Пьесы

Роза. Ты в этом уверен, Марк?

Марк. Ха-ха! Только в Камарге разыгрываются такие драмы. (Игриво.) Послушай, сестрица: зимой в арлезианском «Алькасаре» пели модный романс… (Пытается подражать настоящим певцам.)

К счастью, от любви не умирают, К счастью, от любвн не умирают.

Гробовое молчание.

Бальтазар (у камина). Пустые бочки хорошо поют!

Марк. Что-о?..

Роза. Это лживая песня, Марк. В двадцать лет очень даже умирают от любви. И чаще всего те, что заболели этой странной болезнью, считают, что это чересчур медленная смерть. Так вот они, чтобы поскорее разделаться, кончают с собой…

Франсе Мамай. Да что ты, Роза!.. Ты думаешь, что наш мальчик…

Роза. Я вам говорю: у него в глазах смерть. Присмотритесь к нему хорошенько — сами увидите! Я уже за ним целую неделю наблюдаю, сплю в его комнате, а ночью встаю и прислушиваюсь… Разве мать может так жить? Я все время дрожу, всего боюсь — ружья, колодца, чердака… Так и знайте: я велю замуровать окно на чердаке… Сверху видны огни Арля, и каждый вечер Фредери поднимается и смотрит… Я этого так боюсь!.. А Рона… Ах, эта Рона! Я ее вижу во сне, и он тоже видит ее во сне. (Тихо.) Вчера он больше часа стоял у дома перевозчика и смотрел на воду безумными глазами… Я уверена, что у него в голове только одна эта мысль… И если он еще ничего не сделал над собой, то только потому, что я всегда возле него, за его спиной, чтобы в случае чего охранить его и оградить. Но у меня нет больше сил, я чувствую, что он выскользнет у меня из рук.

Франсе Мамай. Роза! Роза!..

Роза. Выслушай меня, Франсе. Не смотри на Марка. Не пожимай плечами… Я знаю мальчика лучше вас и знаю, на что он способен… У него моя кровь, а я… уж я-то знаю, что бы я сделала, если бы у меня отняли любимого человека.

Франсе Мамай. Но ведь… мы же не можем его женить… на этой…

Роза. А почему не можем?

Франсе Мамай. Ты это хорошо обдумала, дочка?..

Марк. Проклятие!..

Франсе Мамай. Я простой крестьянин. Роза, но я дорожу честью моего имени и моего дома так же, как владелец К ад руса или Барбантана… Эта арлезианка будет жить у меня? Тьфу!..

Роза. Дивлюсь я на вас обоих! Вы говорите мне о чести! А я хуже вас, что ли? (Подходит к Франсе.) Вот уже двадцать лет, дедушка Франсе, ты называешь меня своей дочерью. Слышал ты обо мне плохое слово?.. Где ты еще найдешь такую честную, такую верную женщину?.. Волей-неволей приходится напоминать, потому что вы все про это забыли… Разве мой муж, умирая, не говорил тебе о том, какая я скромная, какая я порядочная?.. И если я — я! — соглашаюсь ввести эту развратницу в мой дом, отдать ей моего ребенка, мою кровинку и назвать эту девку своей дочерью-что же ты думаешь, мне это легче, чем вам?.. И все-таки я на это иду, потому что нет другого средства его спасти…

Франсе Мамай. Пожалей меня, дочка! Ты меня убиваешь…

Роза. Отец, заклинаю тебя: подумай о Фредери… Сына ты уже потерял. Внук — это твое дитя вдвойне, неужели ты захочешь потерять и его?..

Франсе Мамай. Я умру из-за этой свадьбы…

Р о за. Пусть мы все из-за нее умрем… Что ж из этого? Лишь бы мальчик был жив.

Франсе Мамай. Боже мои! Вот уж не думал я дожить до такого позора!..

Бальтазар (встает). Хоть один человек по крайней мере этого не потерпит… Нет, что же это такое? На ферме Кастле — гулящая девка, которая путалась со всеми камаргскими лошадниками?.. Хорошо, нечего сказать!.. (Бросает плащ и дубину.) Вот мой плащ, вот моя палка, хозяин! Давай мне расчет, и я уйду…

Франсе Мамай (умоляюще). Бальтазар! Ведь то же ради мальчика… Подумай! У меня только он один и остался!

Роза. Э, пусть уходит… Он уж очень зазнался.

Бальтазар. Есть хорошая пословица: тысяча овец без пастуха — плохое стадо! Этому дому давно не хватает хозяина. Здесь есть женщины, дети, старики, но нет мужчины.

Роза. Говори прямо, пастух… Как ты думаешь: мальчик способен убить себя, если мы не женим его на ней?

Бальтазар (подумав). По-моему, способен…

Роза. И ты предпочел бы, чтобы он умер?

Бальтазар. Сто раз предпочел бы!..

