Ты лучше всех

Мэтт наблюдал за ней с насмешкой и желанием во взгляде, невольно сравнивая с Тессой. Белинда была рослая, белокурая, с пышной грудью; Тесса — миниатюрная, темноволосая, кареглазая. Только сейчас он осознал, что, с тех пор как встретил и потерял Тессу, просто избегал похожих на нее женщин, словно пытался оградить себя от боли.

Мэтт почувствовал, что возбуждается, и пришел в смятение, сообразив, что виной тому не дразняще соблазнительное тело Белинды, а воспоминания о давней близости с Тессой, когда он знакомил ее с радостями любви.

— Ты уверен, что не хочешь поужинать здесь, дорогой? — вкрадчиво спросила вышедшая из спальни Белинда, от внимательных глаз которой не укрылось состояние Мэтта.

— Уверен. — Мэтт воспротивился соблазну, понимая, что если примет приглашение, то тогда будет телом Белинды утолять страсть, разожженную в нем другой женщиной.

— Ладно. — Она досадливо передернула плечами.

На протяжении всего вечера Белинда воздерживалась от разговоров о Тессе, но вновь вернулась к ним, когда Мэтт провожал ее домой. Она предложила ему остаться до утра, но он отказался.

— Спасибо, Бел. Мне было хорошо с тобой, но теперь прощай.

— Мы и дальше можем хорошо проводить вместе время, — настаивала Белинда. — Этот твой надуманный, вернее, бездумный брак, разве он что-то меняет в наших отношениях?

— Меняет. — Мэтт осторожно расцепил обвивавшие его шею руки Белинды, отступил на шаг, затем повернулся и быстро зашагал прочь.

Белинда проводила его взглядом и затворила дверь лишь тогда, когда машина Мэтта скрылась из виду. Будь это любой другой мужчина, она с уверенностью могла бы сказать, что он вернется к ней, едва роль отца утратит для него прелесть новизны. Но ведь, с другой стороны, ни один из мужчин, которых она знала, не додумался бы жениться на какой-то давнишней полузнакомой особе, имевшей глупость зачать от него ребенка. Надо же, какое благородство! — кипятилась Белинда, жалея, что не обзавелась какой-нибудь бессловесной домашней тварью, на которой можно было бы выместить злость.

Тесса, приняв снотворное, мирно проспала всю ночь и утром по пробуждении почувствовала себя гораздо лучше. Ей удалось впихнуть в себя завтрак, состоявший из апельсинового сока, тоста и кофе, но, когда она попыталась слезть с кровати и пройти в ванную, то сразу обнаружила, что очень ослабла и не способна передвигаться без помощи медсестры.

— Я будто после гриппа, осложненного тяжелым похмельем, — пошутила Тесса, сидя на крышке унитаза в ожидании, пока медсестра приготовит ванну.

Потом она долго лежала в воде под наблюдением медсестры — та словно опасалась, что пациентка потеряет сознание и утонет! — и постепенно избавляясь от ноющей боли и онемения в теле, вызванных многочисленными ушибами и вынужденной неподвижностью. Процедура купания утомила Тессу, и она с готовностью согласилась лечь в постель.

— Это не моя ночнушка. — Тесса вопросительно взглянула на медсестру, запоздало сообразив, что в больницах шелковое белье не выдают.

— Вы совершенно правы. Ее прислала ваша будущая свекровь.

— Кто?.. — слабеющим голосом переспросила Тесса.

— Миссис Стэффорд, — громко и отчетливо произнесла сестра Харпер.

Тесса не решилась возражать, опасаясь, что ее, чего доброго, сочтут сумасшедшей. Она поудобнее устроилась на мягких подушках и с наслаждением закрыла глаза.

