Нежный тиран

— Обычный человек, ничего особенного. Только пива пил много, но ведь многие мужчины этим грешат.

— Тебе он показался привлекательным?

Она удивленно посмотрела на него:

— В каком смысле?

— Не притворяйся, что не поняла меня!

— Конечно, не показался. Но какое это имеет отношение к делу? По-моему, ты все время пытаешься оскорбить или унизить меня.

— В моих вопросах нет ничего оскорбительного. Боюсь, что человеческая природа легко предсказуема, тут действует давно разработанный классический сценарий. Мужчина внушает женщине, что он влюблен в нее, и женщина невольно становится игрушкой в его руках. Ведь именно так все и было, да, Кайлоран? Ведь он тебя соблазнил, действуя с помощью красивых слов и многочисленных комплиментов? Может быть, даже переспал с тобой? И после этого ты слепо и доверчиво поручила ему вести все дела, не позаботившись о том, чтобы время от времени проверять, как он с ними справляется? Так часто бывает, если женщина по уши влюблена в своего любовника.

Грубая форма, в которую он облек свой монолог, имела катастрофические последствия. Кайлоран почувствовала, как ее ладони становятся все более мокрыми и липкими от пота. Она встала с кресла и посмотрела на него сверху вниз:

— Я не желаю выслушивать от тебя подобные пошлости!

— Сядь!

— Нет! Я не сяду! — продолжая стоять, она все так же смотрела на него с чувством превосходства. — Мой дедушка хотя бы представляет, какого рода допросам ты меня подвергаешь? — спокойно спросила она. — И ты думаешь, он одобрил бы подобное обращение со мной?

— Пойди и спроси его сама, — предложил Адам, равнодушно пожав плечами.

— Думаю, что его реакция была бы однозначной. Он немедля попросил бы тебя убраться отсюда, и поживее…

— Я так не думаю, — возразил он ледяным тоном. — Твой дедушка полностью доверился мне, и я действую так, как считаю нужным.

Кайлоран чувствовала себя так, словно она скачет верхом на лошади, которая внезапно обезумела и понесла, выйдя из повиновения. А он продолжал, не меняя тона:

— Мне нужно знать, Кайлоран, поддалась ли ты эмоциям. Только и всего.

Она едва не крикнула ему в лицо, что не имеет привычки поддаваться эмоциям, но тут же поняла, что на самом деле это совсем не так. Разве она промолчала хоть раз в ответ на его возмутительные замечания, разве не отреагировала на происходящее самым решительным образом? Разве она, хотя бы для виду, приняла спокойный и холодный вид, смирившись со своим положением? Напротив. С того самого момента, когда она вошла в кабинет, она только и делала, что реагировала и возмущалась. И виной всему он. Не пора ли ей остановиться и взять себя в руки?

Погасив вспышку гнева, Кайлоран снова села и глубоко вздохнула, чтобы успокоиться.

— К твоему сведению, я никогда не находила его привлекательным.

— Ты находила его очаровательным?

— Да, он умел нравиться женщинам, — осторожно подтвердила она.

— Значит, он хорош собой? Что он к ней привязался?

У Эдди Питсрхауса были правильные черты лица, он одевался по последней моде в итальянских бутиках. Его сшитая на заказ одежда тщательно скрывала наметившееся брюшко. Честно говоря, по сравнению с Адамом Блэком он был менее привлекательным.

— Не очень хорош.

Он вертел ручку в своих длинных пальцах.

— В чем, по-твоему, его отличительные черты? Ей захотелось ответить правдиво, хотя он так и провоцировал ее на дерзость.

— Он казался очень компетентным. Умел внушить доверие.

— Этим всегда отличались жулики. Они обычно мастерски втираются в доверие к людям. Умеют представить любую ложь как правду.

— Ты привык делить всех людей на категории?

— Я знаю человеческую природу. Мне это помогает.

Да это вообще не человек, а какая-то машина, думала она. Интересно, а к какой категории он относит ее? Ладно, пусть делает что хочет.

Она улыбнулась, стараясь казаться спокойной и приветливой.

— По-моему, мы теряем время, пытаясь выяснить, как и почему все произошло, — сказала она. — События не повернуть вспять. Теперь надо думать, каким образом можно возместить убытки.

Наконец-то в ее рассуждениях наметилась логика, подумал Адам. Здравый смысл одержал верх над женскими домыслами.

— Я согласен, — ответил он, но в его глазах по-прежнему был вызов. — Ты считаешь, что мы справимся, Кайлоран? Предстоит долгая и тяжелая работа.

— Я не боюсь работы.

Глядя на нее, он сомневался в этом. У нее был достаточно легкомысленный вид, как у человека, не озабоченного трудностями жизни. На гладком лбу ни одной морщинки. Да и одежда ее не внушала доверия — соблазнительное тело скорее открыто, чем прикрыто.

