Итальянский язык с Итало Кальвино. Марковальдо, или времена года в городе / Italo Calvino. Marcovaldo ovvero Le stagioni in città

Итальянский язык с Итало Кальвино

ITALO CALVINO

Marcovaldo, ovvero le stagioni in città

Марковальдо или времена года в городе

Книгу адаптировали Мария Ефремова и Илья Франк

Метод чтения Ильи Франка

Funghi in Città

(Грибы в городе)

Il vento, venendo in città da lontano (ветер, прибывая в город из далека), le porta doni inconsueti (приносит ему необычные дары), di cui s'accorgono solo poche anime sensibili (которые замечают только немногие чувствительные души), come i raffreddati del fieno (как /например/ простуженные от сена /аллергики/), che starnutano per pollini di fiori d'altre terre (которые чихают от цветочной пыльцы с иных краев).

Un giorno, sulla striscia d'aiola (однажды, на полосе газона) d'un corso cittadino (одного городского проспекта), capitò chissà donde una ventata di spore (принесло, не знаешь каким ветром, споры; capitare — появляться; ventata, f — порыв ветра) e ci germinarono dei funghi (и там проросли грибы). Nessuno se ne accorse tranne il manovale Marcovaldo (никто этого не заметил, кроме чернорабочего Марковальдо) che proprio lì prendeva ogni mattina il tram (который именно там садился каждое утро на трамвай; prendere — брать).

Il vento, venendo in città da lontano, le porta doni inconsueti, di cui s'accorgono solo poche anime sensibili, come i raffreddati del fieno, che starnutano per pollini di fiori d'altre terre.

Un giorno, sulla striscia d'aiola d'un corso cittadino, capitò chissà donde una ventata di spore, e ci germinarono dei funghi. Nessuno se ne accorse tranne il manovale Marcovaldo che proprio lì prendeva ogni mattina il tram.

Aveva questo Marcovaldo un occhio poco adatto alla vita di città (был у этого Марковальдо глаз, мало приспособленный к городской жизни): cartelli (вывески), semafori (светофоры), vetrine (витрины), insegne luminose (светящиеся вывески), manifesti (плакаты), per studiati che fossero a colpire l'attenzione (какими бы изощренными ни были, чтобы привлекать: «поражать» внимание; studiato — подготовленный, обдуманный; colpire — ударять, поражать; производить впечатление), mai fermavano il suo sguardo (никогда не останавливали его взгляда) che pareva scorrere sulle sabbie del deserto (который, казалось, скользил по пескам пустыни). Invece, una foglia che ingiallisse su un ramo (напротив, лист, который желтел бы на ветке; giallo — желтый), una piuma che si impigliasse ad una tegola (перышко, которое бы зацеплялось за черепицу), non gli sfuggivano mai (от него никогда не уходили незамеченными): non c'era tafano sul dorso d'un cavallo (не было слепня на спине лошади), pertugio di tarlo in una tavola (отверстия от древесного жука в столе), buccia di fico spiaccicata sul marciapiede (кожуры инжира, раздавленной на тротуаре), che Marcovaldo non notasse (которых Марковальдо не заметил бы) e non facesse oggetto di ragionamento (и не сделал бы объектом рассуждения), scoprendo i mutamenti della stagione (открывая перемены времени года), i desideri del suo animo (стремления своего духа; desiderio, m — желание), e le miserie della sua esistenza (и убожество своего существования; miseria, f — нищета).

Aveva questo Marcovaldo un occhio poco adatto alla vita di città: cartelli, semafori, vetrine, insegne luminose, manifesti, per studiati che fossero a colpire l'attenzione, mai fermavano il suo sguardo che pareva scorrere sulle sabbie del deserto. Invece, una foglia che ingiallisse su un ramo, una piuma che si impigliasse ad una tegola, non gli sfuggivano mai: non c'era tafano sul dorso d'un cavallo, pertugio di tarlo in una tavola, buccia di fico spiaccicata sul marciapiede che Marcovaldo non notasse, e non facesse oggetto di ragionamento, scoprendo i mutamenti della stagione, i desideri del suo animo, e le miserie della sua esistenza.

