Сделка

В квартире все было так же, как и неделю назад. Лишь тонкий слой пыли успел покрыть все горизонтальные поверхности. Поежившись от нехорошего предчувствия, Виктор проверил газ и электричество — отключены. Все говорило за то, что в квартире уже несколько дней никто не живет.

— Куда же он подевался? — поинтересовался вслух Виктор.

— А вы к зеркалу подойдите, хозяин, — посоветовал из-за пазухи гремлин.

Виктор прошел в спальню и открыл дверцу платяного шкафа. С обратной стороны ее было закреплено тусклое зеркало с отколотым нижним правым углом. Виктор заглянул в него и… не увидел своего отражения!

Некоторое время он тупо смотрел в зеркало, где отражалась часть комнаты с низкой тахтой и тумбочкой возле нее, потом закрыл шкаф, вытащил из внутреннего кармана куртки универсал и свирепо уставился на простецкую кошачью морду на экране.

— Ну, и как все это прикажешь понимать?

— Я же говорил, что вам не понравится, хозяин, — прищурился гремлин.

— Так кто же я по-твоему? Нежить, что ли? В легендах только нежить в зеркалах не отражается.

— Не, хозяин. Как были вы человеком, так им и остались. Просто ваш зеркальщик оказался прохиндеем.

— Это как же?!

— А так. Воспользовался вашим безвыходным положением, сплавил на службу к его сиятельству, а сам теперича живет — не тужит: Виктор Петрович Панин, собственной персоной, — охотно объяснил гремлин.

— Погоди, погоди! Что значит «сплавил»? — Виктор от волнения сел на тахту и положил универсал на тумбочку.

— А то и значит, что теперича он — это вы, хозяин.

— А я тогда кто?

— Никто. — ?!..

— Никто — это человек, про которого никто не думает, не вспоминает и не волнуется за него, — снова пустился в объяснения гремлин. — Он как бы есть, и в то же время его как бы и нет. То есть никто живет и здравствует, но только сам по себе. Остальные люди его просто не замечают. Для них его нет.

— Гхм! — к Виктору вернулся голос. — Если я правильно понял, мой… мое отражение присвоило себе мое имя и живет теперь вместо меня?

— Ваша правда, хозяин.

— А я могу каким-либо образом вернуть все назад?

— В принципе можете, — кот на экране демонстративно зевнул. — Только вам оно надо? И его сиятельство на вас рассчитывают…

— Погоди-ка, погоди-ка! — Виктор едва не подпрыгнул от озарения. — А ну, признавайся, рыжая морда: все это вот, — он взмахнул руками в стороны, — что со мной творилось до этого: неудачи, отказы, невезение, — все это подстроил Люцифер, только чтобы заполучить меня в работники?!

Кошачья физиономия удрученно вытянулась, шмыгнула носом и вздохнула:

— Ну вот, я так и знал, что проболтаюсь. Эх, язык мой — враг мой!.. Было дело, хозяин.

— И зеркальщик этот — тоже его… сотрудник?

— Не, его сиятельство в таких делах всякому чму работу не доверят. Вселёнка это обыкновенная. Такие финты и мы могем, гремлины.

— Но зачем? Зачем я понадобился Люциферу? — со злостью воскликнул Виктор.

— Этого нам знать не положено, хозяин. Его сиятельство вам сами скажут, когда занадобиться.

Гремлин снова нарочито зевнул и скосил глаз на таймер в углу экрана.

— Может, того, обратно двинем, хозяин? Как бы не хватились — прогул запишут.

— Ладно, черт с вами, поехали! — угрюмо кивнул Виктор. — На месте разберемся.

4

Когда они вновь материализовались в зале Прометея, гномы-монтажники из епархии пана Вотрубы уже собирали инструменты. А гремлин Прометея с блаженным видом ходил вокруг новенького, сияющего полировкой куба системного блока «Альфа-6».

Виктор даже забыл о своих обидах на какое-то время при виде такой роскоши. Он тоже не удержался и дважды обошел кругом постамент с системником. Старший из монтажников осторожно тронул Виктора за локоть:

— Пойдемте, мастер, я вам покажу главный терминал.

Это оказалось еще одно чудо высоких технологий. Даже у видавшего виды Виктора загорелись глаза и зачесались руки поскорее прикоснуться к этим изящным формам клавиш, кнопок и сенсоров. Он почти не слушал монотонных объяснений гнома, и как только тот закончил, сказал:

— Хорошо, спасибо. Все замечательно. Вы свободны.

Монтажники исчезли, и Виктор тут же уселся за консоль управления сервером. Но едва он успел прогнать основные тесты нового процессора, как в центре полуметровой панели монитора протаяло окошко связи, и в нем появилось аскетичное, будто вырезанное из дерева лицо генерального директора корпорации — Вельзевула.

