Мышкин ходил на разведку в Карачев дважды. Первый раз безрезультатно.

Окрестности города были покрыты непроходимыми лесами. Возможно, отсюда и пошло

название Карачева – «Черный лес», от тюркских «кара» – «черный» и «чев» – «лес».

Густой лес помогал скрываться Мышкину со Светланой и Фёклой. Дорога, проходящая через эти леса, и соединявшая Южную и Северную Русь, была достаточно насыщена движением. По ней хаживали и купцы, и крестьяне. Это помогло Мышкину легко проникнуть в город. Жили в окрестностях Карачева вятичи, они пришли сюда с запада, из польских земель. Славянские корни языка, позволили Мышкину легче понимать жителей.

Земли эти долго сохраняли независимость, столетие назад только вошли в состав Черниговского княжества, а затем, в состав Северского княжества.

На правом, высоком, берегу реки Снежеть, возвышаясь над ее уровнем на 10 метров, располагался город. Он занимал шесть гектаров, и имел двое ворот: с юга, со стороны реки, и с востока, со стороны дороги, соединяющей Мценск и Брянск. С запада и юга город был защищен высокими берегами реки, с севера его защищал

огромный ров, и вал. Восточный склон города, вместо рва, защищал глубокий овраг, но вал все равно был насыпан. Кремль, увы, был деревянный. По всему периметру вала тянулась городская стена, составленная из ряда толстых бревенчатых срубов,

приставленных вплотную один к другому. Внутри они были заполнены землей и щебнем. В высоту стена была восемь метров, в толщину два. По внешнему краю этой стены тянулся высокий забор из толстых дубовых горбылей, с прорезанными в нем бойницами. На всех углах стены были возведены бревенчатые башни. Такие же башни высились над городскими воротами.

Иннокентий Петрович осмотрел город. Сделал даже небольшие покупки, но узнать о братьях Коробовых ничего не смог.

Во второй раз Мышкину помогли, приютившие их, вятичи. Щедрые дары Иннокентия

Петровича, непосредственность Фёклы и университетские знания психологии Светланы сыграли свою роль. Местные жители собрали на продажу в Карачев яйца, творог и сыр, добавили пару мешков зерна, урожая прошлого года, и поехали торговать. Мышкина взяли с собой. Но могли не брать, всю информацию они добыли самостоятельно.

Братьев Коробовых захватили на территории священной для язычников рощи. Христианство давно воцарилось в Карачеве, но старые святыни не исчезли. Находиться в роще было нельзя, но и покарать нарушителей традиций князь не решался. В Карачеве гостил высокопоставленный священник, направлявшийся в Рязань. Через пару недель он уедет, и чужаков можно будет казнить.

Новости произвели на Фёклу шоковое действие, Светлана тоже расстроилась.

Каждый предложил свой способ спасения. Фёкла решила добиться свидания со священниками, с целью уговорить их забрать Коробовых с собой в Рязань. Светлана задумала подготовить побег. Мышкин решился на политическое убийство. Он считал, что смерть князя отсрочит отъезд священников в Рязань. И, скорее всего, отодвинет разбирательства с Коробовыми на второй план. Иннокентий Петрович, с

моральной точки зрения, был против убийств невинных людей. Он был против убийств вообще. Но всю жизнь планировал массовые убийства, выбрав себе путь профессионального военного. Мало того, приводил эти планы в жизнь. Убивал военных, убивал гражданских. Сейчас Мышкин видел простой, легко осуществимый путь: застрелить одного человека, спасая жизнь трех других. У него появилось небольшое моральное оправдание. Раньше, кроме громких фраз о борьбе за счастье народа, или спасения отечества, не было ничего. Звучали эти слова с обеих сторон, и получалось, что нужно убить весь русский народ, чтобы Россия зажила счастливо.

* * *

Фёклу священники сдали князю сразу, как только она завела разговор о Коробовых. Подозрительная молодая девица. Плохо одетая, невнятно говорящая. Это не повод портить отношения с князем.