Così un mattino (так, однажды утром), aspettando il tram che lo portava alla ditta SBAV (ожидая трамвай, который отвозил его в фирму SBAV) dov’era uomo di fatica (где он был чернорабочим; fatica, f — тяжелый физический труд), notò qualcosa di insolito presso la fermata (он заметил нечто необычное возле остановки; solito — обычный; insolito — необычный), nella striscia di terra sterile e incrostata (на полосе земли, неплодородной и покрытой коркой; crosta, f — кора, панцирь) che segue l’alberatura del viale (что идет: «следует» за аллеей; alberatura, f — древонасаждение, viale, m — бульвар): in certi punti, al ceppo degli alberi (в некоторых местах, на пне деревьев), sembrava si gonfiassero bernoccoli (казалось, вздувались шишки; gonfiarsi — вздуваться) che qua e là s’aprivano (которые тут и там лопались: «открывались») e lasciavano affiorare tondeggianti corpi sotterranei (и позволяли появляться округлым подземным росткам; tondeggiante — закругленный; tondo — круглый; sotterraneo — подземный; подпочвенный; sotto — под; terra, f — земля).

Così un mattino, aspettando il tram che lo portava alla ditta SBAV dov’era uomo di fatica, notò qualcosa di insolito presso la fermata, nella striscia di terra sterile e incrostata che segue l’alberatura del viale: in certi punti, al ceppo degli alberi, sembrava si gonfiassero bernoccoli che qua e là s’aprivano e lasciavano affiorare tondeggianti corpi sotterranei.

Si chinò a legarsi le scarpe (он нагнулся завязать ботинки) e guardò meglio (и пригляделся лучше): erano funghi (это были грибы), veri funghi (настоящие грибы), che stavano spuntando proprio nel cuore della città (которые всходили прямо в сердце города)! A Marcovaldo parve che il mondo grigio e misero (Марковальдо показалось, что мир, серый и скудный) che lo circondava (который его окружал) diventasse tutt’a un tratto generoso di ricchezze nascoste (сделался весь вдруг щедрым на потайные: «спрятанные» богатства; nascondere — прятать, скрывать, укрывать, утаивать), e che dalla vita ci si potesse ancora aspettare qualcosa (и что от жизни можно еще ждать чего-то), oltre la paga oraria del salario contrattuale (помимо почасового заработка зарплаты договорной) la contingenza (надбавок), gli assegni familiari (пособий на семью) e il caropane (и надбавки к зарплате).

Si chinò a legarsi le scarpe e guardò meglio: erano funghi, veri funghi, che stavano spuntando proprio nel cuore della città! A Marcovaldo parve che il mondo grigio e misero che lo circondava diventasse tutt’a un tratto generoso di ricchezze nascoste, e che dalla vita ci si potesse ancora aspettare qualcosa, oltre la paga oraria del salario contrattuale, la contingenza, gli assegni familiari e il caropane.

Al lavoro fu distratto più del solito (на работе он был рассеян больше обычного); pensava che mentre lui era lì a scaricare pacchi e casse (думал, что пока он был там, разгружая мешки и коробки), nel buio della terra (во мраке земли) i funghi silenziosi (грибы бесшумные; silenzio, m — молчание), lenti (неторопливые: «медленные»), conosciuti solo da lui (известные только ему; conoscere — знать), maturavano la polpa rossa (созревали красную мякоть = до красной мякоти), assimilavano succhi sotterranei (подпитывались подземными соками), rompevano la crosta delle zolle (прорывались через дерн коры: «ломали корку /земляных/ комьев»; zolla, f — ком, глыба /земли/). «Basterebbe una notte di pioggia («хватило бы одной дождливой ночи; basta — хватит; bastare — быть достаточным, хватать), — si disse (сказал он себе), — e già sarebbero da cogliere (и уже их можно было бы собирать). E non vedeva l’ora (и ждал не мог дождаться: «не видел часа») di mettere a parte della scoperta sua moglie e i sei figlioli (посвятить в открытие свою жену и шестерых сыночков).

Al lavoro fu distratto più del solito; pensava che mentre lui era lì a scaricare pacchi e casse, nel buio della terra i funghi silenziosi, lenti, conosciuti solo da lui, maturavano la polpa rossa, assimilavano succhi sotterranei, rompevano la crosta delle zolle. «Basterebbe una notte di pioggia, — si disse, — e già sarebbero da cogliere». E non vedeva l’ora di mettere a parte della scoperta sua moglie e i sei figlioli.

