- Тем более нам надо остаться здесь! - воскликнул Педерсен-через-Дэ, сверкая глазами. - Если этот вирус так опасен, мы не можем возвращаться на "Фрам"!

- Ты сошел с ума! - вмешался Йорген. - Хочешь лишить экспедицию пяти человек? Без нас остальным не добраться до Полюса!

Я глубоко вздохнул, печально покосился на труп и развел руками:

- Дэ совершенно прав, а мне просто не хватало духа в этом признаться. Конечно, цель экспедиции очень важна, но мы не можем возвращаться на "Фрам". Что, если мы всех там заразим?! Останемся здесь и обратимся за помощью по радио.

Йорген - первый и любимый помощник капитана Амундсена - выругался по-норвежски.

В этот момент распахнулась дверь, и в салон ворвался Хакон.

- Скотт! В компьютере судового врача важная информация!

Я кивнул и пошел за ним. Три норвежца и датчанин последовали за мной.

Англичане вообще и в первую очередь те, кто не вышел ростом, оказавшись на корабле со скандинавской командой, очень скоро с прискорбием замечают, что они, как говорится, "от горшка два вершка". Сидя за компьютером, я ощутил это особенно остро, когда мои "современные викинги" столпились вокруг меня.

К счастью, судовой врач вел свои записи по-английски. Если бы он писал на африкаанс, мне пришлось бы запрашивать перевод по радио. В записях говорилось об инфекции, поразившей экипаж "Южного Креста" и его пассажиров после захода в залив у озера Фрикселл, находившегося отсюда всего в нескольких днях плавания.

- Значит, все это случилось очень быстро… - пробормотал Йорген.

- Если врач не врет, то да. Только для чего ему врать, если он сам умер?!

- Трупы начинают попахивать, - сказал кто-то за моим плечом.

- Пойдите к термостату и понизьте температуру на всем корабле, - не оборачиваясь, приказал я. - Нам не привыкать…

В записях судового врача говорилось, что "Южный Крест" вез туристов к антарктическим птицам и геологическим диковинкам. Трансантарктические горы - складчатые. Их не скрывает почвенный слой, а в районе озера Фрикселл нет даже снега и льда. О чем еще может мечтать коллекционер минералов?! Любителям провести летний отпуск в Антарктиде окрестности этого озера должны были очень понравиться. А вдоль побережья там гнездятся императорские пингвины, перекочевавшие сюда с острова Росса, после того как браконьеры из Новой Зеландии устроили облаву на птенцов. Императорские пингвинчики недавно превратились в Америке и России в таких популярных домашних птиц, что тамошний черный рынок домашних животных даже переименовали в "черно-белый". А самые безумные фанаты, явно не читавшие рассказы Лавкрафта [Лавкрафт Г.Ф. - известный американский писатель, основоположник "черной фантастики", классик жанра "horror".] о жутких слепых пингвинах-альбиносах, стали разводить белых императорских пингвинов.

- Нам придется выйти в эфир, - сказал Педерсен-через-Дэ, прервав разговор с Хаконом; они разговаривали не то по-датски, не то по-норвежски, в любом случае я все равно ничего не понимал. - Амундсен разозлится.

- Еще бы, - сказал я. - Радиопередачу перехватят все американские подлодки и эсминцы в радиусе многих миль. Мы же нарушили стокилометровую запретную зону. Наш корабль задержат и отбуксируют назад на остров Асенсьон, а вонючие малагасийские браконьеры будут и дальше преспокойно ловить у Земли Королевы Мод ледовых рыб. У американцев слишком мало кораблей, чтобы тут все прочесать, и малагасийцы этим бесстыдно пользуются!

- А я слышал, что у бразильцев есть подводные траулеры, - сказал Хакон.

- Ну и как ты втащишь сеть с рыбой на подводный траулер? - скептически осведомился Педерсен-через-Дэ.

Я читал дальше, не обращая на них внимания. Заболевание вспыхнуло всего через несколько часов после того, как последний пассажир поднялся на борт с Земли Виктории. Оно убивало людей "массированным и внезапным некрозом кожи лица, распространявшимся из района рта и носа наподобие декубитальной гангрены".

