В наступающих сумерках "Кантри клаб" сверкал праздничными огнями. Освещенные окна, терраса, украшенная разноцветными японскими фонариками, лучи прожекторов освещают игровое поле, где по-прежнему еще продолжаются соревнования. Питер заехал в мотель, принял душ и переоделся в темно-серый костюм - издали глянув на празднично разряженную толпу на террасе клуба, он понял, что ему придется это сделать.

Звуки джаза, оглашавшие окрестности, напомнили Питеру слова Фрэнка Девери: "Ты можешь найти этих смеющихся подонков в толпе. Они всегда там, где праздник".

И вот он - праздник в Делафилде. С полной программой - выпивка, секс, деньги и... убийство. Убийство, совершаемое под звучный ритм барабанов и плавную мелодию банджо и трубы, которой вторит низкое соло баса. Убийство, чьим прикрытием стали музыка и смех.

А ведь где-то здесь неподалеку прячется испуганная девушка, доведенная до отчаяния, которое, возможно, заставило ее пойти на убийство, и нуждающаяся в помощи.

Праздник был в самом разгаре. Повсюду - в машинах, на лужайках под зонтиками и на террасе прижимались друг к другу влюбленные парочки. Питер вошел через террасу в танцевальный зал, переполненный мужчинами в белых костюмах и в пух и прах разодетыми женщинами. Вокруг стойки бара крутилось с полдюжины барменов в коротеньких темно-красных курточках. В другом конце зала буфет ломился от всевозможных закусок, салатов, блюд с икрой и бутербродами. Возле стойки бара веселилась шумная толпа, зато буфет пустовал.

Питер подошел к одному из официантов и спросил о Говарде Делафилде. Тот наметанным глазом посмотрел в сторону танцующих:

- Он сейчас не с супругой.

В тот же момент Питер увидел Сандру Делафилд. Одетая в золотистое вечернее платье, она танцевала со старым Сэмом Делафилдом. Сэм так сильно прижимал ее к себе, словно это был вовсе не танец. Лицо ее сияло, а темные глаза сверкали радостью.

- Вы можете найти мистера Говарда в мужском зале, - сказал официант.

Питер направился к двери, на которую указал официант, мысли его при этом были заняты Сандрой. Ее, казалось, нисколько не заботили десятки пар глаз, с холодным интересом наблюдающих за ней. Интересно, она подчиняется сексуальному нажиму старика, потому что он богат и всемогущ или он действительно как-то затрагивает ее чувства?

В мужском зале все было устроено по старинке. Здесь тоже был свой бар, возле которого Питер заметил с полдюжины прославленных игроков и несколько шоу-звезд, окруженных толпой обожателей, жадными глазами ловящих каждое движение своих кумиров.

Наконец Питер нашел молодого блондина в белом смокинге и коричневом галстуке, одиноко сидящего за столиком в углу и разглядывающего высокий бокал, который держал в руке. Казалось, из всей толпы он один не был увлечен всеобщей атмосферой веселья.

Питер подошел к столику:

- Мистер Делафилд?

Тот поднял глаза, в которых Питер прочел такое отсутствующее выражение, словно этот человек сознательно отгородился от всего, что происходит вокруг. Он был выше отца, но черты его лица, хотя и привлекательные, были менее выразительными, чем у Сэма. Его улыбка была автоматической - как у метрдотеля в ресторане - и не удивительно, ведь за эти дни к нему подходили сотни незнакомых людей только потому, что он сын Сэма Делафилда. Кроме того, судя по тому, что рассказывал о нем Маклин, его и самого любили в городе.

- Да, - ответил он вежливо, но безо всякой теплоты.

- Меня зовут Питер Стайлс.

- О да, я наслышан о вас, мистер Стайлс. Отец очень рад, что "Ньюс вью" направил сюда именно вас написать историю создания нашего турнира.

"Интересно, - подумал про себя Питер, - не говорила ли Эллен Ландерс Говарду о его визите к ней? Судя по отсутствию особого интереса к его персоне, непохоже".

- Можно к вам присоединиться? - спросил Питер.

- Конечно. Выпьете что-нибудь?

- Нет, спасибо.

- Вас могут счесть за белую ворону, если вы не возьмете в руки бокал, сказал Говард. - У меня, например, здесь лимонад.

- Я хотел бы поговорить с вами об Эллен, - спокойно проговорил Питер.

Лицо Говарда на мгновение напряглось.

- Так вот оно что! - вдруг воскликнул он. - Значит, это вы были сегодня днем в белом "ягуаре"!

- Да, я.

Говард решительно поставил бокал на стол:

- Я так и знал! - В его голосе звучала горечь. - Ну и что же вы предлагаете, мистер Стайлс?

- Предлагаю?!

