с ним на свадьбу, заметила: «Вина нет у них». И таким образом призвала Христа к свершению чудесного действа. Иисус, послушавшись матери, превратил воду в шести каменных водоносах в вино. А затем пригласил присутствующих: «Пейте все, ибо сие есть кровь моя, за многих изливаемая во оставление грехов». Таким образом, он как бы предрек свое грядущее распятие.

Потом Иисус не раз проявлял божественную силу в разнообразных чудесах, связанных с вином. Он сделал так, что бесплодный виноградник начал приносить плоды. По его воле источники вместо воды стали давать вино. Этим же божественным напитком вдруг наполнились пустые, запечатанные, сосуды.

…Жених и невеста отпивают из чаши, после чего она передается гостям, а жених призывает их всех: «Пейте все и насыщайтесь!»

Когда молодожены возвращаются в свой дом, их брачное ложе уже украшено символами жизненных сил и изобилия – яблоками, виноградной лозой, зелеными листьями.

Есть свой ритуал и для поминального обряда. Гостям раздается угощение – хлеб, вино, овечий сыр, оливки. Когда гроб опускается в могилу, священник окропляет его красным вином (опять-таки символом крови Христовой) и оливковым маслом.

В Дни Святого Духа совершаются панихиды по умершим. Происходит это и на сороковой день после кончины, а также через три, шесть и девять месяцев после смерти.

Особенно свято чтут ритуалы в монастырях. По многу часов каждый день монахи читают молитвы. Едят один раз в день. Два часа на дневной сон. Остальное время – работа.

Почти в каждом монастыре есть своя земля. На ней выращивают зерно, фрукты, оливки. Кое-где разводят живность. Во многих занимаются пчеловодством; мед монастырских пасек отличается особым вкусом и ароматом. Так же высоко ценится отборное оливковое масло и варенье из фруктов.

Ну и, конечно, виноделие. Я уже писала, что это древнейшее, а когда-то главное производство на Кипре сегодня сохранилось в монастырях. В обители Пресвятой Богородицы Хрисороятиссы сохранилась даже древняя виноградная давильня. Киккский монастырь славится производством традиционной виноградной водки Зивания.

В монастырях создаются замечательные изделия ручной работы: глиняные кадильницы, свечи из пчелиного воска, вязаные крестики, четки. В женских монастырях широко распространена вышивка, шитье. В мужских – иконопись, роспись фресок. И в тех, и в других реставрируют рукописи, старопечатные книги, занимаются переплетными работами.

В еде монахов преобладают фасоль, горох, другие бобовые. Особенно искусно здешние повара готовят нут – проваренный горох, взбитый с лимонным соком, чесноком и перцем. Его заправляют петрушкой и оливками.

Трапеза обычно состоит из хлеба, оливок, воловьего сыра, зелени, редко мяса. Впрочем, мясные блюда разрешены тем, кто болен или ослаб после болезни. Остальные же едят рыбу и другие морские продукты, часто готовят еду даже без масла.

В поучениях всех настоятелей повторяется призыв к умеренности и воздержанию. «Соблюдайте меру – и в хлебе, и в вине. Ешьте и пейте, но чинно и со страхом Божиим, дабы подкрепить тело ради потребных и необходимых дел», – так об этом сказано в «Огласительных поучениях» преподобного святого Феодора Студита.

Зато праздники отмечаются здесь с большой торжественностью. Религиозных праздников много: День Святого Духа (Катаклизмос, июнь), Богоявление (январь), Успение Пресвятой Богородицы (август), Рождество, Крещение. Но самый главный церковный праздник, конечно, Пасха.

Утром Вербного воскресенья верующие приходят в церковь с веточками оливы. Именно такие ветви держали в руках жители Иерусалима, когда туда вошел Господь.

Вечером того же дня в храме гасят свечи, в торжественной тишине выносится икона Христа – он в красной хламиде, с терновым венцом на голове.

Следующие три дня утром и вечером идут продолжительные богослужения. Вечером в среду во время службы верующие вспоминают покаявшуюся блудницу, которая омыла слезами и помазала миром ноги Спасителя, приготовив Его к погребению.