- Гангрена! - воскликнул Дэ. - Гангрену вызывает обморожение. Они все обморозились!

Он хлопнул Хакона по спине:

- Слышишь?! Они обморозились!

Я читал дальше. Непосредственной причиной гибели людей мог быть сердечный приступ или удушье. Врач "Южного Креста", которого звали М.Д. Филлипс, не смог определить, от чего прекращали биться сердца умерших - от кислородного голодания или просто от невыносимой боли. Он пытался спасти отдельных больных с помощью искусственного дыхания, но записал, что при этих попытках "лишь проломил им грудную клетку". Сначала он подумал, что это просто вызванная стафилококками кожная инфекция, а потом перепробовал на первом же больном все антибиотики вплоть до ванкомицина. Ванкомицин до сих пор остается самым сильнодействующим из существующих антибиотиков. Врачи даже остерегаются его применять, потому что бактерии под его воздействием часто начинают мутировать и перестают на него реагировать. Обычно ванкомицин используют только для борьбы с золотистым стафилококком, устойчивым к метициллину. На борту "Южного Креста" было мало ванкомицина, но и он не помог. В отчаянии судовой врач прочел все, что нашел в своей довольно богатой медицинской библиотеке о кожных болезнях. Он внимательно изучил все медицинские справочники страница за страницей и наконец пришел к тому же выводу, что и я сам. Этой напастью была не обычная гангрена и не газовая. Скорее всего, бедняги столкнулись с декубитальной гангреной, известной под названием некротического фасцита. Единственное средство против нее - удаление пораженных тканей. Судовому доктору с его ничтожным жалованьем совершенно не хотелось приступать к таким операциям в своем плохо оснащенном плавучем лазарете посреди Южной Атлантики. Кроме того, среди его пациентов могли оказаться люди, способные подать на него за это в суд или просто застрелить его при его первом же появлении в Дурбане. При этом врач "Южного Креста" не относился к категории маньяков, экспериментирующих на своих больных, как на крысах. Когда его самого поразило загадочное заболевание, он надел резиновые перчатки, встал перед зеркалом и стал сам себе срезать кожу с лица. Когда врач умер, на его лице оставалась лишь половина кожи. Разумеется, дольше всего протянули те больные, к кому он почти не прикасался.

Разве это справедливо?!

Куривший в коридоре Йорген выругался по-скандинавски.

- Да тут полно крыс! Ну подожди! Вот я тебя сейчас!..

Я замер за компьютером:

- Не трогай ее!

Йорген замер с металлической трубой от пылесоса в руке:

- Что?! И крыс нельзя трогать?!

- Она живая, - сказал я.

- Сейчас будет мертвая, - с ухмылкой сказал Йорген, взвешивая в руку пылесосную трубу, как меч викинга.

- Ты что-нибудь слышал о хантавирусе?

Хокон немного остыл и опустил трубу.

- О каком вирусе?

- Крысы - его переносчики. Он легко убивает людей. Десять из двадцати больных, пораженных этим вирусом, умерли. Они умерли не в паршивых судовых лазаретах, а в лучших американских больницах! По-моему, крысы могут переносить и этот микроорганизм. Если хочешь, чтобы шкура сползла с тебя, как чулок, беги и дальше за этой крысой!

Педерсен-через-Дэ уставился на меня широко открытыми глазами.

- Крысы переносили Черную Смерть! - заявил он и так поразился своим знаниям, что не удержался и повторил: - Крысы переносили чуму!

- Норвежские бурые крысы, - уточнил я. - А может, вам нечего бояться? Может, у вас врожденный иммунитет?

- Но это не бубонная чума! - покачав головой, воскликнул Йорген. - У тех, кто умер от чумы, под мышками раны.

- Да будет вам известно, - сказал я, не отрываясь от монитора и печатая одновременно, - так и не доказано, какой микроорганизм вызвал Черную Смерть. Большинство считает, что это - возбудитель бубонной чумы. Некоторые думают, что это была сибирская язва. А другие даже полагают, что это именно хантавирус. Вполне возможно, что в Средние века появился какой-то неведомый дотоле вирус, которого с тех пор больше никто не видел.

