- Но почему?

Его глаза загорелись гневом, когда он произнес:

- Он был алкоголик. Когда он напивался - а я не помню его трезвым, - он избивал мать, а потом принимался за нас с братом.

Сама Меган никогда не испытывала ничего подобного. Она могла лишь посочувствовать маленькому мальчику, над которым постоянно измывался отец.

- Прости. Каким ужасом, наверное, это было для тебя.

- Я всегда боялся, что окажусь похожим на него.

Меган похолодела.

- У тебя проблемы со спиртным?

- Разумеется, нет.

- Ты когда-нибудь бил женщину?

- Да ничего подобного. Если б я только пальцем...

- Тогда почему же, скажи на милость, ты сравниваешь себя с отцом? - воскликнула Меган.

- Я знаю, это не поддается объяснению. Мне только кажется, что я могу выйти из-под контроля.

Том был не столько расстроен из-за того, что сказал так много, сколько поражен, что вообще что-то сказал.

- Послушай, давай поговорим об этом как-нибудь в другой раз, хорошо?

Меган положила руку ему на пояс в безотчетном желании успокоить, и он обнял ее за плечи.

- Ты занимался спортом в школе?

- Я весил девяносто фунтов и был похож на крошечную слабенькую козявку из комиксов, - заявил он с унылой миной. - Но пару раз я принимал участие в беге по пересеченной местности.

- Не могу представить тебя тощим, - сказала она, оглядывая его широкие плечи и мускулистые руки.

- Уж поверь. Если б ты увидела меня в девятом классе, то вряд ли захотела бы взглянуть еще раз.

- А как получилось, что ты так изменился?

Он усмехнулся.

- Я воспользовался советом из тех же комиксов и стал заниматься штангой. Штанга и бег остаются со мной и по сей день.

- Ну-ка, посмотрим, как они тебе пригодились! - В ее смеющихся глазах промелькнуло восхищение, когда она быстро провела рукой по его широкой груди и похлопала по животу, ощутив бугрящиеся мышцы, и, когда их глаза встретились, смех ушел, сменившись совсем другим выражением. Она слегка кашлянула и отвела взгляд от чувственного огня в зеленых глазах. Сексуальная привлекательность - это прекрасно, когда решаешься на любовную связь. Однако только секс не может быть достаточным основанием для брака. Она заставила себя вернуться к тем вопросам, которые, по ее мнению, следовало задать.

- А каким образом ты стал экспертом в области южноамериканской политики?

- Если тебя это действительно интересует, я расскажу, - сказал он, когда они подошли к открытому амфитеатру. - Но почему бы нам не побеседовать об этом за ланчем?

Это было легче сказать, чем сделать. Музыка играла гораздо громче, чем Том предполагал, и разговор, который он рассчитывал вести за ланчем, состоящим из жареных цыплят, картофельного салата и свежих фруктов, заглушался ритмичным рокотом бас-гитары и ударами барабанов.

Меган была довольна, что их беседа прерывалась вынужденными паузами. Она успевала хорошенько все обдумать. То, что рассказал Том, не соответствовало ее представлениям о человеке, который добился таких успехов. Невозможно было вообразить себе, что в детстве ему пришлось страдать от физических наказаний и грубого обращения или что он выглядел таким невзрачным. Предположительно характер человека формируется в юности. Означает ли это, что Том все еще ощущает себя неуверенно? Еще труднее поверить, будто он не осознает своей мужской привлекательности, вопреки тому, что со всей очевидностью бросается в глаза, если он хоть когда-нибудь смотрится в зеркало.

- О чем ты думаешь? - спросил Том, когда музыка ненадолго смолкла. Какая ты для меня загадка.

- О том, как мне хорошо с тобой. - Она улыбнулась ему. - Как, по-твоему, они играют?

- Очень громко.

Меган засмеялась.

- Давай уйдем отсюда, - прокричал он, пытаясь заглушить вновь грянувшую музыку. - Это слегка превышает то, что я могу вынести на полный желудок.

Пока они шли, Меган старалась вспомнить другие темы, рекомендованные книгой, в уме составляя список тех, что она уже обговорила, и тех, что еще предстояло обсудить. Ах, да... дальнейшие цели.

- Как я понимаю, ты приехал в университет Святого Марка, потому что можешь здесь, в Майами, получить необходимые материалы по Южной Америке? Ты работаешь над какой-то определенной темой?