Как же я устала! И в голове полный сумбур. Разве в таком состоянии я способна разрушить замыслы Мэтта Стэффорда, которые тот тщательно обдумывал на протяжения всех девяти дней, что я лежала без сознания? Тесса старалась расслабиться, но от роящихся в мозгу вопросов головная боль усиливалась. Она пощупала дорогой шелк ночной сорочки, потом перевела взгляд на висевший на спинке стула пеньюар из того же гарнитура. Отдельная палата, должно быть, стоит целое состояние…

Мэтт, судя по всему, лживыми заверениями убедил персонал больницы, что я его невеста. С какой целью? Тесса похолодела: ему нужна Эбби. Он ясно дал это понять. Спесивый наглец. Неужели он надеется подарками добиться от меня согласия на удочерение Эбби? Если так, то он быстро узнает, что не все в мире продается и покупается! Страх, однако, не исчезал, и Тесса стала строить планы, как им с Эбби убежать от Мэтта, когда ее выпишут из больницы.

Она с нетерпением ожидала появления предмета своего гнева и страха, но первым посетителем оказался доктор Стивенс. Он внимательно обследовал пациентку и провозгласил, что доволен тем, как протекает процесс выздоровления.

— Меня скоро выпишут? — взволнованно спросила Тесса.

— Через пару дней, — обрадовал ее врач. — Правда, вы нуждаетесь в хорошем отдыхе, но, насколько я понимаю, за этим дело не станет. Мистер Стэффорд обещал обеспечить за вами прекрасный уход.

— Мистер Стэффорд! — фыркнула Тесса. — Я не собираюсь жить у него.

— Вот как? — Доктор Стивенс нахмурился. — А у вас есть другие родственники или знакомые, которые могут ухаживать за вами?

— Нет. Но я сама справлюсь, — заверила она врача.

— О нет, прошу прощения. Боюсь, тут я с вами не могу согласиться. Пока вам самой не справиться, тем более имея на руках маленького ребенка.

Тесса задумалась. Она намеревалась при первой же возможности воссоединиться с Эбби и нейтрализовать пагубное влияние, оказываемое на девочку Мэттом и его родителями. Но если для этого необходимо принять приглашение Стэффордов Что ж, так и быть!

— Ладно, — неохотно согласилась Тесса. — Я поеду в… — Она запнулась.

— Дрейкс-Эббот, — подсказал доктор Стивенс и опять нахмурился, на этот раз встревоженный провалами в памяти пациентки.

— Да, верно, Дрейкс-Эббот, — медленно повторила Тесса, вспоминая адрес, данный ей Мэттом много лет назад.

— У вас хорошие отношения со Стэффордами? — поинтересовался доктор Стивенс, разумеется, просто из вежливости.

Интересно, какова была бы его реакция, сообщи я, что ни разу не встречалась с родными Мэтта, а Эбби познакомилась с ними всего несколько дней назад, когда Мэтт похитил ее? Тесса подавила внезапный порыв выложить всю правду. А то врач, чего доброго, еще подумает, будто я обезумела или страдаю амнезией. Ведь Мэтт, если бросить ему вызов, не отступится и станет убеждать медперсонал, что мы помолвлены на протяжении нескольких месяцев. И еще вопрос, кому из нас поверят.

— Хорошие. Не сомневаюсь, мне там будет удобно.

— Вот и ладно. Значит, договорились, — с нескрываемым облегчением произнес врач и удалился.

Тесса проводила его полным отчаяния взглядом. Но ведь сейчас главное выбраться из больницы и вернуть Эбби, а это станет возможно только в том случае, если доктор Стивенс будет уверен, что она предоставит себя заботам Мэтта и его родных, чтоб им пусто было.

Часов в одиннадцать утра, когда Тесса лениво грызла печенье, запивая его кофе, в палату вошел Мэтт. Один.

— Где Эбби? — требовательно осведомилась Тесса, даже не удосужившись поздороваться.

Мэтт плотно сжал губы, раздосадованный ее грубостью и враждебностью. На мгновение вспомнилась Белинда — ее чувственная красота, белокурые волосы, приветливая улыбка, с которой она неизменно встречала его… Мэтт подавил вздох.

— Где она? — громко повторила Тесса.

Мэтт вскинул бровь, давая понять, что недоволен ее тоном, затем неторопливо приблизился к кровати, ногой развернул стоявший рядом стул и сел лицом к Тессе.

