- Ты оставила этого ничтожного, моя драгоценная дева? - догадался рыцарь, уперев руки в бока и пренебрежительно оглядывая щуплого студента.

- Н-нет, вообще-то наоборот, - правдиво и как всегда некстати призналась честная девушка, с ужасом следя за тем, как разливается гневная бледность по лицу здоровяка Ламара, как тот цапает Игоря за грудки и приподнимает с такой легкостью, как если бы парень был не больше котенка. Движение в направлении огромного аквариума с живой рыбой явственно подсказал Олечке, где окончит полет, если не все свои молодые годы, бывший кавалер. Игорь болтал ногами и пытался что-то гневно или испуганно, по хрипу из-за пережатого воротником горла сложно было сказать наверняка, возразить против такого бесцеремонного обращения. Ламар хмурил брови и гневно рычал:

- Ду фежл апсуд дреган!

Пауза, взятая рыцарем на вразумление противника словом, спасла положение. Пока Оля соображала, как выцарапать жертву из лап громилы-рыцаря и почему никто из таравердийцев не вмешивается, вынырнувшая из-за стеллажей с крупами эффектная молоденькая блондинка помахала рукой:

- Приветики, Олек, а я уж думала, обозналась, когда голос знакомый услышала!.. Эй, а во что вы играете? Ролевка? Познакомишь с друзьями?

Подойдя поближе к Ламару, красотка запросто шлепнула его по локтю:

- Хай, я Инга!

Ламар посмотрел на девушку, как на мелкое недоразумение, нечто вроде того таракана, которого прихлопнул вчера на столе. Оля, довольная уже тем, что рыцарь на секунду отвлекся от тушки парня, торопливо заявила:

- Это девушка Игоря, а мы с ним расстались по-хорошему. Не надо тут ругаться, Ламар, а то придет охрана, и нам велят уйти без покупок.

Удивительное дело, но смысл сказанного дошел до рассерженного мужчины. Он небрежно разжал руки, скидывая Игоря на пол, и понимающе усмехнулся:

- Я боле не трону его. Но не стоило тебе лгать, возлюбленная моя, защищая честь этого ничтожного. Я рад, что ты отвергла его! Пусть же теперь глупец, не ценивший своего счастья, не способный удержать его, ищет утешенья в объятиях тощей гулящей девицы, чьи чресла не способны породить здорового наследника.

Пренебрежительный взгляд Ламара скользнул по стройной фигурке Инги, по ее мордочке с ярким макияжем, узким бедрам, а потом, переключившись на чуть запанное чистое личико Оли, одарил ее пламенно-влюбленным взором и еще более восхищенным огладил формы невесты. В это мгновение всегда комплексовавшая из-за сорок шестого размера одежды девушка почувствовала себя королевой и почти простила рыцарю все его идиотские выходки.

- Ненормальный! - наконец, смог просипеть Игорь, отступая подальше от Ламара, потирая горло. - С кем ты связалась, Олька?

- Это ролевка, Игорь, мы играем, - виновато попыталась объяснить необъяснимое девушка и по-быстрому назвала всех таравердийцев избранными псевдонимами а ля Средиземье.

- Ни фига себе игрушки! Да он меня едва не удушил, уголовник! Он, небось, сидел, твой Арагорн! Да и другие…

- Мой Арагорн не сидел, он просто вошел в роль, мы как раз репетировали битву с орками! Вот и увлеклись немножко! Так что пока, увидимся на лекции, - сердито отрезала Оля, подхватывая Ламара под руку, и потянула за собой с места только чудом несовершенного преступления. 'Леголас' без особой просьбы покатил за девушкой буксирующей рыцаря тележку с продуктами, а Коренус, прихвативший с полочки еще одну коробочку с соблазнительным рисунком-печеньем, пошел следом. Инга, которой к счастью не перевели уничижительных речей таравердийца о ее модной фигурке, разочарованно сделала ручкой колоритной группе. Игорь скрипнул зубами и чуть ли не силком поволок свою девушку в противоположную сторону, выбирать пиццу.

У полок с молочными продуктами Оля притормозила. После отравленного молока жутко хотелось кефиру. Да и пакетик сгущенного молока следовало прихватить. Покосившись на магистра, обнимающегося с печением, девушка сделала мысленную поправку: два пакетика. Тут ее тронула за рукав низенькая седенькая старушка:

- Деточка, какая дата на кефирчике?