— Ecco quel che vi dico (вот то, о чем я вам говорю)! — Annunciò durante il magro desinare (заявил он во время скудного обеда). — Entro la settimana mangeremo funghi (через неделю будем есть грибы)! Una bella frittura (прекрасное жаркое)! V’assicuro (уверяю вас)!

E ai bambini più piccoli (а самым маленьким детям), che non sapevano cosa i funghi fossero (которые не знали, что такое грибы), spiegò con trasporto la bellezza delle loro molte specie (он с восторгом объяснил им красоту множества их видов, trasporto, m — увлечение, восторг), la delicatezza del loro sapore (мягкость/нежность их вкуса), e come si doveva cucinarli (и как нужно было их готовить); e trascinò così nella discussione (и так увлек в беседу; trascinare — тащить, вовлекать) anche sua moglie Domitilla (также свою жену Домитиллу), che s’era mostrata fino a quel momento (которая показывала себя до того момента) piuttosto incredula e distratta (скорее недоверчивой и рассеянной).

— Ecco quel che vi dico! — Annunciò durante il magro desinare. — Entro la settimana mangeremo funghi! Una bella frittura! V’assicuro!

E ai bambini più piccoli, che non sapevano cosa i funghi fossero, spiegò con trasporto la bellezza delle loro molte specie, la delicatezza del loro sapore, e come si doveva cucinarli; e trascinò così nella discussione anche sua moglie Domitilla, che s’era mostrata fino a quel momento piuttosto incredula e distratta.

— E dove sono questi funghi (а где эти грибы)? — domandarono i bambini (спрашивали дети). — Dicci dove crescono (скажи нам, где они растут)!

A quella domanda l’entusiasmo di Marcovaldo fu frenato (на этом вопросе энтузиазм Марковальдо был удержан; frenare — тормозить, замедлять; freno, m — тормоз) da un ragionamento sospettoso (недоверчивым умозаключением; sospettare — подозревать): «Ecco che io gli spiego il posto (вот я скажу им место; spiegare — объяснять), loro vanno a cercarli con una delle solite bande di monelli (они пойдут искать их с одной из своих привычных шаек мальчишек; monello, m — шалун, баловник; плутишка; мальчишка), si sparge la voce nel quartiere (распустится слух: «рассеется голос» в квартале), e i funghi finiscono nelle casseruole altrui (и грибы пропадут: «кончат» в чужих кастрюлях)!» Così quella scoperta (так то открытие; scoprire — открывать, раскрывать; обнажать) che subito gli aveva riempito il cuore d’amore universale (которое сразу же ему наполнило сердце всеобъемлющей любовью; riempire — наполнять, заполнять), ora gli metteva la smania del possesso (теперь в нем вызвало манию обладания; possedere — иметь; владеть, обладать), lo circondava di timore geloso e diffidente (его окружало тревогой, ревнивой и недоверчивой).

— E dove sono questi funghi? — domandarono i bambini. — Dicci dove crescono!

A quella domanda l’entusiasmo di Marcovaldo fu frenato da un ragionamento sospettoso: «Ecco che io gli spiego il posto, loro vanno a cercarli con una delle solite bande di monelli, si sparge la voce nel quartiere, e i funghi finiscono nelle casseruole altrui!» Così quella scoperta che subito gli aveva riempito il cuore d’amore universale, ora gli metteva la smania del possesso, lo circondava di timore geloso e diffidente.

— Il posto dei funghi lo so io e io solo (грибное место знаю я, и только я), — disse ai figli (сказал он детям), — e guai a voi se vi lasciate sfuggire una parola (и беда вам, если вы проболтаетесь; lasciare sfuggire — «дать сбежать»).

Il mattino dopo (на следующее утро; dopo — после), Marcovaldo, avvicinandosi alla fermata del tram (Марковальдо, приближаясь к трамвайной остановке), era pieno d’apprensione (был полон беспокойства). Si chinò sull’aiola (он наклонился к клумбе) e con sollievo vide i funghi un po’ cresciuti (и с облегчением увидел немного подросшие грибы; sollevare — приподнимать; приободрять, утешать, облегчать) ma non molto ancora (но /совсем/ не много = мало подросшие еще), nascosti quasi del tutto dalla terra (скрывающиеся почти полностью в земле; nascondere — прятать, скрывать).