— Приятно это слышать, — заметил он. — Чем скорее мы начнем, тем лучше. Я приду рано утром в понедельник, то есть завтра.

Он начал собирать бумаги, разбросанные перед ним на столе.

Дает понять, что разговор закончен, подумала Кайлоран. Он буквально загнал ее в угол, и она уже не знала, что и подумать о человеке, который с этого момента будет ее боссом. Кто ты, Адам Блэк?

— Ты ведь раньше жил здесь, — осторожно уточнила Кайлоран.

— Да, конечно, — ответил он, думая о том, что ей вообще известно о нем, что успел рассказать ей дедушка? Да какая разница, решил он. Вот еще, станет он заботиться о мнении какой-то балованной девчонки!

— А твои родные по-прежнему здесь? — продолжала расспрашивать она.

— Нет, — ответил он, и в его глазах мелькнула насмешка. Он откровенно наслаждался ее беспомощностью. Взглянув на часы, он добавил: — Кажется, мне действительно пора идти.

Кайлоран чувствовала себя в полной растерянности. Ей осталось лишь наблюдать, как он провел руками по волосам, потом улыбнулся почти дружески и, кивнув, сказал:

— До свидания, Кайлоран. До встречи в понедельник утром.

Глава четвертая

Кайлоран проводила Адама с ледяной вежливостью. Глядя вслед его мощной машине, которая ловко лавировала по серпантину гравийной дорожки, она подумала: «Как летучая мышь, вылетающая из ада». Дождавшись, пока автомобиль исчез вдали, она повернулась и направилась на поиски дедушки.

Она нашла его в библиотеке. Оторвавшись от книги, Вон взглянул на нее.

— Кайлоран, — улыбнулся он, но в его глазах читалась настороженность.

— Дедушка! Как ты мог!

— Как я мог что, дорогая?

— Просить этого… этого… монстра о помощи!

— Возможно, он вспыльчив, но совсем не монстр! Мужчинам, подобным Адаму Блэку, не нужно изображать из себя сверхлюдей, их дела говорят сами за себя. Нам очень повезло, что он согласился помочь.

Повезло? Она этого не чувствовала. Напротив… Кайлоран не могла определенно сказать, что она чувствовала, но знала, что этому человеку удалось довести ее до такого состояния, когда она была готова совершить непоправимую глупость и запустить в него чем-нибудь. Она вспомнила его мужественную красоту, его скептическое выражение лица, когда он расспрашивал ее о причинах катастрофы.

Посмотри правде в глаза, Кайлоран, насмешливо подсказывал ей внутренний голос. Ты так бесишься всего лишь из-за того, что тебя смущает его присутствие.

— Ну, хорошо, но если он такой замечательный, почему он растрачивает свои безмерные таланты в нашем захолустье? Почему не применяет их для более значительной цели, в масштабах пошире, чем наши?

— Он делает мне одолжение, — медленно проговорил Вон.

— Но ради чего?

Он внимательно посмотрел на внучку.

— Иногда в бизнесе так бывает.

Что-то в его голосе заставило ее замолчать, и впервые в жизни Кайлоран увидела перед собой закрытую дверь в мир мужчин, куда ей не разрешено входить. Заглянув в глаза деда, Кайлоран поняла, что здесь ей лучше не настаивать.

— Успокойся, Кайлоран, — мягко сказал дед. — Мы в очень хороших руках.

Может, он сказал это в шутку, но ей было совсем не до шуток. При этих словах она явственно почувствовала, как руки Адама касаются ее тела… Она почти физически ощущала, какие чудеса выделывают с ней его тонкие чувственные пальцы. Так вот в чем ее проблема, вдруг поняла она.

Этого мужчину нельзя воспринимать равнодушно. И как же теперь она сможет работать вместе с ним, постоянно ощущая его нестерпимую привлекательность?

Прекрати, решительно приказала она себе. Хватит думать о нем!

Но непонятное беспокойство не покидало ее.

Это беспокойство мешало ей заснуть, а когда она, наконец, забылась некрепким сном, ее стали терзать неопределенные мучительные видения, которые тут же исчезали, как только она открывала глаза.

Прометавшись в постели, она окончательно проснулась, когда было еще темно. К завтраку она вышла с тяжелой и больной головой и без всякого аппетита ковырялась в своей тарелке. Может быть, живя в деревне, она утратила проницательность? Наверное, зря дедушка назначил ее на этот пост.

Раздираемая сомнениями, Кайлоран уставилась в окно на цветущий сад, в котором розы и дельфиниумы создавали гамму ярчайших красок.

Ничто не могло сравниться по красоте с этой потрясающей картиной! Уж конечно, в Лондоне ничего подобного не увидишь.