- Да, да. В наши дни даже шантажисты выглядят как джентльмены. - Губы Говарда вытянулись в тонкую ниточку.

- Значит, Эллен не говорила вам обо мне? Но вы ведь видели мой "ягуар"? Неужели она не рассказывала, что я приезжал поговорить с нею?

- Ах, ну да! Эта душещипательная история - охота за подонками. Ну так и что же? Вы нашли меня?

- Да.

- Да вы просто сукин сын, мистер Многострадальный Стайлс! Послушайте, назовите все-таки ваши требования! Подумать только, какая ирония судьбы! Журналист, объявивший крестовый поход подлецам, сам становится одним из них.

- Где сейчас Эллен? - спросил Питер, не тронутый этим оскорбительным тоном. Ему пока трудно было понять, что это - первоклассная игра или естественная реакция.

- А почему вы спрашиваете и почему я должен отвечать вам?

Питер не моргая в упор смотрел на собеседника:

- У меня была назначена с нею встреча на пять часов. Быть может, она вам и об этом говорила?

- Да, говорила. И это выглядело так, будто ее собираются поддеть на крючок. А что случилось? Она послала вас ко всем чертям и поэтому вы пришли ко мне?

- Я пришел узнать, не могу ли чем-нибудь помочь и следует ли мне говорить полиции то, что мне известно, - ответил Питер. Собеседник попытался было перебить его, но Питер, жестом удержав его, продолжил: - У меня мало времени на принятие решения, поэтому слушайте внимательно, если, конечно, не знаете, о чем я буду говорить. Я приехал к Эллен в начале шестого. Ее дома не было, зато на лужайке перед крыльцом лежало два мертвых тела. Оба были убиты из ее ружья.

Говард побледнел, ошеломленно уставившись на Питера.

- Они вернулись! - прошептал он.

- Кто? Насильники? Возможно, это были они. Правда, полиция не смогла установить их личности.

- Вы вызвали полицию?

- Нет. И это как раз еще один интересный момент. Кто-то, изменив голос, вызвал полицию без восьми минут пять. Они даже не поняли, кто это был мужчина или женщина. Они приехали как раз в тот момент, когда я приходил в себя от обнаруженного. Но Эллен куда-то исчезла. Еще полчаса назад она не возвращалась, и у меня, Говард, в связи с этим проблема. И вовсе не шантажистского характера. Речь идет просто о выполнении гражданского долга. Совершенно случайно мне стало известно о ваших отношениях с Эллен. Полиции о них не известно. Я должен рассказать им, но пока этого не сделал.

- Стало быть, мы снова вернулись к вопросу о цене, которую вы хотели бы назначить? - Лицу Говарда вернулся его естественный цвет.

- Я хочу, Говард, чтобы вы поняли раз и навсегда - я здесь не для того, чтобы шантажировать вас или Эллен. Я приехал в Делафилд лишь отчасти из-за Эллен, а в основном по личной причине. Я хотел найти тех двоих, что напали на нее в воскресенье, но совершенно случайно оказался свидетелем отношений, предполагающих быть тайными. Я сочувствую Эллен и хорошо понимаю, что она перенесла, поэтому и предпочел пока не распространяться. Но для того, чтобы продолжать хранить молчание, мне нужны более убедительные причины. Поскольку Эллен сейчас в недосягаемости, я решил обратиться к вам.

- И сколько же вы хотите?

Питер отодвинул стул и встал:

- Я вижу, Говард, что напрасно пришел к вам. С вами разговаривать бесполезно. Извините.

- Подождите! - Говард вдруг неожиданно сильно схватил Питера за руку. Ведь вы же все понимаете. Правда?

- Вас трудно убедить, - возразил Питер.

Говард оглянулся по сторонам, словно затравленный зверь.

- Давайте-ка выйдем отсюда, - предложил он. - Вы на машине?

- Моя машина стоит у мотеля.

- Я приду туда к вам.

Он поднялся и быстро вышел через служебный вход, ведущий на кухню. Питер огляделся. Казалось, никто не обратил на них внимания. Дружный хохот, донесшийся со стороны стойки, был явно всеобщим ответом на чью-то удачную шутку.

Небрежной походкой Питер снова вышел в танцзал. Там по-прежнему колыхалась толпа, и Питер поймал себя на том, что ищет глазами Сандру Делафилд. Он вдруг заметил ее почти рядом - можно было даже протянуть руку и дотронуться до нее. На этот раз она держалась вполне прилично и танцевала с молодым человеком, чей загар, заметный даже в полумраке, свидетельствовал о том, что он принадлежит к числу любителей солнца. Заметив, что Питер смотрит на нее, она приветливо улыбнулась. Питера словно пронзило током. До сих пор он видел ее только издали, и ее почти театральный макияж, вызывающий наряд и открытый флирт со старым Сэмом внушили Питеру мысль, что перед ним женщина средних лет. Но теперь он разглядел, что она почти ребенок и едва вышла из подросткового возраста. Глаза ее сияли восторгом, но Питер мог поклясться, что в них скрывалась какая-то неизбывная тревога.