- Свежий, сегодняшний, бабуля, - вежливо ответила Оля.

- Спасибо, дай бог здоровья, деточка, тебе и твоим родителям, - поблагодарила старушка, опуская пакет в корзинку, к городской булочке и махонькому кусочку колбаски.

- Спасибо, - тихо отозвалась девушка, отводя взгляд и смаргивая навернувшиеся слезы.

Старушка посеменила дальше, Ламар и Коренус во все глаза пялились на стеллажи с тортами, а Аш, неожиданно оказавшись рядом, едва слышно спросил:

- Почему тебе больно? Из-за того парня?

- Нет, все в порядке, - возразила Оля, надеясь, что чужак прекратит расспросы.

- Врешь, кобылица, - хмыкнул сейфар, даже не думая отступать.

- Да, не в порядке, только я ничего поправить не могу, даже если хочу этого сильнее всего на свете, - прошептала девушка, нервно покусывая палец. - Моим родителям уже не нужны пожелания здоровья…

- А, вот ты из-за чего. Все умирают, - философски рассудил Аш, небрежно похлопав по плечу девушки. - Моя мать умерла, когда я еще в колыбели лежал… Тела тленны, зато души теперь в ладонях богов и звезды - глаза их - следят за тобой и твоими деяниями. Повесели их на славу, чтоб не заскучали!

Таких оригинальных слов утешения Оле слышать прежде не доводилось, она вытерла платочком нос и через силу улыбнулась:

- Мне легче, спасибо. Я давно не плакала, думала, уже не буду, все-таки почти два года после катастрофы прошло, а тут вдруг…

- Можешь купить мне в награду соленых орехов. Тут есть? - предложил Аш, тень странной заботы исчезла из глаз, сменившись ироничными искрами.

- Есть, - уже по-настоящему улыбнулась девушка. - Тебе каких?

- Я тоже хочу орехов, возлюбленная моя невеста! - громогласно заявил Ламар, насытившись созерцанием тортов и признав их, к вящему прискорбию Коренуса, неподходящей походной едой…

Распихивая по пакетам содержимое тележки Оля не один раз удивилась, как среди нужных продуктов оказалась куча всякой белиберды, но не допрашивать же с пристрастием магистра и рыцаря, за каким хреном им понадобились жвачка, чупа-чупс, нож для разделки мяса и пачка презервативов. Хотя, зубную щетку, девушка точно видела, положил Аш.

Кассир так глазела на ролевиков, обступивших Олю, что, давая сдачу, едва не обсчиталась на полторы тысячи в пользу покупательницы. Да и очередь, ожидавшая оплаты массы покупок не возмущалась, наблюдая за компанией как за бесплатным цирком. Одна малявка, похожая в своем зимнем комбинезончике на красный шарик, даже подергала Коренуса за мантию и категорично потребовала:

- Дядя-клоун, покажи фокус!

Маг опасливо покосился на мелкую, сложил руки каким-то особым образом и выпустил из ладоней стайку бабочек, запорхавших по залу. Пока народ восхищался трюком, Оле удалось нагрузить спутников покупками и почти по-тихому слинять в аптеку. Там посетителей было на порядок меньше. Только одна дотошная полная старушка досуха выжимала продавщицу на предмет тонкостей обращений с глюкометром. Вторая обитательница фармацевтического приюта счастливо скучала за стеклом.

Оля быстро нагрузила ее работой, выпалив на память список из дюжины лекарственных препаратов от дротаверина c лоперамидом до йода, актовегина и бинтов. Покосилась на Ламара и количество затребованных бинтов увеличила на один нолик справа, а потом, вспомнив про бродяжью жизнь, прикупила еще пилочку для ногтей и маникюрные ножнички. Коренус же ненавязчиво выклянчил дорогущий набор ароматических масел жутко необходимых для каких-то могущественных колдунских экзерсисов.