Утреннее богослужение в четверг начинается с воспоминания о Тайной Вечере. В этот день полагается провести генеральную уборку в доме. Хозяйки пекут флаунэс – пироги, похожие на наши куличи, но с сырной начинкой. В этот же день красят яйца, преимущественно в красный цвет. Вечерняя служба – многочасовое песнопение, в котором повествуется об истории распятия Христа.

Великая пятница – день траура. Идет богослужение в память о том, как ученики Иисуса сняли Его тело с креста и положили в гробницу.

Утро Великой Субботы начинается с того, что священники разбрасывают по церкви лавр и мирт. С икон снимают черные покрывала. Хозяйки, кроме флаунэса, готовят пирожки с бараниной: овца – древний христианский символ. А еще пекут пасхальный хлеб и маленькие фигурки из теста для детей.

Весь день слышен ликующий, слаженный звон колоколов. Поздним вечером, ближе к полуночи, верующие собираются в церкви, зажигают свечи от лампады священника и передают огонь по цепочке. После чего все выходят во двор. Начинается обряд Большого огня – костер, который разжигают дети. Священник провозглашает: «Христос воскресе!» – и с этими словами в воздух взлетают и взрываются петарды – кротидес.

Наконец наступает светлое Христово Воскресение. Служба символизирует весну и то воскрешение, которое происходит в самой природе. Она начинается с того, что прихожане после ночной литургии под утро несут домой зажженные в церкви свечи. В этот ранний час после долгого поста можно подкрепиться рисовым супом – его готовят заранее. Днем вся родня собирается за обильным воскресным обедом.

Привет из России

– Вы спрашиваете, чем греки-киприоты отличаются от русских? Ну разве тем, что они чуть более эмоциональны, темпераментны. Я бы сказала, они несколько горячее относятся к своим детям, уважительнее к старикам. Но это все в нюансах. В основе же, то есть в принципах морали, в духовности очень много общего. Да это и понятно, ведь и тот и другой народы вышли из одной купели – православия.

Это говорит Наталья Зыкова, президент Русского православного образовательного центра на Кипре. Я вижу ее каждую субботу на скамейке во дворе собора Святого Лазаря. Она беседует с паломниками, приехавшими из России.

– Наши предки стали совершать путешествия к святым местам Кипра еще девять веков назад, – так она обычно начинает свой рассказ.

Наталья Владимировна скрупулезно ищет следы этих посещений: собирается писать книгу «Русские на православном Кипре». О двух таких путешественниках она уже написала. Все, что я сейчас расскажу, я узнала из ее книг.

Когда-то, в далеком 1106 году, из Константинополя (тогда Царьграда) вышла ладья, совершавшая свой путь к Святой земле Палестинской. Среди мореплавателей был один русич, игумен Даниил.

«Достав специальную трость, которой писали на Руси в то время, приготовил он пергаментный свиток, расположив его на разогнутой левой руке, опираясь на колено. Через несколько минут покроет пергамент отчетливое, крупное письмо, расскажет об удивительном паломничестве…» (Н. Зыкова).

Так появилась книга «Хождение Даниила, земли русской игумена». Впоследствии эта книга войдет в сборник житий святых, именуемый «Четьиминеи». О чем же пишет первый русский паломник, побывавший на Кипре?

Прежде всего, он вспоминает святых, и в особенности святого Варнаву, основателя Кипрской православной церкви. Пишет он и о святом Трифилии, епископе Лефкосийском, и о святом Епифании, архиепископе Кипра. Особенно ценен его рассказ о монастыре Святого Креста Ставровуни. Это самое раннее описание Чудотворного Креста:

«Тут есть гора высока зело, и на той горе святая Елена, царица, воздвигла крест кипарисен, на прогнание бесов и всякому недугу на исцеление. И бывают на месте том знамения и чудеса много». Самое главное чудо – «стоит на воздухе сей крест, ничем не скреплен с землею, токмо Духом Святым держится».

Много еще чудес и красот кипрской земли поражают воображение игумена. Например, дерево тимьян. Смола этого растения так душиста, что ее используют для воскурений во время богослужений. Его кладут на горячие угли в домах, и струи дыма окутывают помещение. Таким способом хозяева оберегают свое жилище от всех темных сил.

