Возрождение

- Пусть - согласился Слава, и отстранив девушку оставил её у дерева.

Встав, он пошёл собирать лошадей, которые бродили неподалёку. Когда вернулся, немало попотев (одна из этих тварей никак не желала снова нести на себе кого-либо, или чего-либо и ловко ускакивала от него со связанными ногами) палатка уже была убрана, и девушка, хоть пошатываясь, укладывала снаряжение в мешок. Она исподлобья взглянула на Славу, и сказала:

- Прости меня. Я не хотела. Я буду вам с Лерой помогать всем, чем могу. Можете использовать моё тело как хотите, я буду уходить по первому требованию.

Слава помолчал, потом вздохнул и спокойно сказал:

- Мы вернём тебе тело, как только сможем. Но это будет нескоро, ты должна это понимать. Я рассчитываю на твоё знание местных обычаев, и на помощь в путешествии. Кстати - ты как себя чувствуешь?

- Лера же сказала… вот так я себя и чувствую. Руки и ноги еле двигаются, трясёт всю. Надеюсь, это будет продолжаться недолго. В таком виде боец из меня никудышный.

- Не надо мне ваших с Лерой боевых умений. Ваша с ней задача - сохранить это тело до лучших времён. Без моего приказа никуда не лезть, не соваться, не принимать участия ни в каких конфликтах и драках. Я буду решать всё сам. Договорились?

- Договорились… - обречённо вздохнула Хагра, и напряжённо добавила: - Только вряд ли так просто всё будет. Слава, у тебя за спиной, за правым плечом, лучница, и она целит в меня. А слева в кустах сидят ещё трое. Я вижу их макушки. Когда мы с тобой разговаривали - они спугнули птиц, и я их заметила. Всё-таки я воительница десятого ранга, а не так просто, мимо проходила. И не один раз была в рейдах.

- Сейчас я тебя прикрою… в мужчину они стрелять не будут. - Слава переместился вправо и закрыл Хагру собой. - Как думаешь, кто такие?

- Какая-то небольшая шайка, из остатков уничтоженного клана, или же ремесленники, решившие подзаработать - увидели мужчину и с ним только одну женщину, вот и решили отнять тебя у меня. Да кто угодно - мужчина слишком большая ценность, чтобы пройти мимо. Эй, вы, в кустах! - крикнула она звонким голосом. - Вылезайте! Я вас вижу! Чего вам надо?

Кусты слева зашевелились, и оттуда вылезли три совсем молодые девушки-воительницы. Все три были пятого ранга. Они настороженно подошли к стоящим Хагре и Славе, держа мечи наготове - они видели, что Хагра безоружна, но опасались - всё таки воительница десятого ранга!

Одна из них, девчонка лет четырнадцати вышла вперёд и заносчивым голосом сказала:

- Мы забираем твоего мужчину! У нас в клане почти не осталось мужчин - и теперь он наш! Если ты окажешь сопротивление - умрёшь! - девчушка встала в боевую стойку, направив острие меча на Хагру. Слава хмыкнул:

- Хммм… а никто не хочет спросить - я - то хочу отправиться с вами, паршивки вы эдакие?

Девчушка удивлённо заморгала глазами и озадаченно, но надменно, проговорила:

- А чего это я должна у какого-то мужчины спрашивать разрешения? Ты должен подчиняться женщинам. У тебя нет права голоса!

- Как мне надоел этот мир! - сказал Слава, повернулся вокруг оси и быстрыми шагами пошёл к лучнице, так и стоящей с луком наготове. Та ошеломлённо посмотрела на мужчину, идущего на неё широкими шагами, натянула лук, но стрелять не решилась - убийство мужчины табу! Как можно?!

Слава подошёл к ней, вырвал лук, потом мгновенно ухватил её за портупею и одним рывком, как будто прочные кожаные ремни были не ремнями, а гнилыми нитками, сорвал с неё меч и не обращая внимания на реакцию упавшей от рывка девушки, снова отправился к трём супостаткам. Те стояли, открыв рот, а когда он подошёл к ним, попятились, под ехидный смех Хагры, взявшейся за дерево и радостно хихикающей.

Через минуту все мечи были отобраны, а девушки, лишённые портупей, килтов и иллюзий, заброшены на середину озерка, под их истошный визг. Девичьи тела хлопнулись на поверхность воды, как гигантские лягухи, и прохладная гладь поглотила неудачливых воительниц, чтобы потом выплюнуть в куче брызг и фонтане ругательств.

