В детстве Тайсона был еще один эпизод, возможно больше всего повлиявший на его последующую жизнь. Районы вроде нью-йоркского Браунзвилла, где вырос Железный Майк, это своего рода параллельный мир, где возможно все, в том числе – и невозможное. Как-то, будучи еще совсем маленьким, они с приятелем попытались украсть у одного взрослого парня голубей. Почему-то в Америке, чем район беднее, и чем более жестокие нравы там царят, тем больше там разводят голубей. Их поймали и решили повесить тут же на пожарной лестнице. Веревка была только одна, поэтому сначала повесили друга Майка и стали ждать, пока тот перестанет дергаться в петле, чтобы затем вытащить его оттуда и повесить на той же веревке уже и самого Тайсона. Но этот способ казни требует времени, которого у любителей голубей не оказалось. Сосед, увидевший происходящее в окно, заорал, что сейчас вызовет полицию. Убийцы оказались столь же трусливыми, сколь и жестокими, и тут же ретировались.

Как известно, Достоевского в молодости чуть не казнили за участие в кружке петрашевцев. Дело дошло до надевания на голову черных мешков, но тут объявили о помиловании. Судя по тому, как часто он вспоминал это, Федор Михайлович от случившегося тогда так и не оправился. Какая-то частичка его души всю жизнь прожила в ожидании казни. Возможно, без этого он никогда бы не написал «Преступление и наказание», «Братьев Карамазовых» и «Бесов». Может быть.

Может, и Майк Тайсон никогда бы не стал тем, кем стал, если бы когда-то, остолбенев и отупев от ужаса, не смотрел, как дергаются ноги его дружка, висящего в петле, который только что стоял рядом с ним, не ждал того, что через несколько минут займет его место, и уже его ноги будут точно так же дергаться под пожарной лестницей.

Ох, не судите, да не судимы будете.

Дальше все было еще печальнее, но закончилось все, как мне кажется, каким-то примирением с жизнью и с людьми, которое для Тайсона началось в тот день, когда его нокаутировал Льюис.

Тайсон как Чацкий нашего времени

Любви все чудища покорны.

20.10.2001

Думаю, в истории журналистики не было обозревателя по боксу, который столько писал бы о женщинах, и это притом, что собственно о женском боксе я написал всего пару статей. Меня много за это ругали, но за эту статью не ругал никто. Надеюсь, вы не станете первыми. Ну а раз я уж ударился в такое хвастовство, то скажу, что эта статья очень понравилась человеку, чье мнение я ценю особенно высоко – Елене Вайцеховской.

И еще одна мелочь. Я долго не мог отыскать эту статью ни на сайте «СЭ», ни в своем компьютере. Не там искал. Я был уверен, что написал ее после «Реквиема», а оказалось, что почти на год раньше. Все-таки что-то человеческое просматривалось в Тайсоне всегда.

Статья приведена в авторском варианте, так как я был не совсем согласен с правкой материала.

Больше двадцати лет назад, когда я готовился к вступительным экзаменам в институт и усиленно штудировал классическую русскую литературу, мне довелось поговорить с одним очень тонким и умным журналистом, который именно благодаря своей тонкости и уму не сделал в журналистике серьезной карьеры. Среди всего прочего мы много говорили о «Горе от ума», и я тогда сказал, что согласен с Пушкиным, который отказывал Чацкому в уме. Ну не станет умный человек метать бисер ни перед свиньями, ни перед идиотами. Мой пожилой собеседник улыбнулся и ответил: «Саша, вы просто еще не знаете, что, столкнувшись с тем, что любимая женщина его не любит, самый умный человек временами начинает вести себя как дурак».

Тогда я только отмахнулся от этой мудрости. Мне было шестнадцать лет, и я, разумеется, был уверен, во-первых, в том, что очень умен, во-вторых, в том, что никогда и ни при каких обстоятельствах не стану вести себя так, как бедняга Чацкий. В первом мне позже пришлось не раз усомниться, а о втором лучше вообще не вспоминать.

О том, что Тайсон способен кого бы то ни было любить, широкая общественность долго не догадывалась. Тем сильнее было ее потрясение.

