- А у меня тоже так... волосы вылезут? - тихо спросил он, доверительно наклоняясь к Игорю Анатольевичу и кивая на своих соседей.

- Это мы посмотрим. Но это как раз совсем не главное, дружище. Главное выздороветь, а волосы снова вырастут. А если кто-то посмеётся, так скажи, что дураки они! - Врач заговорщически подмигнул.

Вошла сестра и электронным термометром быстро измерила пациентам температуру.

- Ладно, братцы, всем - спокойной ночи! - Игорь Анатольевич поднялся.

Егор с явным усилием тоже встал с кровати.

- Лежи, лежи! - остановил его врач.

- Можно я немного пройдусь? - попросил мальчик. - А то целый день лежу...

Они вместе вышли из палаты.

В коридоре было пусто и темновато - освещение уже перевели на ночной режим, и только вдалеке в ярком пятне света настольной лампы за своим столиком что-то писала дежурная медсестра.

- Игорь Анатольевич, - позвал Егор, - можно вам кое-что сказать?...

- Конечно, говори, - с готовность кивнул врач, серьёзно глядя на маленького пациента.

- Папа считает, что я немного того, - Мальчик покрутил пальцами у виска и усмехнулся совсем по-взрослому .

- Это почему же? - Игорь Анатольевич изобразил недоумение.

Егор объяснил.

- Понимаете, мы давно с Витькой так играли: смотрели в небо и представляли, что мы направляем к нам падающие звёздочки, чтобы загадать желание.

- Витька - это твой приятель, как я понимаю?

- Ага, друг! А потом мы стали придумывать, как силой мысли астероиды поворачивать. Это когда "Армагеддон" посмотрели. Мы даже себе звания придумали - "хранители Земли"... А потом я как бы начал их чувствовать!

- Кого?

- Ну, какое-то движение, что ли, в космосе. Астероиды всякие...

- И у Витьки тоже получается - астероид чувствовать?

Егор вздохнул:

- Нет, он не чувствует, хотя и пытается сейчас мне помочь. Я думаю, что у меня это чётко начало получаться, после того, как я со скейта свалился и головой треснулся

Игорь Анатольевич потрепал его по плечу, стараясь не показывать снисходительную усмешку, невольно начинавшую кривить губы:

- И ты считаешь, что астероид забирает твои силы?

- Не он забирает, - с лёгким удивлением возразил мальчик, - я сам их трачу. Ведь всем же будет плохо, если он упадёт!

- Ну, это-то - без вопросов! - согласился Игорь Анатольевич и спросил: - А откуда летит этот булыжник?

Егор пожал плечами:

- Я не знаю. Я чувствую, что он есть, он движется сюда.

Врач подвёл мальчика к небольшому дивану, стоявшему у окна, усадил и сам сел рядом.

- Послушай, Егор, - серьёзно сказал он, - ты ведь много читаешь. Если бы к Земле летел огромный астероид, его бы засекли астрономы. И люди предприняли бы меры, чтобы спасти Землю. Ну, буквально как в том же кино: запустили бы ракету с ядерным зарядом или что-то вроде этого.

- Да они же не видят ничего! - возразил мальчик. - Я вот тоже читал, что постоянное наблюдение ведётся только за тремя процентами неба! Что астрономы могут увидеть?!

- Ну... - Игорь Анатольевич развёл руками: ему нечего было возразить. - Ладно, ты пока ложись спать, утро вечера мудренее.

Он проводил мальчика, назад в палату и уложил в кровать.

Выйдя в ординаторской на лоджию, Игорь долго курил и рассматривал яркие, как алмазы, звёзды - небо по-прежнему оставалось ясным, хотя по сравнению с дневным временем, ночью сильно холодало.

Судя по всем показателям, у парня острая лимфобластная лейкемия. Развитие её, разумеется, от не слишком сильного удара головой исключено, просто бред какой-то. Скорее всего, болезнь просмотрели - и школьные врачи, даром, что богатая школа, и родители. А парнишка бегал до последнего - дети есть дети, Ведь пока не станет совсем плохо, их не заставишь и присесть.

Конечно, возможно ещё, что мальчик схватил где-то дозу радиации - вот только где? Надо было бы расспросить родителей, но, будь хоть какое-то подозрение на это, они бы сами сказали - люди образованные, перебрали бы все варианты. И, собственно, это какую ж дозу надо разово схватить или систематически где-то облучаться, чтобы вот так вот....? Нет, такое очень маловероятно.

Игорь, поёживаясь, вернулся в ординаторскую, включил чайник, а сам сел к компьютеру и залез в сеть. Пошарив по разным новостным сайтам и в поисковых системах, он нигде не обнаружил сведений, что к Земле в настоящее время летит какой-то астероид. Слов про контроль трёх процентов небесной сферы он тоже не встретил, однако натолкнулся на фразу, которая привлекла его внимание: "...Отсутствие общемировой системы астрономического мониторинга не позволяет отслеживать все астероиды, приближающиеся к Земле. Об этом сообщила заведующая отделом космической астрометрии Института астрономии РАН ЛидияРыхлова."