— Il posto dei funghi lo so io e io solo, — disse ai figli, — e guai a voi se vi lasciate sfuggire una parola.

Il mattino dopo, Marcovaldo, avvicinandosi alla fermata del tram, era pieno d’apprensione. Si chinò sull’aiola e con sollievo vide i funghi un po’ cresciuti ma non molto ancora, nascosti quasi del tutto dalla terra.

Era così chinato (он был так нагнувшись), quando s’accorse d’aver qualcuno alle spalle (когда заметил что у него кто-то за спиной; «что имел кого-то за плечами»). S’alzò di scatto (он поднялся рывком) e cercò di darsi un’aria indifferente (и попробовал придать себе безразличный вид). C’era uno spazzino (это был дворник; spazzare — мести, подметать) che lo stava guardando (который смотрел на него), appoggiato alla sua scopa (опираясь на свою метлу).

Questo spazzino, nella cui giurisdizione si trovavano i funghi (этот дворник, в юрисдикции которого находились грибы), era un giovane occhialuto e spilungone (был один молодой очкарик и верзила). Si chiamava Amadigi (его звали Амадиджи), e a Marcovaldo era antipatico da tempo (и Марковальдо он был несимпатичен уже давно), forse per via di quegli occhiali (может быть, из-за тех его очков) che scrutavano l’asfalto delle strade (которые вглядывались в асфальт улицы; scrutare — допытываться, испытующе смотреть) in cerca di ogni traccia naturale (в поиске каждого следа живой природы) da cancellare a colpi di scopa (чтобы смести своей метлой; cancellare — удалять; colpo, m — удар).

Era così chinato, quando s’accorse d’aver qualcuno alle spalle. S’alzò di scatto e cercò di darsi un’aria indifferente. C’era uno spazzino che lo stava guardando, appoggiato alla sua scopa.

Questo spazzino, nella cui giurisdizione si trovavano i funghi, era un giovane occhialuto e spilungone. Si chiamava Amadigi, e a Marcovaldo era antipatico da tempo, forse per via di quegli occhiali che scrutavano l’asfalto delle strade in cerca di ogni traccia naturale da cancellare a colpi di scopa.

Era sabato; e Marcovaldo passò la mezza giornata libera (была суббота; и Марковальдо провел половину свободного дня) girando con aria distratta nei pressi dell’aiola (бродя с потерянным/рассеянным видом в окрестностях клумбы), tenendo d’occhio di lontano lo spazzino e i funghi (держа под присмотром издалека дворника и грибы), e facendo il conto (и подсчитывая) di quanto tempo ci voleva a farli crescere (сколько времени нужно было им, чтобы подрасти).

La notte piovve (ночью прошел дождь; piovere — идти, лить /о дожде/): come i contadini dopo mesi di siccità (как крестьяне после месяцев засухи) si svegliano e balzano di gioia (просыпаются и прыгают от радости) al rumore delle prime gocce (от шума первых капель), così Marcovaldo, unico in tutta la città (так Марковальдо, единственный во всем городе), si levò a sedere nel letto (поднялся: «поднялся сидеть» в постели), chiamò i familiari (позвал членов семьи). «È la pioggia, è la pioggia (это дождь, это дождь)», e respirò l’odore di polvere bagnata (и вдохнул запах мокрой пыли) e muffa fresca (и свежей плесени) che veniva di fuori (который шел снаружи).

Era sabato; e Marcovaldo passò la mezza giornata libera girando con aria distratta nei pressi dell’aiola, tenendo d’occhio di lontano lo spazzino e i funghi, e facendo il conto di quanto tempo ci voleva a farli crescere.

La notte piovve: come i contadini dopo mesi di siccità si svegliano e balzano di gioia al rumore delle prime gocce, così Marcovaldo, unico in tutta la città, si levò a sedere nel letto, chiamò i familiari. «È la pioggia, è la pioggia», e respirò l’odore di polvere bagnata e muffa fresca che veniva di fuori.

All’alba — era domenica (на рассвете — это было воскресенье) —, coi bambini (с детьми), con un cesto preso in prestito (с корзинкой, одолженной: «взятой в долг»), corse subito all’aiola (он побежал сразу к клумбе). I funghi c’erano (и грибы там были), ritti sui loro gambi (стоявшие на своих ножках; ritto — вертикальный, прямой), coi cappucci alti sulla terra (с высокими шапочками: «капюшонами» на земле) ancora zuppa d’acqua (еще мокрой от дождя; zuppo — мокрый). — Evviva (ура)! — e si buttarono a raccorglierli (и они бросились собирать их).

