- Хм, а ты точно не мухрис?

- Никогда! - заверил Али. - Ни за что!

- Тогда давай ещё по маленькой! А то нам ещё долго пилить, а у меня печка, похоже, сломалась. Вот, говорю же: железка и есть железка.

Он включил автопилот, и наполнил кружки. Серов сообразил, что не помнит, из какой кружки пил перед этим, а если меняться посудой с незнакомыми аборигенами, то вполне можно словить страшную болезнь, передаваемую пангалактическим вирусом гоморастом. Но водочка, весело плескавшаяся в кружке, словно подсказала, что бояться на такой прохладной, но дружелюбной планете каких-то дурацких заболеваний не стоит. Болезнь гоморастия процветает на развитых планетах при большом скоплении населения и в тепле, а здесь-то она откуда возьмётся? И Серов спокойно выпил, занюхав, как ему советовали, рукавам куртки.

- Вот-вот, я был уверен, что вторая пойдёт у тебя лучше, - одобрительно заметил Ивдель. - Споём?

- Почему? - не понял Али.

- При чём тут'почему'?! Песню, говорю, споём! Не умеешь, что ли, петь?

- Не знаю, - честно сознался Серов. - Не пробовал.

- Да ну тебя! - Ивдель махнул рукой. - Это ещё проще, чем водочку пить, особенно, если уже выпил. Я буду петь, а ты мне подпевай. Просто слова повторяй, стало быть.

И он затянул какую-то тягуче-грустную, но вместе с тем удивительно мелодичную песню про космолётчика, замерзавшего в пустоте Вселенной на корабле, пробитом метеоритом. Космолётчик что-то просил у товарища - очевидно, замерзал не один, но вот почему не замерзал товарищ, Серову так и осталось не ясно.

* * *

Почти через час гонки по снежной трассе впереди засветились огоньки, и Ивдель сбавил скорость.

- Ну вот, приехали почти, - сообщил он. - Ты как, сразу хотел бы в тендере начать участвовать или отдохнёшь с дороги?

Серов понимал, что ставить вопрос так, чтобы начать тендер сразу по приезду, но после выпивки, мелькания смутных теней за стеклом кабины и мелодично-заунывного пения Ивделя его совершенно разморило. 'Да чего я, в конце концов? - решил он. - Думаю, никто ночью ничего здесь не начнёт'.

- Да уж, поспать бы не мешало, - сказал он вслух.

- Чего это - поспать? Устал, что ли? Какое там спать?! Сейчас отдыхать будем, понял? Коли решил уже сегодня не работать.

- А это как - отдыхать?! - в замешательстве поинтересовался Серов.

- Да у нас тут уже новый день начался! А коли решил сегодня не работать, так и не работай. Да и ребята наши, поди, собрались - им охота на тебя поглядеть. Думаешь, к нам часто оттуда прилетают? - Ивдель ткнул пальцев в небо, ограниченное потолком кабины. - Да ещё двое сразу?

- Двое? - удивился Али.

- А то как же?! А этот, который перед тобой-то прилетел?

- А! - Серов почти забыл о конкуренте и теперь насупился немного. - Я бы его видеть пока не хотел.

- Да ну чего ты? - Ивдель примирительно махнул рукой. - Сейчас выпьем, в баньке попаримся, потом ещё выпьем. Ты не бери в голову! Чего вам делить-то, по большому счёту?

- Как чего?! 'Космотранс' спокойно торговал с вашей планетой, а эти выскочки из 'МГ' влезают на рынок! Если я не продлю контракт, то меня могут уволить.

- Ишь ты! - Ивдель почесал в затылке. - И это что, так страшно, если уволят?

- Разве приятно остаться без работы? - вздохнул Серов.

- Как это можно - остаться без работы? - удивился Ивдель. - Работы вокруг ведь всегда до хрена! Делать - не переделать! У нас никто никого не увольняет, потому что работа есть всегда.

Али ибн Серов покосился на аборигена - издевается, что ли? Но Ивдель, судя по всему, говорил совершенно серьёзно.

'Придурки тёмные, - подумал Серов, криво улыбаясь. - Что они понимают? Сидят в своих снегах, лепят снежных баба ?- и в ус не дуют'.

Тем временем аэросани въехали на улицу небольшого городка или, скорее, посёлка - в темноте было сложно рассмотреть, насколько велико поселение, и Али ориентировался лишь по горящим огонькам. Их светило не так много, и легко угадывалось, что большинство строений - одноэтажные.

Некоторые здания, были, правда, освещены неплохо. Как раз у такого, проехав метров триста по взбегающей на пригорок улице, и остановились аэросани.

- Всё, приехали! - радостно сообщил Ивдель.

Было морозно, но не слишком. В свете фонарей с непроглядно-чёрного неба сыпалась ванилью снежная пыль. Сани стояли у длинного строения, круглых отцилиндрованных брёвен. На всей улице, насколько позволяла рассмотреть ночь, это было одно из немногочисленных двухэтажных зданий. По углам высились два столба, на которых висели яркие фонари, хорошо освещавшие только площадку рядом с домом. Строение венчала крыша из пластчерепицы, блестевшая от припорошившего её снега.

