Исповедь кардера

— Считай, что это наш ответ. Кстати, за козла ответишь, — он снова улыбнулся.

— Но ведь в Силиконовой долине только разработчики, при чем тут хакеры и кардеры?

— Это ты так думаешь. На самом деле все слегка иначе. Рядом с так называемой долиной есть небольшой городок миллионеров. Банковский счет каждого жителя этого городка насчитывает несколько миллионов долларов. Это как раз те, кто и создает нелегальные программы для правительства США.

— Ладно, допустим, все это я уяснил. А что требуется от нас?

— А от вас требуется как раз положить начало такому проекту в нашей стране.

— И где?

— В тайге. Большое количество лесов сильно играет нам на руку. Американские спутники не смогут отследить вашу физическую деятельность в этом районе.

— Но ведь там нет цивилизации, как прикажете отдыхать от трудов насущных?

— Поверь, твоей команде будут платить столько, что хватит отдыхать потом всю оставшуюся жизнь.

— Нефть нынче в цене поднялась? — усмехнулся я.

— Еще как. Да и не в ней дело. Хочешь услышать маленький секрет?

— Ага. До секретов я ой как охотлив.

— Тогда слушай. Американцы давным-давно запустили свои щупальца по всему миру, деньги нужны всем, поэтому им везде рады. Но 90-е годы слегка подкорректировали ситуацию. В нашем государстве также появилось множество подпольных миллиардеров, которые контролируют бизнес во многих странах. Если говорить о статистике, то Латинская Америка финансово зависит от нас, Европа раньше полностью зависела от Штатов, но последние сводки говорят о том, что сферы влияния на данный момент делятся примерно пятьдесят на пятьдесят. Мы начали влиять на Италию, Германию, отчасти на Францию, Штаты держат остальные страны. Большой ошибкой с их стороны была бомбардировка Сербии, теперь Балканы полностью наши. Даже не столько финансово, сколько духовно.

— Но ведь они наверняка знали, чем грозит им война с Сербией, зачем начали?

— Англичане, они во всем виноваты. Слышал о глобальном потеплении?

— Еще бы. Весь Рунет о нем гудит.

— Так вот это не выдумка. Климат действительно меняется, и вскоре англосакских островов просто не станет. Правительство Великобритании давно об этом знает и ищет пути отступления. На Балканах довольно приятный климат и при этом множество возвышенностей, что оберегает от затопления. Никогда не интересовался зарубежной недвижимостью?

— Куда мне. Стоит только выехать за границу, как Интерпол сразу припомнит все мои грехи.

— Тогда слушай дальше. Бомбардировка Балкан дала резкий спад цен на недвижимость, землю и уровень жизни. Сейчас англичане усиленно скупают там дома и квартиры. Болгария, Сербия, Черногория, их возвышенности уже на семьдесят процентов принадлежат англичанам. Теперь понимаешь? — Парень я неглупый. Понимаю.

— Как только появится хоть маленький признак опасности, британцы ринутся менять местожительства. Когда-то Индию подмяли, потом их оттуда выгнали, с Северной Америкой тоже не вышло. Но в Англии до сих пор находятся многие рычаги управления, пусть на данный момент они и делят их с новой империей, которой триста лет от роду.

— Но ведь в случае потопа, о котором ты говоришь, Балканы не признают их, они будут отщепенцами в православной стране.

— Согласен. Но деньги и связи им помогут. Не зря ведь они все делали руками США и сами почти не замарались.

— Теперь понятно. Бедный Милошевич.

— Ну не такой уж и бедный. Кстати, до сих пор жив и в здравии. Его смерть — большая подстава, говоря между нами.

— Да ладно?

— Серьезно. Это дело уже наших рук.

— Круто. Не ожидал.

— Еще бы, если бы ожидал, то грош цена нашим спецслужбам. Ладно. Вернемся к нашим баранам.

— Давай.

— Ты согласен начать?

— А куда мне деваться. Кстати, что по деньгам?

— По деньгам, думаю, даже ты будешь удивлен. По крайней мере с кардингом сможешь завязать навсегда.

— Ок. И когда мы приступаем?

— Я завтра в Москву улетаю, думаю, все решится в этот же день. Место под вас уже почти подготовлено, дальше медлить не стоит.

— Что мне говорить ребятам?

— Пусть пакуют вещички. Меньше чем через неделю выдвинетесь.

— Тайга — мой дом родной… — пропел я с иронией.

