Юрий Корнеев

Инженер-лейтенант-2.

СВОЙ ПУТЬ

ГЛАВА 1

Летел я больше двух месяцев. С начала полета на меня накинулась скука. Вернее, не скука — тоска. До этого я всё время куда-то спешил, что-то делал. Не забывая посматривать по сторонам. А тут вдруг навалилось. Я наконец понял, что у меня больше ничего нет. Конечно, с одной стороны, я имел всё: деньги, корабль, знания и умения. Но у меня больше не было дома, семьи, друзей. У меня больше не было нормальной человеческой жизни. Хотя нормальной мою прежнюю жизнь мог назвать только я, но мне такая жизнь нравилась. Теперь её не существовало, и это сильно давило. Я бродил по кораблю и проклинал аграфов. И жалел себя. Всю первую неделю я провёл как в тумане. Хорошо, что пришлось в конце концов идти в рубку при выходе из гипера и совершении маневров при разгоне. Я хоть слегка встряхнулся. А потом понял — ещё одной такой недели я не выдержу. Пролежав сутки в медкапсуле, взял искин с фрегата и пошёл в мастерскую. Всё оставшееся время я пытался с ним разобраться. Я даже в одной из транзитных систем прошерстил все астероиды, собирая сырье для кристалла искина. Я смог изготовить кристалл — точную его копию. Но он был мёртвым. Кристалл из искина был живым, а мой — мёртвым. И как я ни бился, он не оживал. Не хотел работать, и всё. Но именно он меня и вытащил из омута тоски. Теперь я носился по кораблю и проклинал этот чёртов искин, этот чёртов кристалл и свою чёртову тупость. Два месяца я бился, но так и не смог ничего сделать. Я просто не понимал, что именно делаю не так. К счастью, перелёт закончился, а то я разнёс бы всю мастерскую. В систему с риготской станцией Кольм я входил уже нормальным человеком. Я был очень зол на аграфов. Да что там зол, я их просто ненавидел. Если бы в этот момент встретил их корабль — сжёг бы не раздумывая. Я поклялся им отомстить. Во мне клокотали злость, ненависть, недовольство собой, но не тоска. Слава богу, не тоска. И в самом деле — я молод, денег у меня полно, корабль замечательный, и самое главное — у меня есть знания и умения, которых нет ни у кого. А то, что искин мне не дался, так и чёрт с ним. Всё равно я его добью. Рано или поздно я буду создавать искины сам. И такие искины, каких и в Атлане делать не могли. Уж я этого добьюсь.

* * *

Наконец-то прилетел. Встал на рейде у станции и полез в галонет. В первую очередь нужно было арендовать ангар или док для корабля. Лучше, конечно, док. Мало ли что я надумаю переделать или улучшить в корабле. Связался с самой крупной риелторской компанией станции. Заказал им ещё и помещение под клинику. Все-таки я решил заняться медициной. Афра уже убрала с нейросети метку инженера. Теперь я имею метки медика шестого ранга и пилота пятого ранга. Остались метки изученных баз Торговля, Юрист и Экономика. Все по третий ранг. Светить свой шестой ранг этих баз я не собирался — не хотелось выделяться: это мне сейчас ни к чему. Поживу здесь годик или два тихо, как мышка. За это время искать меня, конечно, не перестанут, но ажиотаж, думаю, спадет. И уже тогда можно будет и попутешествовать по Содружеству. А то я только и делаю, что сижу на какой-нибудь станции. Или шарюсь в таких местах, куда нормального разумного не загонишь. Ведь, кроме дикого космоса, я практически ничего и не видел. Хотелось бы слетать в Центральные миры. Много о них слышал, но, как говорится, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Да и вообще Содружество огромно, и там есть что посмотреть. Сейчас у меня нет ни перед кем никаких обязательств, так что делаю что хочу и лечу куда хочу.

Док мне подобрали быстро. Да и что там подбирать — мне все равно, где он находится. Жить я там не собираюсь. А вот с помещением под клинику были проблемы. Как проблемы — нужно было смотреть самому. Предложений согласно моим требованиям было около десяти. И все надо было посмотреть. Договорился на завтра. Связался с фирмой, торгующей медтехникой. А вот здесь облом. Медкапсулы были только шестого поколения и ниже. Седьмое поколение только на заказ. Предложил встретиться и поговорить приватно на нейтральной территории. Договорились на вечер в ресторане «Звезда фронтира». Посмотрим, что за звезда такая. Загнал корабль в док и отправился искать гостиницу. Посмотрел схему станции и выбрал гостиницу в престижном секторе. Ориентировался по ценам. Практически самая дорогая. Были и дороже, но это уже в ВИП-секторе. Туда я не хочу — зачем лишний раз привлекать внимание к своей персоне. Ведь там наверняка всех постояльцев берет на карандаш СБ станции. А мне этого не надо. Да и моя гостиница была как раз рядом с кабаком, который «Звезда». Можно пешком прогуляться. Заодно и на район посмотрю.

Вызвал такси и поехал в отель. Заселился в полулюкс. Ничего так номерок — гостиная, спальня и кабинет. Какой же у них люкс? Но и цена соответствовала — аж две тысячи в сутки. Нехило. Я за док меньше плачу. А хотел не высовываться. Ну, да чего уж теперь. Поплескался в ванне, собрался и пошёл на встречу. Как раз поесть успею, а то сегодня только завтракал.