Даже любовь приводившего в Одессу шаланды, полные кефали, Кости к направившей к берегу баркас рыбачке Соне не стала более внезапной и неожиданной для окружающих, чем любовь отправлявшего противников отдохнуть на настил ринга Железного Майка к молодой актрисе Робин Гивенс. Там, где они появлялись, сразу отвисало столько челюстей, сколько Тайсон не выбил и не сломал за всю свою жизнь. Даже сгорающий от любви тиранозавр не выглядел бы более странно, чем Железный Майк, млеющий от страсти нежной. Конечно, в теории мы все знаем, что стрелы амура залетают в самые неожиданные места, но, черт возьми, не в такие же неожиданные, как сердце Тайсона.

В начале 1988 года они поженились. Но не прошло и месяца после свадьбы, как стали доноситься слухи о чудовищных скандалах между супругами. Их источником была сама Робин и, в еще большей степени, ее мать. Зная будущее Тайсона, можно смело предположить, что обвинения, которыми сыпали две дамы, были не совсем уж беспочвенными, но абсолютно достоверно известно и то, что Робин, мягко говоря, сгущала краски. Один из разрекламированных ею скандалов произошел в Москве в гостинице «Международная», когда Тайсон приехал в столицу все еще СССР, чтобы принять участие в открытии первого в нашей стране гольф-клуба. По ее словам, в усмирении Тайсона приняла участие вся служба охраны отеля, которая, однако, этого не подтвердила. Робин как истинная американка считала, что Москва от Америки так же далеко, как Марс или Венера, и никто не может точно сказать, что там происходит. Значит, можно говорить все что угодно. Я сам в то время много работал в Центре международной торговли как переводчик и также могу подтвердить, что ни о каких скандалах с Тайсоном там не говорили, хотя с охотой обсуждали куда менее громкие истории о куда менее известных постояльцах.

А вот то, что Робин и ее мать проявили абсолютно необузданную алчность и лезли во все финансовые дела Тайсона, известно совершенно точно. Они превратили жизнь его команды в сущий ад. Как ехидно написал тогда перед очередным боем Железного Майка выдающийся обозреватель журнала «Спортс Иллюстрейтед» Пэт Патнам: «Если кто интересуется, жена и теща Тайсона не выйдут завтра на ринг вместе с ним». Создавалось впечатление, что и мама и дочка не рассчитывают на долгий брак и пытаются, как всякие временщики, дорвавшиеся до кормушки, в самые сжатые сроки урвать у Майка кусок пожирнее. Дело кончилось разводом через несколько месяцев.

Уже после разрыва Тайсон и Гивенс выступили вместе в одной телепрограмме. Их усадили рядом, и неотразимая Робин красивым и проникновенным голосом стала смешивать Тайсона с грязью перед многомиллионной аудиторией. Он молчал и время от времени смотрел на нее затравленными, какими-то болезненно влюбленными глазами. Бедняга все еще млел от этого голоса, от этого лица и от этого тела и ничего не мог сказать в свою защиту. Иногда он робко шевелил губами, словно пытаясь что-то сказать, но вместо слов у него получалась все та же растерянная улыбка влюбленного подростка. Было ясно, что, если он и сделал что-то из того, в чем она его обвиняла, то только из-за безумной любви к этой женщине, которая, как он знал совершенно точно, не только не любила его, но еще и обирала. Столкнувшись с такой правдой жизни, можно и с ума сойти. Чацкий, когда понял, что его не любят и не полюбят, стал не к месту бряцать умом; Тайсон, увидев, что его не только не любят, но еще и грабят, начал не к месту бряцать силой и, вполне возможно, пару раз поколотил Робин, но, судя по всему, не сильно. Иначе просто непонятно, как она осталась живой, да еще целой и невредимой.

В результате Робин Гивенс и ейная мама получили все деньги, на которые рассчитывали, а симпатии публики достались Майку. Его пример подтвердил ту простую истину, что силы без слабости не бывает; и Майк продемонстрировал, что стоит ближе к человеку, чем к вышеупомянутому тиранозавру, на которого так похож внешне. Но внешность, как известно, бывает обманчива.

Монстрокрушение

После победы 27 июня 1988 года над Майклом Спинксом Тайсон не выходил на ринг почти восемь месяцев. Сначала он разводился с Робин, а потом приводил в порядок свои чувства, о наличии которых узнал так неожиданно для других и болезненно для себя.