Запасец летних денег, отложенных из ежемесячной дядюшкиной помощи, поуменьшился где-то на четверть, но Оля не жалела. Пройтись с таравердийцами по супермаркету было здорово! И вообще все было бы совсем замечательно, если бы Ламар перестал называть ее невестой и твердить о скорой свадьбе. Она бы, наверное, даже не отказалась, чтобы такой мужчина поухаживал по-настоящему. Или все-таки нет? Оля симпатизировала, вспоминая, как он надевал кольцо на палец, целовал руку или тряс за грудки Игоря. А вот когда услужливая память прокручивала картинки из серии 'Ламар и тараканы' или 'Ламар жрущий пиво' уровень общеламаровской симпатии мигом скатывался куда-то к району плинтуса.

Наконец, последняя покупка заняла свое место в пакете и тяжелогруженые всякой всячиной странники между мирами двинулись к порталу. Тут, как обычно очень вовремя, Олю осенил животрепещущий вопрос:

- Магистр, а наши вещи не исчезнут, как тогда с чемоданом?

- Нет-нет, дорогое дитя, - пропыхтел маг, получивший по справедливости свою долю груза, оказавшегося куда весомее заколдованного мешочка на спине. - Объяснить так, чтобы понял несведущий в магии, сложно, но причин несколько. Во-первых, предметы будут перемещаться через портал не посредством заклятья зова, а через телесные прикосновения…

- Хватит, Коренус, мы поняли, - прервал Ламар, волочивший добрую половину всех покупок, как если ему в руки дали связку воздушных шариков. Рыцарь никогда не любил лекций на темы, не касавшиеся оружия и сражений. Главное, еда попадет в живот, а не рванет обратно мимо рта или тем паче из глотки!

- Интересно как там? Еще горит? - почему-то шепотом спросила Оля и невольно поежилась, вспоминая стену пламени, поступающую к окну.

Сейчас, как ни старалась, она не могла заметить портала, открытого где-то поблизости от камер хранения. К счастью, магистр путь назад видел превосходно, и, как ни странно, Оле показалось, что и Аш тоже видит.

- Нет, как я и говорил, только горячие угли. А теперь, подержи-ка, мой друг, - Коренус бесцеремонно вручил Ламару свою ношу и начал водить руками по воздуху, то ли ощупывая, то ли что-то сплетая.

- Настька, гля, пантомиму показывают! - гаркнул над ухом Оли чей-то пропитой или просто простуженный голос.

Девушка против воли подпрыгнула, или уж, правильнее будет сказать, напрыгнула на магистра. Вес покупок придал дополнительную силу разгону, и остановиться Оленька не смогла, так и продолжила падать в незримый портал, увлекая вперед Коренуса, торопливо выпаливающего последние слова чар. Аш и Ламар, столкнувшиеся в попытке удержать девушку с покупками, синхронно последовали за первопропаденцами.

Ну, сразу следовало сказать, что магистр доказал свою славу великого мага! Хотя, Оля, к примеру, была бы ничуть не против, окажись Коренус немного менее великим. Все руины 'Жирного гуся' теперь покрывал толстый, как шоколад на батончике 'Марс', слой свежего льда, сверху барабанил град, превращавшийся за пределами пожарища в проливной дождь.

Магистр, Оля, Аш и Ламар пытались выпутаться из общей кучи малы живых тел и сумок со снедью, повествуя о своем видении ситуации с разной степенью красноречивости. Оная зависела от уровня воспитанности, помноженной на болезненность ушибов, полученных при тесном контакте друг с другом и силами стихии.

Обледенелый край фиолетовой мантии показался девушке совсем не вкусным, когда она выплевывала его изо рта. Зато самого мага чувствительно приложило по голове сразу всеми сумками Ламара, а тяжелый меч воина угодил Ашу прямо под дых.

Ладно хоть град калибром с крупную смородину продолжался не более пары минут и быстро сменился дождем, чьи струи всласть отхлестали несчастных любителей иномирного шопинга.

- Коренус… - смахнув с глаз налипшие пряди и вздергивая на ноги невесту, рыцарь сделал такую многозначительную паузу, что над ее заполнением можно было не фантазировать. Совершенно ясно, что Ламар имел в виду сердечное 'многоуважаемый магистр', а вовсе не 'шарлатан недоделанный'. - Ты это… убрать можешь?

- Сейчас-сейчас, - торопливо отозвался маг, нашаривая на поясе что-то нужное.

