-- Хорошо. Ворожба должна продержаться не менее трех лет. Сможешь?

-- А если не смогу?...

-- Не бойся, но если не сможешь, я должен это знать. Тогда мне придется убить ее до того как твое колдовство начнет спадать.

-- Не беспокойся, не начнет.

-- Вот и хорошо. До встречи.

Я вышел из темной хижины и быстро поднялся к Кассии. Она почти не изменилась в лице, лишь быстро улыбнулась и заинтересованно спросила:

-- У кого был?

-- У одной ведьмы...

-- И что делал?

-- Работал Касс... Если тебе так интересно поясню. Сегодня я заключил контракт с одним американцем, он просил, чтобы я влюбил в него одну девочку и убил старую жену. С этой ведьмой я познакомился еще до того как попал в ад, а теперь она работает моим агентом. В обмен на силу, она время от времени выполняет для меня всяческие поручения. Скоро эта девочка по-настоящему влюбиться...

-- Подожди, - прервала меня Касс, - а разве ты сам не можешь привораживать?

-- Кассия, я же уже объяснял... Я не имею права затрагивать волю людей напрямую. Как кстати и убивать, и вредить здоровью. Дьяволы в этом мире скованны ограничениями...

Девушка замотала головой, словно отгоняя какое-то наваждение:

-- Но ты ведь заставил эту ведьму приворожить кого-то...

-- Касс, я не заставлял. Она сама, по собственной воли накинула на другого человека петлю любви. Видишь ли, человек в отличие от дьяволов вправе вредить другому как угодно. А то, что он при этом следует воли одного из нас, значения не имеет. Каждый сам делает свой выбор - я этот закон не нарушал.

-- Дмитрий, почему все так? Разве ты не можешь сейчас меня убить? Почему?

-- Убить тебя не могу, но при желании мог бы воспользоваться помощью других людей... А почему все так? Давай расскажу по дороге домой. Вижу ты совсем продрогла.

Девушка кивнула, в последний раз оглянулась на живописный пейзаж и... я улыбнулся и потянул ее вниз. Уже без предупреждения отодвинул полог хижины ведьмы и оказался в своем доме.

-- Рассказывай, - тут же велела девушка. - Что вообще тут происходит? Почему ты не такой всемогущий, как я думала?

-- Даже не знаю с чего начать... Убить тебя я и вправду не могу собственноручно, более того, ты наверно удивишься когда узнаешь что стоит тебе сказать "изыди дьявол" и меня как ветром сдует. Но учти если ты это скажешь - из друзей перекочуешь во враги.

-- Я так не скажу, - заверила она, не отводя от меня прямого взора.

-- Ты смелая девушка, - резюмировал я, - только не знаю, хорошо ли это. Можешь занять мою кресло-качалку, я все равно не чувствую усталости... Знаешь, когда человек спрашивает как меня зовут я представляюсь как Ловец Душ. Это не мое имя - по имени меня называешь только ты, но это и не мой ранг и даже не должность. Скорее это... специализация. Как ты знаешь я дьявол. Низший дьявол. Выполняю за своего хозяина черную работу. Не знаю, поймешь ли ты, я не мастер объяснять, но моя работа громоздкая и не слишком нужная.

-- Почему? - удивилась она. - Ты ведь собираешь души людей? Разве дьяволам не нужны души?

-- Нужны, но сразу и в больших количествах. Сама подумай, сколько времени придется ждать, чтобы заполучить душу этого похотливого американца. Три года и никак не ускорить... И не просто так, а мне еще нужно выполнять работу... Конечно, этот дурак считает, будто мне достаточно щелкнуть пальцем и его опостылевшая жена умрет, а русская малолетка влюбиться в него без памяти. Но ты умная девочка и должна понять, что даже Хозяин Ада скован кое-какими запретами. Знаешь, в чем парадокс? На свете есть множество миров, Ад расположен именно в этом мире, но именно люди этого мира защищены от нас лучше всего. Если бы я умел перемещаться в другие миры, то каждый встреченный человек мгновенно расставался бы со своей душой. Я бы отбирал у него силой! Понимаешь?!

