Игры властителей[СИ]

Шмелева Елена

Игры властителей 

Пролог

Когда демиург создал свой первый мир — Терреллу, перед ним встала задача населения планеты живыми существами. В отличие от своих коллег, он хотел создать нечто равное себе по силе и могуществу. Демиург был молод и понимал, что одной планетой в целой галактике он не ограничится, а приглядывать за каждым своим детищем, создавая новое, он не сможет. Тогда он создал трех существ, наделив их разными способностям, но при этом каждому дал уникальную защиту — вторую ипостась, в которой им практически невозможно было причинить вред. Облик дракона, не восприимчивый к атакующей магии и физическому оружию. Они были восхитительно красивы и опасны, чтобы обезопасить себя и гипотетических жителей планеты, которых он планировал создать в будущем, он оставил себе лазейку в их, казалось, абсолютной защите. Это был разум. Демиург не собирался уничтожать свои лучшие творения, но с помощью разума он мог их контролировать.

Своим первым детям, коими он считал всех существ, созданных им, Творец дал имена.

Марис, кареглазый шатен, с правильными чертами лица и телом, которому позавидовали бы лучшие атлеты, в ипостаси дракона имел темно-красную чешую, которая ночью казалась черной, а на солнце производила потрясающий эффект охваченного багряным огнем крылатого ящера. У него были мощные крылья и громоздкое тело, только Марис могу подняться в небо и парить. Позже его назовут Богом Ярости и Войны, хотя сам он всегда был хладнокровным и рассудительным, но как объяснить это неразумным потомкам?

Валиос, молодой юноша с зелеными глазами и волосами цвета молодой пшеницы в красоте и силе не уступал своему брату, но перекидывался в золотого дракона. В отличие от Мариса у него не было крыльев, но он обладал более гибким телом и мог укрыться под землей. Через тысячи лет его будут считать своим покровителем все существа, хоть как то связан с торговлей, а так же крестьяне и ремесленники.

Мхарт же был самым красивым из братьев. Цвет его глаз соперничал с синевой океана и небесной лазурью, и всегда выходил победителем, а разнообразию оттенков черных волос завидовала сама ночь. Цвет кожи его ипостаси дракона менялся от сине-зеленого до черного. Сам же дракон был чем то средним между огромным Марисом и гибким Валиосом. Вместо крыльев у него были плавники и вода была его стихией.

Молодой человек оказался самовлюбленным и амбициозным. Узнав о дальнейших планах Отца, а именно о его намерении оставить сотворенную планету своим чадам, Мхарт решил прибрать всю власть к своим рукам, искренне считая себя достойнейшим для этой ответственной миссии. Братья его мнения не разделили и убедили Синего дракона в том, что три головы лучше одной. Вернее им казалось, что они смогли его убедить, но Мхарт был слишком честолюбив, чтобы отказаться от единоличного правления целым миром, а потому только сделал вид, что поддался на уговоры братьев, выжидая лучше момента для нападения.

Братья, не подозревая о коварных планах Мхарта, предлагали различные варианты правления миром. Остановились на том, что Марис будет править небом, Валиос землей, а Мхарт водным миром. Выбор был сделан вполне логически исходя из способностей драконов.

Перед созданием других рас, демиург подарил каждому дракону по десятку яиц, наказав им самим создать себе потомков вкладывая в них свою душу. Хотя тут скорее он пытался занять своих первых детей, чтобы они не мешали и не лезли со своими советами в сотворение его мира. Убедившись, что братья при деле, Творец с головой погрузился в заселение Терреллы.

Вторыми его детьми стали эльфы. Он не стал наделять их второй ипостасью, но подарил им отменный слух, острый взгляд и большую скорость. И если драконы обладали стихиями, то эльфы стали обладателями магией жизни, а так как ее использование неразрывно связано с магией земли, воды и воздуха то некоторым эльфам посчастливилось стать обладателями и этих стихий.

Демиург создал эльфов исходя из подсмотренного у одного из коллег образа феи. Только в отличие от этих крошечных крылатых созданий, эльфы были высокими, без лишних конечностей за спиной. Зато такие же прекрасные, будто светящиеся изнутри, светловолосые и глазами цвета сочной луговой травы, либо ясного летнего неба. Все они оказались прекрасны, но демиург на этом не остановился, он создал не менее прекрасных, но абсолютно противоположных по внешним данным существ. С иссиня черными волосами, радужки глаз их тоже были темными, но имели различные оттенки. Неосознанно он вложил в каждого темноволосого эльфа что-то от внешности Мхарта. Тогда он и предположить не мог, чем для последних, обернется его прихоть. Объединяло всех эльфов только наличие заостренных ушек.