— Отныне именно так, — ответил Игорь на полном серьезе.

Письмо двадцать первое

Я позвонил Максу, Димке Дизайнеру и Сане Тормозу и вкратце описал им предстоящую работу. Услышав о внушительных гонорарах, ребята не раздумывая согласились. Потом позвонил Коле и сообщил ему о дальнейших планах.

— Ты с родителями уже говорил? — спросил я. Все-таки Нуб единственный из нас жил с родителями. Димка — студент и живет в общаге, Саня уже давно снимает отдельную квартиру, а Макс со своей спецификой тем более не может позволить себе жить рядом или вместе с родителями.

— Вкратце. Они, конечно, не особо рады, что я собрался неизвестно куда, но я поставил вопрос ребром: либо уезжаю с их согласия, либо без.

— Жестко. Но дело твое. Когда сможешь быть в Петербурге?

— Послезавтра. Сегодня пойду куплю билет на поезд, завтра в ночь выеду.

— Хорошо, скинь эсэмэску о прибытии, я тебя встречу.

— А мы в Питере будем работать? — спросил Николай.

— Не совсем. Как приедешь, я тебе все подробности расскажу. Пару деньков поживем у меня, потом выдвинемся дальше.

— А мы в стрип-клубы питерские пойдем?

— А тебе так сильно туда хочется? — улыбнулся я.

— Конечно, мне никогда в жизни еще так здорово не было.

— Эх как тебя зацепило! Ладно, на месте уже решим. Как билет возьмешь, сразу скидывай CMC. До связи.

— ББ, Изька.

Сделав все необходимые звонки, я начал думать о своих приготовлениях. Тайга не курорт, хотя смотря с какой стороны на это глядеть. Но все же, прожив последние восемь лет в мегаполисах, я не очень готов погрузиться в таежную романтику. Игорь Владимирович сказал, что все необходимое там уже есть, значит, надо взять только личные вещи. Байк придется оставлять здесь, или, может, подарить кому? Или продать? Хотя продать вряд ли выйдет. Времени и мороки куча, а выгода составит не более трех штук баксов. Значит, можно подарить или… Тут мне в голову пришла интересная мысль. А что, если одним выстрелом двух зайцев: и байк не просто так оставить, и Макса от преследователей избавить? Что бы ни говорил Игорь Владимирович, но Интерпол от Макса так просто не отстанет. Значит, надо сделать так, чтобы его не стало в живых. R. I. P, и все, нет человека, нет проблемы.

Мысль отличная, но я пока не представляю, как ее осуществить. Придется контакты искать в милиции, вот только где их взять. Я открыл ноутбук и вбил в поисковик фразу «инсценировка смерти». Гугл выдал кучу форумов и сайтов. Тут и кардерские форумы, видимо, я не один такой сообразительный. Выбрав парочку, я углубился в чтение.

Порядка двух часов изучения информации толком ничего не дали. Связи в милиции действительно необходимы, пусть и не на высоком уровне. Необходим хотя бы свой участковый и парочка его коллег плюс служащие морга. Ну с моргом можно и договориться, за небольшие деньги они и куклу в своих холодильниках могут подержать. А вот с правоохранительными органами все сложнее. Это в фильмах и прессе они все взяточники и бандиты, в моем же случае практика показывала обратное. Безусловно, в любом городе с постовым или патрульным можно легко договориться за сотню-другую, чтобы не составлять протокол, но для моей комбинации этого явно недостаточно. Хм, тупик? Или не тупик? Что же это я совсем исключаю из игры Игоря Владимировича? Вот у кого точно должны быть нужные связи. К тому же если дадут команду сверху, то и материальные расходы существенно сократятся. Еще мне понадобится трюкач. Его можно и на «Ленфильме» найти. В эпоху кризиса многие из них с удовольствием подработают на стороне.

Я взял мобильник.

— Игорь Владимирович, доброго времени суток вам.

— Привет, что случилось?

— Ничего. Почему что-то должно случиться?

— Ты мне никогда не звонил. А, зная твою аллергию на людей моей профессии, сдается мне, и не позвонишь. Выкладывай.

— Вы, как всегда, в самую точку. У меня тут идейка появилась. Помните, мы насчет Макса беседовали? Кажется, я придумал, как заставить Интерпол забыть о нем без лишних усилий на международной арене, так сказать, локально.

— Что за идея?

— Инсценировка гибели.