Едва успел поесть, как в мою кабинку просочился типчик. Глянув на него, сразу понял: будут у меня капсулы восьмого поколения. Даже эмоции считывать не надо, и так все понятно. Так и вышло. Договорились. Правда, пришлось подумать, как легализовать капсулы. Достать-то он их мог без труда. В Аратане, кстати. Но вот везти сам боялся. Решили, что он их погрузит на аратанский караван, а сам, вроде как не при делах, полетит с этим же караваном с другим товаром. А рассчитываться я буду с ним. Обещал всё привезти через месяц-полтора. На этом и расстались. Аванс, правда, с меня содрал, аж пятьдесят процентов. Но я следил за его эмоциями — кидать он меня вроде не собирался. То, что накрутил лишних процентов двадцать-тридцать, — это понятно, но тут уж ничего не поделаешь. Хочешь иметь эксклюзивный товар — плати. Так что я был не в обиде. После того как торгаш ушёл, я ещё часик посидел, послушал музыку и пошёл спать.

На следующий день занимался помещением под клинику. Полдня с риелтором осматривали разные помещения. На седьмом я остановился. Находилось оно в очень хорошем, престижном районе. Уже на следующем уровне находился ВИП-сектор. Совсем недалеко от лифта. А это будущие мои пациенты. Так что очень удобно и мне и им. Помещение было в два этажа. Раньше на первом этаже находился жутко дорогой магазин одежды, а на втором жили хозяева. Но после того как недалеко возник торгово-развлекательный комплекс, магазин стал нести убытки, и его закрыли. Меня это помещение полностью устраивало, несмотря даже на то что придётся хорошо вложиться в ремонт. Я сразу оплатил аренду за три года. Риелтор порекомендовал мне инженера-строителя. Его немедля вызвали. Как только он пришёл, я объяснил ему, чего я хочу, и мы заключили договор. Обещал всё сделать через декаду. Можно было бы на него и нажать, но я в общем-то не торопился. Всё равно оборудование подвезут не так скоро. Ему тоже заплатил аванс. После этого он умчался комплектовать бригаду техников и закупать материалы, а я пошёл прогуляться по станции. Обед уже пропустил, так что решил совместить его с ужином. Зашёл в ближайший ресторан и поел.

Потом решил прогуляться по рынку. Тут уж пришлось ехать на такси. Долго бродил по торговым рядам, но ничего интересного не увидел. Да и не для кого мне что-то покупать. А у меня всё было. Я ещё на станции «Консей-23» всё себе купил. В одном месте наткнулся на магазин артефактов. Ну и жулье: почти всё новодел. Правда, нашёл маскирующую накидку Джоре. Неплохая вещица, и главное, как раз в тему. Я ведь собирался отрабатывать ментальные навыки на выловленных бандитах, а при этом возможны и трупы. Их как-то надо вывозить — вот и пригодится накидочка. Надо бы ещё прикупить грузопассажирскую платформу. Не таскать же мне трупаков на плече. Ещё надо найти ближайший утилизатор и выяснить, что там с видеонаблюдением. Как бы не пришлось лезть в полицейский искин. Но это всё завтра, сегодня и так много сделал. И я пошёл в гостиницу.

* * *

На следующий день решил заняться регистрацией. Нужно было самому зарегистрироваться и зарегистрировать клинику. С самого утра отправился в администрацию станции. Зарегистрировали меня очень быстро. Спросили только — не думаю ли я получать гражданство королевства? Менять гражданство отказался. Вот ещё. При получении гражданства они будут меня очень серьёзно пробивать по всем каналам. А оно мне надо? Я и так сделаю себе гражданство, если захочу. Тем более, что пару дроидов-разведчиков я выпустил, как только вошёл в здание администрации. Управление полиции и СБ станции находились в этом же здании. Пока что я им дал задание взломать искин, отвечающий за видеонаблюдение. Ну а потом посмотрим.

Регистрация клиники тоже прошла довольно быстро, но уходить мне было ещё рано, так как дроиды ещё не взломали искин. Мне пришлось иногда подсказывать им, что и как делать. Все-таки это больше дроиды-диверсанты, чем дроиды-разведчики. Сломать они что угодно могут, а вот аккуратно взломать и подключиться — это уже с трудом. Хотя в Содружестве и таких не было. Имелись, конечно, дроиды-взломщики, но до моих им было — как до Пекина раком. Поэтому я зацепился языком с девушкой, которая проводила регистрацию клиники. Очень даже симпатичная девица. Пригласил её посидеть где-нибудь вечером и неожиданно получил отказ.

— Я бы с удовольствием с тобой куда-нибудь сходила, Колин, — сказала она, — но у меня жених. Он работает тут же, в администрации. Так что извини.

— Знаешь, Май, — мы уже успели познакомиться, — а бери-ка ты своего жениха с собой. Я на станции человек новый, поэтому буду очень рад знакомству с хорошими людьми. Только уговор — с тебя подружка. Я, конечно, не претендую на такую же красавицу, как ты, но если окажется хоть немного близко — буду просто счастлив.

— Договорились. А подружка у меня есть. Мы с ней вместе приехали на отработку после академии на станцию. Она и работает тоже тут, только в другом отделе. И живём мы с ней в одной квартире.

— Прекрасно. Только я не знаю, куда вас вести. Я здесь был только в «Звезде фронтира», но как-то там не очень. Слишком чопорно. Поужинать там можно, а вот повеселиться уже нет. Выбери сама что-нибудь.

— Хорошо. Тогда встречаемся здесь, на площади, возле фонтана в восемь. Нам с подружкой надо будет заскочить домой переодеться. Мы тут рядом живём.

