— А ты такой же, как и он, — Алексис хрипло засмеялся. — Надеешься, что придет кто-то сильный и страшный и спасет тебя?

— Я не надеюсь, я в это верю.

— Вера? Это последнее дело. Надежда и вера. И во что же ты веришь?

— Ирэн справиться, и найдет выход. Я верю в ее силу и дух.

— Ирэн? Эта зеленоглазая фурия? Что она может? Я очень сомневаюсь, что она сможет нам помочь.

— Тогда молись своему Богу, Магистр! — разозлился Полок.

— Богу? Я давно не верю в Бога. Он отвернулся от меня еще триста лет назад. Он не слышит меня.

— Может сейчас самое время еще раз попросить его.

Полок замолчал, но и Алексис больше не отзывался. Только изредка Полок слышал, как он кашляет где-то там, в пустоте и во тьме. Один, без веры, без друзей, без надежды. Полок сжал кулаки. Его оковы снова загремели. Нет, он не потеряет веру! Он знает, чувствует, что эта маленькая хрупкая девочка, возьмет все в свои руки и спасет не только их, но и оба мира. Вот только, что ждет ее саму, после этого. Полок закрыл глаза.

— А можно не толкаться! И куда увели Полока, — Аленка смотрела, как твари сковывают руки ей и Ленке, прикрепляя цепи к стене.

Девушки стояли на полу, а их руки были распяты в разные стороны, а ноги оставались свободными. Также Аленка заметила, что оковы были не совсем те, какими в пещере сковывали Полока, и они не светились, забирая силу. Она осторожно их подергала.

— Не старайся, не получится. А будешь брыкаться, прикажу надеть другие браслеты, такие как у твоего любимого Императора, понятно?

— Ну, ты и сволочь!

— Возможно, просто воспитание такое. — Серж засмеялся и подошел к Аленке ближе.

Ленка наблюдала за всем с каким-то спортивным спокойствием. За всю дорогу, она не сказала ни слова, ничего не спросила и ни на один вопрос не ответила. Аленка боялась, как бы она не тронулась умом, но взгляды, которые Ленка иногда бросала на Сержа и остальных говорили, что с ней все в порядке и она из всех сил старается унять свою ярость и злость, спрятавшись за безразличием и апатией.

Серж смотрел в зеленые глаза Аленки, затем провел рукою по ее щеке.

— Скажи, как это просто любить его? Что ты чувствуешь, когда видишь, как он страдает по другой?

— Ты о чем?

— Ты ведь любишь его или это просто жалость, а? Ответь, я хочу знать, — Серж нежно взял ее за подбородок и придвинулся так близко, как будто хотел поцеловать.

— Отпусти, — прошипела прямо в его губы Алена.

— Дурочка, ты не нужна мне, — затем он резко отпустил ее и она, дернувшись, ударилась головою о каменную стену. — Закончили? — Серж больше не смотрел на девушек и не пытался с ними говорить.

Молча, сложив руки на груди, он наблюдал за работой этолов. Когда последний крюк был забит в стену, он повернулся к узницам, мило и тепло улыбнулся и щелкнул выключателем. Когда дверь камеры или темницы за ним закрылась, там стала кромешная тьма.

— Черт, просто дежавю какое-то, — первое, что услышала Аленка от Лены. — Козел, хотя бы свет оставил. Терпеть не могу темноту!

Глава 10

— Ирэн, Ирэн! Да, приди ты в себя!

— Моя голова, — кто-то слишком сильно трусил девушку за плечи и ее голова раскалывалась от боли еще сильнее, а глаза никак не хотели открываться.

— Черт, Ирэн, у нас нет времени. Открой глаза. Ирэн! — кто-то стал похлопывать ее по щекам, с каждым разом ударяя все сильнее.

— Хватит, хватит, я уже… почти…

— Ирэн, открой глаза и посмотри на меня!

Ирэн собрала всю свою силу воли и наконец-то разлепила веки, которые, казалось, были просто смазаны клеем и никак не хотели или не могли открыться.

— Ирэн, ну, посмотрите на меня!

— Кто ты? — девушка сфокусировала свое зрение на человеке, который сейчас стоял перед ней и представлялся просто темным размытым пятном. Ирэн снова закрыла глаза и подняла руки к лицу. Как ни странно она оказалась не связана, но все равно руки были как ватные и плохо слушались свою хозяйку. Ирэн потерла глаза и снова открыла их. Темное пятно, стало приобретать более четкие формы, и уже сейчас она смогла разглядеть, наклонившегося к ней мужчину.