-- Ты действительно путано объясняешь, - произнесла девушка после паузы, - я поняла только, что на Земле для дьяволов действуют особые ограничения. Вы не можете насильно отобрать у людей души и даже вставать на пути их воли... Но почему это так? Кто поставил эти запреты?

Я, копируя ее привычку, указал пальцем в потолок.

-- Если есть ад, значит, есть и Бог. Его воля защищает людей этого мира, но она не распространяется на людей в других мирах.

-- Но почему?

-- Кто знает. Может быть, Бог хозяин только этого мира. Но я считаю, что этот мир и есть центр Вселенной и именно здесь родились люди захотевшие стать равными богу. Они, грубо нарушив законы творца, насоздавали новых миров и поселились там, тем самым лишившись его защиты...

-- Ты сам дошел до этого?

-- Ну, времени у меня много, но частично эту истину узнал в аду.

-- Ну хорошо, - согласилась девушка, - предположим ты все понимаешь правильно. Но тогда почему, вместо того чтобы заключать контракты и таскать по одной душе в несколько лет, твой хозяин не зашлет тебя в другой мир и ты не соберешь там сотни душ.

-- О, - обрадовался я, - это уже интересный вопрос. В действительности ты права: легионы ада постоянно топчут иные миры, выкорчевывают у павших врагов души, а затем, опустошив его, устраивают походы и набеги на новые миры. Мне, когда я еще не стал Ловцом Душ, самому приходилось в них участвовать. Кстати, это тоже не столь легко как тебе думается, в некоторых мирах нам дают по рогам, а другие хоть и ломаются под напором, но оказывают серьезное сопротивление, третьи сравнительно редко заселены и, ради месяцев поиска и пару тысяч душ, захват этих миров нерационален... Но вернемся ко мне. Все дело в хозяевах. Представь столько душ ходит у них прямо под боком, но они не могут протянуть руку и взять. Совсем как ребенок не может взять картошку с углей. Вот для этого и нужны мы. Ловцы Душ хоть немного тешат их честолюбие. В глубине естества они радуются, что хоть несколько людей с Земли каждый месяц попадет к ним в пламя...

Девушка сидела с таким озабоченным видом, будто уже вжилась в шкуру Хозяев и теперь обдумывает каким образом обойти запрет...

-- Ладно, Касс, мне нужно еще поработать, ты со мной?

Она вскочила:

-- Да конечно. Теперь я полагаю, ты будешь избавляться от жены того американца?

-- Умная девочка.

Она протянула мне руку:

-- Пошли. По дороге ты расскажешь, как ты стал дьяволом?

-- Это долгая история.

-- А я никуда не тороплюсь.

Мне осталось только вздохнуть.

Глава 2

Кассия - очень странная девушка. А как можно сказать иначе? Когда она узнала кто я на самом деле, по идеи должна была завизжать, биться в истерике, сойти с ума, молиться в конце то концов. Вместо этого, нисколько не испугавшись, стала неспешно утолять свое непомерное любопытство. Я бы еще понял если девушка захотела бы разобраться в мироустройстве, или, там, получить выгоду, прославиться написав книгу об аде, или зажглась бы идеей позаимствовать у дьяволов мощь, бессмертие и другую мишуру... но нет, у моей подруги не возникло даже подобных мыслей! Она не собиралась становиться слугой Несущего Свет, впрочем как не собиралась становиться рабой божьей, она кстати не испытывала ни малейшего страха не перед создателем сущего, ни перед повелителем людей. Я читал все ее мысли и чувства как открытую книгу, но видел там лишь равнодушие к жизни и вместе с тем отблеск любопытства. И поэтому с каждым днем все более убеждался что она странная.

Почему она так себя ведет?! Почему дружит с дьяволом?! Причина могла быть только одна - умственная неполноценность. Но я отлично видел, что ее душа и разум расположены в теле должным образом.

Медленно раскачиваюсь в кресле качалке, неотрывно смотрю на девушку удобно устроившуюся на пыльном подоконнике. Она молчит. Она ждет. Ждет моей исповеди с тем же холодным равнодушием, с которым каждое утро ждет когда сварится кофе. Даже странно, почему она еще не подохла от этой гадости - каждый день на протяжении всей своей жизни пить на завтрак кофе... уфф, увольте. Чем глубже копаюсь в ее воспоминаниях, тем страннее она мне представляется. Но как говорится дареному коню в зубы... Она мой единственный друг, единственное существо с кем я могу держаться открыто.