Творец призадумался над созданием следующего существа, но тут терпению Мхарта пришел конец. Братья, заняты созданием будущих дракончиков, Отец создает новые расы, все сосредоточены на своих делах и лучшего момента не найти. Первым от рук своего брата погиб Валиос, он стоял спиной к синему дракону и вливал свои чувства и эмоции в лежащее перед ним яйцо. Поэтому удар когтистой лапой в незащищенную спину оказался для него полной неожиданностью. Первым делом Мхарт собирался уничтожить всю кладку, но чтобы стать великим правителем ему необходимы подчиненные, а их еще слишком мало. Поэтому он не стал уничтожать будущих подданных.

Демиург почувствовал смерть одного из своих сыновей и догадался, кто стал этому причиной, но все равно не успел спасти Мариса. В тот момент, когда он материализовался в пещере красного дракона, Мхарт уже успел вонзить свои когти в человеческое тело второго брата. Устранить самого Творца он уже не смог бы и прекрасно это понимал, поэтому с ужасом ждал наказания. Оно не заставило себя долго ждать. Отец не простил братоубийства, но и лишить жизни свое дитя тоже не смог.

— Ты хотел владеть целым миром, я дам тебе такую возможность. Ты сам наполнишь свой мир жизнью, но помни, все живые существа будут появляться с твоими самыми основными качествами.

— Ты прощаешь меня, Отец? — сам не веря в свою удачу, прошептал Мхарт.

— Это не дар, а твое наказание и когда ты начнешь править своим миром ты сможешь осознать это.

Демиург сотворил Изнанку мира и, порвав материю Терреллы в самом глубоком месте океана, отправил туда дракона-ренегата, лишив его возможности менять сущность. Перед уходом в свой новый мир Мхарт уже не выглядел как человек или дракон, он стал чем-то средним между этими двумя обликами. Существо, покрытое темно-зеленой, практически черной чешуей, с огромными когтями на мощных руках и мощным рыбьим хвостом. Голову украшает корона из пяти роговых наростов, глаза желтые с вертикальным зрачком, и четыре выпирающих клыка, не способных уместиться в рту. Это было еще одним наказанием самовлюбленному юноше, который часами мог любоваться своим отражением.

Такое положение дел не лучшим образом сказалось на его и без того скверном характере и не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять какие сущности стали появляться в его мире, взращенные на обиде, ярости и жажде мести. В моменты затишья, когда холодный расчет сменял слепую ярость, ему удавалось сотворить разумных демонов, которые позже стали его приближенными и управляли огромным количеством существ живущих только инстинктами. Позже, когда Мхарт набрался сил, ему удалось найти небольшую лазейку для своих творений, через которую на Терреллу регулярно забрасывались его монстры. Иногда их возглавляли демоны, но большей частью их отправляли с одной только целью — посеять панику среди населения планеты.

Творец тоже времени зря не терял и занимался заселением Терреллы. Он попытался создать еще одну расу, которая бы чтила его, слышала и понимала. Так появились вампиры. Внешне они были похожи на эльфов, только уши были не столь заостренными. Для того чтобы они могли слышать своего создателя и общаться с ним их наделили магией разума. Творец нарочно дал молодой расе единственное оружие против драконов. В них он вложил всю скорбь по погибшим детям, любовь и прощение по отношению к братоубийце, нежность и всепоглощающую любовь ко всему живому. И его последние дети действительно слышали и понимали Творца, но только через животных и растения. Их души были светлыми, но ментальная магия сильно истощала представителей этой расы, и они нашли себе мощный источник энергии — кровь.

Любая кровь содержит энергию, но чем больше магии в существе, тем меньше крови требуется вампиру. Чтобы утолить энергетическую жажду необходимо выпить всю кровь кролика или достаточно сделать глоток крови среднестатистического мага. Они ни с кем не воевали, жили обособленно и часто общались с создателем. Последний не мог нарадоваться на своих "младшеньких" и баловал их разными новыми способностями. Сначала он наделил их острыми клыками и когтями, которые они могли выпускать в случае необходимости. Так он помог им решить проблему с добычей крови.

Было несколько случаев, когда у вампира под рукой не было ножа и он "заговорившись" с Отцом погибал от истощения. Примерно через тысячелетие Светлые эльфы решили, что вампиры слишком быстро размножаются и хоть пока не проявляют никаких признаков агрессии, нельзя позволить набрать им мощь. Кто знает этих тихонь, что им в голову взбредет? И они начали охоту на вампиров. Творец разозлился на ушастых и наделил вампиров огромной силой, еще большей, чем у эльфов скоростью и очень быстрой регенерацией. Но Светлых к тому моменту стало слишком много. Правда они тогда уже вели холодную войну со своими темноволосыми братьями, обвиняя их в служении Мхарту, и всячески притесняли их. Но стычки были небольшие и существенных потерь светлые эльфы не несли, что позволило развернуть масштабную войну против вампиров.

Темные эльфы в той бойне пытались помогать вампирам, исключительно из желания насолить своим светлым братьям, но когда они почувствовали, что силы не на их стороне быстро ретировались и, опасаясь гнева светлых, спрятались горах. Творец печально смотрел на это безобразие и пытался придумать, как спасти "младшенькую" расу. О том, что бы уничтожить эльфов не могло быть и речи. Это ведь тоже его дети, только старшие. Как оградить любимых чад от вредных ушастиков он придумал, его больше волновал вопрос, как объяснить светлым, что они не правы. Благо еще флегматичные Драконы сидят на месте и не лезут в конфликт.