- М-да, - пробормотал Игорь и, с хрустом потянувшись, сел к столу заполнять историю болезни.

Чайник давно вскипел и выключился, Игорь повторно подогрел его и заварил чаю. Он съёл кусок батона с вареньем и немного подремал на диване, потом прошёлся по постам дежурных сестёр и, вернувшись в ординаторскую, снова прилёг.

К счастью, на данный момент в отделении был всего один пациент в тяжёлом состоянии - мальчик, привезённый из области. И вот ещё теперь Егор - похоже, что лечение и в этом случае обещает быть непростым.

* * *

Утром обход совершал заведующий кафедрой профессор Чижов. Почитав историю болезни пациента Егора Селиванова, он долго глубокомысленно качал головой.

- Всё ясно, - заявил, наконец, профессор. - Анализы по максимуму, сегодня же! Это раз. Готовьте к переливанию крови - два! Но, думаю, что радикальной метОды не избежать. Ищите доноров - на сто процентов потребуется пересадка.

Игорь Анатольевич вздохнул: он и сам прекрасно понимал, что мальчик не избежит облучения или убийственной химеотерапии. Сама по себе пересадка костного мозга - процедура простая, но вот пичкать мальчика цитостатиками....

По первому звонку в клинику примчались родители Егора и сдали анализы на совместимость. Можно сказать, мальчику повезло - по антигенам костный мозг Андрея Борисовича совпадал с сыном.

- Будьте готовы, - напутствовал врач отца Егора. - Думаю, всё решится на следующей неделе. Сейчас мы ему попереливаем кровь, мальчик будет получать специальные препараты. После этого снова сделаем гематограмму - будет видна динамика. Если улучшения не произойдёт вообще - придётся провести усиленный курс химеотерапии, а потом пересадку костного мозга.

- Игорь Анатольевич, - подалась вперёд мам, - это тяжёлая операция?

Игорь вздохнул:

- Да нет, не серьёзнее переливания крови. А вот химеотерапия, конечно, штука... м-м... нехорошая, чего уж скрывать. Но, как вы понимаете, это крайняя мера. Профессор Чижов специалист мирового уровня. Если он сразу сделал подобное предположение, думаю, придётся действовать именно по этой схеме.

Егору делали переливания крови, он часами лежал под капельницами. Видно было, что мальчик чувствует себя всё хуже и хуже. Игорь Анатольевич заглядывал в палату номер двенадцать по несколько раз в день.

Мальчик, если не было очередной процедуры, лежал с закрытыми глазами. Он не то что уже мало общался с соседями, но даже книги, которые принёс врач, почти не открывал. Два раза к нему приходил друг Витька, темноволосый коренастый мальчонка. Он сидел у кровати Егора и молча сопел - только иногда они о чём-то шептались.

Если откровенно, Игорю Анатольевичу показалось, что и у Витьки не цветущий вид, но он отнёс это на счёт переживаний о здоровье друга.

Присев за стол в ординаторской, Игорь ещё раз посмотрел все анализы - из поликлиники и уже новые, сделанные у них в отделении. Гемоглобин, эритроциты, лейкоциты, тромбоциты, и так далее - плохо по всем показателям!

В пятницу утром на очередном консилиуме профессора Чижова было принято решение начать радикальное лечение со следующей недели. Во вторник Егору собирались начать усиленный курс химеотерапии, а после него - провести пересадку костного мозга.

В субботу Игорь дежурил в отделении и, как всегда, заглянул к маленькому пациенту. Соседи по палате, Кирилл и Артём, резались в "Монополию" и параллельно смотрели телевизор - у них дела шли на поправку, их через пару дней выписывали. Егор, казалось, спал. Когда Игорь подошёл к кровати, мальчик открыл глаза и вымученно улыбнулся. Его уже постригли наголо - от получаемых препаратов, как обычно, волосы начали выпадать.

Врач присел на край постели.

- Ну что, герой? - поинтересовался он. - Как настроение?

- Мне очень трудно - ответил Егор и добавил совсем тихо, чтобы никто не слышал: - Он очень большой, его трудно увести в сторону, я боюсь...

Игорь Анатольевич понял, о чём идёт речь. Он наклонился поближе и спросил:

- Знаешь, этот астероид здорово мешает тебя лечить! Когда уж он улетит к лешему?

Егор вздохнул и повторил:

- Он здоровый, потому и трудно. Но как только он пролетит мимо, я выздоровею. Я ведь и пытаюсь сделать так, чтобы он на Землю не упал.

Игорь Анатольевич покачал головой.

- Смотри, ты не слишком усердствуй. А то нам совсем сложно лечить тебя станет. Ты уверен, что он может упасть?