Его следующим противником стал самый большой и самый популярный плюшевый медведь с Британских островов Фрэнк Бруно – вполне заурядный тяжеловес, принимающий самое активное участие в самых разных телепередачах, от ток-шоу до тех, что для самых маленьких. Тайсон нокаутировал его в пятом раунде, однако никаких похвал в свой адрес за это не дождался. Скорее наоборот: впервые за долгое время специалисты стали говорить о том, что Железного Майка в принципе можно победить. Слишком уж явно он пытался поймать противника на удар, и слишком большие дыры в обороне у него при этом появлялись. Впрочем, все это тогда казалось досужими домыслами, тем более что своего следующего противника Тайсон нокаутировал уже в первом раунде.

Мысль, что Тайсон может проиграть, выглядела тогда все-таки слишком фантастической. Главный вопрос был – кому? Если бы рядом был какой-нибудь эквивалент Мохаммеда Али, Джо Луиса, Санни Листона или молодого Джорджа Формена, это было бы понятно, но среди тех пескарей, что плавали тогда вокруг большого ринга, никакой крупной рыбы видно не было. Единственным, на кого возлагались надежды, оставался только бывший абсолютный чемпион в первом тяжелом весе Эвандер Холифилд. Но в качестве полноценного тяжеловеса тот выглядел не очень убедительно, а после не слишком эффектной победы Холифилда над Алексом Стюартом в ноябре 1989 года вердикт абсолютного большинства специалистов был практически безнадежным для Холифилда: у него точно такие же шансы на победу над Тайсоном, что и у всех остальных. То есть никаких.

И все-таки что-то витало в воздухе. Анализируя те уже достаточно давние события, становится ясно, что это «нечто» исходило от самого Майка. Но слишком уж пуленепробиваемым казался ореол непобедимости Тайсона, чтобы было так легко поверить собственным предчувствиям, даже если под ними была самая что ни на есть материальная основа.

После развода с женой Железный Майк казался каким-то разобранным. Что делалось у него в душе, знал только он сам, да и то, скорее всего, не до конца, но история с Робин явно выбила его из колеи. Его агрессивность, до того практически всегда ограниченная канатами ринга, стала все чаще выплескиваться наружу в гораздо менее подходящих для этого местах. С другой стороны, его тренировки стали какими-то ленивыми. Ну и, наконец, он стал откровенно груб с женщинами, чего раньше за ним как-то не замечалось.

Вполне возможно, это, не в последнюю очередь, было вызвано тем, что бескорыстная Робин изо всей женской мочи ковала железо, пока горячо. Она при каждом удобном и неудобном случае пыталась использовать свой скандальный брак и развод с Тайсоном в качестве трамплина для своей актерской карьеры. В общем и целом у нее мало что вышло, во многом из-за того, что в подобных делах грязь, которую один из участников семейной драмы кидает в другого, часто бумерангом возвращается к нему самому.

Но и Железному Майку не было покоя: бывшая жена высыпала ему столько соли на рану, что соленой стала сама кровь, а его нервная система оказалась столь же хрупкой, сколь мощным было его тело.

В январе 1990 года весь мир обошла фотография: Тайсон на полу, а над ним стоит его противник. Сенсация объяснялась просто: во время тренировки Грег Пейдж, спарринг-партнер Тайсона, послал его в нокдаун. «Сам не знаю, как это получилось», – сказал Пейдж, ошарашенный больше Тайсона.

На свете найдется немного боксеров, пик карьеры которых пришелся на тренировку, но с Пейджем так и случилось. В середине семидесятых Грег в течение нескольких лет считался самым перспективным из молодых тяжеловесов, но он проиграл всю свою карьеру собственному аппетиту. Ринг не видывал такого обжоры. Еда была его наркотиком. Тем не менее в декабре 1984 года он умудрился на тогдашнем безрыбье стать чемпионом мира по версии WBA только для того, чтобы через пять месяцев проиграть этот титул такому же мешку, как и он сам. Но титулы тогда значили так мало, что никто этого практически не заметил, чего никак не скажешь о том, как он послал Тайсона в нокдаун.