— Ренат? Это вы?

— Ну, слава Богу!

— Где я?

— Нет времени на глупые вопросы. Скажите, вы сможете с ним справиться или нет?

— О чем вы говорите?

— Господи, не тупи! Ты сможешь победить Нириана или нет, — перешел на фамильярный тон Ренат.

— А вам-то, какое дело, — голова Ирэн еще гудела и она никак не хотела соображать, но постепенно приходило понимание происходящего.

— Говори, — и Ренат схватил Ирэн за плечи и крепко стиснул. — Ну же, говори!

— Только после того, как ответишь на мой вопрос, — Ирэн только слегка скривилась от боли, стараясь не показать как же на самом деле ей плохо и больно.

— От вашего ответа будет зависеть, на чью сторону мне встать.

Брови Ирэн непроизвольно поползли вверх. Такого ответа она точно не ожидала.

А Ренат тем временем, как-то воровато оглядываясь, продолжил:

— Так сможете его победить или нет? У нас очень мало времени. Он скоро придет и тогда я уже ничего не смогу сделать.

— Не понимаю я тебя, Ренат. Думаешь, он не убьет тебя? Надеешься, перехитрить его?

— Не твое дело, — Ренат явно никак не мог определить, как ему к Ирэн относиться и обращаться. Поэтому уважительное "ВЫ", он часто заменял на "ТЫ".

— Зачем ты помогаешь ему? — Ирэн с какой-то тоской смотрела на мужчину. — Или ты не знаешь, что он хочет уничтожить всех вампиров? Он убьет всех и вернется на Терриас.

— В том то и дело, что я не вампир, — мужчина снова оглянулся и понизил свой голос почти до шепота.

— Не вампир? Это как? Почему?

— Сейчас не время обсуждать мое происхождение, — но, видя упрямо сжатые губы девушки, он понял, что без объяснений ему не обойтись.

Поэтому Ренат присел на корточки возле стула, на котором сидела Ирэн.

— Очень давно, Алексис пообещал своему отцу, что его род не угаснет, — быстро начал Ренат свой рассказ. — Когда он стал вампиром, то думал, что у него нет детей, и уже никогда не будет. Но, когда он вернулся в замок отомстить, то узнал, что одна из его служанок забеременела от него, и родила сына. Он нашел ее. Я его прапраправнук. Или что-то около того. Всегда путался в количестве этого "пра".

— Но в тебе явно чувствуется кровь вампира, — в замешательстве заметила Ирэн.

— Да, это так. Алексис всегда поддерживал свой род и деньгами, и властью, и силой. Я последний представитель нашего славного рода, — Ренат усмехнулся. — Когда я родился, то у меня обнаружили болезнь и…. Короче, я бы умер, если бы Алексис не поддерживал меня своей кровью.

— Но он не обратил тебя. Почему?

— Потому что он все еще ждет и надеется, что у меня появиться ребенок, наследник рода. Но то ли по здоровью, то ли из-за его крови, этого пока не случилось. Вот моя история, я удовлетворил твое любопытство? Теперь твоя очередь. Ты справишься с Нирианом?

Ирэн смотрела на Рената и хмурила свои тонкие брови.

— Зачем ты помогаешь ему?

— Черт, Ирэн, — Ренат снова оглянулся. — Ты можешь ответить? — затем его глаза сузились. — Да, ты просто сама этого не знаешь! — догадался он.

Ренат вскочил с места, и, схватив Ирэн за плечи, нагнулся прямо к ее лицу.

— Пока я ему помогаю, я и Алексис остаемся в живых, понимаешь? Он убил всех Магистров. Просто скормил своим отвратительным созданиям. И скоро дойдет очередь до тебя и твоих друзей. Поэтому тебе стоит собрать все свои силы и наконец-то решить, сможешь ты его победить или так и будешь клипать своими зелеными глазами.

— Отпусти! Мне больно, — Ирэн смотрела на Рената, и в ее душе поднималось отвращение к нему. — Отпусти, — твердо произнесла девушка и сила в ее голосе заставила Рената отодвинуться от нее, но плечи он так и не отпустил, что-то усиленно разглядывая в глубине ее глаз.

— Ренат, девушка попросила отпустить ее. Ты нарушаешь законы гостеприимства.