Питер вышел на террасу и с удовольствием глотнул свежего воздуха, чистого от запаха духов, табака и алкоголя. Этот близкий взгляд на Сандру полностью разрушил его почти уверенность в существовании любовного треугольника. Он принимал Сандру за зрелую женщину, изголодавшуюся по сексу, уставшую от мужа, который, будучи недовольным ее неразборчивостью, завел связь со спокойной и преданной Эллен. Но теперь он понял, что Сандра нисколько не подходит под это определение. У нее попросту не было времени на то, чтобы стать зрелой и изощренной. Он понял, что ему придется заново знакомиться с каждым из них.

Питер направился через лужайку к мотелю. Он вспомнил, что не назвал Говарду номера своего коттеджа, поэтому решил вернуться к своему белому "ягуару" и не ошибся. Вскоре Говард открыл дверцу и опустился на переднее сиденье рядом с Питером. Питер ждал, когда тот заговорит. Раскуривая трубку, он вдруг краем глаза заметил, что Говард выглядит вовсе не таким юным и каким-то усталым.

- Это длинная история, - начал он. - Но прежде чем приступить к ней, я хочу, чтобы вы знали - речь не идет о каком-то там банальном любовном романе, о котором вы якобы знаете и должны молчать.

- Должен? - переспросил Питер, холодно глядя на него.

Говард вдруг вспыхнул, ударив кулаком по сиденью:

- Вы сначала выслушайте и не перебивайте! - В его голосе Питер уловил нотки отчаяния.

- А я и не перебиваю вас, Говард, - сказал Питер. - Только прежде чем мы приступим к каким бы там ни было историям, скажите, где сейчас Эллен. Вы знаете?

- Нет.

- Я не прошу вас назвать мне, где она. Но если вам это известно, вы должны связаться с ней и передать, чтобы она в свою очередь связалась с сержантом Маклином. Чем дольше она отсутствует, тем хуже для нее складываются дела.

- Я не знаю, где она.

- Ну что ж, Говард, - вздохнул Питер. - Вам виднее.

Глава 4

Говард начал с того, что попытался объяснить Питеру, как нелегко быть сыном Сэма Делафилда - подобная роль ставит тебя в обособленное положение среди людей, в кругу которых ты вращаешься.

- Когда у тебя есть все и тебе больше нечего желать, ты чувствуешь себя каким-то отщепенцем, белой вороной, - сказал Говард. - Все почему-то думают, что деньги и власть - это предел мечтаний. Я понимаю, мои слова звучат банально и высокопарно, но знаете, чего я хочу больше всего на свете? Я хочу быть самим собой. Вы мне не верите?

- Почему? Верю. Если только это не актерская поза.

- Ведь вы, Стайлс, обо мне почти ничего не знаете. Так ведь?

- Признаться, о вашем существовании я узнал всего несколько часов назад, - сказал Питер.

- Моя мать попала в аварию, когда мне было пять лет. Она пролежала год на больничной койке и умерла. Мне всегда казалось, что ее убил Сэм, убил этой своей болезненной жаждой власти. Ах да... Вы заметили? Я называю своего отца "Сэм". Ему так нравится. "Друзья, а не отец и сын", - говорит он. Ему не хочется быть отцом - это напоминает ему о возрасте. Он и жесткий и мягкий одновременно. Если он тебя любит, он оказывает тебе свою могущественную поддержку независимо от того, заслуживаешь ты этого или нет. Зато если он тебя невзлюбил, он сравняет тебя с землей, и при этом не важно, какой пост ты занимаешь. У него своя система ценностей, и он всегда действует по велению прихоти. За исключением бизнеса. В бизнесе он гений. Я тоже мог бы обратиться к бизнесу, обучиться необходимым вещам, стать вице-президентом компании и дождаться, когда все достанется мне. Но... - В его голосе зазвучали горькие нотки. - Я очень сильно сомневаюсь в том, что Сэм когда-либо вообще умрет. Он верит в собственное бессмертие, и, клянусь Богом, мне иногда кажется, что он прав! Но так или иначе я всегда хотел быть самим собой, а не сыном Сэма. Еще в школе я с интересом изучал науки. Разные области - автоматика, освоение Космоса, бомбы... К удивлению Сэма, да и к моему собственному, из этого вышел толк. "Делафилд компани" выполняет крупные государственные заказы в области ракетостроения. Изначально я планировал обратить свои интересы в каком-нибудь другом направлении, но почему-то оказался вовлеченным именно в эту область. Я никогда не собирался работать на Сэма, а в конечном счете все свелось к тому, что мне пришлось выбирать - работать на него или на конкурирующую компанию. Переметнись я к другим, Сэм попросту поднял бы меня на смех. Ему тогда не приходило в голову, что я могу представлять интерес как специалист. Но я выбрал работу на Сэма по вполне объективной причине. Дело в том, что "Делафилд" располагает мощнейшей исследовательской базой, научными лабораториями, лучшим техническим оснащением. Я не хочу набивать себе цену, Стайлс, но после пяти лет работы в компании Сэма я в свои двадцать восемь являюсь, быть может, лучшим специалистом в своей области. Вы, наверное, думаете, что это невозможно?