— Господин Панин, вы готовы к получению задания?

— В целом — да, господин директор.

К Виктору вернулись все его обиды и подозрения. И все они моментально слились в единый образ — месть! Именно в этот момент у Виктора и созрело решение каким-нибудь образом отомстить за жестокий розыгрыш, что устроил ему его сиятельство Люцифер. «В конце концов я имею на это право: он первый начал», — убедил себя Виктор.

О последствиях такого решения он просто не думал.

— Итак, — с брезгливым недовольством, словно выполнял неприятную повинность, начал директор, — надеюсь, вам нет нужды объяснять, что такое Апокалипсис?

— Что-то связанное с концом света?

— Причем тут конец света?! — возмущению директора не было границ. — Нет, я положительно не понимаю, что такого неординарного в вас нашел его сиятельство? Вопиющая безграмотность по основным стратегическим направлениям деятельности нашей корпорации!.. Окончание светлой части Бытия — не конец его, а лишь завершение одного из циклов развития и начало другого — темного. Вас же не удивляет смена дня и ночи?

— Извините, тогда что же такое Апокалипсис? — рискнул прервать Виктор поток директорских сентенций.

— Это всего лишь финальная стадия большой игры между нашей корпорацией и аналогичной структурой архангелов — холдингом «Эдем» — за тендер на продолжение развития Метагалактики.

— А разве Создатель не назвал своих преемников?

— Нет, как видите, — Вельзевул снова начинал терять терпение. — Вместо этого он предложил своим потомкам сыграть в игру, призом в которой выставил сотворенную им Вселенную.

— А причем тут я? — искренне удивился Виктор.

— Вы, по расчетам его сиятельства, именно тот разумный, который может склонить чашу весов в нашу пользу. Финал игры — Апокалипсис — будет проходить исключительно в виртуальном пространстве, на уровне информационных взаимодействий. В реальном континууме не должен пострадать ни один атом! Таковы условия игры Создателя. Именно вы должны создать виртуального воина, способного победить бойца противника. Задание понятно?

— Вполне, господин директор.

— Приступайте. Локальное время для вас неограничено, но все же не слишком затягивайте. В отличие от времени терпение его сиятельства имеет предел.

Постная физиономия Вельзевула исчезла с экрана, и тогда Виктор с удовольствием сделал один неприличный жест, потом трижды сплюнул через левое плечо и злорадно потер руки.

— Ну, держитесь, чертово отродье, будет вам и ванна, и кофе, и какава с чаем, и тендер на Вселенную!..

Виктор работал как проклятый, забывая про еду и сон. И если бы не заботливый Эрик, наверное, умер бы от истощения раньше, чем закончил бы труд всей своей жизни. Виктор действительно вложил в Анику-воина, как он окрестил свое детище, все, что знал и умел в области виртуального конструирования.

Вид у Аники был и впрямь устрашающий — этакая помесь голливудского Терминатора со средневековым рыцарем. И он был весь увешан разнообразным оружием от меча на поясе до полевого портативного громобоя на левом плече.

Господин генеральный директор в сопровождении целой свиты из консультантов и советников долго и придирчиво осматривал колосса, морщил длинный нос, больше похожий на сухой сучок, недоверчиво хмыкал и отмахивался от попыток Виктора сделать необходимые пояснения. Наконец он вынес вердикт:

— Выглядит неплохо. А каков его ресурс? Век хотя бы продержится?

— Что вы, господин Вельзевул, у него же термоядерный источник энергии — миллион лет, не меньше!

— Ну-ну, посмотрим. Ладно, посылайте вызов в «Эдем», — разрешил директор и исчез вместе со всей свитой в языке пламени.

Помещение наполнилось удушливым едким дымом сгоревшей серы. Виктор торопливо хлопнул в ладоши, включая принудительную вентиляцию:

— Вот же, пердун старый!

— Ваша правда, хозяин, — немедленно откликнулся Эрик, до этого момента сидевший тише мыши под консолью главного терминала. — А все-таки зря вы все это затеяли.

— Что именно?

— Ну, козу его сиятельству подстроить с этим вирусом вашим, как его… «Кот Леопольд».

Виктор замер от неожиданности, не дотянувшись до клавиши связи.

— Так ты шпионил за мной?!

— Не серчайте, хозяин, служба такая, — гремлин потерся пушистым боком о его ногу. — Но я еще никому не докладывал про него.

— А будешь?

— Не-а.

— Почему?

— А мне интересно, что из этого выйдет.

— Ничего особенного. Просто Аника откажется от поединка и победа достанется «Эдему».