- В общем, да. Я ищу объяснения причин теперешних политических волнений в Центральной Америке.

Меган присвистнула.

- Трудная задача. И можно их найти, эти объяснения?

- Это именно то, что я хочу попытаться сделать. Явно устаревшая экономика - вот корень всех зол, там совершаемых. Богатые хотят удержать свое богатство, а бедные - все поделить. Каждая сторона пытается уничтожить другую, надеясь таким образом разрешить проблему. Вопрос в том, есть ли какие-нибудь другие реальные пути осуществления социальных, экономических и политических реформ, кроме постоянных разрушительных войн.

Меган, закусив губу, думала над тем, что он сказал.

- Таким образом, разрешить эту проблему означает ответить на вопрос: "Что было раньше - курица или яйцо?", верно? Нельзя остановить войну без реформ, и нельзя осуществить реформы, пока продолжается война.

- Ты все поняла совершенно правильно.

- Первый раз мне все так просто объяснили. Надеюсь, тебе удастся найти решение. А что будет, когда время твоего пребывания здесь закончится?

- Я вернусь в Вашингтон.

- Ты никогда не думал обосноваться в Майами? - Меган затаила дыхание в ожидании ответа.

Том сцепил руки у нее на талии и увлек в тень от пальмового дерева, росшего у дорожки. Он стоял, повернувшись к ней лицом, продолжая держать ладони так, что большие пальцы рук почти касались друг друга у застежки на ее животе.

- Готов признать, что было бы хорошо жить поближе к Рэнди и Ирэн. Но это означает множество дополнительных перелетов в Дом на Холме для консультаций. Должны быть более веские причины, чтобы здесь остаться.

- Например, женитьба? - подумала она.

- А ты? - спросил Том, пальцами нащупывая ее ребра. - Тебе не хотелось бы жить где-нибудь еще?

Меган из последних сил старалась унять непроизвольную дрожь, в то время как пальцы Тома гладили ее тело сквозь легкую ткань тенниски.

- Иногда я мечтаю о жизни где-нибудь в горах, на Западе. Может быть, в Колорадо, Вайоминге или Монтане. По крайней мере именно там я каждый год провожу свой отпуск.

- Есть кто-нибудь, кто скучал бы по тебе, когда ты покидаешь Майами?

- Э-э... нет.

Тому хотелось раз и навсегда убедиться, что в ее жизни нет другого мужчины. Решив покончить с этим, он прямо спросил:

- Так, значит, никто не заменил тебе мужа?

У Меган остановилось дыхание. Неужели такие рискованные вопросы уместны на первом свидании? Но ведь она сама задавала подобные вопросы и считала, что он обязан отвечать честно.

- Я... ну... я вовсе и не искала замену после смерти Гэри.

- Вот как? И почему?

- Полагаю, точнее было бы сказать, что я сначала искала, но потом бросила, - сбивчиво произнесла она, мысленно добавив:

- Пока моя дочь не подарила мне книгу...

- И все-таки почему?

- Я не могла найти никого... подходящего.

- Никого? И что же такое ты искала, что так трудно найти?

Он крепко стиснул ее и потянул к себе. Ей виден был темный завиток, показавшийся в вырезе его рубашки. Сквозь тонкую ткань просвечивали волосы, густо покрывавшие грудь. Ей хотелось погрузить в них руки, почувствовать, какова его кожа на ощупь. Не подозревая, что глаза выдают ее, она встретила его напряженный взгляд.

- Кажется, ты что-то сказал?

Том прилагал все усилия, чтобы не поддаться безудержному желанию, пробужденному выражением ее глаз. Он ответил, надеясь, что голос не выдаст всей полноты его смятения:

- Я спросил, что ты надеялась обрести в муже.

- Товарищеские отношения, например.

- Тебе не удалось найти мужчину, способного быть тебе другом?

- Никого, кто бы...

Кто захотел бы принять меня вместе с детьми.

- Никого, кто... что именно?

- Кто был бы способен разделить со мной все в жизни - и хорошее, и плохое.

Он перестал бороться с искушением и прижал ее к себе. Меган чуть покачивалась, и ему было неловко, так как он старался оставаться неподвижным. Легкий ветерок принес аромат гардений, который, казалось, исходил от женщины в его объятиях.

- Что еще ты хочешь, то есть хотела, от будущего мужа? - требовательно спросил он, и его резкий шепот оглушил ее.