All’alba — era domenica —, coi bambini, con un cesto preso in prestito, corse subito all’aiola. I funghi c’erano, ritti sui loro gambi, coi cappucci alti sulla terra ancora zuppa d’acqua. — Evviva! — e si buttarono a raccorglierli.

— Babbo (папа)! Guarda quel signore lì (смотри на того господина там = на вон того господина) quanti ne ha presi (сколько он их набрал)! — disse Michelino (сказал Микелино), e il padre alzando il capo vide (и отец, подняв голову, увидел), in piedi accanto a loro (стоя: «на ногах» около него), Amadigi anche lui con un cesto pieno di funghi sotto il braccio (Амадиджи, и он тоже с корзинкой, полной грибов, под мышкой).

— Ah, li raccogliete anche voi (ах, их собираете и вы)? — fece lo spazzino (выдал дворник). — Allora sono buoni da mangiare (так они годятся для еды: «хороши для еды»)? Io ne ho presi un po’ (я их набрал немножко) ma non sapevo se fidarmi (но не знаю, доверять /им/ или нет)… Più in là nel corso (туда ближе к проспекту) ce n’è nati di più grossi ancora (там они родились еще более крупные)…

— Babbo! Guarda quel signore lì quanti ne ha presi! — disse Michelino, e il padre alzando il capo vide, in piedi accanto a loro, Amadigi anche lui con un cesto pieno di funghi sotto il braccio.

— Ah, li raccogliete anche voi? — fece lo spazzino. — Allora sono buoni da mangiare? Io ne ho presi un po’ ma non sapevo se fidarmi… Più in là nel corso ce n’è nati di più grossi ancora…

Bene, adesso che lo so (хорошо, теперь, когда я знаю), avverto i miei parenti (предупрежу моих родственников) che sono là a discutere (которые там спорят) se conviene raccorglierli o lasciarli (следует их собирать или оставить; convenire — надлежать, подобать)… — e s’allontanò di gran passo (и он удалился большими шагами).

Marcovaldo restò senza parola (Марковальдо остался без слов); funghi ancora più grossi (грибы, еще более крупные), di cui non s’era accorto (которых он не заметил), un raccolto mai sperato (урожай такой долгожданный; sperare — надеяться, ожидать), che gli veniva portato via così, di sotto il naso (который уводили у него: «который становился ему уносимым» прямо из-под носа). Restò un momento quasi impietrito dall’ira (он на момент почти окаменел от злобы; impietrire — превращать в камень; каменеть; pietra, f — камень), dalla rabbia (от злости/бешенства), poi — come talora avviene (потом, как порой бывает) — il tracollo di quelle passioni individuali (крушение тех личных пристрастий/страстей) si trasformò in uno slancio generoso (переросло в порыв великодушия).

Bene, adesso che lo so, avverto i miei parenti che sono là a discutere se conviene raccorglierli o lasciarli… — e s’allontanò di gran passo.

Marcovaldo restò senza parola; funghi ancora più grossi, di cui non s’era accorto, un raccolto mai sperato, che gli veniva portato via così, di sotto il naso. Restò un momento quasi impietrito dall’ira, dalla rabbia, poi — come talora avviene — il tracollo di quelle passioni individuali si trasformò in uno slancio generoso.

A quell’ora, molta gente stava aspettando il tram (в тот час много народу ждало трамвай), con l’ombrello appeso al braccio (с зонтами, подвешенными на руку; appendere — вешать), perché il tempo restava umido e incerto (потому что погода оставалась влажной и переменной: «неопределенной»). — Ehi, voialtri (эй, вы)! Volete farvi un fritto di funghi questa sera (хотите сделать грибное жаркое сегодня вечером)? — gridò Marcovaldo alla gente assiepata alla fermata (крикнул Марковальдо людям, толпящимся на остановке; siepe, f — изгородь, плетень; забор; assiepare — /книжн./ окружать изгородью; assieparsi — толпиться вокруг). — Sono cresciuti i funghi qui nel corso (выросли грибы здесь, на проспекте)! Venite con me (пойдемте со мной)! Ce n’è per tutti (там их на всех хватит: «там они есть для всех»)! — e si mise alle calcagna di Amadigi (и пошел по пятам Амадиджи; mettersi — располагаться, размещаться; приниматься, начинать; mettersi in cammino — пуститься в путь), seguito da un codazzo di persone (преследуемый целой свитой; coda, f — хвост).