Первым делом демиург создал Летающую страну со столицей — Дэррен и наделил вампиров способностью левитировать на дальние расстояния. Теперь в этом городе эльфы им не страшны. Осталось научить светлых хорошим манерам и тогда его "малыши" смогут беспрепятственно перемещаться по миру. Наказание он придумал довольно хм… жестокое.

Светлые эльфы повернуты на своем внешнем виде. Уши вообще отдельная тема, чем острее кончики ушек, тем красивее и изящнее эльф. Вот по этому слабому месту и била кара Творца. Любой светлый эльф, убивший вампира, терял свою красоту и изящество и становился… Гномом! Уши округлялись и увеличивались, фигура уменьшалась в два раза в длину, зато пропорционально увеличивалась в ширину. Мягкие, блестящие и шелковистые локоны, еще одна гордость Светлых, превращались в жесткие колтуны и теряли свой блеск, отчего, казалось, что они темнеют. Увидев такие метаморфозы, бывшие эльфы с позором бежали из Зачарованного леса и укрывались в горах. К слову сказать, там же где и остатки темных братьев, которые уцелели в войне между вампирами и светлыми эльфами.

Новоиспеченных гномов было довольно много. Пока светлые догадались, что за проклятье их постигло, многие прекрасные представители сей славной расы превратились в уродливых карликов. Когда же они столкнулись со своими темными братьями в новоприобретенном облике, а те высмеяли неудачников, началась очередная война. Силы были примерно равны, но темных и так было не много, и они, решив не рисковать своими жизнями, ретировались за горную гряду. Пройдя между драконьих гор и гор, в последствие названных Гномьим кряжем, они добрели до еще одной возвышенности. Небольшой хребет абсолютно не подходил для проживания, но сил на его преодоление уже не оставалось и они решили временно осесть у подножия, а позже исследовать земли за ним.

Когда вампиров, наконец, оставили в покое, Создатель решил обратить свой взор на темных эльфов. После стольких поражений и притеснений, связанных якобы с их приверженностью дракону-ренегату они действительно стали обращаться за помощью к нему и он всегда отвечал им. Он научил их магии Смерти. Творец видел это, но не мешал и, несмотря на то, что большая часть темноволосых эльфов отвернулась от него, он решил наградить их за помощь вампирам. Проснувшись однажды утром, темные увидели узкую пологую тропинку, уходящую вверх по хребту, которой до этого не было.

Снарядив небольшой отряд, они отправились на разведку. То, что они увидели, заставило их глаза широко раскрыться. Со стороны долины, хребет казался обычным холмом, высоким, неприступным, но холмом. Поднявшись по тропе наверх, они увидели прекрасный город расположенный внутри хребта. Город был окружен прекрасной цветущей долиной, а в центре поселения возвышались два храма: черный и белый, между ними стояло высокое здание, будто сотканное из серых кружев. Вокруг трех башен расположились уютные домики, образуя три круга. Каждый домик утопал в зелени. Деревья были такие же как в Зачарованном лесу, они были "живыми". Эльфы спустились в город, чтобы узнать, кто здесь живет и как называется это чудесное место, но город оказался совершенно пустым. Несмотря на отсутствие жителей, все казалось ухоженным, как будто хозяева только что покинули эти места. Тогда они направились к центральным зданиям, не сговариваясь, они сначала вошли в черный храм. Там их встретила только статуя изображающая Мхарта. Поклонившись ему, воины вышли и отправились к белому храму. Тут их встретил ОН. Сам Создатель показался своим творениям, чтобы дать им шанс исправить свои ошибки.

— Дети мои, вы можете остаться в этом прекрасном городе, имя которому Дроувэл, и жить здесь, не подвергаясь больше нападениям со стороны своих светлых братьев. Тропу, по которой вы поднялись сюда, не увидит никто из представителей иных рас без вашей помощи. Но этот город будет существовать только до тех пор, пока в моем храме будут появляться представители вашей расы. Как только он опустеет, город исчезнет. Но я дам вашему народу выбор, здесь есть храм Мхарта и желающие и дальше могут обращаться к нему.

Естественно, темные согласились, а все члены того отряда навсегда стали последователями Творца. Темные эльфы осели в Дроувэле и стали называть себя Дроу. Казалось бы все наладилось. Но эмоциональные эльфы, теперь уже Дроу, не имея внешнего врага, стали воевать друг с другом, отстаивая своих божественных покровителей. Между обычными жителями война шла в основном словесная, а вот у власть имущих плелись такие изощренные интриги, что правитель каждый раз ложась спать, прощался со своей семьей. Первым Владыкой стал именно глава отряда, который и нашел этот город. Он поклонялся Единому, тогда как бОльшая часть населения оставалась верна Мхарту. После того как его все-таки устранили к власти пришел приверженец дракона-ренегата и за всю дальнейшую историю существования Терреллы и до сего дня лишь единожды у власти появился почитатель Творца и тот недолго продержался на троне. Помня слова Создателя о том, что городу не стоять на этом месте без белого храма, власти никогда не трогали его жрецов.