К двустворчатыми дверям, перехваченным крест-накрест металлическими полосами, вело высокое, о пяти ступеньках крыльцо. Справа на стоянке мостились рядами несколько аэросаней, а слева - четыре санные повозки, запряжённых какими-то странными животными с ветвистыми рогами и мордами лягушек. На их спинах топорщилось по три выступа или, скорее, горба с длинными костистыми наростами. Животные периодически совали морды в горизонтальный лоток, притороченный к стене дома, и чего-то мерно жевали.

Серов догадался, что это, видимо, и есть ублюды, о которых упоминал провожатый.

- Идёшь, что ли? - позвал Ивдель уже с крыльца.

Серов кивнул и поспешил за аборигеном.

За дверью оказалась жарко натопленная широкая прихожая, с вешалками, на которых рядами висело множество разных курток, каких-то шуб и вообще непонятных расшитых узорами шерстяных тряпок. Полы устилали шкуры.

- А, вон тут и мои феллахи есть, - Ивдель кивнул на расшитые тряпки.

Серов подумал, что где-то тут же, вероятно висит и куртка его конкурента. Если бы знать, можно взглянуть, не оставил ли аль-Фарадей в карманах каких-то важных документов... Втопчем, копаться в чужих карманах на глазах у Ивделя было совестно.

Из ниши за высокой конторкой выскочил коренастый человечек в высоких войлочных сапогах, кожаных брюках и малиновой рубашке, перехваченной золотым шнурком.

- Здравствуйте, Ивдель, - почтительно, но совершенно без подобострастия приветствовал он аборигена, одновременно улыбаясь Серову. - Что, ещё одного гостя привезли?

- Здравствуй, Мозес, - кивнул Ивдель, сбрасывая парку. - Ага, привёз. А где мой свояк с первым гостем?

- Они уже в зале. Сударь, попрошу оформиться в гостевой книге, - Человечек сделал Серову приглашающий жест.

У конторки данные удостоверения экспедитора вписали в толстую книгу в бархатном переплёте. Али обратил внимание, что в книге едва заполнена пара страниц. Пока Серов регистрировался, Ивдель терпеливо ждал, потирая руки, словно в предвкушении чего-то приятного.

Серов снял куртку, предварительно вынув из карманов всё ценное, запихал это в планшетку, и последовал за Ивделем. Сумку с вещами пришлось оставить.

У самого входа в помещение, куда его вёл Ивдель, за выступом стены неожиданно открылся альков, где в мягком голубоватом свете высились три снежные бабы.

- Ничего себе! - пробормотал Али, останавливаясь.

В помещении было жарко, но в алькове из нескольких раструбов сверху дул холодный воздух.

- А это что? - спросил Серов, указывая на снежных баб.

- Это-то? - Ивдель почесал затылок. - Это - мягкие брендовые потребители.

Серов изумлённо покосился на Ивделя - не шутит ли тот, и потрогал ближайшую снежную бабу пальцем. Под его рукой чуть талый снег легко подался, и в богу снежной бабы образовалась вмятинка.

- Что-то они слишком мягкие... - с сомнением протянул Серов.

Ивдель пожал плечами:

- Данные статистики и маркетинга. Против них не попрёшь: мягкие - значит мягкие!

- А кто эти данные собирал? - удивился Али.

- Кто, кто? Ребятишки наши собирали, когда баб лепили. Да идём, дались тебе эти данные!

'Бред какой-то, - подумал Серов. - Ладно, мне-то что? Аль-Фарадея лишь бы обскакать. На тех же самых брэндах, хотя бы...'

За тяжёлыми зелёными портьерами открылся большой зал с множеством столов, за которыми седели люди. С левой стороны подсвеченная лампами, тянулась длинная стойка со стеклянными шкафчиками, в которых блестели разноцветные бутылки. Сам зал в отличие от пространства у стойки освещался не слишком ярко, но на каждом столике горели маленькие лампочки.

- Эй, Ивдель! - заорал кто-то, - наконец-то явились! Давайте к нам,

Из-за невысокой перегородки в углу махал рукой человек, очень похожий на проводника Серова - такая же долговязая суховатая фигура. За столом сидели ещё какие-то люди, и среди них Али узнал пухлую морду аль-Фарадея и поморщился.

Ивдель представил Серова, и они уселись за стол. Всего, не считая новоприбывших и аль-Фарадея, знакомого Серову, здесь сидели ещё три человека: свояк Ивделя тоже по имени Ивдель, встречавший америкоса, толстый феллах Додик и лесообработчик со странным именем Саша.

Ивдель коротко представил ЗК и все выпили. Али почувствовал, что голова, которая уже почти очистилась от принятого в дороге хмелька, снова поплыла в уютном тепле бара. Он, как и многие из народов, летавших сейчас в космосе, почти не употреблял спиртное, так живы были ещё заветы Творца, запрещавшего пить вино, закусывая его консервированной свининой. И хотя основная масса америкосов, айзеров или тех же чурок давно уже были, по большому счёту, атеистами, посмеивавшимися, например, над слишком ортодоксальными мухрисами, частично заветы Творца пока ещё почитались хотя бы формально.