— Ну тогда до вечера.

И я ушел. К искину я уже подключился. Кодов доступа менять не стал. Просто сделал свои коды приоритетными. Правда, временно. Буду уезжать со станции — всё аннулирую. Конечно, заметить никто ничего не сможет, ну а вдруг попадется кто-то очень умный. А к главному полицейскому искину я решил не лезть. Не то чтобы чего-то опасался, но вот просто решил, и всё. Буду вести законопослушный образ жизни. Ну почти.

Пошёл в гостиницу. Засел в номере и стал по схеме станции искать ближайший к дому утилизатор. Потом искал камеры, которые просматривали сам утилизатор и путь к нему. Хотел наиболее оптимальный, чтобы на патруль не нарваться. По ночам он, бывает, шастает. Правда, по спокойным районам, — ну так у меня как раз такой и есть. Всё, я готов. Хотя ни клиники, ни оборудования ещё нет, но это не суть важно. Да, ещё платформу купить. Её можно будет потом забрать с собой. Только брать надо хорошую, не ниже седьмого поколения, а то тут на чём только не гоняют. Я видел даже третьего поколения. Это сколько же ей лет? Её ещё до войны с архами выпустили. И задолго. Может, на консервации была? Стояла на каком-нибудь забытом складе, а её откопали и теперь используют. Все может быть.

Сходил пообедал в ресторане гостиницы, потом прогулялся к своему дому. Работа кипела. Немного посмотрел и ушёл, чтобы не мешать людям. Пошёл в номер и завалился на диван. Дал команду Афре разбудить меня в семь и уснул.

К восьми подошёл к площади. Простоял минут пять. Не успел даже разозлиться, как появилась Май с подружкой и каким-то парнем, видно женихом. А паренёк-то имеет выправку, как у вояк. Наверняка или полицейский, или эсбэшник. Вот так жених. Надо быть поаккуратней, а то ляпну что-нибудь не то — придётся мне и отсюда ноги делать. А подружка хороша! Даже получше Май будет. Это я удачно к ним зашёл. Ещё одна причина не пить сегодня. Во всяком случае, как можно умеренней. И за языком следить.

Познакомились. Подружку звали Рина, а жениха — Рик. Потом они меня повели в какой-то их любимый ресторан. Это оказался ресторанчик в развлекательном центре, недалеко от моего дома и гостиницы. Ресторан находился в сквере. Правда, они его называли садом, но никаких фруктов я на деревьях не увидел. Оказалось, что фрукты уже сошли, и теперь сад зацветёт только через несколько месяцев. Посмотрим. Ресторан стоял на берегу узенькой речки. Красиво, конечно. Но в нашем сквере мне нравилось больше. Ничего, привыкну — и здесь всё будет нравиться. Сели за столик на веранде и сделали заказ. Поужинали и сидели болтали. Я, конечно, распушил хвост перед девчонками, особенно перед Риной — Май-то занята. В планах у меня было затащить сегодня Рину в постель. Особо она не поддавалась, но ничего, время у меня ещё есть. Когда девицы ушли попудрить носик, на меня насел Рик. Ну, этого я и ожидал.

— Колин, а как ты попал к нам на станцию? — заговорил он.

— Понимаешь ли, наша республика в очередной раз что-то не поделила с Конфедерацией Сильмэ, и назревала крупная буча. Я как узнал об этом, обменял транспортник, оставшийся от отца, на крейсер и рванул из зоны республики. Я ведь медик и пилот, так что меня могли загрести как ополченца во флот. А подставлять свою голову непонятно за что — дураков нет. А куда лететь, мне было всё равно. Но в Арвар или Аратан лететь не хотелось — они постоянно собачатся друг с другом. В конфедерацию мне дороги нет. А ещё от отца я узнал, что Ригот не воюет уже несколько столетий и не собирается ни с кем воевать. Это меня вполне устраивает. Так я и оказался здесь.

— А кем были твои родители?

— Простые торговцы. Правда, весьма успешные. К сожалению, они погибли в одном из рейсов. Попали в пиратскую засаду. Я тоже должен был стать торговцем. В нашем роду уже тридцать поколений торговцев, но не срослось. Я всегда мечтал о медицине, но отец и слышать об этом не хотел. А после их гибели я ушёл из торгового училища, поменял нейросеть и стал изучать медицину. И вот теперь я медик шестого ранга. Я даже в клинике успел поработать. Но случилось то, что случилось. И вот я здесь. Я даже рад этому. Открою свою клинику и буду лечить людей. Тем более, что мне это нравится.

— Но всё-таки то, что ты сбежал в трудный для твоей страны момент, — как-то это не очень.

— У республики с конфедерацией постоянно такие трудные моменты. А мне за то, что наша или их корпорация не смогла отжать у них или у нас кучку астероидов, воевать не хочется. Корпоранты будут сидеть в своих кабинетах в столицах, а я, значит, должен идти под пули? Ну уж нет, не бывать этому.

— Ты знаешь, мы в королевстве относимся к патриотизму более серьёзно.

— Это как?

— Ну, если возникнет необходимость, то я, например, отдам жизнь за короля и королевство.

— Вон оно как. Я тебе так скажу, Рик: если возникнет такая необходимость, я тоже пойду в первых рядах защищать короля и королевство.

— Не понял.