Последней разумной расой, которая появилась в этом мире, была человеческая. Демиург не имел никакого отношения к ее появлению, и сам был крайне удивлен, увидев этих созданий на Террелле, но довольно быстро выяснил их происхождение.

Оказывается его коллега, создал свой мир. Сначала растения, потом животных и когда все было пригодно для жизни разумных существ, решил заселить его людьми. Но он ошибся в расчетах и вместо того чтобы появиться на Заргсе, так назывался его мир, люди оказались на Террелле. По той причине, что создатель у них был совершенно иной, люди разительно отличались от всех остальных жителей. Они не обладали никакой магией, а чтобы ускорить заселение Заргса, их творец наделил их способностью к быстрому размножению.

Представители всех рас на Террелле могли иметь не больше двух детей, такое ограничение демиург установил, чтобы избавить мир от проблемы перенаселения. Учитывая, что две расы бессмертны Драконы и Вампиры, то проблема была довольно актуальной. К тому же дети рождались только после свадебного обряда, с единением душ. После него два разных существа становились как бы единым целым, при обоюдном желании они могли читать мысли друг друга как открытую книгу, всегда знали, где вторая половинка. Надо ли говорить о том, что такие обряды проводились крайне редко?

То что люди так быстро расползутся по всему миру он и представить не мог, а об их способности к воспроизведению огромного, по его меркам, количества потомства он узнал слишком поздно. Благо продолжительности жизни у чужих для его мира существ была не больше века, да и подраться они любили и находили множество поводов для самоуничтожения. Творец никогда не вмешивался в разборки человеческой расы. Хоть он и обещал их создателю, что не будет причинять им вреда и позволит жить в своем мире, но и о помощи речи не было.

Так шли тысячелетия и вроде бы все было мирно. Его старшие флегматичные и высокомерные дети обосновались в горах и назвали их просто, но понятно: Драконьи горы. Только водные драконы предпочли родную стихию и обосновались в человеческих империях на берегу океана. Сами горы представляли собой длинный горный хребет, разделенный большим ущельем. Вот одна из них и называлась Драконьими горами, а вторую часть заняли трансформированные в маленьких гномов Светлые эльфы. За ними были горы поменьше, скорее даже не горы, а высокий хребет. Там, внутри этого хребта, в сказочном городе, жили Темные эльфы, называющие себя Дроу, а долину за хребтом облюбовали люди.

Как они туда пробрались, казалось бы через неприступный, горный хребет даже Творец не знал. Эльфийскую тропу они не видели, иначе не прошли бы мимо города. Люди в этой долине провозгласили себя отдельной от остальной человеческой расы империей и назвали ее Дорт. Оставшиеся люди поселились между эльфийским Зачарованным Лесом и Драконьими горами. Первые были в бешенстве, вторые равнодушно взирали на происходящее в долине с высоты своих горных пещер.

Без воин человеческая раса разрасталась с огромной скоростью. Эльфы и глазом моргнуть не успели, как все пространство вокруг леса заселили люди, но боясь повторить ошибки и превратиться в какую-нибудь неприглядную личность, они не нападали.

Их терпению пришел конец, когда люди стали рубить их тысячелетние деревья. Такого варварства они не смогли стерпеть и, плевав на последствия, пошли показывать "человечкам" их место. Те не согласились, мотивируя нехваткой земли для проживания. Началась бойня. Не война, а именно истребление людей. В отличие от местных жителей, представители человеческой расы не имели магических способностей и могли противопоставить эльфам только примитивное оружие в виде копий и мечей. Жители Дорта, понимая, что дальше аборигены пойдут уничтожать их, пришли на помощь сородичам. Ситуацию это вряд ли могло спасти, если бы не вмешались вампиры. Они еще помнили, как светлые уничтожали их просто за существование и решили помочь людям. Против них эльфы выступить не решились, а вот гномы ввязались в эту войну с большим удовольствием. Так эльфы продолжали уничтожать людей, а гномы сражались с вампирами, потом в войну ввязались дроу. Причем за обе стороны сразу. Последователи Создателя встали на сторону вампиров, а их оппонентам пришлось помогать светлым братьям, хотя это их не очень радовало. Но упустить такую возможность и уменьшить численность приверженцев белого храма они не могли.