"Почему? Очень даже возможно, - подумал про себя Питер. - Стремительный взлет до небес... или падение".

- Вот, например, сейчас, - продолжал Говард, - я занимаюсь государственным проектом, который способен перевернуть все современные представления об освоении Космоса как в мирных, так и в военных целях. И ничто не сможет препятствовать моему продвижению вперед по этому пути.

- А кто пытается вам препятствовать? - поинтересовался Питер.

- Вы, - хрипло проговорил Говард. - Вы пустите под откос все, если расскажете, что вам известно.

Питер почувствовал зашевелившуюся внутри медленную волну гнева:

- Тогда, быть может, вы расскажете мне наконец об Эллен Ландерс?

- Похоже, трудно сделать так, чтобы вы поняли, - сказал Говард. - Мы с вами живем в разных мирах. - В его голосе звучало что-то вроде презрения. Я читал ваши публикации время от времени и понял, что мы с вами совершенно разные люди.

- Возможно, нам обоим следует возблагодарить за это судьбу, - сухо вставил Питер.

- Вы, Стайлс, живете прошлым. Вы верите в любовь, верность, в супружеские отношения в их общепринятом смысле. Вы думаете, что современные проблемы имеют разрешение с точки зрения морали. А я нет. Все это безнадежно устарело. Поздно. Время таких, как вы, прошло. Цивилизация, созданная для таких, как вы и Сэм, трещит и рушится. Такие, как вы, давным-давно проиграли сражение, но вы по-прежнему не хотите признать этого. Никак не хотите признать, что поезд ушел. Вы не можете победить.

- Кончайте с этой мыльной пеной и расскажите мне об Эллен Ландерс, сказал Питер.

- А я как раз и пытаюсь. А вы постарайтесь не быть таким самодовольным и послушайте!

- Не думайте, Говард, что можете оттянуть время и надуть меня.

- Да вас и не надуешь, - проговорил он, делая последнюю затяжку - конец его сигареты вспыхнул красным огоньком. - Я и себя-то, похоже, обмануть не могу - влюбился как последний сопляк.

- Это плохо?

- Это несовременно. В наше время молодым людям недостаточно старомодных отношений, моногамия нынче не в почете. Походите по современным ночным заведениям, и вы поймете, о чем я говорю. Парни и девушки приходят туда каждый сам по себе, танцуют с незнакомцами, а потом идут к ним домой, чтобы получить сиюминутное удовольствие. А в следующий раз они приводят домой уже кого-то другого. Можете понаблюдать и даже проверить. Девушки из вашей редакции посещают подобные заведения, чтобы подцепить себе кого-нибудь, и они прекрасно понимают, что вы не станете заводить с ними серьезные отношения, потому что боитесь их.

- Вы познакомились с Эллен в одном из таких мест? - спросил Питер, изо всех сил сдерживая раздражение.

- Нет.

- А с вашей женой?

Говард поднял на Питера полные грусти глаза:

- Вы видели Сандру?

- Да.

- Она ребенок. Просто восторженный ребенок. Она предложила мне все, что у нее есть. И я взял. А почему бы и нет? Она родом отсюда, из Делафилда, дочь одного из партнеров Сэма. Мы с нею нашли общий язык, она хотела того же, чего и я - жить сиюминутным ощущением, не чувствуя гнетущих обязанностей и какого-то там долга. Но Сэм быстро раскусил нас и принял меры. Ему это проще простого. Он мог отстранить меня от работы - единственной вещи, к которой я привязан. Он мог сделать так, чтобы я не нашел себе работы ни в одной компании. Он мог испортить мне карьеру на всю оставшуюся жизнь. Поэтому мы с Сандрой вынуждены были пожениться, хотя не хотели этого ни тогда, ни сейчас. Кроме того, Сандра вдруг поняла, что если будет правильно играть, то всегда будет очень богатой женщиной. Я для нее не значу ничего, и она ничего не значит для меня.

- Вся эта трогательная история произошла еще до того, как вы познакомились с Эллен? Я думаю, Говард, вам лучше перейти к рассказу о ней, потому что всех этих предысторий с меня уже хватит. - Питер с трудом держал себя в руках, чтобы не сорваться.