— Сегодня ты выглядишь свежее, — прокомментировал он, — жаль только, норову не поубавилось. И манеры оставляют желать лучшего. Как голова? Что говорит эскулап?

— Не твое дело! Я спрашиваю: где моя дочь?!

— С моей мамой, выбирает для тебя цветы, — наконец смилостивился Мэтт. — Я хотел сначала поговорить с тобой наедине. В чем дело, Тесса? Тебе не нравится, когда ее нет рядом? — с гневом и горечью спросил он, хотя дал себе слово повременить с упреками до тех пор, пока Тесса не поправится. — Эбби будет здесь через пять минут. А я, благодаря твоей эгоистичности, был лишен возможности видеться с дочерью более пяти лет!

— Что значит «лишен»? Ты даже не знал о ее существовании! — парировала Тесса, запоздало сообразив, что сболтнула глупость, ибо синие глаза Мэтта засверкали яростью.

Она вжалась в подушки, чувствуя себя слабой и незащищенной, тем более что на ней не было ничего, кроме прозрачной ночной сорочки. Нет, Тесса не опасалась сексуальных домогательств: Мэтт, судя по его лицу, и не помышлял об обольщении, скорее он с удовольствием задушил бы ее.

— Так что говорит эскулап? — повторил вопрос Мэтт, но уже более спокойно, с видимым усилием подавив гнев.

— Что меня, возможно, выпишут через пару дней. Только доктор Стивенс не отпускает меня одну, — нехотя призналась Тесса. — Мне пришлось дать согласие провести реабилитационный период в твоем доме, будь он проклят.

— Ты очень любезна. Спасибо, что приняла мое приглашение, — язвительно протянул Мэтт.

Тесса с трудом удержалась, чтобы не выплеснуть ему в лицо оставшийся от завтрака кофе. Мэтт, словно угадав ее намерение, забрал чашку и отставил подальше, чтобы Тесса не могла достать.

— Вообще-то ты будешь жить в доме моих родителей, — пояснил он. — А у меня есть квартира в городе, хотя в Дрейкс-Эбботе для меня тоже держат комнаты…

— Меня твой быт не интересует, — резко оборвала его Тесса. — Я намерена пробыть у вас не больше недели, а потом мы с Эбби вернемся домой.

— Вот как? Это куда же, если не секрет? Надеюсь, не в ту убогую конуру, где вы жили до последнего времени? — небрежно поинтересовался Мэтт.

Он откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди. Какой-то вид у него уж больно самодовольный, со страхом отметила Тесса.

— Нормальная квартира. Нас устраивает. К тому же это временное жилье, скоро я смогу снять что-нибудь лучше. Эбби теперь целый день в школе, поэтому у меня есть возможность работать больше…

— У тебя теперь нет работы, — невозмутимо проинформировал ее Мэтт. — И квартиры тоже нет. Я взял на себя смелость от твоего имени разорвать оба контракта.

— Что-о-о? — прошипела Тесса.

Ослепленная яростью, она даже не задалась вопросом, где будет жить и из каких средств оплачивать счета. «Взял на себя смелость»! Нахал!

— Что слышала, — все так же невозмутимо отвечал Мэтт. — Пошел к твоему боссу и сказал, что ты не вернешься ни на работу, ни в свою квартиру. Твои личные вещи на прошлой неделе были упакованы и перевезены в Дрейкс-Эббот.

— Ты… ты… — Тесса задыхалась.

— Утратила дар речи? Вот и хорошо, теперь послушай меня.

Мэтт подался вперед — агрессивный, неумолимый. Мускулистое тело напряглось, черты лица обострились. Под его ледяным взглядом Тесса чувствовала себя еще более слабой и уязвимой, чем прежде. Ей хотелось с головой накрыться одеялом и затаиться, но она пересилила себя.

— Эбби счастлива в Дрейкс-Эбботе, и я не допущу, чтобы ты забрала ее оттуда, — отчеканил Мэтт. — Я готов вверх дном перевернуть свою жизнь ради того, чтобы обеспечить вам обеим спокойное безбедное существование. Мы поженимся. Я так решил.