Драконы, единственные, кто не ввязался в эту войну, все так же смотрели на все происходящее со своих гор. С тем безобразием, что творилось внизу, их связывал только тотализатор. Они уже сделали ставки и теперь ждали результат. Но у Творца имелись свои планы на их счет. Он появился перед правителями драконьих кланов и потребовал вмешательства, дабы прекратить все это. И драконы прекратили, жаль только демиург не уточнил, как они должны это сделать. Циничные драконы красного клана раскрыли свои крылья и полетели останавливать войну. Если бы не маги, вовремя выставившие щиты, горели бы все расы на общем драконьем костре. После "помощи" драконов численность населения Терреллы уменьшилась вдвое.

Эту войну назвали Великой межрасовой и начали новое летоисчисление со дня ее окончания. Все разбрелись по своим домам, кроме людей раньше проживавших рядом с зачарованным лесом. После драконьего пламени и огромного количества высвобожденной магии на этом месте образовалась Пустошь. Люди отправили своих представителей на переговоры с эльфами. Война поумерила заносчивость светлых и они договорились что люди будут проживать рядом, но никогда больше не будут покушаться на земли эльфов. Сами люди долго спорили в какой стороне от пустоши им будет комфортнее жить и не придя к консенсусу решили разделиться. Так появились еще две империи людей: Гардэн и Амения.

В этой заварушке никто не заметил появления новых рас. Орков и Троллей. Вернее раса не совсем новая, это наказание дроу и вампиров за убийство представителей магических рас. Но как и гномы они смирились со своей участью. Все они были воинами, поэтому создали клан наемников, которые никому не подчинялись, а лишь оказывали свои услуги за материальную компенсацию.

Мы часто бьемся за мечту

Не думая о результатах,

Успеха крылья поднимают в высоту

Не заботясь о страховочных канатах.

Глава 1

Сам погибай — товарища выручай.

(А.Суворов)

Ожерелье из пяти ночных светил Терреллы освещало комнату в небольшом замке, на самой границе человеческой империи. За ним начинается Зачарованный Лес, принадлежащий Светлым эльфам. На огромной кровати, способной разместить пять здоровых орков, лежала хрупкая фигурка девушки. По человеческим меркам ей можно было дать лет шестнадцать, вот только к людям она не имела никакого отношения. Да и возраст у нее был намного больше, через месяц у нее юбилей, девушке исполниться триста лет. О своем происхождении она знала только то что один из родителей эльф, об этом свидетельствовал очевидный признак — ушки и белоснежная кожа. О втором родителе она не знала ничего. Только драконы красного клана обладали волосами цвета багряного заката и такого же цвета глазами, но меняя ипостась, она не становилась огромным крылатым ящером, а только покрывалась чешуйчатой кожей. А в моменты испуга или гнева, черные зрачки девушки сменялись красным пламенем. Так что версию полудракона она исключила.

Смешанные браки на Террелле невиданное дело, каждая раса радеет за чистоту своей крови, да и внебрачные дети рождаются только у человеческой расы. У магических рас без обряда единения душ[1], который является неотъемлемой части свадьбы, дети не рождаются. У них и с обрядом то больше двух быть не может. Но даже если предположить что случилось чудо и ребенок, пусть и полукровка появился, то за него будет идти война и каждый из родителей постарается оставить его при себе.

Девушка терялась в догадках, что же могло произойти, чтобы представитель магической расы отказался от нее, отдав людям. Пусть кто-то из родителей и озаботился будущим своей дочери, но сделал это инкогнито и выяснить, кто же они Кане за триста лет не удалось. Люди столько не живут и, тех, кто мог хоть что-то рассказать, уже нет среди живых. Сейчас она всего лишь подданная империи Гардэн. Наследница удочерившей ее графини Элиос. Если бы не вторая сущность девушки, проявляющаяся в момент опасности ли гнева, она бы не сомневалась что появилась на свет от союза эльфа и человека. В такие моменты ее нежная, белая кожа покрывается красной чешуей, а в глазах полыхает огонь. Но об этой способности знают только ее друзья, коих за триста лет появилось всего несколько. Чувствуя себя изгоем, она, несмотря на свою необычайную красоту в полуэльфийском облике, сознательно не сближалась ни с кем, боясь насмешек со стороны тех, кто мог занял место в ее сердце.

Никто бы не заподозрил в мирно спящей красавице, самого опасного наемного убийцу в этом мире. Девушка, избавляясь от облика прекрасной и наивной аристократки, часто работала наемницей. Но надо отдать ей должное, заказы она принимала только тогда, когда считала что смерть одного человека, способна спасти несколько жизней. И убивала только будучи уверенной, что заказчик не ошибся. Определить ложь ей не составляло никакого труда, такого эмпата больше не найти на всей Террелле.

Имя данное ей при рождении — Канаэлин. Титулы и вторые имена ее приемная мать не захотела говорить. Живя среди людей, девушке пришлось отказаться это своего имени и согласиться на человеческое Канара, а если точнее, то графиня Канара Элиос. Друзья называют ее Каной, но обществу она больше известна как Демон. Вернее общество не знает что графиня Элиос и Демон одно лицо, но слава ее второй сущности затмила известность графини, которая старалась как можно реже появляться на людях. Второе имя — Демон она заслужила своими заказами, которые всегда выполняла и, какой бы сильный враг ей не противостоял, она справлялась с заданием.