Король оказался голым, а Тайсон – смертным. Весь мир увидел, что у него на плечах такая же голова, как у всех, а в ней – такая же челюсть, как у всех. Ну, может быть, чуток покрепче, но, если в эту челюсть чисто попасть, ее счастливый обладатель упадет точно так же, как это делают все остальные. И все-таки даже тогда никто не подумал, как мало времени осталось до крушения Тайсона.

Джеймс Даглас по прозвищу Бастер считался трусом с тех самых пор, как во время встречи с Тони Таккером отказался продолжать бой. Команда Тайсона выбрала его в качестве разминочного противника перед боем Железного Майка с Эвандером Холифилдом, который был предварительно назначен на 18 июня 1990 года. Тайсон пользовался огромной популярностью в Японии, где однажды уже выступал, и встречу с Дагласом было решено провести в Токио 11 февраля.

Уже начало было неожиданным. Растренированный Тайсон двигался вперед медленнее, чем Даглас назад. При этом Бастер успевал еще и бить, а Железный Майк до него просто не дотягивался, что неудивительно, так как рост Дагласа – 192 см, а у Тайсона – 181 см. По мере того как Тайсон уставал в бесплодных атаках, Даглас стал ощущать себя все увереннее и начал контратаковать. После семи раундов Даглас, по мнению всех судей и практически всех зрителей, вел по очкам.

В восьмом раунде бывший капитулянт почувствовал себя звездой и в самом конце пропустил правый апперкот Тайсона, но это оказалось лишь последней, если не сказать единственной, вспышкой былого Железного Майка в том бою. Даглас встал и в девятом раунде продолжил бой так, словно в нокдауне побывал Тайсон, а не он. В десятом раунде все было кончено: после чудовищной серии Дагласа Тайсон оказался на полу, выронив изо рта капу. Он попытался засунуть ее обратно в рот, но даже челюсти у него больше не сжимались. С полузакушенной капой он попытался встать, поднялся на ноги, но его дубообразное тело мотало из стороны в сторону, как иву на ветру. К тому же он несколько опоздал со своим порывом, который иначе как героическим не назовешь. Рефери остановил встречу. Нокаут.

Пэт Патнам давно и навсегда стал моим идеалом в журналистике, но в одном я все-таки с ним не согласен. Робин Гивенс и ее мать (или мать ее?) выходили на ринг вместе с Тайсоном, только дрались не на его стороне. Это они помогли Фрэнку Бруно продержаться до пятого раунда, а вместе с куда более талантливым Дагласом – одолели Железного Майка.

И ты, Вашингтон?

Как известно, в одной и той же ситуации пессимист говорит, что хуже не бывает, а оптимист – что бывает. И прав всегда оказывается почему-то оптимист.

После поражения Тайсону не дали провести матч-реванш с Дагласом. Бастер был совсем не против, понимая, что более выгодного боя нет и быть не может, но сами боксеры в таких делах никогда ничего не решали. Видимо, сыграло свою роль то, что слишком много врагов нажил Дон Кинг, промоутер Тайсона. (Взаимоотношения этих двоих – это вообще отдельная история.) От Железного Майка потребовали провести несколько промежуточных боев, прежде чем вывести его на чемпиона мира. В 1990 году он встретился с Генри Тиллманом и Алексом Стюартом и нокаутировал обоих в первом раунде. Теперь между Тайсоном и боем за титул стоял только канадец Донован Раддок. Они встретились 18 марта 1991 года, и здесь Майку опять не повезло. В седьмом раунде рефери преждевременно остановил встречу после того, как Раддок упал, зацепившись за ногу Тайсона, и была назначена переигровка. 28 июня Тайсон и Раддок встретились снова, и на этот раз Железный Майк победил по очкам.

Надо сказать, что в обеих этих встречах Тайсон произвел далеко не лучшее впечатление. В шестом раунде первого боя он вообще оказался на грани нокдауна, а может быть и нокаута, пропустив мощный левый хук канадца, но его спас гонг. В седьмом раунде Тайсон рассвирепел и делал с Раддоком что хотел, но здесь к нему отнюдь не передом повернулась фортуна. Во втором бою Раддок в целом выглядел лучше, сумел продержаться до конца и даже выиграть несколько раундов. Это уже был очень тревожный сигнал.