Путешествовал игумен Даниил без карты и без компаса, но хорошо ориентировался на местности и во времени; он оставил важную информацию для будущих паломников. Например, о направлении: «летний восток» и «зимний восток» – разное положение солнца в разное время года. Или о расстоянии – «на расстоянии полета стрелы». О времени – «столько, сколько надобно для чтения молитвы «Отче наш»».

Более подробно описывает Наталья Зыкова пребывание на Святом острове другого русского паломника, Василия Барского. Наталья Владимировна сама лично прошла дорогами, которыми шел по Кипру русский гость. Она так объясняет свою идею:

«У меня появилось неодолимое желание оказаться в тех же местах, увидеть древние храмы, монастыри, встретиться с потомками киприотов, которые гостеприимно встречали русского паломника».

В монастыре Святого Иоанна Лампадиста она нашла на стене, над ракой с мощами святого, автограф самого Василия Барского. «Приложившись к мощам святым, сбросил бремя моих грехов, благодаря исповеди», – написал об этом месте русский гость.

Накануне дня Успения Богородицы Василий поспешал к монастырю Махерас. Но заблудился в горах и уже готов был заночевать на открытом воздухе. Он пишет, как ему было страшно. Он боялся не голода, не ночного холода и даже не зверей. Боялся он змей «хофи», известных своим ядовитым жалом. Но тут, по воле Божьей, он встретил рабочих, которые именно в эту ночь решили остаться на ночлег в лесу. Они угостили его хлебом, водой и оливками.

Барский подробно описал монастырь и особенно тщательно – святую икону Богородицы. Во времена иконоборчества икону эту монахи спрятали, а рядом положили нож, как бы говоря: «Пусть Богородица не будет беззащитной, пусть ее оборонит этот нож». Было это 800 лет назад, монастырь был назван Махерас («махери» – по-гречески нож).

Но особенно рьяно Василий стремился в Киккос – очень уж хотелось увидеть икону Киккской Богоматери. «Какая-то пичуга вспорхнула на дерево и неожиданно залилась звонкой трелью. И птицы-то поют здесь по-особенному», – заметил путник. Его восхитила «маленькая прекрасная церковь, расписанная замечательными фресками». Здесь же он записал предание, которое сегодня знают на Кипре все.

Наместник императора Византии на Кипре, князь, однажды охотился в лесах Троодоса и заблудился. Неподалеку жил отшельник, старец Исайя. Князь к нему обратился, чтобы узнать дорогу, но сделал это грубо, к тому же прервав молитву. Поэтому Исайя наместнику не ответил. Тот, возмущенный непочтением, ударил старца. Вскоре правитель Кипра тяжело заболел и понял, что это кара небесная за обиду, которую он нанес отшельнику. Тогда князь послал за старцем и униженно просил прощения. Тот простил, стал молиться о спасении своего недавнего обидчика. После долгих молитв Исайи больной излечился.

Об этом удивительном старце наместник Византии рассказал самому императору, у которого как раз в это время тяжело болела дочь. Царь послал за Исайей. Отшельник своими молитвами исцелил и царевну. Император предложил в благодарность золото и жемчуга. Но старец отказался, а попросил передать Кипру икону Божьей Матери, написанную евангелистом Лукой. Так знаменитая икона перекочевала из Константинополя в горы Троодоса, где и был заложен Киккский монастырь.

Именно в этом «славном, удивительном и мирном монастыре, таком далеком от мирских скорбей, отдохнул и подкрепился» Василий Барский. Наталья Зыкова спросила, не помнят ли тут, случайно, русского паломника. На утвердительный ответ она не надеялась: ведь прошло 270 лет. Но архимандрит, который согласился на беседу с гостьей, неожиданно сказал:

– Василий Барский был у нас в Киккосе дважды. Мы помним о нем, ведь он положил начало традиции: с тех пор русские паломники наши частые гости, и особенно любимые.

Беседа эта шла на русском языке, его архимандрит изучил в России, где он закончил Духовную академию. Исайя показал фотографию выпускников академии: он стоит среди слушателей рядом с патриархом всея Руси Алексием II.