A quell’ora, molta gente stava aspettando il tram, con l’ombrello appeso al braccio, perché il tempo restava umido e incerto. — Ehi, voialtri! Volete farvi un fritto di funghi questa sera? — gridò Marcovaldo alla gente assiepata alla fermata. — Sono cresciuti i funghi qui nel corso! Venite con me! Ce n’è per tutti! — e si mise alle calcagna di Amadigi, seguito da un codazzo di persone.

Trovarono ancora funghi per tutti e (нашлось еще грибов на всех и), in mancanza di cesti (при недостатке корзин), li misero negli ombrelli aperti (их клали и в открытые зонты). Qualcuno disse (кто-то сказал): — Sarebbe bello fare un pranzo tutti insieme (было бы здорово пообедать всем вместе)! — Invece ognuno prese i suoi funghi (но, напротив/наоборот, каждый взял свои грибы) e andò a casa propria (и пошел в собственный дом).

Ma si rividero presto (но они снова встретились вскоре), anzi la sera stessa (даже тем же вечером), nella medesima corsia dell’ospedale (в одной и той же больничной палате), dopo la lavatura gastrica (после промывания желудков; gastrico — желудочный) che li aveva tutti salvati dall’avvelenamento (которое их всех спасло от отравления): non grave, perché la quantità di funghi mangiati da ciascuno era assai poca (не опасного, потому что количество съеденных грибов каждым было очень маленьким).

Marcovaldo e Amadigi avevano i letti vicini e si guardavano in cagnesco (Марковальдо и Амадиджи имели соседние койки и злобно переглядывались; cagnesco — собачий; cagna, f — сука).

Trovarono ancora funghi per tutti e, in mancanza di cesti, li misero negli ombrelli aperti. Qualcuno disse: — Sarebbe bello fare un pranzo tutti insieme! — Invece ognuno prese i suoi funghi e andò a casa propria.

Ma si rividero presto, anzi la sera stessa, nella medesima corsia dell’ospedale, dopo la lavatura gastrica che li aveva tutti salvati dall’avvelenamento: non grave, perché la quantità i funghi mangiati da ciascuno era assai poca.

Marcovaldo e Amadigi avevano i letti vicini e si guardavano in cagnesco.

La villeggiatura in panchina

(Отдых на скамейке; villeggiare — отдыхать на даче /вилле/)

Andando ogni mattino (ходя каждый день) al suo lavoro (на свою работу), Marcovaldo passava sotto il verde (Марковальдо проходил под зеленью) d'una piazza alberata (одной площади, засаженной деревьями; albero, m — дерево), un quadrato di giardino pubblico (квадрат общественного сада) ritagliato in mezzo (разрезанный пополам; ritagliare — вырезать) a quattro vie (на четыре улицы). Alzava l'occhio (поднимал глаза = взор; alzare — поднимать; occhio, m — глаз) tra le fronde degli ippocastani (сквозь ветки с листьями конского каштана; fronda, f — ветка с листьями; листва), dov'erano più folte (где они были более густые) e solo lasciavano dardeggiare (и лишь позволяли мерцать; dardeggiare — метать стрелы; сиять, сверкать; dardo, m — стрела; дротик) gialli raggi (желтым лучам) nell'ombra trasparente di linfa (в тени прозрачно-чистой; linfa, f — /поэт./ чистая/прозрачная вода; сок растений), ed ascoltava il chiasso dei passeri stonati (и слушал воробьев, несвязно галдящих, chiasso, m — гам; stonare — фальшивить, контрастировать) ed invisibili sui rami (и невидимых на ветвях).

Andando ogni mattino al suo lavoro, Marcovaldo passava sotto il verde d'una piazza alberata un quadrato di giardino pubblico ritagliato in mezzo a quattro vie. Alzava l'occhio tra le fronde degli ippocastani, dov'erano più folte e solo lasciavano dardeggiare gialli raggi nell'ombra trasparente di linfa, ed ascoltava il chiasso dei passeri stonati ed invisibili sui rami.