- Стоп, механик, осколочный, поворот влево.

- Готово.

- Готов, осколочный.

- Рот!....Мля, вроде метрах в десяти попали..

- Командир, для восьми дюймов двадцать влево - двадцать вправо по пехоте абсолютно непринципиально...

- Впереди завал! Бревна, камни. Слева кажись...

- Вижу, газу, осколочный!

-Готов осколочный.

-Дорожку!

-Дорожка!

-Рот!...Вашу...Колеса полетели..

-Саныч, ползавала сдуло! Только несколько бревен осталось!

-Там пачка наверное была!

-Фиг с ней! Топчи бревна! Колесники должны пройти!

-Твою...Под тралом противотанковая сработала! Наверное с допзакладкой! Левое звено трала нах.

-Стоп машина, пропускаем Сухова, у него трал целый!

Кажись всё.

А-1

- Товарищ капитан - генерал Мындро рвал и метал - почему вы прохлопали засаду.

- Товарищ генерал-майор - спокойно ответила Ника, ее спокойствию мог позавидовать сам Сфинкс - Это часть операции - сфера ответственности вашей разведроты. Мы занимаемся сейчас другой задачей. Но мои ребята сняли четверых снайперов из пяти. Что же касается необходимых действий, то я уже подавала вам рапорт по этому поводу.

Мындро смотрел на колонну техники, и продолжал злиться. Злился прежде всего на самого себя. Ведь Иванова предлагала сформировать специальные группы лыжников, одетых в финскую форму и снабженных финским оружием как раз для выявления и уничтожения секретов противника, но тогда было не до этого. А вот теперь уже стало поздно. Но лучше поздно, чем никогда. В принципе, потери были достаточно маленькие. Но колонна встала, а это значит потерянное время. За это время финны устроят нам гадость чуть дальше по дороге.

- Так - он прервал паузу - Ты, Иванова, формируй свое финское подразделение, форму и оружие возьмешь у трофейщиков. Насчет местных проводников сама знаешь, не буду тебя учить. Ты, Бондаренко, собери всех комбатов, командиров рот и взводов, и объясни им еще раз, что делать в случае нападения. Говорили им, занятия проводили, а они все равно пока опомнились, пока сообразили.

- Товарищ генерал - попытался его успокоить Букварь - Это они по первому разу так. С непривычки растерялись.

- Да, бл...ь по-первому, а вот если еще и по-второму и по-третьему будет - он повернулся к Нике - то ты, Иванова, и командир разведки у меня пешком впереди колонны пойдете. Все, вопросы есть? Нет. Тогда все свободны.

Ника уже отошла от Мындро, но ее чуткий слух уловил ворчание комбрига

- Бл...ь, попались как дети малые. Я то, дурак, размечтался, думал проскочим по быстрому. Проскочили, твою мать.

Ника

Я привычно вдохнула полной грудью морозный воздух и посмотрела в небо. Ну не материться же при всех. Мындро прав. Прохлопали засаду, а ведь и не далеко отошли. И Шурика жалко. Вроде же не новичок, а так лахануться. Ладно, о мертвых или хорошо или вообще заткнутся и постараться, чтобы это бы первый и последний....

А разведка должна шуршать быстрее. Пойти опять что ли с ними поругаться. Так ведь не удержусь, как раньше. Нагну серьезно, не по детски. Разведка у нас своенравная, мужики все как на подбор - с гонором. Нет, надо сначала успокоится. Эх, Шурик, Шурик... тяжело терять людей. Отвыкла.

...- Здесь они собраться должны были... видишь шесть пар лыж и лыжный след.

- Блин! Один ушел.

- Да уж, будет нам веселье... товарищу Ивановой в первую очередь.

- А все таки эти фины хороши... грамотная засада. Да и снайпера - тоже.

- Эй, чего ты вражин нахваливаешь?