— А чего тут непонятного? Королевство не воевало несколько столетий и не собирается воевать столько же. И ты об этом прекрасно знаешь. И всё равно трындишь мне про то, что жизнь отдашь. Ещё ударь себя в грудь и прокричи: в первых рядах, всех порвём, королевство или смерть. Смешно. Так и я тоже могу языком болтать.

— Но я серьёзно.

— И я серьёзно. А вообще я считаю, что патриотизм — это когда каждый занимается своим делом честно и добросовестно. Девочки вон очень хорошо работают в администрации. Май так быстро зарегистрировала мою клинику, что я даже удивился. Рина наверняка тоже добросовестно работает. Я собираюсь приложить все свои силы для лечения людей. Вот мы настоящие патриоты. Если так будут поступать все, то и воевать не придётся. А вашего короля и всех его предков я очень уважаю. Не ввязываться несколько столетий в войны — это надо суметь. Это сколько они людей сберегли? Вам надо в каждом городе им памятники ставить.

Рик аж расцвел. Ну хоть в чём-то я ему смог угодить. Тут вернувшиеся девушки потребовали прекращения болтовни и потащили нас танцевать. Ну и прекрасно, а то ведь я мог и послать этого эсбэшного болтуна. Дальше мы танцевали, пили вино, вели ни к чему не обязывающие разговоры. Потом девушки потребовали продолжения веселья, и мы переместились в ночной клуб, в этом же развлекательном центре. Закончилось всё так, как и должно было закончиться. Проснулся я у себя в номере и, конечно, не один. В моей постели, соблазнительно разметавшись, посапывала Рина. Сдержаться я, конечно, не смог и стал, так сказать, приставать к ней с интересными намерениями. Она эти намерения полностью поддержала, и мы ещё на полчаса выпали из реальности. Потом она быстренько собралась и умчалась на работу. Даже завтракать не стала. Лишь предупредила, что ждёт меня вечером в гости. Ну а я завалился спать дальше. Потом, позавтракав, занялся покупкой грузопассажирской платформы, и уже через час платформа стояла на стоянке у гостиницы. Надо было идти в торговый центр и прикупить что-нибудь на вечер. Решил взять каких-нибудь сладостей и того вина, что мы пили вчера вечером. Хотелось Рину чем-то порадовать. Она мне в принципе понравилась. Девушка только какая-то закрепощённая. Сексом занимается как-то чопорно, что ли. Я бы даже сказал, добропорядочно. Только иногда она раскрепощалась, и в нёй появлялся огонь. Ну ничего, потенциал есть, а огонь я в ней разожгу. Уж постараюсь.

Сначала сходил и проверил своё помещение. Всё было в порядке, работы продвигались довольно интенсивно. Потом погулял по саду, пообедал в ресторане у реки, сделал покупки и пошёл в гостиницу. Под вечер связался с Риной и пошёл к ней. Жили они с Май недалеко от административного комплекса. Очень удобно — до работы пара минут пешком. И квартира была неплохой. Поменьше чем у меня, но тоже три комнаты — гостиная и две спальни. Как сказала Рина, сначала была одна спальня и кабинет, но они переделали кабинет в спальню. Хотя как переделали — вытащили стол и кресла и установили кровать и шкаф. Как раз эту комнату Рина и занимала. Кухни не было вообще: кухонный синтезатор стоял в гостиной. Поужинали, выпили вина, поболтали, и мы с Риной потихоньку свинтили к ней в спальню. Этой ночью Рина была более раскована и не сдерживала себя. Наверное, в гостинице её сама казенная обстановка стесняла. Угомонились мы только поздно ночью. Утром, пока Рина плескалась в ванне, я сидел в гостиной и пил сок, ожидая своей очереди в ванную. В гостиную зашла Май.

— Слушай, чем вы там занимались всю ночь? — спросила она. — Ринка так орала, что спать было просто невозможно.

— Зашла бы и посмотрела. Мы бы тебя гнать не стали. А чего она орала — это ты у неё спроси.

— Ну ты скажешь тоже — зайди и посмотри. Как я могу.

— Как-как. Ногами.

Тут ванна освободилась, и я туда нырнул. Когда вышел, девчонки о чём-то увлечённо шептались и хихикали.

— Так, девушки. Вам пора на работу, да и мне надо посмотреть, как идёт ремонт клиники. Рина, проводи меня.

Возле дверей я поцеловал Рину и пригласил её вечером к себе. Но она категорически отказалась. Мол, негоже порядочной девушке шастать ночами по гостиницам. А вот меня она сегодня вечером ждёт у себя. Странная какая-то, к мужику пойти ей её порядочность не позволяет, а вот если мужик придёт к ней — тут её порядочность будет молчать. Ну и ладно, мне-то какая разница.

В клинику я, естественно, не пошёл, а пошёл в гостиницу — спать. День прошёл в обычной суете, а вечером я с вином и сладостями был опять у дверей Рины. Ужин из дежурных блюд. Вот ведь девчонки, а едят черт-те что. Научились бы готовить, что ли. Надо будет подарить Рине базу знаний по кулинарии. Готовить, как Лин, она всё равно не будет, для этого талант нужен, но хоть как-то научится. А то что забито в меню синтезатора — то и едят. Им, может, и всё равно, а мой желудок скоро протестовать начнёт. А вообще-то надо самому выучить базу по кулинарии. У меня это много времени не займёт, а пригодиться может здорово. Так и сделаю.

После ужина особо не рассиживались, часик поболтали — и мы с Риной ушли в спальню. А часа через два к нам просочилась Май. Как-то незаметно зашла, хотя в тот момент мы и не могли что-нибудь заметить, и устроилась с краю кровати. Первой её заметила Рина — она была как раз сверху.