Несмотря на свой юный возраст воительницы ругались очень умело и разносторонне, описывая половую жизнь Славы и Хагры, вкрапляя туда описания их оргий с лошадьми и ругарами.

Слава повернулся к ним и помахал своим здоровенным кулаком, отчего ругательства перешли в шипение и туманные угрозы, а воительницы, взбивая пену руками и ногами, понеслись вплавь к противоположному краю озера.

Хагра отсмеялась, потом предложила:

- Давай-ка отсюда смываться! Как бы большой отряд не навели - придётся уже всерьёз с ними разбираться, а я ещё не готова. Я пока побуду, ладно? Пусть Лера отдохнёт. А вечером она выйдет и вы с ней… в общем, я пока за неё тут поработаю. Не против?

- Не против. Седлаем, и поехали. Честно говоря - мне не хочется никого убивать. А ведь придётся, если они сейчас явятся сюда с толпой. Как думаешь, погоню не устроят?

- Всё может быть. Может это просто отряд малолетних охотниц - приехали на ярмарку с Кланом и решили поохотиться в прерии, наткнулись на нас и захотели попытать счастья. А может - разведчицы клана. Вернутся, расскажут - могут после этого и погоню за нами послать. Гадать можно много - уезжать надо. Всё я собрала, давай сейчас я их взнуздаю, сёдла пристрою, а ты сумки нацепишь - я пока не в состоянии это сделать.

Собирались они недолго - минут пятнадцать, и караван уже тянулся от озерка, по звериным тропам.

Слава держал примерное направление на север, зная, что никак не проскочит тот огромный обрыв, внизу которого лежало огромное озеро, в котором утонул Шаргион. Трудности должны были начаться только тогда, когда они подъедут к обрыву - надо будет найти место, где спуститься. Впрочем - а зачем спускаться? - решил Слава - лошадей вполне спокойно можно оставить и на попечении керкаров, а дойти до Шаргиона самому. Ведь пещеры керкаров располагались на сухом плато, наверху, а не в низине.

Лошади ходко шли по тропам, отдохнув за ночь. Груз на них, конечно, был приличный, но это были вполне сильные и крупные экземпляры местного кролико-коневодства, так что кони несли стокилограммового Славу и его спутницу довольно весело, похрапывая и семеня ногами. До пещер керкаров им предстояло сделать ещё одну ночёвку, потом ещё полдня пути, и они 'дома'. А там - им уже никто не страшен. Керкары порвут всех, кто их попытается тронуть.

Слава задумался - а если придётся всё-таки отправиться в путешествие к кентаврам? Может взять с собой керкаров? Ну, штук пять… или десять. Ведь не помешают, ох, как не помешают! Обученные, сильные, умные многоножки были бы идеальными спутниками - ночью они не спят, выносливость у них невероятная. Почему бы и нет? Да, это стоило того.

Всю дорогу они с Хагрой оглядывались назад, ожидая погони - но её не было. Впрочем - может быть ещё было и рано? Пока эти голые засранки доберутся до своих - он не оставил им ни одежды, ни оружия - пока они решат, что делать - сколько это пройдёт времени? Да что толку рассуждать - всё равно ничего не изменить, надо просто ехать.

Выезжая, Слава сделал этакий финт - он поехал под девяносто градусов к своему направлению, чтобы девчонки, совершенно точно за ними наблюдающие, решили, что они возвращаются к тракту. Когда отъехали подальше, и те уже не могли видеть - Слава вновь повернул коней туда, куда нужно.

Когда они проехали часа два, Слава предложил сделать привал - покормить Хагру, но она отказалась - сказала, что не ей хочется ни есть, ни пить. Славу это обеспокоило, но потом он пришёл к выводу, что просто организм девушки как будто застыл, не до конца срастившись с своим телом - Хагра ведь тоже, как бы была оторвана от управления телом некоторое время и процессы в организме замерли.

Немного подумав, Слава решил, что это нехорошо, остановился, и заставил Хагру спешиться и поесть. Она под его надзором, с выражением отвращения на лице, давясь, сжевала кусок мяса и запила его водой. Тогда только он успокоился и приказал двигаться дальше. Через некоторое время - прошло минут сорок - Хагра с извиняющейся улыбкой попросилась в кустики, сказав, что у неё прихватило живот. Слав облегчённо вздохнул - похоже работа кишечника нормализовалась. Её не было минут двадцать, потом Хагра пришла, пошатываясь, и вытирая пот со лба. На его вопрос - какого хрена она там так долго лазила, она угрюмо буркнула, покраснев - что если бы он был столько времени без сознания, у него и не так бы всё спеклось!