- Да потому, зелень ты неученая, что врагов надо уважать и изучать. Вот какие ты выводы сделаешь из этой засады?

- Ну, надо быстрее этих гадов давить!

- Дурак ты! Они в своих лесах каждый пригорочек знают, а мы тут - только дороги. Смотреть надо лучше, головой крутить быстрее. Знаешь, как летчики головой вертят? Как пропелером. И мы должны так же. Теперь у нас война своя будет - снайперская. Я этого гада, что Шурика подстрелил из под земли достану!

- А как ты его узнаешь?

- А я и узнавать не буду. Буду стрелять во всех, а Шурик там с Богом разберутся.

- Какой бог? Нет, Вова, если ты уже о боге вспомнил, не к добру это... Всякие буржуазные привычки искоренять надо!

- Ты мне лекцию не читай! А про Бога вспомнил, так все мы под ним ходим... даже если не верим.

- Странный ты все таки, Палыч. Ей богу, странный....

Степан

Головной батальон попал в засаду. Грамотную, следует признать, хотя мы им сильно помогли - пытались проскочить лихим наскоком, забыв, что противнику наши планы сильно не нравятся и получили... Парней жалко... Ладно, это потом... А пока можно считать дешево отделались - в зимнюю войну такая засада могла сильно пощипать дивизию, а то и остановить её продвижение. Хотя нет - такая не могла, тогда у финнов больше времени было на организацию, чем сейчас. Плюс - они немного перемудрили: стрелять из миномёта в лесу явно не стоило. Торопились они, похоже. И мы поторопимся.

Саня

Огрызаясь колонна шла вперед. Стреляли уже на первое шевеление в кустах. Замеченный чуть в стороне от дороги хутор, на котором показалось, что была засада, снесли метров с воьмисот, просто по бревнышку раскидали гаубичники-самоходчики. Зенитчики тут же свалили финский фоккер, разведка приволокла пилота. Я затащил его на броню и привязал на моторном отсеке к поручню между сидящими десантниками. Сухов снес еще одну баррикаду на дороге. После двух штурмов и двух первых Т-34, колесная техника проходила по перемолотым бревнам вполне спокойно. Если кто-то начинал буксовать, идущие позади аккуратно подталкивали его бампером.

Время от времени в заросях раздавались негромкие взрывы. Иногда перед этим рядом с дорогой падали одна-две минометные мины, но чаще и такого не было. Все-таки слишком немцы разрекламировали миномет, как диверсионное оружие. Вещь это хорошая, но в лесу из него стрелять явно не стоит...

Ника

Есть такое понятие - "круговерть воды в природе". У нас получалось почти так, но не совсем. Круговорот снайперов в природе. Мда, где-то так. При этом, что наконец наладилось взаимодействие с разведкой, фины по-прежнему пытались устраивать засады и обстрелы. Особенно мне понравились срытые доты и дзоты на краю озер развернутые в сторону от воды. Может это было бы не плохо, но не зимой. Лед оказался крепкий, а масхалаты даже в дневное время заметить было сложно, что уж говорить о вечернем и ночном. Да и какой уж тут день? Длинная предполярная ночь. Светло пяток часов, а дальше - время спать. Некоторым долго. Навечно.

Очертание одного озера показалось мне смутно знакомым. Когда-то в далеком 1998 я тут похоже отдыхала. А места, где я была хоть раз я никогда не забываю. Вот такая топографическая память. Если бы я еще так лица помнила, а то забываю через десять минут и потом хожу извиняюсь и знакомлюсь по новой.

- Ребята, если сейчас здесь в двух метрах от берега под водой камень....

Подо льдом камень. Мать!

А вот теперь, господа финны, будем играть почти на равных.

- Карту. Вот здесь и здесь доты. Здесь перешеек заминирован - кажется будет воронка нехилая. Потом.... Ага, так, кажется здесь должен быть еще один дот или... дайте боги памяти. Правильно.

