От автора.

Для моей бабушки, Лилиан Райт, чей энтузиазм в области научной фантастики заразил меня с юных лет, и для которой было восхитительным знать, что я вырос, зарабатывая, сочиняя свою.

***

41-Е Тысячелетие.

Уже более ста веков Император сидит неподвижно на Золотом Троне Земли.

Он — Повелитель Человечества по воле богов, и Господин миллиона миров благодаря мощи Его неисчислимых армий.

Он — гниющая оболочка, незримо поддерживаемая могуществом Темной Эры Технологий.

Он — Мертвый Владыка Империума, которому каждый день приносят в жертву тысячу душ, поэтому Он никогда не умирает по-настоящему.

ДАЖЕ в своем бессмертном состоянии Император сохраняет свою вечную бдительность.

Могучие боевые флоты пересекают наполненный демонами варп, единственный путь между далекими звездами, их путь освещен Астрономиконом, зримым проявлением духовной воли Императора.

Огромные армии сражаются во имя Его на бесчисленных мирах.

Величайшие среди Его солдат — Адептус Астартес, Космические Десантники, генетически усиленные супер-воины.

Их товарищей по оружию множество: Имперская Гвардия и бесчисленные Силы Планетарной Обороны, вечно бдительная Инквизиция и техножрецы Адептус Механикус — лишь одни из многих.

Но, несмотря на всю их многочисленность, их едва хватает, чтобы сдерживать вечно существующую угрозу со стороны чужаков, еретиков, мутантов — и худших врагов.

Быть человеком в такое время, значит быть одним из бесчисленных миллиардов.

Это значит жить при самом жестоком и кровавом режиме, который только можно представить.

Это история о тех временах.

Забудьте о власти технологии и науки, ибо столь многое забыто и никогда не будет открыто заново.

Забудьте о перспективах прогресса и взаимопонимания, ибо во мраке темного будущего есть только война.

Нет мира среди звезд, лишь вечность бойни и кровопролития, и смех жаждущих богов

Примечание редактора.

За исключением нескольких коротких фрагментов, все выдержки из архива Каина, который я до сих пор готовлю для распространения среди большого количества моих коллег из инквизиции, выразивших интерес к истории относительно короткого периода его долгой и насыщенной карьеры: с момента назначения его в 597 Валхалльский полк в 931 M41 до инцидента в 937 M41, что примерно соответствует трети его службы в этом полку.

Из коротких записок, важны три эпизода его первого назначения, в 12-й Валхалльский полк - артиллерии, и оставшийся период его службы в качестве независимого бригадного комиссара в 928 году.

Из последующей деятельности Каина как представителя Комиссариата в штабе Лорда-генерала и наставника курсантов-комиссаров в схола прогениум после его официального увольнения в запас, не говоря о его периодическом участии в расследованиях Инквизиции по моему повелению, в годы, последовавшие за нашей первой встречей на Гравалаксе, описано немногое, за исключением случайных намеков в его несвязных воспоминаниях. 

Именно в виду вышесказанного, я решила, с текущего тома вернуться в самое начало повествования, так сказать.

Обстоятельства прибытия Каина в 12-полевой полк артиллерии в начале 919 M41 и его последующее боевое крещение против тиранидской орды, угрожающей горнодобывающей колонии на Дезолатии уже были охвачены в одном из коротких повествований, как и его участие в последующих кампаниях, по очищению Кеффии от заражения генокрадами с осколка флота тиранидов; всех, кто захотят прочитать полнее, и несколько менее откровенно, отчет о сих событиях, сошлюсь на ранние главы из его опубликованных воспоминаний, «На службе Императора: Жизнь Комиссара».

В любом случае, мало смысла, повторять их здесь.

Хотя эти инциденты заложили краеугольный камень его героической репутации, по правде говоря (и он продолжает настаивать на этом на протяжении всех своих мемуаров, что она не заслуженна) его деятельность в течение первой осады Перлии, которая была более детально задокументирована и именно поэтому, была выбрана для последующего повествования.

Внимательные читатели, имеющие доступ к записям инквизиции и соответствующие допуски безопасности, вероятно, будут в состоянии понять еще одну причину моего интереса к событиям, которые в остальной галактике казались всего лишь чуть большей возней с обычной зачисткой оркского вторжения из дальних Имперских уголков.

Действия Каина в этой кампании имели непредвиденные последствия, как для него, так и для Империи в целом.

Двенадцать лет спустя он был завербован в качестве вынужденного тайного агента инквизиции, и почти семь десятилетий после этого, когда тринадцатый Крестовый поход лег зловещей тенью на весь сегментум, он будет вынужден защищать Перлию во второй раз.