— Вам-то это зачем, хозяин?

— Не люблю, когда мной помыкают.

— Ой ли? Может, из-за желания отомстить, дать сдачи?

— Сначала я так и думал, — Виктор глубоко вздохнул, — но потом вдруг понял, что не хочу и не могу встать на сторону Люцифера! Может быть, он и не желает зла миру, но его методы… Короче, мне не по душе личности, рассуждающие подобным образом.

— Каким?

— Они говорят: «Есть два мнения — мое и неправильное».

— Ваша правда, хозяин. — Гремлин сел на хвост и почесал за ухом. Потом подобрался и сиганул прямо в лежащий на краю консоли универсал. Тут же его круглая морда появилась на экране и продолжила: — Удачи тебе, человек!

5

Каменистая равнина на панорамном экране конференц-зала корпорации тускло освещалась маленьким красно-коричневым диском, ничем не напоминавшим солнце. Небо в этом мире имело серо-фиолетовый цвет, и в целом картина производила должное впечатление на зрителей и той и другой стороны. Посреди бесконечной равнины друг против друга стояли два колосса. Виртуалист из «Эдема» тоже постарался на славу. Его творение сильно напоминало былинного славянского витязя, но с двумя парами рук и крыльями за спиной. Вместо доспехов все тело воина покрывала отливающая бронзой чешуя. Оружие гигант держал в руках — меч, копье с наконечником в треть его длины, нечто, похожее на пистолет-пулемет и уж совершенно непонятную конструкцию устрашающего вида.

Прозвучал гонг, в зале разом прекратились разговоры и шушуканья, а на экране колоссы двинулись навстречу друг другу. Аника-воин поднял левую руку и перед ним замерцал туманный эллипсоид силового щита. Противник взмахнул крыльями и тоже закутался в бликующий кокон защиты. Аника потянул из ножен меч, лезвие которого тут же вспыхнуло ослепительным пламенем, превратившись в поток огня. Крылатый в ответ вскинул руку с копьем, и с острия его наконечника в камни перед Аникой ударил пучок ветвистых голубых молний.

Гиганты сошлись на дистанцию рукопашного боя, замерли на мгновение и вдруг оба разом выключили силовую защиту и с грохотом отшвырнули свои чудовищные арсеналы. А затем произошло и вовсе невероятное. Оба одновременно шагнули навстречу друг другу и обнялись в братском приветствии!

Долгую секунду в конференц-зале корпорации «Люцифер» звенела оглушающая тишина, а потом грянул глас небесный:

— Партия!..

Виктор снова, как и месяц назад, стоял в кабинете отдела кадров перед столом, за которым верлинкс с бесстрастным лицом заполняла какие-то бумаги.

Он стоял и думал, что, быть может, его и не уничтожат физически — они в этих вопросах уж слишком щепетильны, — но вот довести до ручки, пожалуй, смогут. «Как вы думаете, Атос, нас пристрелят прямо здесь или отведут за бруствер?» — любимый с детства герой бессмертного романа, как в воду глядел. «А на что ты, собственно, рассчитывал, когда влез в это дело?» — в который раз задавал себе этот вопрос Виктор и не мог ответить.

— Вот ваши документы, — сухо произнесла наконец верлинкс, пододвигая в его сторону папку, — распишитесь здесь и здесь, — она шлепнула поверх папки несколько бланков.

Виктор расписался, забрал папку и не удержался, спросил:

— Вы тоже считаете, что я поступил неправильно?

— Какое это имеет значение? — девушка упорно не смотрела в его сторону. — Встаньте прямо, лицом к двери, закройте глаза…

Виктор молча вздохнул и подчинился. «Ну, сейчас начнется», — успел подумать он и вдруг услышал другой знакомый голос:

— Вы безусловно талантливы, Виктор Петрович, хотя и поступили по отношению к корпорации весьма неэтично. Я отдаю должное вашей изобретательности и смелости и обещаю более не вмешиваться в вашу жизнь. Прощайте!..

Когда Виктор снова открыл глаза, он уже стоял в своей старой казенной квартире перед телефонным аппаратом со снятой трубкой. Некоторое время Виктор просто смотрел на нее, слушал тихие короткие гудки отбоя и не мог избавиться от ощущения, что все происшедшее с ним — лишь сон, морок, наваждение. На самом деле он просто услышал очередной отказ в приеме на работу и впал от отчаяния в транс…

— Я бы тоже так подумал на твоем месте, — насмешливо сказали у него за спиной.

Виктор резко обернулся и буквально задохнулся от удивления.

— Ты?!..

— Я. Кто же еще? — ухмыльнулся из кресла двойник, потягивая из жестянки какой-то напиток.

— Значит, все это не сон?