Роза. Вон отсюда, негодяй, вон! Ты накличешь беду на него!.. (Бросается на него.)

Франсе Мамаи( становится между ними). Оставь, Роза, оставь!.. Бальтазар вырос в более суровое время, чем ты: честь тогда ставили превыше всего. Я тоже человек того времени, но я недостоин его. (Бальтазару.) Сейчас я приготовлю тебе расчет, пастух, можешь уходить…

Бальтазар. Нет, погоди!.. Мальчик идет сюда… Я хочу послушать, как вы ему об этом скажете… Фредери, Фредери! Дедушка хочет поговорить с тобой…

ЯВЛЕНИЕ ШЕСТОВ

Те же и Фредеря.

Фредери. Что это? Все в сборе!.. Что тут происходит? Что с вами?..

Роза. Нет, что с тобой, бедное дитя? Почему ты бледен, почему ты весь горишь? Вот, дедушка, посмотри — от него осталась одна тень!..

Франсе М а м а и. Верно, он очень изменился…

Фредери (силясь улыбнуться). Мне немножко нездоровится, пустяки, так, небольшая простуда. Пройдет. (К Франсе.) Ты хотел поговорить со мной, дедушка?..

Франсе Мамай. Да, дитя мое, я хотел тебе сказать… Я… Ты… (Розе, тихо.) Скажи ты. Роза, я не могу…

Роза. Послушай, дитя мое: все мы знаем, что у тебя большое горе, но ты не хочешь о нем говорить. Ты страдаешь, ты несчастен… И все из-за той женщины… Ведь так?

Фредери. Не надо, матушка… Ведь мы же условились, что мы о ней никогда не будем говорить.

Роза (вспыхнув). А я все-таки скажу, потому что ты умираешь из-за нее!.. Ты из-за нее хочешь умереть!.. Только не лги!.. Я знаю, ты решил, что единственное средство вырвать страсть из сердца — уйти с этой страстью в иной мир… Так вот, мой мальчик, не надо умирать. Будь она проклята, эта арлезианка, бери ее… Мы ее тебе даем.

Фредери. Как же так?.. Матушка!.. Ты не подумала!.. Ты не знаешь, что это за женщина…

Роза. Раз ты ее любишь…

Фредери (в сильном волнении). Так это правда, матушка: ты бы согласилась?.. А ты, дедушка, что скажешь?.. Ты покраснел? Ты опустил голову? Ах, бедный старик, чего это должно ему стоить!.. Как же вы, стало быть, любите меня, коли приносите такую жертву!.. Нет, ни за что! Я эту жертву не приму… Родные вы мои! Поднимите головы и смотрите на меня не краснея… Клянусь: ваше имя будет носить достойная женщина… явление седьмое Те же и Виветта.

Виветта (робко останавливается в глубине сцены). Простите!.. Я не вовремя?..

Ф ре дер и (удерживает Виветту). Нет… Останься, останься… Что ты скажешь о ней, дедушка? Я думаю, тебе не стыдно назвать ее своей дочерью…

Все. Виветту?..

Виветта. Меня?..

Фредери (берет ее за руку). Помнишь, что ты мне сказала? «Тебе нанесла рану женщина, и вылечить тебя может только женщина». Виветта! Ты согласна быть этой женщиной? Могу я отдать тебе мое больное сердце? Оно исстрадалось… Ну, ничего! Я надеюсь, что ты с ним справишься, я надеюсь, что ты его исцелишь. Ну как, берешься?..

Франсе Мамай и Роза с умоляющим видом npoci ирают к.

Виветте руки.

Виветта (прячет лицо на груди у Розы). Крестная! Ответь ему за меня.

Бальтазар (рыдая, обнимает Фредери). Мальчик ты мой дорогой, да хранит тебя господь! Уж как же ты меня обрадовал!

ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ

КАРТИНА ПЕРВАЯ

ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ

Декорация первого действия. Тот же двор в Кастле, но сегодня он привял праздничный вид; всюду чистота и порядок. В глубине сцены по обе стороны ворот — майские деревца, украшенные гирляндами цветов. Над воротами — огромный венок на колосьев, васильков, маков, дельфиниумов. Слуги и служанки в праздничных нарядах снуют по двору. У колодца служанка наполняет водой кувшин. По временам ветерок доносит звуки флейты, дробь тамбуринов. явление первое Слуги, служанки, Бальтазар. Бальтазар, потный, весь в пыли, появляется в глубине сцены.

Слуги. А! Бальтазар пришел!

Один из слуг. Здравствуй, дедушка!

Бальтазар (весело). Здорово, здорово, молодежь!.. (Садится на закраину колодца.)

Служанка. Тебе, должно быть, жарко?

Бальтазар (вытирает лоб). Я пришел издалека, а солнце палит вовсю… Дай-ка напиться…

Служанка дает ему напиться из кувшина.