Светлана истратила на подкуп все наличные деньги. Раздарила драгоценности, и не была схвачена только из-за подстраховки Мышкина. Тому пришлось убить двух человек, чтобы спасти Свету. Обещавший помощь, княжеский холоп, привел с собой

дружинника. Иннокентию Петровичу пришлось стрелять из пистолета. Глушитель помог проделать всё тихо. Мышкин даже успел воткнуть в отверстия от пуль, заготовленные заранее стрелы.

Иннокентий Петрович сам удивлялся, как легко ему даются эти ужасные поступки, и как он, невероятно, хладнокровен. Безопасность Светланы значила для Мышкина сейчас больше собственной жизни. Мысли об этом занимали у него в голове главное место.

Переполох поднялся страшный, так как был убит дружинник князя.

Светлане и Иннокентию Петровичу повезло, они прибыли в Карачев по реке, и бежали также на маленькой лодке. Через час около двухсот человек, с собаками, отправились их искать.

* * *

Убить князя было легко. Сложно было потом скрыться. В городе риск был слишком велик. Князь никогда не ходит один. Убийство, даже из пистолета с глушителем,

сразу поставит всю охрану на ноги. Кроме того, пистолетная пуля могла не пробить кольчугу князя. Этот вариант Мышкин забраковал.

Подготовка убийства при выезде из города на охоту заняла неделю. Иннокентий Петрович занимался этим, пока Фёкла и Света пытались осуществить свои, бескровные, варианты. Теперь настала его очередь. Сидение на высоком дубе оказалось тяжелым испытанием. Три дня прошли безрезультатно. На четвертый день удача улыбнулась Мышкину. Князь выехал из ворот города провожать священников в Рязань. «У меня всего один шанс», – подумал Иннокентий Петрович. Стрельба никогда не была его сильным местом, поэтому Мышкин целился в сердце. На голове шлем, грудь защищает кольчуга, на большом расстоянии пуля может потерять убойную силу.

Иннокентий Петрович успел выстрелить еще два раза, прежде чем князь стал заваливаться на спину. Свита князя подняла суматоху, но быстро пришла в себя. Половина охраны поскакала по направлению к Мышкину, вторая половина осталась на месте. В город вернулась пара всадников.

«Десяток дружинников, без собак, посмотрим, как они будут меня искать», – Мышкин чувствовал себя в безопасности. Крутой склон оврага и высокое дерево обеспечивали Иннокентию Петровичу прекрасный обзор. Густой лес, начинающийся буквально рядом, не давал княжеским дружинникам преследовать его на конях. Надо было уходить, разрывать дистанцию, но Мышкин решил подождать. «Чем-то я себя выдал, винтовка блеснула, звук выстрелов долетел до охраны. Ишь какие, глазастые и ушастые», – оценил Иннокентий Петрович уверенное передвижение княжеской охраны. Мышкин снова положил винтовку на упор для стрельбы, сделал поправку на

расстояние, и начал, как на стрельбище, вести огонь на поражение. Первый, второй, третий, откладывал Мышкин гильзы после верных попаданий. После пятого убитого, дружинники рассыпались цепью. Еще через два результативных выстрела, Мышкин потерял из вида трех оставшихся дружинников. Те воспользовались крутым склоном оврага для маскировки. Пора было бежать. Иннокентий Петрович соскользнул по веревке вниз, и легко побежал по знакомой тропинке вглубь леса. Через пятьсот метров находилась ловушка для погони. Её нужно было насторожить. Затем, еще через пятьсот метров, Иннокентия Петровича ждала лошадь. Это было самое ненадежное место в плане. Каждый вечер приходя ночевать на поляну, Иннокентий Петрович обнаруживал лошадь на месте. Прошло всего три часа, как Мышкин оставил ее стреноженной на поляне, уходя на место засады. Но будет ли она на месте в нужный момент?

* * *

Мышкину повезло, лошадь спокойно паслась на поляне. Он получил фору, целый час времени, пока охранники возвращались обратно, брали лошадей и ехали в объезд.