- Ни у кого не поднялась температура? - спросил я, нервно облизнув губы.

Все лениво переглянулись.

А ведь скоро им будет не оторвать друг от друга глаз!

- Нет, - сказал Дэ.

- Тогда свяжитесь с "Фрамом", - приказал я. - "Красно-бело-сяняя экспедиция" завершена.

"Красно-бело-синяя экспедиция" была совместно организована англичанами и норвежцами по инициативе одного чудака по имени Тор Амундсен. Этот дальний родственник знаменитого полярного исследователя не прошел последний этап медицинской комиссии, когда пожелал стать первым полетевшим на Марс астронавтом Европейского космического агентства. Ему не удалось совершить гигантский скачок в будущее, и, наверное, поэтому его заинтересовало прошлое. Этот дружелюбный норвежец из Бергена, бегло говоривший по-английски и по-русски, выступавший за норвежскую лыжную сборную на Олимпийских играх и получивший диплом инженера в столичном университете, поставил перед собой задачу, по сложности сравнимую с первой высадкой человека на Луну. Он решил покорить Южный полюс в день столетнего юбилея подвига его прославленного предка, пользуясь его же методами. Никакой спутниковой связи! Никаких цифровых приборов! Ни радара, ни сонара! Никаких мотонарт!

Тор собирался дойти до Южного полюса, перенеся при этом такие же тяготы, как и его предок, подражавший, в свою очередь, Нансену.

Сначала Тор собирал деньги под предлогом того, что хочет повторить попытку Амундсена, пытавшегося достичь Северный полюс в 1910 году. Но ведь и тогдашний Амундсен на самом деле лишь маскировал свои намерения штурмовать Южный полюс! По-моему, меня выбрали из двадцати совершенно равноценных кандидатов только из-за моего имени. Конечно, Скотт мое имя, а не фамилия, но Тор все равно заявил в одном интервью, что у него в экспедиции будут Амундсен и Скотт. А позже я узнал, что англичанина включили в состав экспедиции еще и для того, чтобы один из торговых банков Лондонского Сити ассигновал на ее нужды 200 000 фунтов стерлингов.

Сто лет назад Роальд Амундсен набрал людей для арктической экспедиции, одолжил корабль под названием "Фрам" у своего друга Нансена, который, кстати, и сам собирался на Южный полюс, а потом внезапно лег курсом на Мадеру и заявил, что плывет в южное полушарие. Пожалуй, нам следовало бы с самого начала догадаться, что Тор Амундсен поступит точно так же.

Его экспедиция к Южному полюсу была чистой воды безумием. Если в 1910 году Роальд Амундсен просто подвел старого друга, то его дальний потомок явно решил подвести всю экспедицию с собой во главе под монастырь. С сентября 2009 года американские и русские военные корабли патрулировали антарктические воды, пресекая любые попытки охоты на китов. Горячий капитан одного русского эсминца уже изрешетил из крупнокалиберных пулеметов норвежское китобойное судно "Морской Лебедь". По не вполне понятной причине русские и американцы, сидевшие сложа руки, пока люди убивали, насиловали и пожирали друг друга в Руанде, Косове, Северной Ирландии и Квебеке, теперь на полном серьезе взялись за охрану китов. Пока еще они никого не торпедировали, но инцидент с "Морским Лебедем" не улучшил настроения норвежцев на борту "Фрама".

Конечно, крупные компании без зазрения совести опустошали Антарктиду. Огромные прекрасно отапливаемые отели росли как грибы по периметру всей сравнительно теплой "Антарктической Ривьеры" на Антарктическом полуострове. Костюмы с подогревом позволяли туристам шнырять среди тюленей, кататься на сноубордах с айсбергов и терроризировать стаи испуганных пингвинов на моторных лыжах. (На моторных лыжах катались, естественно, туристы, а не пингвины.) Все это было совершенно незаконно и противоречило положениям Второго Антарктического договора 2007 года. Но ведь и несколько сотен тысяч белых поселенцев в сопровождении нескольких миллионов голов скота исключительно по собственному почину захватили земли индейцев в Северной Америке в XIX столетии. И никто им при этом ни слова не сказал!