— Думаешь?

— Да, — последовал мой уверенный ответ.

— И каким образом ты это сделаешь?

— А у меня тут байк под окном стоит. Уже почти бесхозный, не в тайгу же мне его везти. Продать его времени нет, да и прибыль не та будет, думал сначала подарить кому-нибудь, но потом пришла мысль об инсценировке.

— От меня что требуется?

— Ваши связи в МВД.

— Ладно, дальше не рассказывай, я завтра в Петербурге буду, обсудим при личной встрече.

— Договорились, тогда до завтра.

— Да. И еще…

— Что? — поинтересовался я, держа палец на кнопке отключения вызова.

— Молодец, идея хорошая. Хвалю.

— Спасибо, служу, так сказать, Отечеству, — ухмыльнулся я.

— Ну да, ну да. Ладно, без меня ничего не предпринимай, до завтра.

Бросив телефон на стол, я вернулся к ноутбуку, открыл блокнот и начал делать наброски «гибели Макса».

Санкт-Петербург, проспект Большевиков. Среда, час ночи

Проспект Большевиков в Питере всегда был удобен для всякого рода гонок. Грех его сравнивать с КАДом, но длинная прямая дорога протяженностью в несколько километров отлично подходит для максимальной скорости на всякого рода авто- и мототехнике. Сегодняшняя ночь не стала исключением.

На светофоре, рыча моторами, стояли два японских спортбайка. Загорается зеленый, и они стремительно улетают в сторону улицы Дыбенко. Немногочисленные в столь поздний час прохожие с удивлением оглядываются на двух сумасшедших, пролетевших мимо. Некоторые автомобилисты решили также показать свою прыть и нагнать наглецов, но, как только скорость на спидометре достигала 200 километров в час, бросали это безуспешное занятие. Единственным, кто продолжал гонку с байками, отставая от них лишь на несколько сотен метров, был водитель машины ДПС. Вой сирены и свет мигалок сразу привлекли зевак, посему мало кто уловил момент, когда на огромной скорости байки максимально сблизились, после чего один из них улетел в заграждение.

При ударе о заградительную решетку, разделяющую движение на проспекте, мотоцикл взорвался, по воздуху разлетелись железные ошметки. Машина ДПС резко затормозила. Все взгляды были прикованы к тому, что осталось от мотоцикла, и никто не заметил, что от байка отлетело колесо и сшибло девчонку лет десяти. Она повалилась на асфальт. Прошло несколько секунд, прежде чем мать, не в силах поверить в случившееся, издала разрывающий душу крик: «Помогите!»

— Изя, ты видел? — Макс был белый как полотно.

— Да. Девочка оказалась совсем не к месту. Димка, иди разузнай, что и как.

Пока Димка прорывался сквозь толпу, обступившую лежащую без чувств девочку и рыдающую над ней мать, мы с Максом наблюдали, как гаишники оцепили место аварии, потушили байк и накрыли куклу брезентом. Через несколько минут на месте происшествия появились две скорые, одна для куклы, другая для девочки. Толпа сразу поредела. Вернулся мрачный Дима.

— Изь, беда. Там все совсем плохо, говорят, позвоночник сломан и голова сильно повреждена.

— Жить-то будет хоть? — спросил Макс.

— Не факт, наш гаишник с врачами общался, говорят, все очень серьезно.

— Блин, — сказал я, — хреново. Очень хреново. Одно дело — инсценировать гибель Макса, другое — убить при этом ребенка.

Я набрал Игоря Владимировича.

— Как все прошло? — Он снял трубку и задал вопрос, прежде чем я успел открыть рот.

— Каскадеры очень круто сработали, на большой скорости один перескочил к другому на байк, но у нас непредвиденные обстоятельства.

— Что случилось?

— Байк взорвался, отлетело колесо. Сбило десятилетнего ребенка. Что делать, Игорь? — я очень редко называл куратора по имени, но сейчас не до официоза.

— Ничего. Пока ничего. Завтра прилечу, все обговорим. Узнай, куда повезли ребенка. Он там один был?

— Она, Игорь. Это девочка. Была с матерью.

— Понял. Пусть гайцы отвезут вас в ту больницу, куда увезли девочку. Поговори с матерью, так, будто ты обычный прохожий, предложи помощь, деньги или что там потребуется. Заодно узнай подробности.

— Хорошо. До связи.

Я повернулся к ребятам:

— Все слышали?

— Да.