- Я чувствую! - ответил мальчик, закрывая глаза. - Всё станет ясно уже скоро, совсем скоро...

Дыхание его сделалось ровным и размеренным - Егор уснул.

Врач осторожно поднялся, поправил одеяло на кровати и, попросив ребят уменьшить громкость телевизора, вышел.

* * *

В понедельник Егора перевели в чистую стерильную палату: при подавлении собственного костного мозга мальчика иммунитет снизится почти до нуля - потребуется полная изоляция от возможных инфекций.

Перед тем, как дверь палаты закрыли, Егор позвал врача:

- Дядя Игорь, я ваши книжки потом прочитаю.

- Конечно, потом, - заверил Игорь Анатольевич. - Тебе понравится, я уверен.

- Да я не это хотел сказать. - Мальчик дышал тяжело. - Вот-вот всё закончится, понимаете? Ещё совсем чуть-чуть...

Врач кивнул:

- Ну, конечно, ты только не слишком волнуйся. Завтра у тебя начнётся курс лечения специальными лекарствами. Они, конечно, противные, но это надо сделать, ты должен терпеть. А потом приедет папа - тебе пересадят его костный мозг, и ты начнёшь поправляться, я обещаю.

- А для папы это не опасно - забирать у него костный мозг?

- Ну что ты! Взрослым такие штуки не опасны, если они здоровы, а твой папа здоров. Даже немного на пользу пойдёт.

В коридоре Игоря Анатольевича встретила Мария Сергеевна, и врач немного напрягся - ему всегда было проще иметь дело с отцами, чем с матерями. Игорь не мог объяснить, почему так - возможно, дело в том, что отцы, как мужчины, более рационалистичны и толстокожи. Матери всё чувствовали острее и сильнее поддавались эмоциям. Но сейчас Мария Сергеевна казалась на удивление спокойной.

Поздоровавшись, она сказала, глядя прямо перед собой:

- Игорь Анатольевич, я хотел вас попросить окончательно сказать всю правду...

Врач понял, что относительно спокойствия он ошибся: нервы мамы Егора были на последней стадии напряжения.

- Скажите мне, насколько эти процедуры опасны для мальчика? Умоляю!

- Мария Сергеевна! - Врач развёл руками. - Вы же сами понимаете. Современные методы позволяют сводить все риски к минимуму. Конечно, я бы обманывал вас, если бы стал уверять, что мощная доза токсичных препаратов, убивающая собственный костный мозг ребёнка, полезна ему как, скажем, купание в тёплом море. Но только так мальчик получает реальный шанс на выздоровление, а в противном случае...

- Нельзя ли продолжить лечение более щадящими методами? Вы же ещё недолго лечите Егора!

- Не совсем так. Мы сделали уже пять переливаний. Не хочу пугать, я понимаю, каково вам, но в гематограмме по-прежнему резко отрицательная динамика, нет никакого торможения развития болезни. Поверьте: в подобной ситуации химеотерапия и потом пересадка - единственные стоящие методы! И, возможно, одним циклом не ограничится, возможно, придётся возить и на облучение. Профессор Чижов - специалист очень высокого класса, он знает, что делать.

Мария Сергеевна вздохнула и, пробормотав "Я понимаю, понимаю...", вдруг быстро вышла из отделения.

Игорь развёл руками и, догнав женщину, проводил её до поджидавшей машины.

- Крепитесь, - сказал он, понимая, что любые слова просто излишни. - Мы сделаем всё возможное, поверьте!

Мария Сергеевна кивнул:

- Я вам верю... - И снова заплакала.

Утром во вторник Игорь, как всегда завтракал на кухне один - жена и дочка покидали дом, как правило, на час позже его.

Дикторы "Доброго утра" вещали о разных новостях и событиях. Размешивая кусочек сахара в чашке, Игорь думал о своём маленьком пациенте и рассеянно слушал новости.

- ... А сейчас последние вести из небесной канцелярии, - заявил бодрый загорелый ведущий. - Вчера вечером в девятнадцать часов двадцать две минуты по московскому времени Земля разминулась с астероидом, который, как оказалось, даже не входит в каталоги астрономов. Гость из бездны диаметром почти три километра благополучно миновал нашу планету на дистанции в четыре раза ближе, чем расстояние от Земли до Луны..."

Ложка выскользнула из руки Игоря, резко звякнув по керамической плитке пола.

-... Самое удивительное, - продолжал диктор, - что заметили небесного скитальца лишь тогда, когда он уже, фактически пересекал орбиту Земли. Можно считать, что нам всем неслыханно повезло. Это лишний раз свидетельствует о необходимости создать всемирную службу слежения за небесной сферой, чтобы предупреждать...

Игорь, будя домашних раньше времени, опрометью кинулся прочь с кухни и вообще из квартиры. Охранники удивлённо проводили глазами обычно спокойную голубую "десятку", сейчас вылетевшую со стоянки, визжа резиной.