— Май, ты что здесь делаешь? — с удивлением спросила она.

— Да вот зашла узнать, отчего ты так кричишь, — стуча зубами, ответила та.

— Так, Рина, слезай, — вклинился я, пока у них до ругани не дошло, — и кладём Май между нами, а то её всю трясёт.

Обняв её правой рукой, перетащил через себя и уложил между нами. Когда она перелезала через меня, её затрясло ещё сильней. Рина тут же начала её успокаивать, что-то шепча и поглаживая. Вот ведь только что готова была в волосы вцепиться, а уже шепчет что-то ласковое. Прошло несколько минут, и всё закрутилось. Поначалу девчонки немного стеснялись друг друга, а потом им стало не до этого. Угомонились мы только под утро. Утром не выспавшиеся, с красными глазами, они умчались на службу, а я пошёл в гостиницу отсыпаться.

* * *

Так дни и проходили. Ночами очень интересно, а днем я маялся от безделья. Но наконец клиника и моя квартира были готовы. Я обставил квартиру мебелью, купил кухонный синтезатор, правда, только седьмого поколения. Как я ругал себя, что не прихватил со старой, арварской, квартиры кухонный синтезатор. Ведь все свои приготовленные блюда Лин забивала в меню. Правда, он был не моим, а хозяина квартиры, но я и так оставил ему три дорогущие медкапсулы. Так что он был бы не в обиде. Зато как бы этот синтезатор мне пригодился сейчас. А базы по кулинарии я всё-таки купил. Себе — шестого ранга и девчонкам — пятого. Они и пятый незнамо когда освоят. Пришлось брать базу и для Май. Хоть она и была чужая невеста, но спал-то с ней я. Женишка своего она к себе не подпускала. Так тут было принято — только после свадьбы. А вот в квартиру мою они идти ночевать отказались. Вернее, отказалась Май, мотивируя тем, что Рик может узнать, а Рина не захотела оставлять подружку одну. Вот так и получилось, что, имея свою квартиру, ночевал я в чужой. В свою ходил только отсыпаться.

Медкапсулы у меня не было, так что приходилось восстанавливаться естественным образом. Но так мне даже больше нравилось. Правда, иногда я пользовался капсулой своего корабля, так как опять стал биться с искином. И искин эту битву выигрывал. К сожалению. Но надежды я не терял: когда-нибудь этот чёртов кристалл у меня всё равно оживёт. И наконец пришло оборудование к моей клинике. Всё, как и договаривались, восьмого поколения. Я расплатился с торгашом и занялся монтажом. Пять медкапсул я установил в процедурным зале и одну в небольшой, скрытой комнате. Вход туда был из процедурки. Дверь я спрятал за шкафом с мединструментом. Эта капсула предназначалась для моих экспериментов. Ведь я собирался поработать с внутренними органами своих подопытных, а это для них ничем хорошим не кончится. Вот и буду сначала калечить, а потом лечить.

Потом дал объявление в местном галонете об открытии клиники. Цены указал процентов на тридцать выше, чем в других клиниках станции. А на некоторые процедуры, например пластика лица и фигуры, — на все пятьдесят. Особый наплыв пациентов мне не нужен — всё-таки клинику я открывал как прикрытие для своих экспериментов.

Каково же было моё удивление, когда уже на второй день со мной связались и заказали пластику и лица и фигуры. Оказалось, что это один из высоких чинов станции решил проапгрейдить свою любовницу. В другую клинику он не пошёл из опасения разоблачения: местные-то его хорошо знали и могли заложить жене. А я человек на станции новый, тем более иностранец. Вот он и поддался на уговоры любовницы. Ну я его под протокол заверил, что от меня никто и никогда ничего не узнает. Из его подружки я сделал такую конфетку, что он на радостях заплатил чуть ли не вдвое запрошенной суммы. А её чуть ли не в моей клинике пытался разложить. Правда, я чуть-чуть этому посодействовал, усилив нужные эмоции. Зато теперь среди высших чинов администрации станции у меня есть благодарный почитатель.

Потом молодые ребята притащили своего друга со сломанными рёбрами и раздробленной рукой. Ребята оказались из золотой молодёжи — они устроили гонки на платформах, и один из них не вписался в поворот. Его я привёл в порядок за пару суток. Им я тоже под протокол обещал держать язык за зубами. Но они сами и проболтались, когда на них начали давить родители потерпевшего, так что уже через несколько часов эти самые родители уже сидели у меня в приёмной. Я их успокоил, напоил хорошим дорогим вином и обещал сделать их сыночка лучше, чем он был. Вот так я и начал понемногу обрастать клиентами.