Как показала практика, одно 'сейчас' равнялось двум минутам с хвостиком. Ливень перестал хлестать спустя пять минут, сменившись редкими каплями, а потом и вовсе прекратился.

Налетевший порыв ветра, может, и был теплым, но в промокшей одежде показался Оле, не злоупотреблявшей процедурами закаливаниями, пронизывающе-ледяным. Она сразу начала мелко дрожать от холода.

Сейфар не стал ждать прекращения обильных осадков, и пока Коренус виновато пыхтя и отфыркиваясь от заливающейся в рот водицы, выколдовывал приемлемую погоду, прошвырнулся по окрестностям с целью рекогносцировки. А может Аш отправился в обход пожарища нарочно, чтобы выйти из зоны поражения.

- Вот мы и на месте, - завершив-таки обряд отзывания дождя, улыбнулся неунывающий маг и поднялся с колен.

- Причалили, - мрачно резюмировал возвратившийся разведчик. - Вокруг никого, даже животных девка прочь увела всех, от коров до гусей. Подвода такая груженая ушла, что след размыть не успело.

- Хорошо, что звери не пострадали! И все залило так, что больше не загорится, - оптимистично выдала Оля и чихнула.

- Огонь нам воистину более не грозит, милая дева, в отличие от простуды. Пожалуй, переодеться в сухое необходимо! - заботливо заметил Коренус, фиолетовая ночнушка которого облекла плоть, как вторая кожа монстра-мутанта. Магистр уже развязывал ремешки своего 'миниатюрного' мешочка в поисках смены белья.

- Ступай, там пустой сарай, - подсказал девушке сейфар, указывая на длинное строение слева, не пострадавшее от пожарища, поскольку находилось в тройке метров от аномально-ровной окружности, выжженной пламенем.

Оля благодарно улыбнулась и, прихватив рюкзачок, осторожно заскользила по мокро-ледяному пепелищу 'Жирного гуся'. Мужчины направились левее, к не затронутой основными ударными силами огненной и водной стихий местности.

Запах мокрой сажи бил в нос. Впрочем, когда тут пахло более неприятно: вчера, когда трактир был цел, или сейчас, девушка не сказала бы наверняка. Может, сегодня было даже лучше. Во всяком случае, к противному запаху гари примешивались ароматы умытой дождем травы и земли, а не пригорелой пшенки и мочи.

Массивный засов на двери в хлев был откинут, дверь заскрипела, впуская гостью в пустующий сарай. Тут оказалось на удивление светло не столько из-за длинных горизонтальных окошек шириной в одну доску под потолком, сколько из-за второй декоративной двери. Вернее, это отверстие лишь поначалу казалось таковым. Скорее всего, когда начался пожар, животные забеспокоились. А один, весьма крупный член рогатого коллектива, так стремился наружу, что снес часть стены, прокладывая грудью дорогу к свободе. Очертания массивного тела запечатлелись художественным контуром вышибленных досок, хоть сейчас на выставку скульпторов-альтернативщиков.

Расположившись слева за дверью, девушка стала расстегивать пуговички замерзшими пальцами так быстро, как получалось. Хорошо, все-таки, что джинсов в рюкзаке осталось две пары, а кроссовки не успели промокнуть. Сменив одежду, Оля попробовала кое-как обтереть волосы запасной футболкой, и пошла к выходу.

'Надо же, даже сюда нанесло пепла и сажи,' - успела подумать девушка, пиная кроссовкой грязную солому, в которой блеснуло что-то красное.

Сработал сорочий инстинкт, присущий большей части женского пола/ Оля нагнулась, разгребая руками грязное сено, и вытащила его. Блестящий, красненький, похожий на дольку мутировавшего мандарина камешек. Пальцы аккуратно подцепили находку и поднесли к лицу. В глаза ударила алая вспышка и мир исчез.

Вернулась реальность от звонкой оплеухи, ожегшей щеку. Голова мотнулась, жесткая вонючая солома уколола кожу.

- Может, водой брызнуть? - предложил знакомый голос Аша больше с исследовательским интересом, чем с сочувствием. У порога подходящая лужа есть.