Взгляд девушки вдруг сделался резким, колючим. Похоже, она, наконец, потеряла терпение:

-- Ну так ты будешь рассказывать или как?

-- Но у меня работа Кас, - я сделал последнею попытку огородиться от обещаний, - не могу терять время.

-- Все ты можешь, - уверенно отмела возражение девушка, - обещал ведь рассказать.

-- Хм..., верно обещал. Только рассказчик из меня хреновый, поэтому лучше буду показывать. Только тебе придется претерпеть дискомфорт, согласна?

-- Это как? - насторожилась девушка.

-- Ну, я стану сворачивать свои воспоминания в жгут и проектировать тебе прямо в голову... ну и параллельно комментировать. Короче получится как документальный фильм. Готова?

Подозрительно смотрящая девушка осторожно кивнула и едва слышно пробурчала:

-- Надеюсь это не опасно.

Улыбнувшись закрыл глаза, вспомнил с чего все начиналось, собрал воспоминания в тугую ленту и стал осторожно разматывать ее в голове девушки. Ей было не то что не комфортно, а даже очень больно. У меня нет особого опыта в проекции мыслей - такой способ общения до сей поры использовал только при общении с хозяином. Пришлось на ходу регулировать скорость и поток образов. Скоро Кассия перестала всхлипывать и расслабила тело на пыльном подоконнике.

Мои слова у нее в голове больше не отдавались колокольным набатом, они стали похожи на шелестящий в листве ветерок:

- Жизнь - дерьмовая штука, - начал философствовать я, - я понял это еще в детстве, а всю глубину этого неоспоримого утверждения осознал в юности. Помню как меня, комсомольца-отличника и спортсмена-разрядника, словом лучшего призывника в области отправляли в армию. Почему-то отчетливо запомнил кабинет с висящим на стене портретом Брежнева и потное, от сорокоградусной жары, лицо какого-то там секретаря партии. Тогда мне казалось, что от этого пузатого, едва умещающегося в мокрую от пота белую рубашку, темнокожего человека зависит моя дальнейшая судьба.

Рука азербайджанца потянулась к граненному стеклянному графину, налила в стакан воды, поднесла к пересохшим губам. Мне, подтянутому юноше смирно стоящему у стенки и тоже облизывающему губы, предложить попить он и не подумал. Наполнив, наконец, пузо живительной влагой, открыл личное дело и перевел на меня осоловеневший взгляд темно-коричневых глаз.

-- Так, дорогой, - сказал он почти без акцента. - У меня на тебя считай две характеристики. С одной стороны ты предстаешь тут как яростный комсомолец, будущий коммунист, отличник школы и физической подготовки, награжденный значком ГТО, а так же кандидат в мастера спорта по боевому искусству. Но с другой стороны ты небезупречен. Милиция о тебе отзывается нелестно, характеристика от нее никуда не годится. С десяти лет стоишь на учете в детской комнате милиции, дважды тебя задерживали за хулиганство, один за драку, а совсем недавно ты едва избежал судебной статьи.... Ну что молчишь? Какую характеристику будем рвать?

-- Вторую.

Он кивнул:

-- Верный выбор. Коммунисты не могут быть, что называется чопай охланами*, а по молодости я тоже, было дело, хулиганил... Ладно, - неожиданно прервал он свою откровенность, - я подписываю рекомендацию майора Верещагина, и ты направляешься в роту специального назначения. Счастливо отслужить сынок.

В этом коротком воспоминании умещается вся моя доармейская жизнь. Детство проведенное в трущобах в окружении приятелей отличающихся от меня культурными особенностями и цветом кожи обеспечивали драки за "выживаемость" в этой среде, а школа за десять километров от дома и один телевизор на весь двор тягу к постоянному поиску развлечений. От обхода мусорных свалок, бегания по мазутным болотам и осмотров промышленных заводов, на три дня в неделю отрывал Дворец Спорта построенный на полпути к школе.