У Кайлоран было странное детство. Ее мать со своими перепадами настроения постоянно искала утешения в объятиях многочисленных мужчин. В конце концов, она достигла, чего хотела, и успокоилась, выйдя замуж за своего миллионера. Кайлоран решила для себя раз и навсегда, что она не пойдет по стопам матери, не станет искать счастья в зависимости от других людей. Она добьется всего своим собственным трудом. Счастье она понимала как определенность и защищенность. Она хотела жить, опираясь лишь на собственные силы.

Однако в жизни все повернулось иначе, и не потому, что успех компании Лейси остался в прошлом. Вовсе нет. В ее жизнь ураганом ворвался Адам Блэк, и она чувствовала себя раздавленной и вконец растерявшейся.

В своей лондонской квартире Адам принимал душ. Струи воды стекали по его лицу, по длинным ногам. Он изо всех сил пытался смыть с себя воспоминания о Кайлоран Лейси и ее красоте. Он внушал себе, что сексуальная привлекательность женщины не может быть основой для деловых отношений. Но что ему оставалось делать? Он вовсе не собирался изображать холодность и безразличие, это произошло непреднамеренно.

В такую ситуацию он давно не попадал, во всяком случае с сослуживцами и партнерами.

Кайлоран не для тебя, сказал он себе. Не смей подходить!

Он яростно, до покраснения кожи, растер себя мочалкой, затем выключил душ и досуха вытерся полотенцем.

Надев джинсы и футболку, он включил кнопку автоответчика. На маленьком экране появилась цифра 8. Восемь сообщений! Адам нахмурился. Неужели так много людей знают его номер? Он всего месяц в Англии, а уже все требуют его присутствия на всевозможных приемах и раутах. Холостяки, к тому же богатые, — явление еще более редкое, чем девственницы, насмешливо подумал он.

Ни одно приглашение не привлекло его внимания. Он не хотел встречаться с шикарными женщинами, которые станут разглядывать его, пытаясь угадать, почему он до сих пор не женат, а потом приложат все силы, чтобы исправить это упущение.

Ему не хотелось общаться и с хозяйками салонов, которые, пресытившись своими мужьями, так и смотрят, как бы заполучить новую сексуальную связь на стороне.

Кажется, разочарование наступило от пресыщения. Когда-то изобилие представлялось ему ответом на многие вопросы. Но, возможно, человек рассуждает так, лишь когда находится в пути, пока не достигнет этой цели. Он знал это по своему опыту.

Рассердившись на себя, он машинально поднял трубку в ответ на первый же телефонный звонок, не дожидаясь включения автоответчика.

— Адам, — прошелестел прерывистый голос в трубке. — Это я, Каролин.

Ему потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя и придать голосу как можно более спокойный тон. Справившись, он удовлетворенно кивнул головой. Каролин была очень красивой женщиной, с которой можно сходить, например, в театр.

— Каролин, — пробормотал он. — Приятно слышать твой голос.

Компания Лейси располагалась на окраине маленького городка. Административный корпус был выстроен когда-то прапрапрадедушкой Кайлоран прямо на территории имения. Передовой человек своего времени, он шел в ногу с новейшими достижениями технического прогресса и хотел, чтобы все его многочисленные дети пошли по его стопам.

Кайлоран всегда нравилось, что прямо из дома можно было легко попасть на рабочее место. Но когда утром в понедельник она вошла в знакомый офис, то, к своему неудовольствию, обнаружила за своим столом до отвращения знакомую фигуру.

Он сидел, вытянув длинные ноги. Полы его легкого летнего пиджака свободно спускались ему на бедра. Какие широкие у него плечи! На звук ее шагов голова с черными волосами поднялась, и ей в лицо пристально уставились серые глаза, взгляд которых никак нельзя было назвать приветливым. Ее сердце болезненно дрогнуло.

Кайлоран сглотнула и осторожно произнесла:

— Доброе утро, Адам. Что ты здесь делаешь?

— А как, по-твоему, что я делаю? — ответил он неприязненно. — Работаю, конечно. — Он взглянул на свои дорогие золотые часы, которые поблескивали рядом с безупречно белой манжетой его шелковой рубашки. — В чем дело? — насмешливо продолжал он. — Ты всегда начинаешь работу с середины дня?

Кайлоран моментально отошла на оборонительную позицию.

— Еще только девять часов, — возразила она. — Все нормальные люди начинают работу в это время.

Он бросил на стол ручку, которой писал.

— Время сейчас не то, Кайлоран. Я думал, что ты понимаешь. Для твоего сведения, я всегда начинаю свой рабочий день в семь тридцать.

Зануда, подумала Кайлоран, но вслух сказала:

— Как ты добрался сюда?

— Прилетел, — немедленно ответил он.

— Серьезно?