И вот американцы и русские по совершенно непонятным причинам серьезно взялись за дело, попутно повысив рейтинг своих президентов до беспрецедентных высот. Теперь ни один ученый не имел права появиться к югу от 60-й параллели без их письменного разрешения. Однако Тор Амундсен рассчитывал на сенсационный успех своей экспедиции, тайно достигшей Южного полюса под самым носом объединенных морских сил двух сверхдержав. Он выбрал судно с деревянным корпусом, невидимое для радиолокаторов и, скорее всего, для гидролокаторов тоже. В антарктических водах он плыл исключительно под парусами, и его не могли засечь гидрофоны. Тор полагал, что здесь никто не ожидает увидеть деревянный корабль, и наверняка не ошибался, ведь сумели же мы забраться так далеко.

Мы связались по радио с "Фрамом". Тор отказывался верить в наш рассказ и пожелал увидеть все своими глазами. Я приказал находившимся на "Фраме" любой ценой удержать его, чтобы зараза не распространилась среди наших остальных товарищей.

Сейчас мы с Йоргеном сидели вдвоем в лазарете "Южного Креста". Было еще светло, как часто бывает в Антарктиде, но солнце висело над горизонтом очень низко. Это был не полярный день, а полярные сумерки.

- Ты хотел что-то сказать, но промолчал, - заявил Йорген. - Давай не тяни, расскажи нам все, что знаешь.

Я кивнул:

- В конце прошлого века в бывшей угольной шахте на Шпицбергене обнаружили несколько трупов. Ты же знаешь, что на Шпицбергене добывали много угля?

Йорген кивнул:

- В Трансантарктических горах тоже хотели рыть шахты. И они бы здесь появились, если бы русские и американцы внезапно не уперлись рогом!

- Добывать уголь на Шпицбергене перестали в прошлом веке. Но эти покойники были совсем особыми. Они умерли от испанки - гриппа, убившего двадцать миллионов человек после Первой мировой войны. Двадцать миллионов! При этом болезнетворные организмы все еще жили в трупах. Добрая половина эпидемиологов в мире страшно обрадовалась тому, что теперь у них есть живой возбудитель испанки и они изучат его и придумают против него вакцину, а вторая половина эпидемиологов страшно испугалась, потому что трупы сохранились в леднике. К концу столетия ледник по какой-то причине отступил, и трупы появились на свет божий. Если это произошло на Шпицбергене, нечто подобное может произойти в любой из покрытых льдами точек земного шара. Значит, в тундре может возродиться любая чума, когда-либо поражавшая Европу, Азию и Америку. В шестом веке новой эры множество людей в Восточной Римской империи умерло от чумы Юстиниана - загадочной инфекции с Востока. Никто до сих пор не знает, что за микроорганизм вызывал это заболевание. В четвертом веке новой эры на просторах Китая свирепствовала зараза, убившая миллионы человек, а ученые до сих пор не поняли, что это было - оспа или корь. Хантавирус живет в Северной Америке с момента появления там первых индейцев…

- Ты думаешь, это какое-то заболевание, спавшее во льду и вдруг проснувшееся? - нахмурившись спросил Йорген.

Я неопределенно покрутил головой, стараясь уйти от прямого ответа.

- Не знаю. На протяжении всей истории человечества были малые ледниковые периоды и малые потепления между ними. Как знать, может, индейцы яга из Патагонии заселили Антарктический полуостров когда-то на заре своей истории точно так же, как викинги заселили Гренландию. Кто нам ответит? Где искать уцелевших индейцев яга? Я читал о них книгу. Из всего племени уцелели только две женщины, и обе - монашки.

- Подо льдом за этим иллюминатором, - сказал я, постучав по стеклу, - могут лежать руины множества индейских городов с их совершенно невероятными заболеваниями.

Йорген меня внимательно слушал. Возможно, ему казалось, что я спятил.

- Думаешь, там замерзшие индейские кладбища?

Я посмотрел на экран монитора.

- Во время экскурсии в Иссохшую Долину что-то нашли. В судовом журнале упоминается только какой-то "шассиньит", - сказал я, кивнув на полку в углу каюты. - Там, кажется, стоит Библия. Посмотри, кто такие были шассиньиты.