Слава посмеялся про себя, и они поехали дальше.

На следующий ночлег они встали пораньше - Хагра уже опасно шаталась на лошади, того и гляди свалится - всё-таки девушка была довольно слаба. Так что остановиться было совершенно необходимо. Выбрав место у очередного ручья, Слава разгрузил лошадей и стал устраивать стоянку. Хагра, несмотря на слабость, пошла к ручью и стала плескаться в затончике, смывая с себя дорожную пыль. Придя, она сказала:

- Я ухожу. Теперь очередь Леры. Ты это… порадуй её ночью, ладно? Я не буду подглядывать! - девушка широко улыбнулась и полезла в палатку.

Глава 4

Лера как будто сидела в тёмной комнате - тишина, темнота, ничего не видно. Нет времени, нет ощущений. Время от времени с ней разговаривала Хагра - казалось так, будто её голос раздаётся в пространстве, независимо ни от чего. Вообще-то это было тяжко - зависнуть в небытие, после того, как вела яркую, насыщенную жизнь. Потом начали прорываться образы - такое впечатление, что их общая плоть - Хагры и Леры, впитывала их души, их информацию, и тогда уже начинала передавать информацию свою - из глаз, из ушей.

Каждая из девушек владела одним из полушарий мозга - Лера правым, Хагра левым. То есть Лера могла управлять левой стороной тела, а Хагра правой - если бы они захотели поделить тело в своём безумном порыве. Но безумцами они не были, и потому - делили тело нормально, по очереди, получая его каждая в свой час. Вот и в этот вечер Хагра спокойно ушла на отдых, оставив Лере тело, измученное длинным путешествием. Лера, соединившись с телом, чуть не взвыла от боли в бёдрах, набитых жёстким седлом, от усталости в теле, не до конца ещё владевшем всеми своими мышцами, от… ну это уже слишком интимные подробности последствий длительного застоя кишечника. Так что Хагра спокойно удалилась в небытие, оставив Леру у своего разбитого коры… хм… девичьего тела.

Лера, постанывая и тихо ругаясь, выползла из палатки, куда перед этим забралась Хагра, наплевавшая на гигиену, лишь бы скорее завалиться в постель, и с трудом встав на ноги, как больная черепаха поползла к ручью, где уже плескался Слава.

Он с улыбкой посмотрел на приближение несчастного тела, подошёл, и стянув с девушки килт, поднял её на руки:

- Как я понимаю - это у нас любимая жена крадётся к водопою? Ну-ка, продолжи: У лукоморья дуб…

- Хреновый твой дуб! - хихикнула Лера - достаточно на русском было спросить - Хагра всё равно его не знает. Помоги мне помыться, а? У тебя мыло есть? Есть, ага - отлично! Аккуратнее! Ииии! Холодная! Какого чёрта она такая холодная, когда в такой жаре течёт?! Да чтоб они провалились эти родники! Намыль мне спину - я не дотянусь. Ох, как хорошо… а это уже и не спина!

- Так и это и не рука…

- Слав, давай до палатки, а? Кстати - нет ощущения, что ты с Хагрой? Нет? Ввввижууу… нет… ох, как сладко… вот ты… ох, ох, не останавливайся! Ну, мерзавец, какая палатка! Ну - палатка, только скорее, тащи, тащи, ну! Ох, дай я!

- Ты же устала!

- Не настолько же… ох, добралась до тебя, наконец-то! Как сладко… Хагра, не лезь! Не твой муж…

Потом они лежали, слушая, как ночной дождик барабанит по натянутой крыше палатки. Под одеялом было тепло, уютно, и так хорошо, что не хотелось никуда ехать, никуда стремиться - так бы лежать и лежать, лежать и лежать… ну, иногда, привставать, конечно… поудобнее. А потом опять лежать. Тело гудело от дневной усталости, от любовных ласк, низ живота приятно ныл при воспоминании о сладости любви, а тяжёлая рука Славы обнимала за плечи - что может быть лучше этого? Не это ли счастье, когда рядом с тобой любимый человек? И есть крыша над головой, тёплое одеяло и кусок хлеба.

Лера лежала, и думала о том, что как хрупко счастье, кажущееся таким незыблемым, таким несокрушимым, и как нужно ценить каждую его минутку - ведь оно может оборваться в любую секунду.