Ночевать у девчонок я практически перестал — так, пару раз в декаду, и всё. Объяснил это тем, что клиника работает круглые сутки, и мне необходимо всегда находиться на рабочем месте. Правда, это было не совсем так. Прежде чем везти ко мне больного, со мной сначала связывались и уж потом везли. Но надо же мне было как-то объяснить своё нежелание оставаться у них на ночь. Терять-то их я не хотел. А по ночам мне надо было вылавливать подопытных среди бандитов станции и проводить эксперименты. Первого подопытного я выловил, кстати, в первую же ночь после монтажа оборудования. Вернее, это он меня выловил, на свою голову. Я просто спустился на грузовом лифте на своей платформе на один из нижних уровней, оставил платформу в незаметном закутке, а сам пошёл прогуляться. И практически сразу получил выстрел из станера, и ко мне подошли три мордоворота. Двоим я свернул шею, а третьего забрал, подогнав платформу. Забросил его в грузовой отсек, накрыл маскировочной накидкой Джоре и отвёз в клинику. Так что работать я стал с первого же дня открытия клиники. Правда, первый подопытный у меня и дня не продержался — помер. Я даже пожалел, что не притащил и его дружков. Пришлось на следующую ночь опять идти на охоту. Всё повторилось зеркально. Но с этим подопытным я был уже более осторожен. Я решил научиться лечить внутренние органы у человека, и не только органы, а и кровеносную систему и нервные окончания — короче, всё, что в человеке есть, я должен был научиться лечить с помощью пси-техник. И не просто лечить, а почти мгновенно восстанавливать. Всё это я хотел применить потом к себе. Но сначала надо было научиться делать это на других.

Это была не просто моя блажь. Я прекрасно помнил, что атланские псионы высокого уровня жили больше тысячи лет, а некоторые и по две, и по три тысячи. И не потому что у них были такие замечательные медкапсулы. Капсулы были у всех, а жили все по четыреста-пятьсот лет. Высокоуровневые же псионы содержали свой организм в здоровом состоянии сами, автоматически. Они просто закрепляли состояние своего организма в своём сознании, и оно уже само, при необходимости, исправляло любое отклонение от эталона. Но для этого надо знать, как исправлять. Знать и уметь. И довести это умение до автоматизма. А уж потом закреплять это всё в сознании. Закрепить это знание и умение на подкорке мозга мне обещала помочь Афра. Но до этого мне ещё работать и работать.

Так что к девчонкам я ходил теперь пару раз в декаду. Правда, они ко мне заскакивали после работы практически каждый день, но ночевать уходили к себе. Меня это вполне устраивало. Правда, это должно было закончиться через пять месяцев — у Рика заканчивался контракт, и он должен был улететь в метрополию. Вот тогда они могли и переехать ко мне. Во всяком случае, обещали подумать. Но я думаю, до этого не дойдёт. Май побоится, что кто-нибудь её сдаст Рику. Надо будет как-нибудь аккуратно подвести её к этой мысли. Зачем мне две любопытные девицы в доме? Как я буду подопытных вылавливать? Работать-то с ними я мог и на расстоянии. И капсулой я управлял на расстоянии через нейросеть. А вот привозить и увозить подопытных при них я бы не смог. Ладно, придумал бы что-нибудь.

* * *

Так прошло несколько месяцев. Рик улетел. Девчонки ко мне так и не переехали. Мы продолжали встречаться, как и раньше. Правда, Май теперь была намного раскованней и спокойней. По жизни, а не в постели. В постели она как раз была первой заводилой. Я тоже многого добился в своих экспериментах. Теперь я мог как покалечить человека, так и вылечить его почти мгновенно. Вернее, покалечить мог мгновенно, а вот на лечение требовалось время. Немного, но требовалось. И всё это на расстоянии. Но к выращиванию конечностей я ещё не приступал. А о работе с мозгом я ещё даже и не задумывался. Знаний на эту тему у меня, к сожалению, не хватало. Изучать по этой тематике базы Содружества смысла не было — это мне ничего не дало бы. Думаю, у Жука есть базы знаний на эту тему, так что когда соберусь к нему лететь, захвачу какую-нибудь пиратскую посудину, упакую пиратов, а по прилете помещу их в криокапсулы. И будут у меня подопытные. Вот тогда и попробую разобраться с человеческим мозгом. Но думаю, что это будет ещё не так скоро. А с конечностями начну заниматься через пару месяцев, когда девчонки улетят. Да, они собираются улетать. Контракт заканчивается, и они летят на столичную планету в распоряжение министерства кадров королевства. Они ведь государственные служащие и служить будут там, куда их пошлют. Нет, конечно, им на выбор дадут несколько вариантов, но и только. Май проще — она поедет к жениху. Он сейчас служит на одной из планет королевства. Но это уже их проблемы. Мне же придется искать новую подружку. А это уже моя проблема, но легко решаемая. Только надо будет сначала с выращиванием конечностей разобраться. Кровищи будет ужас сколько. Ведь прежде чем вырастить конечность, её надо отрезать. Поэтому я и оттягивал этот момент: слишком уж не хотелось в крови возиться. Но сколько ни оттягивай, а придётся.

С пациентами, на удивление, у меня было всё в порядке. Клиника никогда не пустовала. Особенно много было желающих сделать пластику. Видно, любовница того чинуши не утерпела и растрепалась подружкам. А те уже своим подругам, а те своим. Так что прибыль клиника приносила довольно солидную. Никак этого не ожидал. С одной стороны, даже приятно. Всё-таки зарабатывал деньги своим трудом и умением. Раньше-то я только отбирал. Даже когда был наёмником, в основном все деньги были от трофеев. А сейчас все они были честно заработаны. Но с другой стороны, из-за наплыва пациентов у меня всё меньше времени оставалось на эксперименты. И ведь не откажешь никому. Приходили или жены, или дочки, или любовницы руководства станции, или богатейших и поэтому очень влиятельных людей. Мне даже рейтинг безопасности повысили до пяти единиц, несмотря на то что я иностранец. Это было большой редкостью. Во всяком случае, на этой станции такое наблюдалось впервые. Хотя мне-то было до лампочки. Я и сам уже мог повысить себе рейтинг. Дорожку к искину станции я уже протоптал благодаря своим дроидам-диверсантам. Под свой контроль я его не брал, ни к чему мне это, а вот подключиться мог в любой момент — приоритетные коды у меня были. Так что когда буду улетать со станции, сделаю себе рейтинг в восемь или девять единиц. И главное, всё законно.