Тесса смотрела на него во все глаза, давясь истерическим смехом.

— Ты с ума сошел, — наконец вымолвила она. — Я догадывалась, что ты представился персоналу больницы моим женихом, но думала, это просто для того, чтобы тебе разрешили забрать Эбби.

— Поначалу так и было, но потом я понял, что брак самое лучшее для нас решение. Я женился бы на тебе еще шесть лет назад, если б знал, что ты носишь моего ребенка.

— Независимо от того, согласна я или нет? — резко спросила Тесса. — На мой взгляд, беременность по глупой неосторожности еще не повод для того, чтобы связывать свою жизнь с абсолютно чужим человеком. Сейчас я вынуждена воспользоваться твоим гостеприимством, но лишь на время. Как только я окрепну, я найду себе другую работу. И другое жилье.

— Не делай этого, Тесса, — тихо попросил Мэтт, почти с мольбой в голосе. Тесса всем своим видом выражала непреклонность, и он, тяжело вздохнув, продолжил: — Если ты откажешься выйти за меня и поселиться в моем доме, я через суд оформлю опекунство над нашей дочерью.

Категоричный тон не оставлял сомнений в том, что Мэтт выполнит угрозу. Заметив страх в глазах Тессы, он еще больше ожесточился: как это ни прискорбно, но она должна поверить, что он не блефует.

— Ты не выиграешь процесс! — воскликнула Тесса, пытаясь криком перебороть панику, грозившую захлестнуть все ее существо. — Не спорю, материально ты можешь обеспечить Эбби лучше, чем я, но ни один судья не отдаст тебе ее на этом основании. Еще несколько дней назад ты о ней и слыхом не слыхивал.

— По чьей прихоти? — с горечью заметил Мэтт, выдвигая встречное обвинение. — И не советую загадывать, Тесса. Главное — фактический аспект: у кого Эбби живет, кто ее обеспечивает. А ты, как тебе известно, не имеешь ни дома, ни работы, да и денег, полагаю, у тебя нет. На какие средства ты собираешься содержать ребенка? Работать ты сможешь не скоро, а Эбби к тому времени уже будет прекрасно устроена и в новой школе, и в новой семье. А когда мой адвокат, самый лучший, уверяю тебя, — добавил Мэтт, чтобы лишить Тессу иллюзий, которых она и так уже не питала, — объяснит, в каких условиях жила девочка, думаю, судья, если он в здравом уме, просто придет в ужас.

— Что ты имеешь в виду, черт побери? Какие условия? Не спорю, моя квартира не Букингемский дворец, но жить там можно! — горячо возразила она.

— Ты так считаешь? По соседству с двумя шлюхами, которые занимаются своим бизнесом прямо у тебя под носом, в квартире этажом ниже?

— Что?.. Ты с ума сошел! Да разве можно так оскорблять?! — захлебываясь, выпалила Тесса. — Это же клевета…

— Навет, — спокойно поправил ее Мэтт. — А вернее, ни то ни другое. Это правда.

— Ты лжешь! Дженни и Линда порядочные девушки!

Мэтт пожал плечами.

— Самые обычные проститутки.

Тесса мотнула головой.

— Это исключено!

— Бог мой, да неужели ты не знала? — изумился он.

— Н-нет, конечно, — заикаясь, ответила Тесса, начиная догадываться, что Мэтт не лжет, дабы напугать ее: он был абсолютно уверен в том, что говорил. — Я же сказала, обе — приятные, вежливые, приветливые девушки…

— Чересчур приветливые. — Мэтт хмыкнул. — Блондинка даже любезно предложила мне свои услуги! Я постучал к ним в надежде выяснить, есть ли у тебя родственники, а девица приняла меня за клиента! — Он рассмеялся. — Удивляюсь я тебе, Тесса.