Она приподнялась, наклонилась к Славиному лицу и нежно поцеловала его в губы. Он вздрогнул, открыл глаза и рассмеялся:

- Опять?! Я, конечно, сексуальный гигант, Слава-производитель, как ты выразилась, но и мне надо немного отдохнуть! Вот посплю, и ещё… произведу! У тебя самой-то уже там не болит?

- Болит! Только пусть Хагра завтра терпит - она мне оставила отбитый зад, а я ей… - Лера расхохоталась и счастливо улыбнувшись, сказала - не могу никак насытиться тобой. Кажется, что ты сейчас исчезнешь, как будто ты какой-то мираж! Или я исчезну…

- Не исчезнешь - пробормотал Слава, отворачиваясь к стенке - если только не будешь мешать спать. А то прогоню тебя на дождик, если будешь меня пихать! - он тихонько захрапел, а Лера закрыла глаза и тоже стала погружаться в сон.

Неожиданно к ней обратилась Хагра:

- Лер, я тоже хочу! Ну чего тебе стоит, а? Он же всё равно не знает, кто из нас в этот самый момент в теле! Ну хоть разок! Ты сегодня с ним пять раз кончила, я считала, нельзя, что ли, чтобы хоть разок и я испытала удовольствие?

- Я что, буду его обманывать? Ну как ты себе это представляешь? Он почувствует что-то не то, ты поведёшь во время секса как-то не так, он сразу почувствует - он же меня как облупленную знает! И потом он всё время будет подозревать, что мы его надуваем!

- Лерчик, ну чего стоит, а? У меня одни гадости в жизни, я такая несчастная, такая брошенная всеми сирота! Я лишена всех радостей, всего счастья, что доступно другим - лишена даже своего тела! Ведь у меня нет ничего - даже своего тела, чтобы получить маленькие радости жизни! Ведь ты же знаешь, что я не по своей воле убила тебя, меня заставили, околдовали эти негодяйки, я бы жизнь отдала, но не пошла бы против тебя и тех, кто тебе дорог! Ты меня наказываешь за то, что я не совершала! И ведь ты не позволишь мне пойти к чужим мужчинам, да? Скажешь, что это будет измена твоему Славе? Так почему хоть разок, иногда, когда он не знает, мне не побыть в своём теле и не насладиться сексом с ним? Лер, это несправедливо!

- Выглядит логично, только почему я чую, что ты меня как-то разводишь, а? Хагра, ты маленькая, хитрая негодяйка - пользуешься моей дружбой! Ладно. Как-нибудь, когда Слава будет со мной, я позволю тебе войти в тело. Но только не часто! Согласна?

- Спасибо, моя любимая! Ты настоящая подруга, лучшая в мире, самая, самая…

- Заткнись, я спать буду - усмехнулась Лера - кстати, а что ты сегодня видела из того, что видела я? Ощущать-то ты не могла, а видеть можешь? Я сегодня пыталась смотреть через твои глаза, когда ты ехала на коне, так то вижу, но не всегда - вроде как иногда контакт устанавливается, иногда - просто торчу в темноте, и всё!

- Хммм… я неплохо всё вижу… мужчина твой хорош - настоящий жеребец! А какой у него… хмм… в общем - я всё вижу и завидую тебе. И все бы позавидовали! Отхватила такого мужика… счастливая ты, Лерка! А ты расскажешь мне, откуда вы взялись? Вы же не демоны?

- А ты что, боишься демонов? - усмехнулась Лера - а чего тогда просишь, чтобы Слава тебя взял? Он же демон!

- Нееет… он не демон - я только сейчас поняла - вспомнила! Мне говорили, что у демонов их причиндалы раздвоены! И извиваются, как два языка! А у Славы всё нормально - как у всех мужиков. Лучше чем у всех мужиков! Не демон. Хотя - интересно было бы трахнуться с демоном… это я так просто, к слову!

- Ну и дурная же ты, Хагришка! Ну чего ты несёшь? - рассмеялась Лера и нечаянно толкнула коленом Славу - мы люди, да. Только из другого мира. С другой планеты. Ну как бы тебе объяснить - есть много, бесконечное множество миров. В одних живут люди, в других нет, они все разные, могут выглядеть не как люди, и быть при этом лучше многих миллионов или миллиардов людей, как керкары, к примеру! Ты узнаешь много такого, что перевернёт твои представления о мире, о жизни, о том, что плохо, а что хорошо. Не никаких демонов. Есть люди, которые, частенько, хуже всяких демонов. А то, что у Славы не раздвоенный… хммм… а интересно было бы, что-то ты меня просто заворожила картиной демонического…

Лера и Хагра стали хохотать, Лера не удержалась и снова толкнула Славу, он повернулся, пробормотал:

- Ну ладно, ладно, иди ко мне, я вроде уже передохнул, и сдёрнув с Леры одеяло осторожно перевалился на неё.