Рассказал архимандрит и о Сильвестре, известном религиозном деятеле того времени. Именно он стал духовным наставником Барского.

Русский паломник посетил многие монастыри и церкви, в том числе, конечно, великий и прекрасный храм Святого Лазаря. И всюду он делал зарисовки и содержательные заметки. По дороге из Омодоса Барский набрел на старинное село Келани. «Здесь киприоты изготовляют сильное и сладкое вино. Называется оно коммандория». Он обратил внимание, что в селе растет много тутовых деревьев, жители заняты производством шелка, «а он не уступает дамасскому». И селянки носят здесь красивую шелковую одежду, очень дорогую на Руси.

Потом Барский вышел к небольшому монастырю Святой Мавры, его он описал очень поэтично: «И стоит монастырь среди бегущей воды, звонов струй и свежего воздуха».

С большим тщанием исследовала Н. В. Зыкова материалы о пребывании Василия Барского на Кипре и с большой любовью написала свою книгу.

А теперь о самом авторе.

Эта встреча произвела на меня сильное впечатление. Редко когда выпадает удача встретить столь значительную личность. Меня поразила ее энергетика, ее мощная, покоряющая сила. И при этом яркая лучезарность. И еще – доброта, скрепляющая эту силу и это сияние глаз. «Святая!» – пришла мне в голову несколько еретическая мысль (не знаю, можно ли такое говорить о живущем рядом). Однако ощущение это еще более окрепло, когда она стала рассказывать о своей деятельности на Кипре.

Наталья Зыкова – глубоко верующий человек. Много времени она посвящает молитвам. Я всегда считала, что люди такого типа неторопливы, углублены в себя и в свои беседы с Всевышним, что они не сильно включены в окружающую жизнь. Но Наталья Владимировна – сгусток энергии. Все, за что она берется, делает чрезвычайно продуктивно. По своей природе она созидатель. Она постоянно находится в творческом поиске с одной целью – сблизить православных людей обеих стран. Она ввела в русской школе в Ларнаке предмет «Основы православной культуры». Создала новую передачу «Русское православное радио». В газете «Вестник Кипра» завела колонку «Православие». Открыла «Православный лекторий». Вместе с посольством Российской Федерации начала программу «Знать страну, в которой живем»: сотрудники посольства под ее руководством посещают святые места Кипра.

Она провела «День славянской письменности и культуры»; «День православного единства», юбилейный фестиваль в честь 900-летия посещения острова игуменом Даниилом.

И все это – не переставая собирать все новые материалы о следах русских на Кипре и их вкладе в православную культуру острова.

Я хотела задать ей один вопрос, но постеснялась. Однако через пару дней я нашла ответ в ее интервью газете «Вестник Кипра». Журналист спрашивает, кто же платит за всю эту огромную работу. Ответ ее звучит так: «Денег я не получаю, для меня это не работа – это послушание».

Загадки древности

Алексис Михаэлидис, вице-мэр города Ларнаки, известен здесь как большой знаток старины. Он берется провести меня по наиболее древним местам города.

– А сколько лет Москве? – спрашивает он меня по дороге.

– Недавно отметили 860-летие. Москва – старый город.

– Да, о-о-очень старый! – улыбается Алексис. – Мы вот уже два года празднуем юбилей Ларнаки, ему исполнилось 4000 лет.

– Ско-о-олько?! – изумляюсь я. – И почему юбилейных года целых два?

– Потому что определить с точностью до года, когда появились первые поселенцы, невозможно. И с более поздними раскопками появляются свидетельства все более ранних поселений.

Он ведет меня в самую древнюю часть Ларнаки, которая называется Китион.

Китион

По преданию, этой частью острова управлял Киттим, внук Ноя. Вы помните, кто такой Ной? В Библии об этом говорится так.

Потомок Адама в девятом колене, он был праведником, и поэтому Бог выделил его из остальных людей: предупредил о скором наступлении Великого Потопа. Бог посоветовал Ною построить ковчег, объяснил, как именно должно быть сколочено судно, и велел взять на него людей, а также птиц и зверей – каждой твари по паре.