Но столь громкое имя она получила не только за это, по большей части причиной была ее странная внешность. Кем можно считать невысокое, остроухое создание обтянутое красной чешуей? Конечно созданием Изнанки. Но Кане даже нравился ее рабочий псевдоним. За триста лет проживания в империи Гардэн, сменилось много правителей, но с тех пор как ее тело оформилось, каждый стремился затащить очаровательную подданную империи в свою царскую постель, не смотря на ее вторую сущность. Правящая династия знала о ее особенности, но это было семейной тайной и никто не рисковал вступать в открытый конфликт с Демоном.

В то время пока девушка пребывала в объятиях сна, Аэрон Велийский, нынешний правитель людей расхаживал по своему кабинету, пытаясь найти способ убедить Демона помочь в назревающем конфликте. Его империя Гардэн расположилась в очень удобном месте, с одной стороны империю омывает океан, с другой Зачарованный лес, а с третьей Гардэн скрывали Драконьи горы. Редко какому врагу удавалось пройти на территорию империи, но и такое случалось. Хотя, в отличие от Амении и Дорта, которые постоянно воевали между собой за пограничные земли, Гардэн мог похвастаться мирной жизнью. Но вчера пришел ультиматум от таинственного правителя острова Моргран, в котором он требовал вернуть ему якобы захваченных в порту учеников Межрасового Магического Университета и выдать виновных в похищении студентов. Из письма он узнал, что пропавших было десять. В порту нашлось много свидетелей утверждающих, что в таверне к мирно обедающим студентам подошли люди в форме имперской стражи, и довольно грубо потребовали пройти к местным властям. Ни на какие вопросы молодых магов стражи не отвечали. Они надели на всех членов группы антимагические браслеты увели в сторону городской тюрьмы.

Все произошло три дня назад. Сначала правитель Морграна, по совместительству являющийся ректором вышеупомянутого университета, решил, что произошла досадная ошибка. Если бы его студенты нарушили закон, его должны были сразу проинформировать. Сейчас же он не получил никакой информации, мало того на острове были схвачены тайные агенты. Они все как один утверждают, что прибыли по распоряжению самого императора Аэрона. Так что правитель Мограна требует вернуть пропавших студентов и отправить посольство на остров для решения дальнейшей политики. И если условия не будут выполнены, то студенты выпускных классов будут сдавать экзамены по боевой магии в империи Гардэн, под присмотром самого ректора. То есть на империю натравят лучших магов, и позволят им творить все, что вздумается. А учитывая то что человеческая раса обделена магией, то у империи есть все шансы исчезнуть с лица Терреллы.

Но император точно знал что никаких шпионов не посылал и ни о каких задержанных студентах у него информации нет, хотя Аэрон поднял на уши всю стражу. Значит, кто-то очень хочет подставить их. Но вести переписку невозможно, неизвестный враг наверняка перехватит и если и позволит дойти письму, то нет гарантии что слова, написанные изначально, останутся прежними.

Идти с посольством можно только вернув студентов. Без них императора со свитой дальше городского телепорта не пропустят. Он понимал, что идти придется одному и, скорее всего, путешествие будет в один конец. Он отличный мечник, правда, только по человеческим меркам, но против чудовища, каким описывают правителя Морграна, мало чего стоит без магии. Нужно взять с собой того кто сможет в случае провала выбраться с острова живым и сообщить обо всем Совету. На ум ему приходит только одно существо способное помочь в данной ситуации, но как уговорить Демона отправиться на остров? Тяжело вздохнув он отправился в свой кабинет и настроил шар передач на замок графини Элиос.

Кане снился прекрасный сон, где она стояла на песчаном берегу чудесного острова, волны изумрудного океана ласково касались ее босых ног, а теплый ветер играл с длинными локонами волос. Она знала, что не одна, но без того, кто стоял за спиной, счастье девушки было бы не полным. Со счастливой улыбкой она стала оборачиваться, чтобы взглянуть на любимого, и в этот момент ее разбудил сигнал шара передач.

Пока натягивала легкий шелковый халат поверх ночной рубашки, она громко выругалась и несколько раз прокляла вызывающего (благо проклятья никогда не доходили до адресата, ввиду отсутствия у нее талантов к черной магии). Увидев растрепанного императора, у Каны вырвался полустон-полурык:

— Аэрон, гоблин тебя побери! Неужели ты даже во сне не можешь позволить мне уединиться с мужчиной? У тебя минута на то чтобы убедить меня оставить тебя в живых!

— Ох, милая Кана, ты как всегда приветлива. Если откроешь портал, то я с радостью восполню твою потерю — император позволил себе легкую иронию, но сейчас ситуация была слишком напряженной и собравшись он тихо попросил — А если серьезно, то кроме тебя мне сейчас никто не сможет помочь. Разговор слишком хм… конфиденциальный, давай поговорим в твоем замке, во дворце слишком много ушей.