Последующие инциденты еще произойдут через год или более от этой точки мемуаров, поэтому все сноски об осаде относятся только к первому эпизоду, и любые выводы об этой компании принадлежат мне.

Как обычно, я переработала неструктурированные воспоминаний Каина на главы для удобства чтения, и использовала материалы из других источников, где я сочла необходимым разбавить его обычное эгоцентричное повествования для более широкого понимания контекста.

Помимо этого, и некоторых сносок, я оставила его рассказать свою историю в своей привычной небрежной манере.

Эмберли Вейл, Ордо Ксенос

Глава первая.

Если я и усвоил что-либо за время своей долгой и постыдной карьеры, кроме того, что чем больше ложь, тем скорее в неё поверят, так это то, что никогда не стоит недооценивать противника.

Ошибка, которую я, должен признаться, несколько раз допускал во времена своей молодости. Но я всегда быстро учился, как сохранить свою шкуру в целости; не смотря на то, что у неё было несколько аугментических частей, большую её часть мне удалось сохранить при себе.

Конечно, в двадцатые годы я был гораздо более наивным. Выпутавшись из пары неприятных ситуаций без единой царапины и положив начало своей репутации героя, которая преследовала меня, так же как и запах тела Юргена, можете не сомневаться, что я стал довольно высокого о себе мнения.

Таким я был в относительно беззаботные дни своей юности, дерзким и самоуверенным, и всё ещё купающимся в славе, после того как фактически единолично спас Кеффию от генокрадов, едва не преуспевших в срыве нашего похода по искоренению их из этого чудного агромира.(Хотя на самом деле, несколько солдат из гвардии и арбитров помогали мне, но писаки никогда не вспомнят о них в угоду истории).

Таким образом, как и всё хорошее, война подошла к концу, или, если быть более точным, дошла до той стадии, когда местные жители оказались способны сами разобраться со своим беспорядком с помощью несколько опоздавшего инквизитора и пары отрядов Караула Смерти Астартес, в то время как 12й артиллерийский полк, вместе со всеми остальными, получил новое назначение.

- Так, где, черт возьми, эта Перлия? - спросил я, стараясь перекричать рычание Троянов, перевозящих наши Сотрясатели на главную погрузочную платформу основного Кеффианского космопорта.

На тот момент это было рокритовое посадочное поле и несколько убогих зданий ремонта и обслуживания приземляющихся шаттлов.

Большинство других посадочных площадок на планете мало чем отличались от очищенного поля, на котором грузились шаттлы с зерновых барж, и которые можно было отправлять без лишних церемоний.

Неудивительно, что генокрады сочли планету легкой добычей.

Лейтенант Дивас, подчиненный полковника, и наиболее близкий мне человек в батарее, пожал плечами. Его чёлка, как обычно, упала ему на глаза.

- Кажется, где-то на окраине.

Если он и собирался сказать что-нибудь еще, то был вынужден отказаться, так как тяжелогруженый транспортник включил свои тормозные двигатели в самый последний момент приземления и грохнулся на рокрит с таким ударом, что я почувствовал его всем позвоночником через подошву сапог.

Скорее всего, пилот еще не был осведомлен о нашей победе и думал, что приземляется в потенциально боевой участок, полный гибридов и культистов, я не мог его винить за это.

Я пожал плечами в ответ, пока шум двигателей затихал до уровня, при котором мой голос было бы слышно.

- Я уверен, что полковник даст нам более полную информацию, когда вернётся, - прокричал я и отвернулся, уже выкинув предмет разговора из головы и позволив Дивасу заняться его работой по размещению нашего драгоценного оружия.

Он как всего нетерпеливо кивнул, и обратился мыслями к следующей войне.

- Я слышал, у них небольшие проблемы с орками, - он крикнул в ответ.

Ну, это звучало не так уж плохо.

Никогда не сталкиваясь с зеленокожими прежде, я был уверен, что они не могли быть столь же устрашающими, как генокрады или орды тиранидов, с которыми я уже сталкивался и победил.

В конце концов, популярным образом орков был неотесанный, тупой варвар, и обдуманность их поступков считалось шуткой, до тех пор, пока вам не посчастливиться встретиться с ними лицом к лицу. Так что я напялил уверенную улыбку на свое лицо и оставил его.

Винета взяла отпуск на несколько дней, чтобы увидеть меня, и я мог думать только о гораздо более приятных способах провести свой последний вечер на Кеффии, чем наблюдать за потными артиллеристами, таскающими тяжелые ящики.

В итоге, ночь прошла более чем приятно, так что на следующий день, в ходе брифинга, мне пришлось бороться с зевотой.

Окна зала были открыты настежь, впуская холодный ветер, свидетельствующий о приближающейся осени, и я был чрезвычайно признателен ему за то, что он помогал мне держать глаза открытыми.