Как только Ренат услышал этот голос, его руки, которые сжимали плечи девушки, задрожали, и он быстро отпустил Ирэн и отошел ей за спину.

— Простите, Хозяин.

Ирэн хмыкнула.

— Нириан? — спокойно спросила она, но ее голос все же дрогнул, выдавая ее истинное состояние.

На лице Нириана расплылась довольная улыбка. Он прошел в комнату и тут же включился яркий свет, и Ирэн смогла, наконец-то разглядеть, где она находиться.

В комнате были большие окна, на которых не было штор, и поэтому Ирэн увидела, что за ними был сумрак. Значит сейчас или поздний вечер или слишком раннее утро. Сама по себе комната была не большая и довольно скудно обставлена: возле окна небольшой столик, два кресла, слева от окна на стене висела большая картина старого замка 16 или 17 века, а справа была странная стена, сложенная из камня без следов штукатурки. Ирэн сидела на стуле, почти посреди комнаты, и за ее спиной стоял Ренат, его лица она не видела, только слышала тяжелое прерывистое дыхание. Свет, который заливал комнату, лился из единственной люстры, которая висела как раз над головою Ирэн и очень хорошо освещала девушку.

Нириан сел в одно из кресел и с интересом разглядывал свою пленницу, не говоря ни слова. Ирэн старалась не ерзать на стуле и хоть как-то взять себя в руки. Взгляд холодных, но любопытных глаз, заставлял ее кожу покрываться мурашками, а дыхание сбиваться.

— Вот смотрю я на тебя и не понимаю, зачем тебе это? Так хочется спасти мир?

Ирэн сидела и из последних сил старалась не выдать своего удивления и не понимания.

— А вам, зачем все это? — ее голос дрожал.

— Я же хочу спасти тебя и остальных таких же дурочек, которые придут за тобой.

Ирэн в ответ только улыбнулась и слегка наклонила голову набок, приподняв одну бровь. Нириан усмехнулся, но ничего не ответил и продолжал ее разглядывать.

— Расскажу я, наверно, тебе свою историю, может, тогда ты поймешь меня.

— Вам так важно мое понимание или вы просто тяните время? — Ирэн постаралась расслабиться, принимая более удобную позу на жестком стуле. Хорошо, хоть не табуретка досталась.

— Возможно, мне действительно важно, чтобы именно ты поняла меня. Ну, а время… это тоже, — Нириан закинул ногу на ногу и сложил руки на груди.

— Почему вы хотите уничтожить кристалл?

— Когда наше с братьями правление подходило к своему концу, каждый из нас боялся даже выйти из замка, чтобы не наткнуться на свою истинную, — Нириан закрыл глаза. — Но по случайному стечению обстоятельств, мне пришлось покинуть нашу обитель и…, да я встретил ее. Ты же знаешь, что делает с тобою огонь истинного. Я тоже не смог сдержаться и встречался с ней снова и снова. Надеясь, что все-таки не она будет матерью следующих трех Императоров, — Нириан хмыкнул, — но… вскоре она обрадовала меня, что ждет ребенка. Тогда я все понял и прибежал к братьям пожаловаться на судьбу-злодейку, — Нириан открыл глаза, посмотрел на девушку и улыбнулся своей глупости и наивности. — Видела бы ты, какие у них были лица! Каждый из них был рад, что сия чаша миновала его! — его смех был слишком наигранным. На его губах была ехидная улыбка, а в глазах затаенная боль и обида.

Ирэн старалась слушать, сохраняя на лице безразличное выражение и никак не выдать не только своего крайнего любопытства, но и тревоги, которая упорно заполняла все ее естество. Что-то в рассказе Нириана заставляло ее напрягаться, а сердце учащенно биться.

— И тогда я попросил братьев, чтобы они отдали свою силу моим не рожденным детям, возможно, это бы спасло мою истинную и детей. Ведь на протяжении сотни лет мы искали способ спасти мать будущих Императоров, но ничего не могли ни придумать, ни найти. В книге Императоров тоже не было никаких указаний, а только сетования тех, на кого выпал жребий судьбы.

Ирэн сжала свои кулаки и крепко стиснула зубы, чтобы Нириан не услышал, как они стучат.