Девушка обхватила его ногами, чувствуя, как он раздвигает её плоть, и шепнула в темноту своего мозга:

- Иди, пользуйся, зараза ты эдакая! - Хагра счастливо вздохнула, принимая в себя Славу, и впившись в его бёдра крепкими руками, блаженно улыбнулась и застонала…

Утром они так же споро собрались - Хагра уже не качалась, как вчерашним утром, похоже, что координация её движений приходила в норму. Она была довольна и спокойна, как будто так и надо - куда-то ехать, в неизвестном направлении, с неизвестной целью. С виду было похоже что она наслаждается поездкой. Она молчала, но время от времени на её губах вспыхивала улыбка. Слава подозрительно посматривал в её сторону, потом не выдержал, и спросил:

- Чего ты всё улыбаешься?

- Я с Лерой разговариваю! Она мне рассказывает о жизни в других мирах. Мне же надо знать - откуда вы, как и что! Я так вам завидую - у нас нет такого понятия - муж, жена…на одну женщину один муж - не это ли счастье! Я бы своего мужа никуда не отпустила! Я бы с него пылинки сдувала! Особенно с такого, как ты… счастливая Лерка!

- Ладно, ладно, смотри вон на дорогу! - усмехнулся Слава - скоро будем возле Роя, осталось немного. Я прикидывал - осталось километров десять, не больше.

Они проехали ещё километра три, пока не упёрлись в огромный обрыв. Под ним, вдалеке, виднелась гладь огромного озера, на краю которого возвышался гигантский 'пирог, чёрный, как базальтовая скала. У Славы заныло сердце - Шаргион! Шаргион…

С тех пор, как корабль был повреждён, все дела пошли кувырком - да и какие могут быть дела у человека, выброшенного в чужой мир, без привычной среды обитания - механизмов, которые не замечаешь, когда они есть, и страдаешь без них, потеряв. Кроме того - попробуй у современного человека отбери электричество, водопровод, газ - он же взвоет - как так можно жить? А этот мир жил именно так - в раннем средневековье.

Занятый этими мыслями Слава не сразу услышал возглас Хагры, и только когда она подскакала и тронула за плечо, он очнулся и вопросительно оглянулся:

- Чего ты?

- Погоня! - Хагра была сосредоточена, губы сжаты, а в руке уже зажат меч. Утром она вооружилась как полагается, заявив, что без меча чувствует себя не вполне уверенно - всё равно как у неё одну руку отрезали. Немудрено - если с детства ходить с мечом даже в туалет.

Слава оглянулся, и увидел, как из зарослей, метрах в пятистах от них выезжает отряд воительниц, человек сто пятьдесят. Они выдвигались уверенно, выстраиваясь полукругом, как для загона дичи, а часть, человек двадцать, нырнула обратно, видимо следуя какой-то команде. За высокой травой не было видно, куда они девались, но по логике - Слава предположил - сейчас они нахлёстывают лошадей, обходя их тропами вдоль обрыва, в расчёте перехватить их маленький караван впереди.

Слава нахмурился и в его голове мелькнула мысль о том, что жалость иногда имеет далеко идущие последствия - например - если бы он свернул башки маленьким поганкам у озера, то и сообщить об интересной информации отряду воительниц было бы некому. В этом мире он, мужчина, являлся таким сокровищем, что чего там сто пятьдесят человек - армию заслать за ним, и то невелика цена.

- Гони вперёд! Брось вьючную лошадь! Гоним, гоним!

Они отцепили вьючных лошадей и пустили своих вскачь, вдоль обрыва, спасаясь от преследовательниц. Ему не хотелось их убивать, но ещё больше не хотелось, чтобы убили Леру - а первое, что сделают эти воительницы, убьют 'владелицу' мужчины, и потом ему ничего не оставалось, кроме как мчаться во весь опор. Хагра была гораздо легче, потому её лошадь сразу вырвалась вперёд, метров на десять. Она оглянулась, и вроде как намерилась придержать коня, но Слава яростно крикнул:

- Гони! Не останавливайся! Я прикрою тебя спиной - в меня они не будут стрелять!