Тем временем Бастер Даглас проиграл свой титул Эвандеру Холифилду. Бой Тайсон – Холифилд был назначен на 8 ноября 1991 года, но еще за пару месяцев до этой даты, шестым чувством чуя неладное, Эвандер сказал: «Там, где Тайсон, – всегда что-нибудь происходит». И действительно произошло. Майк получил травму ребра на тренировке. Бой перенесли на начало 1992 года, но он не состоялся и тогда, так как к тому времени Железный Майк оказался за настоящей железной решеткой.

Летом 1991 года Тайсон в качестве почетного гостя принял участие в конкурсе красоты «Мисс Черная Америка». В общем, получился среди роз один Барбос. На этот раз Тайсон млел агрессивно и приставал ко всем красавицам, без спросу хватая их за все выпуклости и впадины. Потом одна из них, восемнадцатилетняя Дезирэ Вашингтон, в два часа ночи поднялась к нему в номер, чтобы, по ее словам, посмотреть телевизор. В гостиной номера люкс стоял огромный телевизор, но Дезирэ как девушка невинная предпочла посмотреть совсем маленький телевизор в спальне. Перед этим она зашла в ванную, где сняла с себя что-то из нижнего белья. Говорят, что именно в таком виде самые невинные девушки смотрят телевизор в спальне.

На этом смотр невинности и закончился. Тайсон, грязное животное, не постигший, зачем такая скромная девушка поднялась к нему в номер, сделал с ней то, что и собирался с самого начала. В последний момент девушка стала говорить «нет», но Железный Майк принял это за предсмертное кокетство. Сделав свое черное дело, Тайсон вроде бы очень скоро выставил ее. Невинная девушка подумала сутки, решила, что Майк ее изнасиловал, и подала в суд.

Судья Патриция Гифорд, убежденная феминистка, всю жизнь проработавшая обвинителем по делам об изнасилованиях и проигравшая только одно дело, провела суд соответственно своим убеждениям. Присяжные тоже были подобраны ей под стать. Невинность Дезирэ не вызвала у них никаких сомнений, чего никак не скажешь о Тайсоне. В результате – приговор: шесть лет тюрьмы с возможностью выхода через три с половиной года в случае примерного поведения.

На суде Тайсон утверждал, что все произошло по обоюдному согласию, хотя и признал, что обошелся с девушкой, по его собственным словам, по-хамски. Очень может быть, что хамство в исполнении Железного Майка и можно приравнять к изнасилованию, причем групповому, но уже после суда стало известно, что ранее без меры невинная Дезирэ уже пыталась засадить таким образом своего преподавателя, и тогда ее уличили во лжи. Кроме того, она явно переигрывала, сладким голосом рассказывая репортерам, что ее главная задача – помочь Майку. Я смотрел одну из этих программ. Честно говоря, более лицемерной и лживой физиономии, хотя она и была очень красивой, я никогда не видел.

После заключения Тайсона под стражу Вашингтон много раз пыталась продать свою историю или как-то иначе нажить на этом капитал, как материальный, так и пиарский, но многомиллионная армия поклонников Тайсона стояла на страже и привлекала всеобщее внимание к каждому ее движению. В таких обстоятельствах Дезирэ решила больше не помогать Тайсону и ушла в тину, так как почувствовала, что дело может принять и совсем неудачный для нее оборот.

В общем, Дезирэ не удалось повторить даже относительный успех Робин. Кстати, Вашингтон не то чтобы похожа на Гивенс, но относится к тому же типу, причем, судя по всему, не только внешне. Может быть, этим и было вызвано хамство Тайсона?

Может быть. А может быть, и нет. Лет много назад сидел я на одной скамеечке на одном южном курорте рядом с одним очень старым грузином. Занимались мы с ним одним и тем же: пялились на проходящих на пляж женщин, к которым не могли приставать: я по малолетству, а он – по противоположной причине. Смотрел он долго, а потом сказал: «Всэ красивие женщины пахожи». «Чем?» – автоматически спросил я, провожая тоскливыми подростковыми глазами один особенно достойный экземпляр. «Тем, что красивие!» – снисходительно ответил грузин.

И никакой Чацкий, и никакой Тайсон ничего тут не поделают.

Какие тут могут быть послесловия? Последняя фраза и есть послесловие, причем ко всей нашей жизни.