Линиями и точками ложились воспоминания на бумагу. Я здесь лазила, я здесь писала на бетонных стенах и даже ночевала внутри. Линия Маннергейма как место для очередной ролевушки. Кажется, что помню до самого последнего камешка, деревца, а вот название выпало из головы напрочь.

- Мда, а вот на этом камне барана резали...

- Что вы сказали, товарищ капитан?

- А? Ничего. Разобрали цели и поехали. И головой вертеть, как пропелером. Еще одного снайпера профукаете - сама бошки поотшибаю!

Степан

Марш медленно, но верно превращается в одну большую перестрелку. Высовываться нет никакого желания - пулю можно получить влёт. Единственный, пока, сбитый самолёт - финский 'Фоккер' - сбит 'шестьдесят первыми'. Правда, нам это ничего не давало - через пару часов появился следующий и летает зараза высоко - с самоходов недостать, а разворачивать средние зенитки нет времени. Потому - жужжит и круги нарезает. Что он там, правда, разглядел, с высоты то, не ясно, но на нервы действует. И хрен с ним - летает и пусть летает.

Ника

Если внутренний голос орет тебе прямо в ухо "Падай!" то лучше всего так и сделать. Над головой разлетаются щепки из вековой сосны. Что ж они за люди такие? Ни поспать, ни поссать нельзя... Выцеливаться с голой ж на морозе - весело, аж дальше некуда!

- Товарищ капитан? С вами все в порядке?

- Не подходить!

Во-первых снайпер засек только меня, моих еще не видит. Они дальше за камнями спрятались. А во-вторых - я тебе подойду! Стыдно до смешного. Нашел момент финн, чтобы устроить дуэль. Почти по Киплинговской эпитафии "Эстет", бла!

Натянуть штаны лежа на снегу - это еще та забава. Снег забился в самые укромные места. "Фин- ты козел! Козел ты - фин!". С этой спасающей от матов вслух присказочкой я пытаюсь отполсти от сосны. Перекат. В утрамбованом снегу тут же появляется дырочка. Звук выстрела в тишине леса разноситься далеко. Хорошо, я теперь тебе за мои страдания, за необлегченную душу, за родину и за Сталина... нет, финн, ты явно доигрался!

Из распадка корней видно цевье. Остальное скрыто за деревом. Можно, конечно, выстрелить сначала в винтовку, а потом взять живым. Но тут я уже пошла на принцып - живым финн от меня точно не уйдет! Будем выжидать, когда начнет менять место. Снег тает. И самое противное, что тает он внутри штанов. Ощущения - закачаешься. От злости готова вскочить и порвать финна голыми руками, но... злость в данный момент помеха страшная. Пытаюсь расслабиться и успокоится. Ага, хрен получается! Все-таки снайпер - человек без чувств. Что внешних, что внутренних. Помню на стрельбах вылетевшая гильза попала инструктору на шею, а он даже не дернулся, поразил десятку. Правда потом встал и высказал нам все, что думает, от тех кто стреляет рядом... Потом. Значит и фину я потом выскажу все, что я думаю о их мужчинах, так подлавливающих бедных женщин.

Голова начинает болеть. Боль привычная, но неприятная. Когда смотришь двумя глазами сразу мозг как бы раздваивается. Один глаз смотрит через восьмикратный прицел, а другой - просто. Картинки не совпадают. Вот мозг и отказывается их складывать в единую цепь. Но иначе в процессе поиска нельзя. Прицел дает слишком маленький круг обзора, а если оторваться от прицела - можно потерять линию.

Изменение снежного покрова происходит на грани подсознательного восприятия, а не зрения. Финн двигается медленно, сливаясь с окружающим снегом. На корни деревьев наползает белезна. В прицел ясно различимы уже рука и плечо. Нет, рановато еще. Что бы меня увидеть ты должен повернуться... и финн поворачивается.