— Сон досмотреть все равно не дашь, так ведь? Пойду открывать портал — Аэрона она любила. Не как возлюбленного или как императора, скорее как собственного ребенка. Он вырос на ее глазах. С его родителями графиня была очень дружна, не смотря на то что его отец делал ей недвусмысленные предложения. Но это было еще до его встречи с супругой. После, он понял, что значит истинная любовь, и прекратил свои попытки завоевать непокорную подданную.

Идя по галерее замка, Кана сетовала на тяжелую судьбу лучшего друга наглого императора, который даже во сне умудряется избавляться от недостойных столь прекрасной леди ухажеров:

— Вот ведь заноза! И что ему могло понадобиться в такое время? Хотя, что гадать, сейчас сам все расскажет — она открыла портал и тут же оказалась в объятиях красивого молодого мужчины, чуть старше тридцати лет.

Высокий, статный с короткими золотыми волосами и светло-голубыми глазами, напоминающими утреннее летнее небо и задорной мальчишеской улыбкой, которую никто кроме нее давно уже не видел. Император всегда должен быть вежлив и холоден, и единственная улыбка, которую он может позволить себе, это снисходительно-покровительственная. Но на то они и друзья, чтобы можно было забыть о правилах поведения в высоком обществе.

— Аэрон, если бы ты пришел днем, я бы сказала что рада тебя видеть, а сейчас выкладывай что случилось и проваливай. Я еще надеюсь, застать своего принца на том же месте где оставила — вопреки своим словам Кана обняла императора и нежно коснулась губами гладко выбритой щеки.

— Тогда перейду сразу к делу. Империя в большой опасности и я надеюсь на помощь Демона.

— Хоть бы раз что-нибудь новенькое сказал. Ладно, пошли в гостиную, расскажешь, что за напасть приключилась на этот раз.

Когда они устроились на удобных диванах с бокалами легкого вина, император подробно рассказал содержимое письма от правителя Морграна и поделился своим планом.

— То есть ты хочешь чтобы мы вдвоем отправились в логово зверя? Это невозможно! Я не позволю тебе так рисковать. Ты понимаешь, что произойдет, если ты не вернешься? У тебя нет наследников, ты ведь даже не женился еще! Ты подумал об империи?

— Как раз о ней я и думаю. Эти маги камня на камне не оставят, погибнут мирные жители. Мы пойдем без свиты, без оружия, и я попытаюсь доказать ему что власти Гардэна не имеют никакого отношения к происходящему. Мне нужно время чтобы найти тех предателей, которые так меня подставили, и выяснить что происходит. А срок ультиматума заканчивается завтра в полночь.

— Ты ведь все равно пойдешь? — вопрос был риторический и император только усмехнулся — Ладно, когда отправляемся на остров?

Улыбка Аэрона стала шире:

— Прямо сейчас! Днем мое отсутствие привлечет нежелательное внимание.

— А с чего ты взял, что правитель Морграна встретит тебя среди ночи с распростертыми объятиями?

— Надеюсь Силивен нас примет сразу, или будем ждать, пока он соизволит это сделать, я не вижу другого выхода.

— Ну что мне с тобой делать? — девушка поднялась со своего места и подойдя к императору ласково потрепала по волосам. Аэрон скривился, понимая, что она воспринимаю его как ребенка и ему это очень не нравилось. Ведь он, как когда то его отец, рассчитывал склонить Кану к более близким отношениям. Она проигнорировала недовольство венценосной особы и пошла к выходу из залы:

— Мне нужно переодеться и настроить портал, поднимайся пока в кабинет, а я приду, как только приведу себя в порядок.

Последовав совету Каны, император Велийский поднялся на второй этаж замка, и пошел по галерее к кабинету, через который и проник сюда ранее. Идя мимо картин, где была изображена возлюбленная, он не мог не засмотреться на произведения неизвестных художников. Везде она была разная, каждый мастер видел ее по-своему. Где-то маленькая наивная девочка, где-то роковая красавица, а некоторые и вовсе изображали грозную воительницу. Хотя, казалось, с такой милой внешностью изобразить ее настоящим воином невозможно, но мастеру удалось сохранить все черты ее совершенного лица и вложить в портрет силу опасного противника. К тому времени как Аэрон подошел к высокой двери, за которой скрывался кабинет девушки, Кана успела не только переодеться в свой костюм наемницы, но уже заканчивала настройку телепорта. Обернувшись, она увидела смущенное лицо императора:

— Ну и где тебя гоблин носил? Или уже передумал соваться в осиное гнездо?

— Эм… Хм… — щеки предательски покрылись румянцем, но Аэрон напомнил себе, кем собственно является, и грозным тоном, каким обычно общался с подданными продолжил — Графиня Элиос, не забывайте с кем имеете честь разговаривать! Все готово к телепорту? Тогда нечего хамить императору, вперед!