До свиданья, наш ласковый Миша

16.06.2005

Когда я писал эту статью, я мог только надеяться, что предстоящий бой станет последним в карьере Тайсона, но так оно и оказалось. Как герой Достоевского, он дошел до полного самоуничижения и самоуничтожения, но, дойдя до этого состояния, как-то возвысился над собой.

ДОСЬЕ

Майк (Майкл Джерард) ТАЙСОН

Родился 30.06.1966 года

• 06.03.1985 – провел первый профессиональный бой против Эктора Мерседеса. Победа нокаутом в первом раунде.

• 22.11.1986 – во втором раунде нокаутировал Тревора Бербика и завоевал титул чемпиона мира в тяжелом весе по версии WBC. Стал самым молодым чемпионом мира в истории.

• 07.03.1987 – победил по очкам Джеймса Смита, отстоял свой титул WBC и завоевал титул WBA в тяжелом весе.

• 01.08.1987 – победил по очкам Тони Таккера, отстоял свои титулы WBC и WBA и завоевал титул IBF в тяжелом весе. Стал самым молодым абсолютным чемпионом мира в тяжелом весе.

• 11.02.1990 – сенсационно проиграл нокаутом в десятом раунде Джеймсу Бастеру Дагласу.

• Февраль 1992 – март 1995 – находился в тюрьме за изнасилование.

• 16.03.1996 – нокаутировал в третьем раунде Фрэнка Бруно и снова завоевал титул WBC в тяжелом весе.

• 07.09.1996 – нокаутировал в первом раунде Брюса Сэлдона и снова завоевал титул WBA в тяжелом весе. Перед этим был лишен титула WBC за отказ встретиться с обязательным претендентом Ленноксом Льюисом (существовала договоренность о том, что Тайсон проведет бой с Льюисом после Сэлдона и Эвандера Холифилда).

• 09.11.1996 – проиграл нокаутом в одиннадцатом раунде Холифилду и потерял свой титул WBA. Больше никогда не был чемпионом мира.

• 28.06.1997 – в третьем раунде матча-реванша с Холифилдом откусил ему кусок уха, за что был дисквалифицирован. Вернулся на ринг в январе 1999 года.

• Февраль – май 1999 – отбывал заключение за избиение двух автомобилистов.

• 08.06.2002 – проиграл нокаутом в восьмом раунде чемпиону мира по версиям WBC и IBF Ленноксу Льюису.

• 11.06.2005 – проиграл техническим нокаутом в шестом раунде Кевину Макбрайду. Окончание карьеры.

Думаю, многие, как и я, периодически отводили глаза, когда смотрели бой Майка Тайсона с Кевином Макбрайдом. Такие чувства вызывает впавший на старости лет в маразм великий ученый, который не может вспомнить таблицу умножения, или подвыпившая женщина средних лет, которая почувствовала себя молодой и прекрасной и начала, тяжеловесно кокетничая, приставать к мужикам. Но и выключить телевизор тоже не было сил. Вот так и смотрели.

В поисках денег

Не могу утверждать, но мне кажется, что под конец его боксерской жизни у Тайсона перевелись враги. Даже те, у кого он прочно ассоциировался со Злом, давно получили свое в его боях с Бастером Дагласом, Эвандером Холифилдом, Ленноксом Льюисом и Дэнни Уильямсом. Сколько же может Добро торжествовать над бедным покореженным Злом? Так это у него, не дай бог, войдет в привычку, и оно поменяется со Злом местами, потому что победы далеко не всегда будят лучшее в наших слабых душах. Очень часто как раз наоборот.

Да и какое Тайсон зло? И уж тем более Зло? Запутавшийся в себе и жизни не самый плохой человек, разменявший свой немереный талант по рублю и оставшийся в итоге ни с чем. Кого тут ненавидеть? Спаси, Боже, нас, грешных, от такой участи.

Сколько же ненависти Тайсон перековал в жалость только за последние годы? И сколько к этому еще прибавилось после его ужасного поражения Макбрайду, которое как бы отобразило всю его жизнь в миниатюре? Печаль в начале, потом ярость, еще ярость, бессильная ярость, потом слабость, немного подлости от слабости – и снова печаль. Круг замкнулся.