— Да мне и в голову не приходило. А с какой стати? Я знала, что они пользуются популярностью…

Перехватив скептический взгляд Мэтта, она внезапно умолкла и стала в задумчивости покусывать губу. Если Мэтт не лгал, — а она уже почти не сомневалась в том, что его сведения достоверны, — вполне вероятно, что суд сочтет ее плохой матерью, раз она не способна уберечь маленькую дочь от растлевающего влияния. Более того, Дженни, та самая блондинка, которая, если верить Мэтту, предложила ему свои услуги, как-то вызвалась посидеть с Эбби. Тесса содрогнулась, представив, как повел бы себя Мэтт, узнав об этом.

— Я говорил, что мой отец — мировой судья? — как бы невзначай вставил Мэтт.

— Нет, — сердито отозвалась Тесса, прекрасно понимая, к чему он клонит.

Неужели Мэтт и впрямь обратится в суд? Попытается отнять у меня Эбби? Мы ведь совсем чужие, думала молодая женщина. Кроме ребенка, нас ничто не связывает. Откуда мне знать, способен он выполнить свою угрозу или просто меня пугает.

— Ты хочешь отнять у меня дочь? — прошептала Тесса.

— Нет. Но если Эбби присудят мне, я получу право создать ей такие жилищные условия, какие сочту нужным, и ты нарушишь закон, если попытаешься скрыться вместе с девочкой. Ты, разумеется, можешь жить с дочерью, если захочешь, я не настолько жесток, чтобы лишать ребенка матери, — холодно добавил он, напоминая Тессе о ее жестоком поступке: по ее милости Эбби с рождения была лишена отца.

За время разговора головная боль обострилась, и Тесса не чувствовала в себе сил продолжать борьбу. По крайней мере, Мэтт дал слово, что не разлучит ее с дочерью, если она проиграет дело в суде. Но пока лучше не идти на конфликт: пусть думает, что судебного разбирательства не потребуется.

— Поразмысли над моим предложением. У тебя еще есть время, — прервал ее раздумья Мэтт. — Готова ты поселиться со мной в Дрейкс-Эбботе или предпочитаешь выяснять отношения в суде?

— Хорошо, я поеду в Дрейкс-Эббот, — поспешила согласиться Тесса. — Но выйти замуж? Даже если это брак по расчету все равно шаг весьма ответственный. Давай повременим немного с решением? Хотя бы несколько недель.

Она изобразила лучезарную улыбку, едва не растянув мышцы лица. Мэтт внимательно посмотрел на нее и чуть расслабился.

— Хорошо, — наконец произнес он, но для себя решил не медлить с бракосочетанием, иначе ничто не помешает Тессе в скором будущем увезти от него Эбби. В суд он, конечно, может обратиться, но рассчитывать на помощь закона не следует. Для суда биологическое отцовство — не самый убедительный аргумент. Только став официальным опекуном собственной дочери, получит он право распоряжаться ее судьбой. — А кто говорит о браке по расчету? — ласково спросил Мэтт. — Мы народим замечательных детишек.

— О нет! — воскликнула она. Из памяти еще не стерлись тяжелые месяцы беременности в полном одиночестве и мучительные роды. — Больше я на подобное не соглашусь!

Согласишься, дорогая, еще как согласишься, подумал Мэтт. Ему не довелось наблюдать Эбби в младенчестве, он не слышал ее первых слов, не видел первых неуверенных шагов и теперь сгорал от нетерпения познать радости отцовства с момента рождения своего второго ребенка. Однако Мэтт мудро воздержался от спора на столь щепетильную тему, понимая, что для первого раза и так добился многого.

Несколько недель, проведенных в Дрейкс-Эбботе, наверняка убедят Тессу, что жизнь с ним — более счастливый удел, чем борьба за выживание в одиночку. В конце концов, они ведь были счастливы на Кипре. Пусть с тех пор миновало шесть лет, но еще и сейчас не поздно возродить взаимную симпатию, то глубокое чувство обоюдного влечения, которое нашло свое воплощение в Эбби. Даже если Тесса сохранит к нему неприязнь, со временем она все равно поймет, что Эбби только выиграет от их брака: у нее будет уютный дом, мать, которой не нужно с утра до вечера работать как проклятой, дедушка с бабушкой, большая семья.