Осознав, что все труды по переодеванию в сухое пойдут прахом, а еще одних запасных джинсов у нее нет, Оля тут же подскочила с пола. Заботливый Ламар, приводивший ее в чувство методом физического воздействия, от которого горело лицо, придержал невесту за плечи.

- Милое дитя, вы занедужили? - по-отечески вопросил Коренус, не успевший внести свою лепту в приведение девушки в чувство. Он как раз закупоривал какой-то флакончик, благоухающий вдохновеннее сортира, где сдох скунс.

- Нет, это все камень, - пожаловалась Оля и поглядела вниз, выискивая красную дольку. Но той под ногами, чтобы доказать вменяемость пострадавшей, не оказалось. Девушка присела на пол, намереваясь поворошить солому.

- Ты споткнулась о камень, возлюбленная моя? - догадался Ламар, умиляясь девичьей неловкости.

- Не споткнулась, наклонилась поднять, а потом… - девушка растерянно замолчала, потирая избитое лицо. Легкое похлопывание драконоборца едва не стоило синяков. И ведь не скажешь ему, еще обидится и еще что-нибудь с теми странными чарами случится… Чары! Ну конечно! Туман на воспоминаниях о недавних событиях как ветром сдуло. Оля отскочила от грязной соломы на пару метров с места. Эх, видел бы ее сейчас физрук Николяша, чего только не выдумывавший, чтобы невысокая и слабо спортивная студентка сдала-таки прыжковые нормативы!

- Точно о камень стукнулась. Головой! - прокомментировал Аш телодвижения Ольги, а Ламар и Коренус многозначительно промолчали, кажется, начиная разделять мнение случайного компаньона по передрягам.

- И ничего я не ударялась, - обиделась девушка на нелепые подозрения так, что сразу перестала бояться. - Я переоделась, а когда шла к двери, увидела его.

- Привидение быка? - с легкой ехидцей уточнил сейфар.

- Красный камешек, маленький, я его подняла, и… - Олю аж передернуло, слова почти насильно выдавливались из груди. - Я теперь знаю, кто нас поджог. Тут мужчина был, работник. Он узнал, что Ламар с той женщиной вчера уходил, что ее хозяйка посылала, и рассердился жутко, потому что сам на ней жениться хотел. Он задумал поджечь трактир. А камешек в кошельке на груди висел. Вот так все и получилось. Огонь стеной у 'Жирного гуся' запылал, и тот человек сам тут же загорелся. Он весь за миг сгорел. Я когда подняла камень, все это как в кино увидела. Только теперь не знаю, где его искать…

- Очень странное явление! Быть может, спонтанное возгорание посредством вложения желания через магический артефакт, связанный с огненной стихией? Необходимо отыскать этот предмет! - теребя бородку, пробормотал маг и принялся усиленно разглядывать пол. Ламар присоединился к поискам, не испытывая, в отличие от невесты, ни малейших моральных страданий из-за того, что приходилось теребить солому вперемешку с пеплом незадачливого убийцы.

Оля вздохнула и развела руками. В движении кисть ее правой руки перехватил сейфар и объявил:

- Вот она, потеря.

Серый родовой перстень с голубым камнем претерпел некоторые изменения. Теперь в оправе, накрепко сплавившись друг с другом, сидело два камешка: голубой и красный. Последний явно уменьшился в размерах, но форму и цвет сохранил. Оля сразу поняла, что это именно тот злодейский камень-поджигатель, неведомо как сменивший дислокацию. Девушка подняла умоляющий взгляд на магистра, с минуты на минуту ожидая стихийного воспламенения. Жар прокатывался по телу вперемешку с волнами ледяного озноба. Очень хотелось верить, что это всего лишь банальный страх, а не зловещее заклятье, вступающее в действие для того, чтобы превратить в сажу и пепел еще нескольких людей и кучу строений. Тогда всем мужчинам лучше было бы бежать от нее подальше, как от бомбы с часовым механизмом. А никто из них даже не тронулся с места.

Коренус взял ручку Оли в свои пухлые ладошки, пальцы погладили красный камешек, губы беззвучно шевелились, бормоча что-то. Потом резюмировал:

- Совершенно очевидно, древний артефакт связан со стихией огня. Увы, я не в силах проникнуть в глубины его структуры и истинное предназначение. Но не тревожься, милая девочка, камень погружен в дрему. На краткий миг его вырвала оттуда ярость прежнего носителя и частицы магии, бродящие в крови.