То, что Тайсон смертельно устал от бокса, известно давно. Собственно, он этого и не скрывал. В последние годы на ринг его гнали долги, и ничего, кроме них. Время стало быстро съедать остатки его таланта, и от боя к бою он выглядел все хуже и хуже. Исключением стал только бой с Клиффом Этьеном, но ведь если вспомнить, то произошло это уже больше двух лет назад.

К бою с Макбрайдом Тайсона готовил его близкий друг – австралиец Джефф Фенек, экс-чемпион мира в трех весовых категориях и один из очень немногих людей, кому ничего от Майка не было нужно. Фенек сам богат и, говорят, не жаден. Не предал он Майка и на этот раз: остановил бой после шестого раунда, спасая друга от унизительного нокаута и от того, чтобы тот предстал перед миром в совсем уж жалком виде. Надеялся до последнего, помогал до последнего, а когда последний наступил, Фенек принял единственно верное решение.

В поисках Макбрайда

Макбрайда долго искали. Нужен был боксер крупный, фактурный, с неплохим послужным списком, но при этом достаточно безопасный. Условия вроде бы взаимоисключающие, но на самом деле достаточно легко выполнимые. Нужно было только найти бойца с искусственно надутым за счет мешков списком боев. Таких обычно хватает в боксерской провинции среди местных героев. Туда и отправились. Нашли в Ирландии. Рост 198 см, вес за 120 кг. Тридцать две победы, из них двадцать восемь нокаутом, четыре поражения и одна ничья. При этом никогда ни с кем серьезным не дрался, а полусерьезные без больших трудов укладывали его на пол. О лучшем нельзя даже и мечтать, когда тебе позарез нужна победа.

Поначалу казалось, что эту победу Тайсон добудет. Правда, когда он шел к рингу, в лице у него что-то явно отсутствовало. Наверное, настрой на бой. Тайсон был очень спокоен и грустен. Он не боялся, но ему явно не хотелось здесь быть.

Боксировал Майк тоже немного странно. В целом достаточно вяло и откровенно плохо, но при этом время от времени в его действиях просматривались какие-то вспышки. Казалось, что во время одной из них он Макбрайда нокаутирует, но очень скоро стало ясно, что, даже вспыхивая, Тайсон уже совсем не тот. Макбрайд никогда не считался боксером с железной челюстью, но атаки соперника он выдерживал.

Уже в первых раундах на Майка было больно смотреть. От него прежнего не осталось почти ничего. На ринге была только его оболочка, достаточно хорошо сохранившаяся, но лишенная своей сути. Он выглядел как художник на старости лет, только разучившийся держать в руках кисть.

Дальше – больше. Майк начал уставать, и постепенно стало вырисовываться то, что если Макбрайд продержится еще несколько раундов, то он вполне может и выиграть. Макбрайд, более чем заурядный боксер, которого без этого боя никто бы и не знал, на наших глазах делал себе имя на Тайсоне. Это было невыносимо. Ну ладно бы какой-нибудь молодой парень, метящий хоть в какие-то звезды, Кэлвин Брок например, но Макбрайд – это ничто в боксерских перчатках… Нет, на это не надо было смотреть. Легенды не должны так себя унижать.

Но легенда унизила себя еще больше. Уже сама, без помощи Макбрайда. Когда силы стали кончаться, Майк принялся вовсю нарушать правила. Он постоянно бил головой, пока в конце концов не нанес Макбрайду рассечение. В каком раунде? Не помню, а пересматривать нет сил, да и какая разница. Точно помню только то, что в шестом раунде Тайсон принялся ломать противнику руки. Он зажимал перчатку под мышкой и потом старался согнуть руку против локтя. Зрелище было жалким, как и все остальное в этот вечер: Тайсон не мог победить Макбрайда, не нарушая правил! С ума сойти!

А кончилось все совсем плохо. В конце шестого раунда Макбрайд толкнул Тайсона, и тот упал. А потом долго не мог встать. Да он, похоже, и не хотел вставать. Нет, бывший Железный Майк не имитировал нокаут. Он просто откровенно не хотел вставать. Зачем? Вести этот уже проигранный бой? Вешать свой скальп на пояс к Макбрайду? Так он уже там и так висел.