Служанка. Ты себя не бережешь, а в твои годы…

Бальтазар. Э, совсем уж я не такой старый… Все дело в злодее-солнце, никак я к нему не привыкну… Подумай, дочка: ведь уж больше шестидесяти лет я не проводил июнь на равнине.

Слуги окружают Бальтазара.

Слуга. Да, правда, дедушка. В этом году вы запоздали с перегоном стада.

Бальтазар. Еще как! Скотина недовольна, да что поделаешь!.. Я женил отца, женил деда, не могу же я уйти от свадьбы мальчугана!.. К счастью, это долго не протянется: сегодня оглашение, первое и последнее, в четверг — подарки, в субботу — свадьба. А там можно и в горы…

Служанка. Ты никогда не отдыхаешь, дедушка Бальтазар? Думаешь пасти овец до последнего издыхания?..

Бальтазар. А как же!.. (Снимает шляпу.) Я всегда просил у Великого Пастуха — у того, который там, наверху, только об одном: послать мне смерть в Альпах, около стада, в одну из тех июльских ночей, когда на небе так много звезд… Впрочем, я об этом не беспокоюсь… Я уверен, что так оно и случится, такая уж у меня планета!.. Еще глоток, кошечка! (Пьет.)

Служанка придерживает кувшин.

Слуги (восхищенно переглядываются). Понимаешь? Он знает, что это его планета!

ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ

Те же, Марк и Старый матрос.

На балконе появляется Марк. Одет по-праздничному: шелковый жилет, фуражка с широким аолотым галуном, шелковый галстук, рубашка с жабо.

Марк видя, что Бальтазар пьет воду). Эй, дедушка Бальтазар, будь осторожней; этот напиток ударяет в голову!..

Бальтазар. Посмотрите на этого хвастуна: гордится тем, что его новая фуражка сверкает, как цирюльничий таз… В такой день, как сегодня, ты мог бы пойти в церковь. Плохой ты христианин!

Марк (спускается во двор). Спасибо!.. В этом диком краю пока дойдешь до церкви!.. А я еще не забыл, как ехал в телеге… (Оглядывается.) Ишь как разукрасили!.. Что же вы станете делать в день свадьбы, если так расстарались для помолвки?

Слуга. Да ведь сегодня не только помолвка — сегодня праздник земледелия, Ильин день.

Марк. Тамбурины по этому случаю бьют?

Слуга. Конечно! Братство Ильи-пророка ходит с фермы на ферму и танцует фарандолу. К вечеру будет у нас.

Марк. Вот оно что! А скажите: на Ильин день служба продолжается дольше, чем в обычный воскресный день? Наших что-то долго нет…

Служанка. Скорее всего, они дадут крюку, проедут через Сен-Луи и прихватят бабушку Ренод.

Марк. Да, наверно… Значит, мы увидим эту славную старушку… Между прочим, Планета, у тебя ничего с ней не было прежде?..

Бальтазар. Замолчи, мореход! Марк. Хе-хе! Говорят, когда еще был жив Ренод… Слуги смеются.

Бальтазар. Замолчи, мореход! Марк. …вы с ней как говорится, даром времени не теряли.

Бальтазар (бледный, встает; громовым голосом). Мореход!..

Марк в испуге пятится. Слуги перестают смеяться. Бальтазар всех окидывает взглядом.

Вы можете смеяться, сколько вам угодно, над старым чудаком Бальтазаром и над его планетами. Но это для меня священно… Я запрещаю этого касаться…

Марк. Да ладно, ладно! Никто, черт возьми, не хотел тебя обидеть.

Слуги. Нет, нет, дедушка Бальтазар, ты же знаешь… Слуги окружают Бальтазара. Весь дрожа, он снова садится.

Марк (Старому матросу, тихо). Ни в одном доме так серьезно не относятся к бабам, как здесь. Как все равно тот со своей арлезианкой. Думали, все кончено, нет никакой надежды, а потом, глядишь…

Слуги (бегут в глубину сцены). Вот они! Вот они! Бальтазар (в сильном волнении). О боже мой! (Отходит в сторонку.) явление третье.

Те же. Роза, Франсе Мамай, Фредери, Виветта, Дурачок и бабушка Ренод.

Они появляются в глубине сцены, очень нарядные: женщины — в кружевных чепчиках, мужчины — в камзолах с разводами. Впереди всех старушка; она опирается на Виветту и Фредери.

Бабушка Ренод. Вот я и опять в старом Кастле. Погодите, дети, я хочу посмотреть… Марк. Здравствуй, бабушка Ренод! Бабушка Ренод (низко кланяется ему). Кто этот красивый господин?.. Я его не знаю… Роза. Это мой брат, бабушка Ренод… Франсе Мамай. Хозяин Марк. Марк (поправляет его). Капитан!

Бабушка Ренод. Мое почтение, хозяин!

Марк (стиснув зубы, в бешенстве). Хозяин, хо-зя-ин!.. Не видят они моей фуражки, что ли?