Через два часа Мышкин обогнул город с севера, переправился через Снежеть, и скоро уже ехал по дороге в Брянск. К вечеру Иннокентий Петрович добрался до долгожданного ручья. До места ночевки оставалось целых пять километров по воде.

* * *

Первым делом Мышкин проверил, оставленные в тайнике, боеприпасы, аптечку, воду и хлеб. Запасы были целы, ни люди, ни звери не добрались до них за четыре дня.

Спал Мышкин крепко, лошадь один раз разбудила его, но это была ложная тревога. Ранним утром Мышкин отвел лошадь на небольшую поляну в лес, стреножил и оставил пастись.

На той стороне реки был широкий луг. Этот берег возвышался над рекой метров на пять, создавая Мышкину прекрасную позицию для обороны. Иннокентий Петрович ждал до полудня. Уже собрался уходить в поселок к Светлане, посчитав, что погоня потеряла его след.

Дружинники высыпали на луг длинной цепочкой, и собаки сразу истошно залаяли, почуяв близкую добычу. Мелкие беспородные шавки, смело бросились вперед. Поводков на них не было, а охотничий азарт был сильнее дрессуры. «Нужно было делать помост на дереве», – пожалел об ошибке Мышкин. Он успел перестрелять десяток бегущих впереди собак, прежде чем четверка оставшихся, остервенелых от

запаха крови, животных переплыла реку. Иннокентия Петровича спас крутой песчаный берег и дикое возбуждение собак. Они бросались по прямой, раз за разом соскальзывая вниз по песку, и каждый раз на одну собаку становилось меньше.

Смерть последней совпала с появлением на его берегу реки семерки всадников. Люди оказались умнее собак. Они разделились на три группы, трое атаковали в лоб, а две пары других попытались берегом обойти Мышкина. Справа и слева крутой берег

постепенно понижался, и через двести метров лошади легко могли взобраться наверх.

Троицу ближних дружинников, спешившихся, пытающихся забраться наверх, Иннокентий Петрович расстрелял без труда. «Почему они не используют луки», – удивлялся Мышкин глупости воинов. Он не знал, что за живого убийцу князя плата назначена на сотню серебряных гривен больше, чем за мертвого. Дружинниками руководила жадность.

Четверка охотников, за головой Мышкина, скрылась в густом лесу, покрывающим берег. Иннокентий Петрович, как можно быстрее, стал пробираться на поляну, к лошади.

До поляны оставалось несколько шагов, когда Мышкин услышал впереди грубые мужские голоса. Дружинники опередили его.

Иннокентий Петрович попытался отползти в заросли, но его заметили, и погоня приобрела быстротечный характер. Казалось, что Мышкину не уйти, еще десять секунд и его нанижут на копье, как мотылька на булавку. «Бомба», – вспомнил Мышкин о гранате. Он спрятался за дерево и бросил гранату на поляну. Взрыв прогремел слишком близко. Придя в себя, Иннокентий Петрович вернулся на поляну. Три лошади лежали на земле, хотя лишь одна была убита, две другие были ранены. Одна из лошадей ускакала, сбросив наездника. Дружинники казались даже не ранеными. Напуганными, ошеломленными, контуженными, но невредимыми. Страх плена или смерти, посетивший Мышкина минуту назад, приказал Иннокентию Петровичу убивать. Он выстрелил из винтовки четыре раза, и почувствовал, что спокойствие вернулось к нему.

* * *

Иннокентий Петрович провел целый день, наблюдая в бинокль за поселком, прежде чем решился подойти задами к дому, где находилась Светлана.

Глава 5. Бегство из плена.

Братья Коробовы испытывали беспокойство. Пребывание в тюрьме явно затянулось. Захваченные в лесу, в первый день они были избиты. У них отняли винтовки, ножи, рюкзаки и пояса. Но не отобрали пистолеты, которые, просто, не нашли. Обыск был поверхностным, ботинки пришлось снять, но в карманы никто не полез, и кобуру никто не проверял. Её не увидели под рубашкой.