А всё делалось очень просто. Рейтинг по представлению руководства станции повышает именно искин станции. Потом он посылает своё решение на утверждение в метрополию. А утверждает опять же искин. И делает это практически автоматом. Во всяком случае, отказов в утверждении ещё никогда не было. Вот так. Так что в Центральные миры Содружества меня теперь пустят. Правда, когда я туда соберусь, ещё не знаю, но то, что обязательно слетаю, знаю твёрдо. Да, я уже начинал подумывать покинуть станцию. Не сейчас, конечно. Ещё слишком много не сделано из запланированного. Но уже чувствовал: ещё полгода, год — и я не смогу здесь оставаться. Не потому что кто-то будет меня преследовать — слишком хорошо я замаскировался, а потому, что мне здесь всё настолько осточертеет, что и глупостей могу натворить. Слишком я привык за последнее время мотаться по космосу, и на одном месте мне теперь никогда не усидеть. Всё, как я и предполагал когда-то. Выдержать ещё хотя бы годик. К тому времени обо мне практически забудут, и я смогу путешествовать по Содружеству спокойно. Относительно, конечно.

А в голову своим подопытным я залезть всё-таки попытался. Правда, без толку. Ничего не получалось. Мог спокойно залезть в нейросеть и просмотреть любые файлы, но на хрена мне это? Можно было, конечно, считать коды банковских счетов и опустошить их, но денег у меня и так хватает. Нужно-то мне было совсем другое — научиться считывать хотя бы верхний слой мыслей. Нет, ярко выраженные мысли во время эмоционального подъема я считать, конечно, мог, но не всегда же человек кипит от злости или, наоборот, прыгает от радости. Залезть глубже я и не пытался. Хотя, думаю, и это возможно. Ведь пытался залезть мне в голову когда-то псион клана Кошот. То, что со мной у него ничего не получилось, ни о чём не говорит. С другими-то наверняка получалось, поэтому он и разозлился так. А раз может он, то я тем более смогу. Я намного сильнее его. Мне бы ещё умений. Был бы я на базе — Жук, я думаю, меня бы поднатаскал. Да и базы у него наверняка есть. Хотя бы какие-нибудь простенькие, на уровне их начальной школы, но именно по ментальным практикам. Мне бы только показали направление, а дальше я уже сам. А то тычусь, как слепой котёнок. Хотя эта зараза Афра считает, что так и должно быть. И что именно это поможет мне быстрее повысить свой уровень ментоактивности. Ну ничего, провожу девчонок — и займусь этим вопросом серьёзно, а не урывками, как сейчас.

* * *

Так и жил. Прошло два месяца, и вот мы сидим втроём в ресторане. Устроили, так сказать, проводы. Девушки грустные, да и мне не шибко весело. Хуже всего Рине. Май отправится, в конце концов, к жениху. А вот Рина поедет куда пошлют. Она бы, конечно, осталась со мной, предложи я это, но делать этого я не стану. Потому что это означает помолвку, а потом и женитьбу. Иначе её не оставят. Но брать на себя такой груз ответственности я не хочу — один раз уже обжёгся. Я до сих пор не знаю, как там мои бывшие наложницы. По идее ничего плохого с ними произойти не должно. Но от этих аграфских сволочей всего можно ожидать. Подставлять ещё и Рину не хочется. Да и жениться, чего уж тут душой кривить, желания тоже нет. Вот и сидим как на похоронах.

— Девочки, хватит вам грустить. Мы расстаёмся, и это, конечно, плохо. Но впереди целая жизнь. И всё у вас будет хорошо, и будете вы ещё счастливы. А связывать свою жизнь со мной не имеет смысла. Я ведь непоседа. Поживу здесь год-два — и сорвусь куда-нибудь. Даже и не знаю ещё куда. А вам нужен дом, семья, дети. И всё это у вас будет.

Так и уговаривал их весь вечер. Как будто им одним тяжело. Мне тоже расставаться не хочется. Но ведь и они и я знали, что этот день настанет.

Ночевали у меня. Спать не пришлось совсем. А утром я проводил их до корабля. На прощание подарил купленные заранее в ювелирном магазине жутко дорогие кулоны. Каждый по полсотни тысяч кредитов. Правда, предварительно узнал у продавца, не означает ли такой подарок чего-нибудь эдакого, типа приглашения под венец. А то прецедент уже был. Но нет, в Риготе это просто подарок. Хоть это их немного взбодрило. Попрощались, и они улетели. Вернуться, правда, не обещали. Ну и ладно.

А я знал один очень хороший способ взбодриться — работа. С месяц я работал по двадцать часов в сутки. И в клинике, и в доке с искином, и в своей лаборатории с подопытными. Отращивать конечности я научился. Отрастил пару пальцев, кисть руки, стопу ноги и забросил это дело. Принцип я понял, так что если придётся это делать, то смогу наверняка. А доводить до автоматизма не хотелось — слишком уж грязное это дело. Убирали, естественно, дроиды, но всё равно противно.