И тут, как ответ на его крик, из травы просвистели стрелы. Лошадь Хагры споткнулась, со всего размаху перевернулась через голову и едва не задавила свою всадницу. Метрах в пятидесяти от них, с гиканьем и улюлюканьем выскочили всадницы, обошедшие их сбоку, а Слава соскочил с седла лошади и бросился к упавшей девушке. Она лежала с закрытыми глазами и тяжело дышала - видимо сильно ударилась при падении и была без сознания. Слава схватил её на руки, и припустился бежать так, как никогда в жизни, наверное, не бегал. Его усиленные мышцы и связки работали с невероятной эффективностью и тело, сжигая запасы своей энергии выдавало максимальный КПД.

Его скорость была больше, чем у бегуна на короткие дистанции, даже больше чем у лошади, несмотря на то, что он бежал с грузом на руках. Потом, конечно, будут последствия - тело сжигало жир, после такого бега он похудеет килограммов на пять - это притом, что особой толщиной Слава и так не отличался. Но эта сверхскорость была необходимо, и он бежал, спасая свою женщину.

Нацелившись на тут точку, где предположительно находились пещеры керкаров, захлёбываясь рвущимся в лёгкие густым воздухом планеты, Слава мчался длинными прыжками, как лев на охоте. Сзади, как стая волков мчались воительницы, не отставая и не приближаясь - остановка Славы дала им возможность приблизиться на расстояние около пятидесяти метров, и если оглянуться, можно было увидеть скажённые гримасами лица женщин, нахлёстывающих своих лошадей. Но оглядываться было некогда - главное, чтобы не запнуться о кочку, или какую-нибудь корягу - он не мог позволить себе остановки. Ещё одна остановка, и девушка может погибнуть.

Три километра он промчался с такой скоростью, что если бы выступал на Олимпийских играх - выиграл бы их с невероятным результатом, который никто не смог бы побить никогда… если б не стал мутантом.

Четвёртый километр дался ему уже довольно тяжко - тело выдавало всё, что могло, разогревшись до сорока, не меньше, градусов. А может и больше. Слава просто горел, как свеча, выдавая максимальное усилие. Лошадь, скорее всего, давно не выдержала бы такой скачки, да ещё с двумя седоками и пала бы мёртвой. Но человек оказался сильнее лошади, и потому он всё бежал, бежал, бежал…

Пятый километр Слава прошёл с такой же высокой скоростью, и заметил, наскоро оглянувшись, что преследовательницы вытянулись длинной змеёй - часть отстала далеко, но половина держалась в такой же близи, как и раньше - вероятно у них были хорошие, сильные кони.

В пятистах метрах от пещер в кустах Слава заметил 'лицо' керкара и на ходу прощёлкал на языке многоножек:

- Помощь! Преследуют! Враги!

Керкар пронзительно засвиристел, и из кустов выскочили штук тридцать керкаров, вооружённых своими ритуальными мечами на длинных рукоятях. От входа в пещеру тоже показалась группа керкаров - штук сорок, которые белой волной понеслись в сторону врага.

Первая группа керкаров встретила воительниц сразу за спиной Славы, слегка снизившего темп бега.

Воительницы не могли напасть все сразу, растянувшись вереницей, и керкары пронеслись через них, как сенокосилка, срубая всех, кто попался под удар меча. Они рубили всех подряд - лошадей, воительниц - летели брызги крови, жалобно вопили кони и вскрикивали от ударов женщины - в живых после ударов многоножек не оставался никто.

Наконец, они столкнулись с основным отрядом, и закипел страшный бой - керкаров окружили десятки воительниц. Их было больше в несколько раз, однако это ничего им не дало - керкары выстроились в круг, и те воительницы, что оказывались в зоне досягаемости их длинных мечей падали, как подкошенные косой. Добежали ещё сорок многоножек, и тогда уже началась совершеннейшая резня.

Слава уже остановился, опустил очнувшуюся Хагру на землю, и они с ужасом смотрели на эту бойню.

Одно дело, когда ты даёшь команду кораблю, он выпускает смертоносный луч - от этого гибнут десятки людей - но ты их не видишь. Просто чего-то взрывается и горит, без особых подробностей. Здесь же, на твоих глазах превращаются в окровавленные куски мяса полторы сотни здоровых, и даже вполне симпатичных женщин. И что мог сделать Слава? Лишь закрыть глаза, чтобы не видеть этого.

Когда он их открыл - последние оставшиеся в живых воительницы пытались спастись бегством от неизвестных им чудовищ, но были настигнуты и зарублены во мгновение ока. Многоножки бегали быстрее здешних лошадей.