Ровно сорок дней с небес шел нескончаемым потоком ливень. Вода покрыла даже высокие горы, и все живущее на земле погибло. На сороковой день Ной выпустил из ковчега голубя, и тот, полетав, вернулся со свежим листом маслины в клюве. Это значило, что дождь перестал и вода стала сходить. Тогда обитатели ковчега вышли на землю и начали там новую жизнь. А Бог послал Ною свое благословение: «Плодитесь и размножайтесь!»

И Ной с сыновьями принялись с усердием выполнять его наказ. Сыновей у Ноя было трое. Они родили пятнадцать детей. Так вот одним из этих детей как раз и был Киттим, который положил начало развитию цивилизации на острове Кипр.

Мы идем с Алексисом вдоль руин. Я, как и всегда, когда посещаю места раскопок древности, немного скучаю. Очень уж они невыразительны, эти свидетельства давнего прошлого. Во всяком случае, моей бедной фантазии никак не удается воспроизвести картины когда-то живой жизни и реальных людей.

– Вот это развалины древнего города, – говорит Алексис. Видите массивные каменные блоки? Они называются циклопическими. Из них были сложены стены древнего Китиона. А вот фундаменты пяти храмов – это храмовый комплекс того же времени. Рядом с ним – остатки мастерских, где выплавляли медь. Здесь были построены святилища… В XIII веке до н. э. сюда пришли финикийцы, а в следующем, XII веке, – микенцы. Они оставили легендарные письмена, которые никак не поддавались расшифровке нашим современникам. И только недавно ученые разгадали все шестьсот знаков. Это иероглифы, каждый из которых изображает не слово, а звук, причем звук согласный. Гласные же звуки только угадывались (скажем «кмн» – камень, или «втр» – ветер). Однако на черепках, стелах и саркофагах археологи обнаружили уже целые послания, написанные двадцатью четырьмя буквами алфавита. Кстати, именно этот алфавит лег в основу современного греческого.

Прошлое оживает и становится немного яснее, особенно когда я попадаю в два музея – Археологический и Музей Пьеридиса. В первом, открытом рядом с раскопками Китиона, собрана вся коллекция находок – свидетельств жизни нескольких тысяч лет. Вот каменные сосуды, примитивные идолы, керамические предметы с рельефным орнаментом – это эпоха неолита. А вот сосуды из камня и глины, они декорированы белой обмазкой, черной или красной росписью – это эпоха ранней бронзы. В зале поздней бронзы – расписные вазы, золотые украшения, рельефы из слоновой кости. Вот сосуды с прямоугольной росписью – геометрический период.

Еще рельефней встает передо мной древность Китиона, когда мы с Алексисом входим в Музей Пьеридиса. Основание музея, сохранение и постоянное пополнение его экспозиции – это своеобразный семейный подвиг. Шесть поколений киприотов Пьеридисов в своем собственном доме содержат этот музей и постоянно обогащают его новыми экспонатами. Здесь собраны свидетельства всех основных эпох истории – доисторических, римской эпохи, времени правления Византии. Есть и предметы периода крестоносцев, франков, венецианцев, турок-османов.

Я увидела в этом музее первые деньги – медные, неправильной формы, с неровными краями. Постепенно древний Китион становился мне все ближе. Я уже понимала, почему именно сюда направился святой Лазарь, ставший первым епископом Китийским. И почему именно здесь, в колыбели цивилизации, родился Зенон, знаменитый философ IV века до н. э. Двадцать четыре века назад он положил начало стоицизму – системе, объединившей логику, теорию познания, физику, этику. Счастье, учил Зенон, состоит в согласии воли человека с Божественным разумом, в умении достойно встречать невзгоды и удары судьбы.

Исчезнувший народ

Я думала, что после этой цифры – 4000 лет со дня основания Китиона, ныне Ларнаки, – меня здесь уже ничто не удивит. Но в деревне Хирокития, близ южного побережья острова, меня ждало еще более удивительное открытие.

Недалеко от деревушки, на высоком холме, опоясанном рекой, когда-то жили люди. Древнему поселению долгое время приписывалась дата 5800 лет до н. э. Однако совсем недавно археологи раскопали предметы, свидетельствующие, что поселенцы были здесь еще на тысячелетие раньше. Девять тысяч лет назад!