Служба была чуть более красочна и наполнена смыслом, но тоже пустым и коротким. Обидно даже...

Я вообще не очень много помню из своей человеческой жизни. Наверно потому что почти вся она была пуста. Конечно, были яркие моменты, например первый день в тренировочном лагере....

Инструктор, двухметровый, с косой саженью в плечах, немолодой мужик, смотрел на строй зеленых салаг со смертельной усталостью. Синие, немигающие глаза перебегали с одного лица на другое, а когда на секунду остановились на мне, сердце в груди едва не обмерло.

-- Сегодня первый день вашего обучения в рядах вооруженных сил Советского Союза, - провозгласил он громким голосом, - более того в рядах спецназа разведки, поздравляю... К сожалению для вас есть и плохая новость. Сегодня у меня запланировано сбить со всех вас спесь. Видите ли, очень не люблю всяких там кузнечиков, недобоксеров и горе-дзюдоистов. Ну... а если вы носите свои пояса и титулы справедливо, то бояться вам нечего. Итак, мастера, заходим в этот лифт по одному и в порядке очереди.

Стоящая посреди полигона металлическая коробка более напоминала сортир, чем лифт, однако он вошел в нее гордо и с уверенностью что каждый из нас последует туда за ним.

-- Ну, чего вылупился?! - заорал его помощник, белобрысый лейтенант в поношенной форме. - Давай заходи!

То, что обращается он именно ко мне, дошло через пару секунд, когда от грубого толчка я залетел "в лифт" и подбородком уперся в грудь инструктора. Стальная дверь за мной закрылась с душераздирающим скрежетом, суженый, так что не продохнуть, мир стал вовсе непрогляден. Грудная плита перед моим носом пришла в движение, голос инструктора буднично произнес:

-- Сейчас будем драться. Твоя задача вырубить противника, то есть меня, до того как я вырублю тебя. Вопросы есть?

-- Как драться?! - воскликнул я в темноту. - Тут даже не пошевелиться!

-- Итак, - произнес он, не обратив на мою реплику внимания, - даю тебе пять секунд форы, а потом тебе станет очень и очень больно... Время пошло.

Кстати, тогда мне показалось будто понял что значит ад... а сейчас это воспоминание вызывает лишь улыбку. Дураком был.

Кассия застонала и открыла глаза.

-- Черт, почему так больно?

-- Я еще не черт, - уверил ее я, - но возможно когда-нибудь им стану.

-- Почему ты остановился? - недовольно спросила девушка. - Что там было дальше?

Я вновь тяжело вздохнул. Объяснять было лениво, да и давать отчет своих действий не люблю. Тем не менее, у меня перед ней долг. Нельзя игнорировать желания друга.

-- Кас, твой разум должен немного отдохнуть, да и у меня есть работа. Хотя осталось еще два дня, но если не успею и потеряю этот контракт, Хозяин меня накажет. Короче пойдем поработаем, а после продолжим... Тем более есть неплохая возможность. Какие-то идиоты опять взывают к Светоносному.

Девушка хмурилась, но возразить не решилась. Ее можно понять, хотела получить рассказ о потусторонней силе, дьяволах, аде, вместо этого приобрела головную боль и получила ненужный рассказ, тем более что сотни похожих могла увидеть и по телевизору. Я дал себе слово что больше не буду отвлекаться на свои философские темы, и вспомню только последние события жизни.

Потянув девушку за руку, открыл дверь и шагнул в проход.

Джон Спарк был ничем непримечательным адвокатом работающий в крупной конторе... И это его бесило.

Всю свою сознательную жизнь Спарк мечтал стать если не звездой юридического Олимпа, то хотя бы преуспевающим и очень дорогим адвокатом. Но ему уже пятьдесят, а желание так и не исполнилось. Возможно, по этой причине он и стал организатором одного из бесчисленных культов Сатаны. Нет, конечно, его прагматизм был на удивление совершенен, он не верил ни в загробную жизнь ни в повелителя преисподние, зато он верил в деньги и власть которая давала его должность. Верховный жрец Люцефера - вот как она называлась. (Придумывая должности. титулы и даже название секты, он особо не мудрствовал.)