— Братья отказали мне, и я понимаю их. Наверное, если бы кто-то из них тогда попросил бы меня об этом, я бы тоже отказал. Но в то время, я был зол и расстроен. Они обрекали мою истинную на верную смерть. Они знали, что эти… монстры убьют ее душу и оставят мне на память только ее пустое и мертвое тело, — Нириан встал с кресла и, не глядя на Ирэн, повернулся к окну, вглядываясь в сумрак. — Тогда я исчез из замка и все время оставался с ней, я знал, что у меня слишком мало времени и скоро она впадет в кому и уже никогда не выйдет из нее.

Нириан развернулся и, прищурив глаза, посмотрел на Ирэн.

— Какой у тебя срок?

— Почти три месяца, — почему-то шепотом ответила Ирэн.

Нириан всматривался в лицо девушки, и ей все сложнее удавалось не выдать своего смятения и страха.

— Они ведь не сказали тебе?! — Он в два шага преодолел разделяющее их расстояние, и, нагнувшись к Ирэн слишком близко так, что даже мог услышать сумасшедший стук ее сердца, еще раз спросил: — Они ничего не рассказали тебе, — теперь в его голосе была жалость, и это был уже не вопрос.

Ирэн смотрела в его глаза и ничего не могла сказать. Сильный спазм схватил ее горло, но даже, если бы она и захотела ему хоть что-то ответить, все равно бы ни звука не смогла бы выдавить из себя. Она только смотрела на него своими зелеными перепуганными глазами и молчала.

— Значит ни Руфус, ни Стаурус не сказали тебе, что тебя убьют твои же собственные дети? И после этого ты все еще хочешь дать им жизнь?!

Ирэн непроизвольно положила руки на свой живот.

— Они сожгут твою душу, хотя…, - Нириан отошел от девушки, медленно подошел к своему креслу и, облокотившись на его спинку, продолжил: — Когда три отпущенных месяца были на исходе, я рискнул и дал ей свою силу, — глаза Ирэн округлились от удивления. — Да, я отдал силу Императора одному из своих сыновей, надеясь, что он спасет свою мать и ей хватит сил выжить после родов. Но ничего не изменилось, она не только впала в кому, но и умерла при родах, просто исчезла, мне не осталось даже ее тела. Мой собственный сын убил не только свою мать, но и своих братьев. Я остался с маленьким убийцей на руках и не знал, что мне теперь с этим делать. Рассказывать братьям, что у меня нет больше силы, я не хотел и все еще злился на них. Тогда я просто решил спрятать ребенка от своих и от их глаз и посмотреть, что же будет дальше, ведь наш срок подходил к концу, и Терриас мог остаться без новых Императоров. В какой-то глуши, представляешь себе, я нашел девушку, для которой оказался истинным. Это было так… романтично, что ли. Думаю, ты меня понимаешь? Насколько я знаю, у тебя есть такой, для кого ты истинная, ведь так? Это приятно осознавать, что кто-то любит тебя просто так без надежды на взаимность. Это просто бодрит!

Ирэн хотела ему ответить, но Нириан продолжил, не дожидаясь ее, явно не лестного ответа:

— Я все ей рассказал и отдал ей ребенка на воспитание. Прошло больше десятка лет, когда в замок забежал перепуганный Руфус и рассказал о том, что его истинная беременна. Я в душе потирал руки. Мне было интересно, что же предпримут мои дорогие братья. Я так и не смог их простить и забыть обиду. Естественно, мы тогда тоже отказали Руфусу, и случилось то, что называют стечением обстоятельств или судьбою, но я называю это проклятьем. Руфус случайно нашел моего сына, но подумал, что женщина, что тогда была с ним — его мать и моя истинная, он приволок ее в замок. Он был слишком зол и уже не контролировал свою силу. Если бы во мне была сила Императора, то ничего бы не случилось, но я не мог противостоять ему и поэтому….

— Прикрывшись девушкой, спрятался в кольце, — закончила за него Ирэн. Она уже справилась с собою и шоком, правда ее руки еще дрожали, но в голосе была твердость. Она начинала понимать, к чему ведет его рассказ.

— Да, — не стал спорить с ней Нириан. — Она закрыла меня собою, и это дало мне возможность спастись, — он видел, как Ирэн хмыкнула и отвернулась.

Медленно он отошел от кресла, возле которого все это время стоял, облокотившись на высокую спинку, и, не дойдя до стула Ирэн пару шагов, остановился и тихо спросил: — А ты бы ради спасения своего истинного не пожертвовала бы своей жизнью, а?