Он все-таки встал и, шатаясь, пошел в свой угол, так как раунд закончился. Фенек встретил его там как радушный хозяин. И как радушный хозяин решил не отпускать гостя слишком рано, а точнее, не отпускать его вообще. Верный Джефф дал сигнал об окончании боя, и Макбрайд воспарил в воздух. Может быть, он и хороший парень, но торжество такой посредственности – зрелище не из приятных. Как и помятый этим ничтожеством Майк Тайсон.

В поисках врагов

Уход Тайсона начался не вчера. Вообще-то надо быть по-настоящему магической фигурой, чтобы уходить так долго и сохранять интерес к себе на протяжении всего этого времени.

11 февраля 1990 года Тайсон проиграл Бастеру Дагласу, который только один день в жизни, именно тот день, был великим боксером. С этого начался уход Железного Майка. Впрочем, тогда так не казалось.

Затем, в 1992 году, он ушел в тюрьму. Тогда уже многие предположили, что выйдет он оттуда совсем другим человеком и другим боксером. Ожидания не вполне оправдались. Если не считать татуировок, то вышел он оттуда примерно таким же, каким туда уходил: и как боксер, и как человек. Затем было несколько очень удачных боев, возвращение почти всех титулов, ожидание долгого безраздельного царствования… Но пришел Эвандер Холифилд и все это разрушил. 9 ноября 1996 года, к большому удивлению сорока восьми из сорока девяти опрошенных перед боем экспертов и всего боксерского человечества, он Тайсона нокаутировал. В тот день Железный Майк ушел от нас как чемпион.

Это даже как-то не укладывается в голове, но большую часть из прошедших с тех пор восьми с половиной лет Тайсон оставался в боксе самой известной фигурой – не имея никакого титула. По-моему, такого не удавалось еще никому – и вряд ли когда-нибудь удастся.

Потом наступила эпоха скандалов. Их хватало и раньше, но все-таки они не были главным в жизни Тайсона. Омерзительные дрязги с обобравшими его женой и тещей. Еще более омерзительная история с изнасилованием, в ходе которой Майка торжественно принесли в жертву прогрессивному человечеству в лице сумасшедших американских феминисток, которые одни на всем белом свете считали, что взрослая женщина, не идиотка и не девственница, может в два часа ночи подняться в номер к мужику, которого она видела ухлестывающим самым беспардонным образом за десятком ее подруг, для того чтобы без трусов посмотреть телевизор. И ничего больше. Последняя деталь выяснилась уже в ходе следствия. Несчастная жертва, участница конкурса красоты «Мисс Черная Америка» Дезирэ Вашингтон сама призналась в том, что разделась еще в ванной.

Во всех этих историях Тайсона можно было скорее пожалеть, но потом скандалы с его участием приобрели совершенно иной характер. Началось все 28 июня 1997 года с откусывания Холифилду куска уха во время матча-реванша. Эта история обошлась Тайсону в полтора года дисквалификации. Затем была крайне некрасивая история с избиением двух пожилых автомобилистов после мелкого дорожного инцидента: итог – три с половиной месяца тюремного заключения. Потом было еще много мелочей в том же высоком духе, а закончилось все тем, что в январе 2002 года на пресс-конференции, посвященной предстоявшему матчу Тайсона с Ленноксом Льюисом, случилась драка, которую, возможно невольно, спровоцировал сам Майк. Он укусил Льюиса за ногу, а потом, держа себя за гениталии, рассказал представителям прессы, кто они такие и что он с ними сделает с помощью удерживаемых органов, не разбирая пола и возраста.

После этого он ушел от нас и в качестве скандалиста.

И остался только человек.

Нормальный человек, у которого было ненормальное детство. Который прятался от старшего брата за холодильником. У которого на его глазах за кражу голубей повесили дружка и которого бы повесили самого, если бы у убийц было время. Который до одиннадцати лет патологически не умел защищаться, а потом в одну секунду научился, когда какой-то подонок оторвал голову его любимому голубю.

У него сложилось мировосприятие жертвы, на которую весь мир вышел на охоту, и он сопротивлялся этому миру, как мог. Еще на заре своей карьеры он как-то сказал, что хотел бы так ударить в кончик носа своему противнику, чтобы кость ушла в мозг. Только он, наверное, имел в виду не противника на ринге, а весь мир, который он ненавидел, потому что был уверен, что тот ненавидит его.

В поисках себя