Я вижу увеличенный окуляр прицела. Больше ждать не хочется. А раз не хочется... Выстрел. Пуля проходит через прицел. Десятка.

Разом схлынула и злость, и ярость и бешенство. Адреналин смыл все... в последнее мгновение я увидела его бледно-голубые глаза. Неверящие, детские и совсем не смешливые...

Саня

Впереди вновь оказался взорванный мост. Ну что ж так даже проще - сразу будем срывать склон к берегу. Пехота с машин спешилась, началась зачистка окружающего леса. Патронов не жалели. Саперы потащили к обрву ящики с взрывчаткой. Заметил в том числе и трофейные - из снятых по дороге фугасов. Километрах в трех справа от колонны "чайки" нашли какую-то добычу и принялись штурмовать. Над колонной куда-то вперед прошла девятка Су-6. На берегу прогремела цепочка взрывов. Первым на лед спустился Т-34М2 с тралом, за ним по очереди мы с Суховым. Когда мой Штурм вылез на лед, головной Т-34 уже вскарабкался на берег и занял выжидательную позицию. Зачистка прекратилась. Колонна возобновила движение.

Финны

-...ть, опять встали-

-Сомов, прекратить разговоры, и люки не открывать-

-Так точно, товарищ младший лейтенант-

-Товарищ младший лейтенант, разрешите обратиться-

-Сомов, что же ты такой говорливый, разрешаю-

-Товарищ младший лейтенант, почему стоим?-

-Финны, опять мост подорвали, сейчас перестраиватся будем, для переправы -

-Да ..т, я этих засранцев заставлю на руках тащить нас.-

-Сомов, вы давно в наряде были? Я же сказал прекратить разговоры-

...Здесь на пределе потолка, казалось, что самолет медленно плывет. Пара сопровождающих шла несколько ниже. Экипаж Вольфганга Леманна, получил приказ, провести наблюдение за продвижением кампфгруппы русских, неожиданно свалившейся на финнов. И сейчас они всеми силами старались затормозить ее продвижение по прибрежному шоссе.

-Вольфганг, я вижу их, переезжают через реку-

-Отлично Карл, Свен передавай координаты -

-Квадрат ..., ориентиры ...,-

-Свен, передавай поправки ..., недолет, -

-Есть вилка, теперь вдоль дороги, квадрат .., ориентиры .., -

-Карл, у нас еще пара минут и уходим.-

-Все, уходим, Свен..-

-Передаю..-

-Сомов, не спать!! Стоп!-

-Да стою уже, стою-

-Сдавай назад и с дороги!-

Огневой налет закончился, так же неожиданно как начался, и стали слышны далекие из-за брони хлопки зушек, пытающихся достать наводчика. От переправы почти ничего не осталось. В открытый люк потянуло гарью, соляром и кровью, стоны и крики немногочисленных раненых разрывали наступившую тишину. Но все внимание младшего лейтенанта Василия Шустова было приковано к догорающему танку командира роты. В перископ он видел как разорвавшийся снаряд оторвал башню и отбросил танк . Останки грузовика и то что осталось от людей ехавших в нем. Смерть прошла рядом с молодым лейтенантом, и слегка дохнула на него, показала что теперь она всегда будет у него за плечом. Сильно захотелось курить..

Степан

Слегка покачиваясь, самоходные зенитки, движутся в составе бригадной колонны.

- Группа самолётов, курс, скорость... - голос оператора 'руски' профессионально спокоен. Таак, у нас гости. До рези в глазах всматриваемся в пространство, чёрт, насколько полезная штука радар, оказывается.

Вот они!!! Тоненькие чёрточки стремительно приближаются, увеличиваясь в размерах и приобретая, знакомые, хищные очертания. Тах, тах, тах, тах, тах, тах - в небе вспухают облачка разрывов тридцатисемимиллимитровых снарядов. Ближе, ближе, ещё ближе... огонь.