- А вдруг он снова решит проснуться и все пожечь? - опасливо уточнила Оля. Больше всего на свете хотелось сорвать с пальца злополучный перстень, бросить его подальше и дать деру. Удерживала только то, что она обещала не волновать безумного Ламара, да и Коренус, кажется, ничуточки не беспокоился из-за огненного камня.

- Ты, милая, идеальный носитель для столь опасного предмета, в силу того, что лишена злости, способной пробудить камень раньше той поры, когда он не обретет своего истинного места и предназначения, - заключил маг, явно весьма довольный тем, что под боком оказался замечательный объект для научно-магических изысканий. - Во всяком случае, вероятность этого крайне мала…

- А если все-таки он… - Оля сглотнула комок в горле и тайком подергала перстень. Тот, зараза, сидел, как влитой, и сниматься совершенно не собирался. Кажется, эта функция для аксессуара невесты магической конструкцией предусмотрена не была.

- Я укрою тебя в объятиях, и мы сгорим вместе в неистовом пламени любви, жизнь моя! - по-рыцарски предложил Ламар, подтверждая предположение бедняжки касательно невозможности расставания с фамильным кольцом, удостоверяющим помолвку, а заодно и мнение о психическом состоянии заколдованного жениха.

- Да не переживай, кобылица. Если что, палец и сломать можно, тогда снимется, - тихо шепнул Аш в утешение жертве.

Что странно, такое садистское предложение Олю действительно успокоило. А никаких сомнений, что 'добрый' сейфар окажется способен на мелкий акт членовредительства у девушки не возникло.

- Ну а сейчас у нас есть более важные дела, чем беседа о спящей магии камня, - заключил магистр.

- Это какие? - почти в панике переспросила Оленька, натурально убоявшись сообщения о близящемся Армагеддоне.

- Разумеется, позавтракать, - рассиялся маг и, подавая пример, направился из сарая, гордо повествуя о гигантской лепте, внесенной мужской частью компании в важнейший процесс. - Наш новый знакомый уже развел костер, а я поставил на огонь маленький котелок с водицей. Покушаем, а там и решим, куда путь держать…

Костер действительно был разложен за сараем с таким расчетом, чтобы сотрапезники обращали свой взор на простирающуюся впереди туманную громаду леса, а не на пепелище. Рядом, вместо стульев, лежали несколько крупных чурбаков. Над огнем уже побулькивала вода в котелке, чьи размеры вполне соответствовали 'маленькому мешочку' в понятии магистра. В таких казанах, насколько помнила Оленька, обычно готовили плов на семью из десятка человек.

Решительно оттерев троицу от костра и припасов, девушка взялась кухарить. Самым быстрым и сытным завтраком, особенно полезным при переохлаждении организма, всегда считалась куриная лапша. В казан полетели морковка, картошка, две банки цыпленка в собственном соку для сотворения бульона, потом лапша и, наконец, куски двух куриц гриль. Запахи, витающие над котлом, заставили мужчин шумно сглатывать слюну, а их желудки требовательно урчать.

Через пятнадцать минут суп был готов, хлеб нарезан, варево распределено по порциям. У каждого путешественника в вещах оказалась своя посуда, а себе Оля купила пластиковую миску в магазине. После десятка ложек лапши вприкуску с еще теплой булкой из спаровской пекарни жизнь уже не казалась такой мрачной. А чавканье, восхищенное мычание и трепетные взгляды, попеременно бросаемые магистром и рыцарем то на деву-кулинарку, то на котелок в предвкушении добавки, почти окончательно примирили Оленьку с таравердийской реальностью. Даже Аш, опустошив миску, выдал прочувствованное:

- Вкусное варево, кобылица!

И настроение мигом ухнуло вниз. Девушка обиделась и в сердцах бросила:

- Будешь обзываться, я больше готовить для тебя не стану! Сухомятку ешь и пусть у тебя гастрит будет!

- Обзываться? - вздернув вверх бровь, бесстыже изумился сейфар и облизнул ложку так невозмутимо, будто не видел за собой никакой вины.