А потом произошёл прорыв. У меня наконец получилось залезть в чужую голову. И всё произошло совершенно случайно. В клинику пришла дамочка, жена какого-то очень крутого бизнесмена, на пластику. Было ей под сотню лет, но выглядела она просто сногсшибательно. Чего ей ещё улучшать? Но, как говорится, любой каприз за ваши деньги. Она объяснила, чего именно она хочет. Я, глядя в её блудливые глаза, внимательно слушал и одновременно как бы видел её мысли. Именно видел, образами. Видел, что я её очень заинтересовал, и что она со мной обязательно покувыркается, и даже как это всё будет происходить. Да… Такого и я не могу. Придется брать у неё уроки.

— Мадам, все процедуры закончатся к вечеру, — выслушав все её пожелания, сказал я. — Что передать вашему мужу? Когда за вами приезжать? Вечером или утром?

— Завтра после обеда, — ответила она, залезая в капсулу.

Я закрыл капсулу и вышел в приемную. Там сидел и пил вино её муж. Я объяснил ему, что работы много, но завтра часам к двум-трем постараюсь закончить. К этому времени ему и надо подъехать. Когда он ушёл, я сел за стол и задумался. Получается, я смог прочитать мысли у этой дамочки. И размышляла она совершенно спокойно — можно сказать, планируя свои дальнейшие действия. То есть никакого эмоционального взрыва не было. Значит, я это сделал! Смог залезть в чужую голову. А почему раньше не мог? И тут до меня дошло. Я пытался влезть в голову людям, которые находились без сознания. Ведь все мои подопытные были мной сначала основательно вырублены, а потом находились без сознания в капсуле. Я прошёл в процедурный зал и попытался покопаться в мозгах у лежащей в капсуле дамочки. Не тут-то было! Глухая стена. Что и требовалось доказать.

— Афра, ты знала?

— Конечно.

— Почему же ты мне ничего не сказала, зараза ты такая? Я столько времени потерял.

— Почему-почему… Потому. Сообразил же? Я тебе сколько твердила: тренируйся на людях на станции. А ты упёрся в своих подопытных и слушать меня не желал. Видите ли, нехорошо на живых людях тренироваться, а это уже, считай, покойники, на них можно. И кто тебе виноват? Кто тебе теперь злобный буратино?

— Да, уела. Но ведь можно же было как-то аккуратно подсказать.

— Знаешь, какой у тебя сейчас уровень ментоактивности? Шесть и четыре десятых. Вот так-то.

— Ни хрена себе. Это как?

— А вот так. А ты всё: подскажи да подскажи. Если бы я тебе подсказывала, то и сидел бы до сих пор с пятерочкой.

— Понял. Извини, погорячился.

— То-то же.

— Ладно, потом договорим. Надо дамочкой заняться.

И я до самого вечера вкалывал. Капсула была с кибер-хирургом, но, учитывая нестандартные пожелания дамочки, пришлось постоянно контролировать его работу. Одновременно с этим я обдумывал то, что произошло. Теперь я мог считывать кое-какие мысли у людей. Нужно ли мне это? В общем-то не особенно. Ну зачем мне знать, о чём думают окружающие меня люди? Тем более, что это всё равно верхний слой мыслей. То есть то, что они хотят сделать в настоящий момент времени. Конечно, это может иногда пригодиться, но постоянно торчать в чужих головах не будешь. Пользу мне это умение принести может, но и без него я чувствовал себя достаточно уверенно. А вот то, что постоянное напряжение ума, постоянные тренировки, успехи и даже неудачи в опытах повышают уровень моей ментоактивности — это замечательно. В принципе я крутым мозгокрутом становиться и не собирался. Это меня никогда не интересовало. А вот то, что повышение уровня ментоактивности повысит мои инженерные возможности, — вот это как раз здорово. Как только разберусь с дамочкой, пойду в свой док и поработаю с искином. Может, и тут сдвинется с мёртвой точки? Вот это был бы настоящий подарок.

Вечером я поднял дамочку. Покрутившись у зеркала, она осталась довольна. После душа я ей выдал свой халат, и мы отправились ко мне ужинать. А вот после ужина она дала жару. Я и в самом деле многое почерпнул из нашего, так сказать, общения. Общались мы, с небольшим перерывом на сон, до полудня. Потом я её положил в камеру и уселся в приёмной ожидать её мужа. После того как он пришёл, разбудил её и под восхищенные восклицания обоих супругов выпроводил. Кстати, как звать дамочку, я так и не узнал. Ну и ладно, вряд ли мы когда-нибудь ещё встретимся. А потом я наконец пошёл спать.

* * *

Утром я помчался в док и занялся искином. Я был уверен, что и здесь должен быть прорыв. И в самом деле — кристалл ожил. Слабый, совсем слабый, но отклик был. Надо работать. Я был уверен, что смогу его оживить, если так можно сказать об искусственном интеллекте. Но для этого надо работать. А как это сделать, если у меня на планшете мигают вызовы от потенциальных пациентов? Когда мне работать? Бóльшая часть времени у меня уходит на клинику. И бросить её я не могу — это идеальное прикрытие. На кого бы мне спихнуть работу в клинике? Были бы помощники — стало бы намного проще. Но где их взять, помощников? Дельных специалистов хрен найдёшь, все они хорошо устроены. Я задумался. Что ж, один вариант есть.

Я вышел из дока и вызвал такси. Поехал я в крупнейшую клинику на станции. Именно там должны быть нужные мне специалисты. Войдя в приёмное отделение, я попросил девушку в регистратуре сообщить владельцу клиники, что с ним хочет пообщаться владелец медклиники Колин Роз. Буквально через пару минут меня проводили в кабинет управляющего и одновременно владельца.