- Удовлетворения... физического сродства... это важно.

- Ты подразумеваешь любовный контакт?

- Да. Любовный. Телесный. - Она схватила его за руки, борясь с побуждением прижаться к его груди.

- Что еще?

Его голос звучал низко и хрипло, его губы были так близко от ее уха, что она ощущала тепло его дыхания. Она едва могла что-либо соображать из-за ощущений, пронизывающих ее тело.

- Еще он должен любить детей... пожалуйста... я не в состоянии думать, когда ты так близко.

Но она не пыталась оторваться от него. А он не пытался разъединить их тела. Послышался голос маленькой девочки, зовущей мать. Это наконец разрушило чары, словно сковавшие их. Меган резко отклонилась назад, и это неожиданное движение заставило Тома отпустить ее.

Меган сразу же почувствовала, как ей жарко. Тенниска прилипла к коже, а руки были скользкими от пота. Она несколько раз обмахнулась краем тенниски в попытке хотя бы слегка охладить кожу.

- Господи, какая жара! В это время дня здесь невозможно находиться. Может, пойдем смотреть птиц? Там, как в джунглях, прохладно и сумрачно.

Первоначальным побуждением Тома было вызнать про Меган побольше. Сегодня он выяснил две очень важные вещи. Во-первых, Меган Пэджет ждала от брака того же, чего и он. А во-вторых, он понял, что хочет узнать ее поближе.

Они провели остаток дня, пока не наступили сумерки, гуляя по большей части молча. Меган была переполнена чувствами, возникшими после разговора с Томом. Выяснив, в каких условиях он рос, она подумала, что вряд ли он станет хорошим мужем. Но ее пугало, как легко она может забыть об этом ради его объятий.

Меган не хотелось боли, которая неизбежно сопровождает кратковременное сексуальное удовлетворение. Она испытала это после развода и не имела ни малейшей склонности повторить свой единичный опыт. Но с Томом... Она с нетерпением ждала исхода дня, так как надеялась, что он обнимет и поцелует ее. И ей не пришлось разочароваться.

Было почти совсем темно, когда они добрались до "Нелза". Как Том уже понял, не стоило рассчитывать, что она будет дожидаться, когда он поможет ей выбраться из машины. Он быстро выскочил за ней и, обняв за талию, направился к ее машине.

- Я сегодня чудесно провел время, Меган.

- Я тоже, - ответила она низким гортанным голосом.

Меган старалась умерить волнение по поводу того, что, возможно, это будет прощальный легкий поцелуй в щечку. Но ее дыхание уже стало прерывистым, и она ничего не могла с собой поделать.

Том собирался лишь слегка коснуться Меган губами. Чуть обнимая ее за талию, он наклонился и осуществил свое намерение. Но ее губы были так нежны, что ему захотелось еще раз почувствовать их вкус. Его язык беззастенчиво проник внутрь, чтобы ощутить, каковы они с другой стороны.

Он почувствовал, как напрягается его тело, и противился этому изо всех сил. Глаза были полузакрыты, дыхание стало жестким. Он поднял голову, но при взгляде на губы Меган, влажные от поцелуев, снова наклонился к ней, обняв ее и привлекая к себе. Он притягивал ее все сильнее, но губы оставались такими же ласковыми.

Меган открылась навстречу ему. Она чувствовала сумасшедшее биение его сердца и встретила его губы со страстным нетерпением. Том, покусывая их, успокаивал боль языком. С этого мгновения все исчезло в водовороте наслаждения. Его руки блуждали по ее телу, в то время как губы и язык ласкали ее рот. И если страсть не могла облечься в слова, она выражалась в действии.

Он услышал хрип в горле Меган и, простонав в ответ, обхватил ее бедра и заставил изогнуться, языком имитируя движения неутомимого любовника. Тенниска была почти снята, когда Том услышал приглушенный смех и хлопанье дверцы машины. Эти звуки заставили его опомниться. Придя в себя, он обнаружил, что они стоят в самой середине автостоянки.

Попытка заговорить ни к чему не привела, голос хрипел. Откашлявшись, он все-таки произнес:

- Я провожу тебя домой, чтобы убедиться, что ты добралась благополучно.

По вполне понятной причине, которую она не могла объяснить Тому, Меган отказалась.

- Нет, это лишнее.

Она быстро повернулась и бросилась к своей машине.