В ответ на эту тираду, Кана только фыркнула и подмигнула императору Гардэна, после чего закрывшись броней, шагнула в окно стационарного телепорта. Через несколько мгновений он последовал за ней, но картина, открывшаяся его взору, чуть не заставила позорно бежать, прихватив с собой девушку.

Их окружало целое войско. За те несколько мгновений, на которые Кана опередила императора, ее успели оттеснить от телепорта на приличное расстояние и сейчас целенаправленно пытались убить мечами и боевыми заклинаниями. Кана не сопротивлялась, просто стояла, подняв обе руки вверх и хотя под глубоким черным капюшоном невозможно было разглядеть ее лица, Аэрон знал, что она улыбается, глядя на эти безуспешные попытки. Не успел он подумать о том, почему Демон прикрывается только от самых болезненных ударов и не использует щит, как получил ответ. Свою круговую защиту она замкнула на нем. Негостеприимные аборигены, увидев второго гостя, кинулись к нему, но щит был надежный и ни оружие, ни магические заклинания не могли его пробить.

К сожалению, подобный щит требовал слишком больших затрат от мага наложившего его. К тому же, если щит накладывался на другого, заклинание истощало чародея в два раза быстрее. А если учесть что Кану атакуют со всех сторон, то долго девушка продержаться не могла.

— Я император Гардэна, Аэрон Велийский. Мы пришли без оружия, для мирных переговоров с правителем Морграна Силивеном — он не надеялся что они прекратят свои попытки уничтожить незваных гостей, но попытаться стоило.

И какого было его удивление, когда после этой речи все опустили оружие и отступили на несколько шагов. Когда император увидел Кану, его сердце сжалось от боли, и он уже готов был забыть о своих благих намерениях и поубивать каждого присутствующего голыми руками. О том, что ему это вряд ли под силу, он тогда не думал. Девушка стояла на четвереньках, и на землю, из-под капюшона, капала кровь. Благодаря прочной броне нападающие смертельные раны ей нанести не могли, но все свои силы она вложила в щит, чтобы защитить своего императора. Она сама истощила себя изнутри. К тому же прикрываться от атак ей просто было нечем, а от боли броня не спасала.

Щит начал колебаться и лопнул в тот момент, когда девушка без сознания упала на землю. У круговой защиты был один, но очень большой недостаток, пока он действует, охраняемый не может передвигаться. Как только щит пропал, император бросился к Кане и дрожащими руками попытался откинуть капюшон, но тонкая ручка с неожиданной силой обхватила запястье.

Глава 2

Осуществляются наши самые смелые мечты! Может, пора исполняться и несмелым?

(С.Лец)

Боль поглотила остатки сознания Каны и она провалилась в беспамятство. Правда, это удовольствие продлилось всего мгновение. Находясь в окружении врагов ее тело реагировало само. Защитная броня пропала, пока она была без сознания, поэтому девушка возблагодарила Творца, что вовремя пришла в себя. Аэрон попытался откинуть капюшон, чтобы взглянуть на нее.

"И чего он там не видел?" — недовольно подумала графиня.

— Совсем мозгов лишился? Если они узнают кто я, мне придется убить всех свидетелей. А это противоречит нашим мирным планам — голос был слабым и хриплым, но император проникся, уверенный, что Демон способен на многое, даже в таком плачевном состоянии.

Аэрон помог девушке подняться и когда они выпрямились, поняли причину, по которой все нападающие прекратили атаку. Правитель Морграна, Силивен, стоял перед ними. Его скрывал такой же плащ, какой был на Кане, не позволяя увидеть это существо, окруженное огромным количеством тайн и легенд.

— Император Аэрон, я не вижу своих учеников. А в письме я, кажется, ясно написал, что не буду вести переговоров до тех пор, пока все они не вернуться на остров — голос правителя был глубоким, но холодным. В нем чувствовалась сила, от чего холодок пробегал по спине.

— Позвольте не согласиться, правитель Силивен, в своем письме Вы сообщили, что примите ПОСОЛЬСТВО от империи только после возвращения студентов, поэтому я пришел с другом. Нам есть что обсудить, и я бы хотел как можно скорее поделиться с Вами информацией — Аэрон собрался и заставил себя вести конструктивный диалог.

— Ну что ж, если Ваш друг способен передвигаться самостоятельно, следуйте за мной — не дожидаясь ответа, Силивен развернулся, и пошел в одному ему известном направлении.

Кана понимала что сейчас не время для того чтобы жалеть себя любимую и закусив губу решила стойко вынести все испытания уготованные судьбой и вредным правителем.

— Пойдем, он от нас так просто не избавиться — с этими словами она бодрой походкой пьяного гнома засеменила за шагающим впереди правителем Морграна.

Аэрону ничего не оставалось кроме как последовать за ними. Правда он предложил понести графиню на руках, но услышав высокомерное "Надорвешься!" плюнул на свое благородство и пристроился рядом, как бы невзначай придерживая под локоть. Против такой помощи она не возражала, всерьез опасаясь рухнуть без сил посреди дороги.