Аль-Фарадей осклабился, глядя на Серова.

- Ну, как настроение? - поинтересовался он.

- Деловое! - ответил Серов, закусывая кусочком мяса, завернутым в варёное тесто и приправленного перцем. - Опередил на полчаса - и радуешься? Если ты считаешь, что ...

Аль-Фарадей, похоже, уже был немного пьян. Он замахал руками:

- Вот только не надо беспочвенных обвинений! Что я, виноват, что мой лихтер раньше настроился на точку списка? Это автоматика так сработала. Нам надо было просто координировать свои действия! - Он подмигнул Серову.

'Этот америкос, похоже, навёл с местными какие-то мосты, - подумал Али. - Вот умеют они как-то так сразу начать втираться в доверие. И чего это я с Ивделем не поговорил по дороге? О какой-то херне его спрашивал - а о деле не поговорил....'

Между тем Ивдель наполнил стаканы, откашлялся и поднялся.

- Ну, друзья мои, - начал он, - дозвольте слово молвить человечьим голосом...

Али обратил внимание, что к их столу начали подтягиваться другие посетители. Кто-то просто подошёл со своим стаканом, в который Ивдель также долил спиртное, кто придвинулся вместо со стулом и теперь вокруг стола собралось уже человек двадцать любопытствующих.

- Я хотел бы приветствовать, значит, наших гостей, - Ивдель широким жестом указал на Серова и аль-Фарадея, и все собравшиеся зааплодировали. - Это замечательные космолётчики, развозящие грузы своих компаний по разным планетам. Сегодня они вместе прилетели к нам, чтобы подписать контракты. А это уже мы должны будем выбирать, какой контракт лучше....

- А как же определить, какой лучше? - крикнул кто-то из зала.

- Вот сейчас мы погуляем, в баньке попаримся, а потом и будем разбираться, - ответил Ивдель. Ну, за торговлю и дружбу, стало быть.

- За выгодную торговлю! - добавил ненавистный Серову аль-Фарадей, растягивая рот до ушей.

'Лыбится, сучонок, - с тоской подумал Али. - Но вот чем у него позиция сильнее моей? Да ничем - 'Космотранс' же уже не первый год здесь торгует, а 'МГ' только сейчас лезет. Но ведь как нагло лезет! И даже тут на полчаса меня опередил!'.

Ивдель легонько толкнул его в бок:

- Ты чего такой озабоченный?

- Пойдём, выйдем, - попросил Серов, у которого уже ощутимо шумело в голове. - Разговор к тебе есть!

Ивдель пожал плечами:

- Выйти можно, но сейчас тост за снежных баб будет... Нельзя пока!

-Чего?! - удивился Серов, который почти забыл про особый статус снежных баб на Ивделе.

- Тс-с! - попросил Ивдель. - Сейчас Саша говорить будет!

Встал здоровяк Саша, на котором красовался зелёный в золотистых цветах армяк.

- Господа, местные и вы, гости дорогие! - сказал он. - Хочу выпить за наших дорогих снежных баб! Что бы мы без них делали - не знаю. А так они обеспечивают наш семейный покой и согласие!

Все вокруг стола одобрительно закивали, зашушукались и выпили. Серов украдкой посмотрел на аль-Фарадея - америкос пил наравне с аборигенами, и Али тоже опрокинул стакан, решив не казаться белой вороной или растаявшей снежной бабой.

- Погоди, - вдруг вспомнил он, снова наклоняясь к Ивделю, - а ты мне ещё что-то такое про жён говорил? Где они у вас?

- Как где? - изумился Ивдель. - По домам сидят. Кабак - место мужское! Как и достоинство. А тебе - что, жену, что ли, надо? Так это у меня...

Он вытащил связку каких-то пластинок и потряс ей перед носом Серова.

- Вот, выбирай любую!

Только тут Али увидел, что это не простые пластинки, а мнемокристаллы.

- У тебя посмотреть можно? - неуверенно спросил он, чувствуя, что пьянеет не только от вина, но и от безумства местных обычаев.

- Конечно, смотри.

Серов, сдерживая усмешечку, стал прикладывать мнемокристаллы к виску, разглядывая жён Ивделя. Женщины были засняты в разные моменты - кто-то хлопотал на кухне, кто-то занимался уборкой дома, а кто-то и, вообще... Щёки Серова сделались горячими, и он невольно потупил взор.

Впрочем, за столом уже шумели все, и на Серова мало кто обращал внимание.

- Понравились?! - Ивдель хлопнул его по плечу. - Какую берёшь?

- В каком смысле? - совсем растерялся Али. - Жениться, что ли? Так я же...

- Да кто говорить, чтобы жениться?! Я тебе жену взять предлагают! Просто на время. Вот прилетел ты к нам на пару дней - и на это время взял жену. Нормально же?