Никита предложил убить охранника тюрьмы в первый же день. Валера и Валентин воспротивились. Обращались с ними хорошо, кормили, допросов не было. Была надежда на дружеское разрешение непонятного конфликта.

Через несколько дней стало тревожно. Охрана на разговоры не шла, братья стали

изыскивать возможность бегства. Но убивать княжеских людей ни один из братьев не хотел. Вернее, каждый пытался переложить это страшное дело на другого.

Восьмой день в темнице всё изменил. Выстрелов Мышкина из карабина Коробовы не слышали, но шум в кремле поднялся страшный. Тюремщик, возбужденный убийством князя, сделался словоохотливым. Братья с ужасом узнали, что они схвачены за ужасное святотатство, и их, через пару дней, должны были казнить. Они узнали подробности покушения на князя, и то, что преступник успешно скрылся.

После ухода тюремщика, братья единодушно решили, вечером его убить, и прорываться из города. В сложившейся ситуации, моральные препоны оказались разрушены, каждый из братьев был готов стать убийцей. Каждому из них было ясно, что одним убийством дело не ограничится.

* * *

Ужин запоздал. Нервное напряжение выразилось в истерических смешках Никиты, угрюмости Валеры, и хождению из угла в угол Валентина. Убивать тюремщика выпало Никите, у него был глушитель к пистолету.

Для надежности, Никита выстрелил дважды. Валера аккуратно удержал тело от падения, и отнес в угол. Двоих охранников у двери убили легко, те не ожидали нападения от тихих, спокойных иностранцев. Трупы затащили в свою камеру. Во

дворе было безлюдно, на выстрелы никто из охраны не прибежал. Коробовы не знали, что большинство дружинников прочесывали лес, искали Мышкина.

Решили выполнить идею Валеры, выпустить заключенных, и найти среди них себе проводника. Опасная, сама по себе, идея дала неожиданный результат, в первой же открытой камере, они обнаружили Фёклу.

Открыв все камеры, и не обнаружив ни Светланы, ни Мышкина, беглецы стали выбираться из города. Фёкла отлично помнила дорогу. Позади, отстав на десяток

шагов, за ними следовали узники тюрьмы, двое мужчин и один юноша. Опасаться, что это воры и убийцы не следовало. Для тех у князя было одно наказание – вира.

* * *

Стрелять пришлось еще дважды. Первый раз, при взломе ворот кремля, второй раз, когда караульные не хотели открывать городские ворота. Пострелять пришлось всем, караульных у ворот было четверо.

До поселка, где обосновались Мышкин со Светланой, шли всю ночь. Утром Фёкла призналась, что они заблудились.

Глава 6. Купеческая романтика.

Купчиха Росава обрадовалась решению Коробова нанять в Мценске четверых охранников, но войти в долю не изъявила желания. Владимир Александрович на другое отношение и не рассчитывал. Коробов доверил проверку профессиональных качеств Олегу и Евгению. Они браковали всех с огромной скоростью. Все было не так, и навыки, и оружие, и поведение, и одежда.

– Сейчас что не так? – удивился Коробов.

– Перегаром прёт, и ногу немного приволакивает, – доложил Женя.

– Левым глазом плохо видит, – добавил Олег.

В конце концов, остановили свой выбор на трех молодых братьях.

– Хорошо двигаются, работают командой. Доверяют друг другу, это очень важно, – выделил братьев Олег.

– Вооружение дрянное. Нужно сменить кольчуги. Я бы и мечи заменил, но опасно, потеряют навык, – добавил ложку дегтя Евгений.

– Если, по-твоему, всё так плохо, то смотрите следующих кандидатов. Замену кольчуг они месяц отрабатывать будут, а нам нужны на неделю, – поставил на братьях крест Коробов.

– Одну кольчугу только и поменять, две другие не так плохи, – сдал назад Женя.

– Хорошо. Если согласятся, то платой за службу будет апгрейд кольчуги, – подвел итог Коробов.

Старший брат сходил с Женей в оружейную лавку, оценил предложенные кольчуги, посчитал доплату и согласился.

Четвертого охранника нашли по совету братьев.