Каждый из последователей вступая в культ преследовал свои цели, большинство пытались просто разнообразить пресыщенную жизнь, хотели развлечься и прикоснуться к мистике, другие действительно верили что их мессы влияют на обыденную жизнь, увеличивают доход и процветание, были конечно и фанатики черной веры, но всех до единого объединяло одно: относительно высокое положение в обществе. И конечно отсюда и столь высокие сборы и пожертвования "на процветание веры", которые полностью оседали в его кармане.

Сегодня проходила очередная месса, Спарк в черном балахоне и закрывающем лицо капюшоне второй час вел заунывную молитву восхваляющую могущество Хозяина мира и, призывающую его вступить на бренную землю. Зачем было последнее он и сам не знал, однако, прочтя десятки книг о сатанизме понял, что это традиция длилась испокон веков и нарушать ее нельзя. А вот сейчас... когда он услышал в голове громовой голос... возникла мысль о том, что зря все-таки он все это ляпал.

Спарк покрутил головой стремясь отогнать наваждение. Голос в голове. Что за чушь?! Однако это действие привело его еще в большее замешательство. Он прекратил молитву наблюдая как оторопели собравшиеся на мессе культисты, у многих с лиц спали капюшоны и были видны округлившиеся глаза и дрожащие губы, у некоторых из рук валились перевернутые кресты, использовавшиеся в ритуале... Несколько человек из истинных фанатиков упали на колени и стали громко молиться. Да что происходит, черт возьми?!

-- Ты слушаешь меня червь?! - оглушительно взревел голос в голове заставляя Спарка сжаться и забыть обо всех прочих переживаниях.

Он закрыл глаза и робко попытался ответить. Но это было излишним. Голос в голове уверил, что услышал его молитву и готов вступить на землю чтобы карать врагов и награждать слуг. Однако, ему необходим портал. Его верный культ должен быстренько такой соорудить. А дальше все поплыло как в тумане. Голос Царя Земли слышали, кажется, все присутствующие, и некоторые, не растерявшись, решили опередить Верховного Жреца и оторопью выскочили во двор разрушенного аббатства. Через несколько секунд все замершие в зале культисты, с криком бросились в рассыпную, стараясь успеть убраться с дороги автомобиля на полном ходу въехавшего в ворота зала. Из остановившегося посреди зала автомобиля вылетел один из фанатиков, и, упав предварительно на колени, стал молиться машине как богу. Через полминуты к его молитве присоединились дрожащие голоса оглушенных последними событиями культистов. Голос в голове сообщил, что за неимением лучшего машина и станет его порталом, молитесь, сейчас Он придет.

Фанатики били лбом полы, прочие напуганные культисты старались от них не отставать, сам же Спарк до конца не растерявший свою прагматичность, перед тем как последовать за всеми и пасть ниц заглянул через стекло в салон автомобиля и убедился что тот был пуст. А через мгновенье... потерял последнею нить связывающую его с реальностью.

Дверь автомобиля открылась, и перед культистами предстал Он. Крепко сложенный обнаженный мужчина взирал на всех взглядом, от которого по спине бежали холодные мурашки. Прежде чем сознание помутилось окончательно Спарк успел увидеть полное отсутствие у пришедшего гениталий и намека на пупок. "До призывался идиот, - подумал он, - это действительно дьявол. Теперь настанет конец света, и виноват во всем именно я".

Тем не менее, дьявол, оглядев сбившихся перед ним в кучу людишек произнес уже не в голове, а на чистом английском языке, однако голос его был столь холоден, что казалось кровь вот-вот застынет в жилах:

-- Некоторые из вас собравшихся здесь достойны награды, а некоторые смерти. Некоторые верили, некоторые притворялись. Но прежде чем судить вас, я дам каждому шанс исправиться. Принесите мне жертву. Убейте с моим именем на устах женщину посмевшую оскорбить меня. Ее зовут Николь Хандрин из Филадельфии. Убейте, и ее кровь послужит лучшим порталом для моего прихода на Землю... Чего же вы ждете? Убейте ее скорее, и я вознагражу вас! Не теряйте времени, вперед!