Присутствовало всё командование батареи. Они старались выглядеть заинтересованными, в то время как полковник Мострю, наш командир, выкладывал информацию, переданную ему и остальным командирам полков Лордом Генералом или кем-то в равной степени важным.

Позднее, участвуя в брифингах более высоких уровней, которые были на порядок интереснее, откровеннее, я не выдавал своего волнения, оставаясь беспристрастным, но тогда еще все мои эмоции отражались на моем лице.

- Неужели мы наскучили вам, комиссар? - Мострю язвительно спросил, переводя лед своих голубых глаз в мою сторону.

Он никогда не верил в мое поспешно-импровизированное объяснение геройства в Дезолатии, когда мою совершенно естественную попытку сделать ноги до прибытия тиранид расценили как неожиданную фланговую атаку, которая заманила их в зону обстрела наших пушек.

Мострю был слишком осторожен, чтобы открыто демонстрировать сомнения относительно моего характера.

Чтобы подтвердить свои подозрения он пытался поймать меня при каждом удобном случае, несомненно, надеясь, что я что-то бы упустил.

Как обычно, я отказался отвечать на такой вызов, рассматривая это всего лишь как веселый стеб.

- Далеко не по этой причине - заверил я его, позволяя себе еще раз очевидно зевнуть.

- Та еще ночка выдалась, вот и все, много бумажной работы перед нашим отлетом.

Оба эти заявления были правдой, и если он, связав их в уме, сделал неверные выводы, то моей вины в этом уже нет.

На самом деле большинство рутинных дел я поручил Юргену, моему зловонному и неутомимому помощнику, и был уверен, что он, по своему обыкновению, сделает всё максимально тщательно.

Несмотря на свой невзрачный внешний вид, полное отсутствие социальных навыков, и всепроникающий запах тела, которые могли бы свалить даже грокса, Юрген оказался идеальным помощником, по крайней мере, в моем случае.

Во-первых, все мои приказы он выполнял буквально, а его воображения хватало ровно на то, чтобы выполнять их без каких-либо сомнений. Это означало, что вскоре он стал необходимым буфером между мной и некоторыми из наиболее обременительных аспектов моей службы.

С другой стороны, как оказалось, у него был почти сверхъестественный талант к захвату бесхозного добра, который сделал мою жизнь намного комфортнее, чем она могла бы быть (и, вероятно, его собственную тоже, хотя я старался оставаться в неведении).

Никто из нас не знал о его величайшем таланте, до нашей роковой встречи с Эмберли на Гравалаксе десять лет спустя, хотя это незнание не мешало мне время от времени им пользоваться.

- Тогда, я полагаю, мы должны быть признательны, что вы нашли время, что бы присоединиться к нам, - ответил Мострю, хотя в его словах не было и намёка на признательность.

- Вы знаете меня, - сказал я, кивая так, как будто полковник сделал мне комплимент, и налил себе новую кружку рекафа.

- Долг превыше всего.

Учитывая любовь Валхалльцев к низким температурам, я заранее убедился, что на совещании командования полка меня будет ждать горячий напиток.

- Довольно, - сухо сказал Мострю и повернулся к портативному гололиту.

В углу появившейся звёздной карты можно было легко узнать систему Кеффия со значками, показывающими позиции имперской армады собирающейся на её орбите.

Там, казалось, гораздо больше судов, чем я помнил, и я отметил этот факт.

Мострю кивнул, тонко маскируя свое недовольство тем, что его прервали.

- Всё правильно.

К нашим транспортным судам и сопровождению присоединилась ударная группа из флота сектора, - рекаф у меня в чашке вдруг стал невероятно горьким, а в животе я ощутил знакомую дрожь: это означало, что, судя по всему, мы летим к главной зоне военных действий.

Я попытался унять нехорошие предчувствия.

Даже если это было так, мы все равно будем развернуты в тылу, вдали от основной массы войск противника.

Именно из-за желания держаться подальше от боевых действий я приложил столько усилий, что бы оказаться в артиллерийской части. И в целом это работало.

Исключения были ужасны, но когда я выбирался живым, меня приветствовали как героя, и не было никаких оснований подозревать, что моя удача изменит мне на Перлии.

Я постарался успокоиться и сделать, так что бы мой голос звучал безразлично.

- Похоже, намечается большая операция, - вставил я больше для удовольствия сбить Мострю с мысли, нежели для чего-либо ещё.

- Да, - кивнул полковник, будто бы мысленно делая какую-то пометку.

- И это только одна из флотилий.

Подкрепления собирают со всего сектора.

Мои ладони начали не на шутку чесаться.

С этого момента всё происходящее стало выглядеть намного серьезней.