Я потрогал залитый смолой камень, который судовой врач использовал в качестве пресс-папье для своих исписанных корявым почерком бумаг. Камень был в полиэтиленовом пакете, словно кто-то считал его геологическим экспонатом.

- Жаль, что этот мерзавец зашифровал самые важные записи в своем журнале…

В этот момент в судовой лазарет засунул свою большущую голову Хокон Банг.

- Скотт! Йорген! Быстро в салон! - воскликнул он и исчез.

- Что? Что случилось?! - крикнул я ему вслед, но не дождался ответа.

Когда мы появились в салоне, трое наших товарищей стояли на солидном расстоянии вокруг трупа девочки.

- Оно пошло ей на плечи, - содрогнувшись, сказал Педерсен-через-Дэ.

Точно! Тонкая красная полоска между посеревшей мертвой кожей и мертвыми синими венами спустилась намного ниже золотой цепочки. Неизвестная зараза пожирала даже трупы.

Потом Йорген приложил палец к губам, а ладонь другой руки - к уху. Я прислушался и наконец услышал шум вертолета.

Нас нашли русские или американцы.

Я обрадовался, увидев американский вертолет. По-русски говорили только Тор и один из шведов, и оба они были на "Фраме". Кроме того, как и все жители Западной Европы, я инстинктивно побаивался русских военных. Мы стояли на палубе и смотрели, как вертолет кружит над нами.

- Чего он не садится? - спросил Дэ. - Тут есть вертолетная площадка.

Грязные следы в салоне!..

- Они не садятся потому, что уже были здесь, - объяснил я, - и знают, что у нас стряслось.

Вертолет развернулся и со зловещим видом полетел прямо на "Южный Крест".

- Мы смешали им все карты! Этот корабль должен был напороться на лед и затонуть. С ним утонула бы и его тайна! - завопил я, пятясь к трапу, ведущему на мостик. Потом я ринулся бежать. Вертолет явно намеревался атаковать "Южный Крест". Мы с Бангом ворвались на мостик. Я бросился к радиоприемнику и стал крутить его ручки, но не услышал ничего, кроме треска помех. Если в эфире и велись переговоры, они были зашифрованы, или использовалась цифровая аппаратура. Я нашел частоту для сигналов бедствия и заорал во весь голос, словно болваны в вертолете могли меня услышать и догадаться, что мы угадали их намерения потопить "Южный Крест", что нам известно о шассиньите, что на судне действует радио и что мы раструбим об этом на полмира от Рио-де-Жанейро до Перта, если они начнут обстреливать лайнер.

Вертолет поднялся из фьорда, облетел корабль и исчез в небе.

Мои товарищи смотрели на меня, как на безумца.

- Они что-то прячут от всех, - сказал я. - Они нашли подо льдом какую-то штуку и никого сюда не пускают под предлогом защиты китов.

- Какую-то индейскую болезнь? - спросил Йорген.

- Не знаю! - Я пожал плечами. - Что-то нашли. Или сами изготовили. Это что-то убивает так быстро, что не может их не интересовать. И теперь об этом знаем мы.

Я сел в одно из немногочисленных кресел на мостике. Оно было неудобным. И только в этот момент я понял, что Хакон и Педерсен-через-Дэ тоже поднялись с нами на мостик и все слышали, но было уже поздно.

Хакон вытаращил глаза:

- Значит, пассажиры с "Южного Креста" случайно забрели туда, где военные ставят свои опыты?

- Химическое оружие? - спросил Педерсен-через-Дэ.

Кстати, это был совсем не глупый вопрос. "Желтый дождь", примененный Советами в Афганистане, тоже оставлял раны на коже, но его можно было смыть большим количеством воды. "Желтый дождь" все-таки был не таким смертоносным.

Я покачал головой:

- Не химическое оружие, но что-то в этом роде. Наверное, очень быстро действующий вирус. Столбняк, бешенство и множество других заболеваний могут вызвать неконтролируемые мышечные спазмы. Но этого заболевания нет ни в одном справочнике.