ЗОЛОТОЙ ПЕТУШОК

Куриные ножки - это стратегия. Права человека - тактика. Итак, 10 марта свершилось историческое событие: Россия ввела экономические санкции против США. Американские куриные ножки внезапно оказались некондиционными и вредными для здоровья, а потому запрещены к ввозу на нашу родину. Найден «адекватный ответ» на американские санкции против российской стали.

Торговые войны - не «звездные войны». По поводу ракет и ядерных боеголовок можно делать двусмысленные заявления, вести безнадежные переговоры и обмениваться намеками. Другое дело - куры. Это уже серьезно. На намеки российских генералов американцы просто не реагировали. А тут занервничали. В Москву несется торговая делегация, уговаривает, просит. И в самом деле, американские производители птицы, контролировавшие 70% нашего рынка, несут убытки, исчисляемые десятками миллионов долларов.

Патриотическая пресса злорадствует как-то вяло. Вот если бы речь шла о бомбах, передвижении войск, тогда другое дело. А тут - куры. Никакой поэзии. Русские либералы растеряны еще больше. Ведь, что ни говори, американцы первые начали. Санкции против российской стали введены под совершенно надуманным предлогом. Демпинга не было. Просто у нас оборудование уже выработало все мыслимые сроки амортизации, и труд ничего не стоит.

Между тем история с российской сталью - не более чем частный случай в перманентной торговой войне, которую США ведут против всего мира. Раньше нас это не касалось лишь потому, что вывозить в Америку было нечего. В периоды экономического спада подобные конфликты обостряются, идеология свободной торговли сменяется протекционизмом. Это закон капитализма, подтверждаемый историей и статистикой. Русские либералы возмущаются «непоследовательностью» американцев. Мы можем утешаться, что наши либералы - самые последовательные, а наши карлики - самые крупные. Хотя «непоследовательность» американцев происходит оттого, что у них принято руководствоваться не только идеологией, но еще иногда и здравым смыслом. Иными словами, и «свобода торговли», и «протекционизм» - лишь две стороны знаменитого американского прагматизма.

Кстати, о прагматизме. Почему американские элиты, без сожаления позволившие конкуренции ликвидировать целые отрасли экономики США, уничтожив миллионы рабочих мест, вдруг принялись защищать сталь? Чтобы узнать ответ на этот вопрос, надо понять, почему именно российские сталевары оказались для американских коллег столь серьезными конкурентами. В обеих странах сталелитейная промышленность формировалась как часть военно-промышленного комплекса. Любая администрация США равнодушно смотрит, как переносят в Азию производство легковых автомобилей, но старается сохранить производство грузовиков. Она не сожалеет, что текстильные фабрики в Америке закрываются, но очень волнуется о судьбе авиационной промышленности. Ключевые отрасли, необходимые для производства оружия, надо держать дома. Иначе в один прекрасный день американская военная мощь может быть подорвана забастовками где-нибудь в Индонезии.

Однако, если уж речь зашла об американском прагматизме, возникает резонный вопрос: а зачем Соединенным Штатам все это оружие? Только у нас генералов могут содержать ради количества, а арсеналы - ради растаскивания казенного имущества. Американская военная мощь служит не абстрактной «имперской идее», а конкретным целям и четко сформулированным интересам. И главный интерес, остающийся неизменным независимо от того, какая у власти администрация, состоит в том, чтобы американские товары и капитал могли беспрепятственно перемещаться по всему миру, подчиняя себе любые рынки.

Продажа куриных ножек в Россию - это и есть стратегия. Права человека, демократические реформы и либеральные лозунги - в лучшем случае тактика. В этом смысле российские начальники, сознательно или нет, не потратив ни копейки, нанесли Америке стратегический удар, какого не могло бы нанести все многомиллионное развертывание новых баллистических ракет и подводных лодок. А с другой стороны, пока у нас есть ракеты, мы можем себе позволить отказываться от американских кур. В общем, военно-промышленный комплекс тоже иногда может пригодиться…

ПИТЕРЦЫ ВЗЯЛИ В МОСКВЕ МОСТы И БАНКИ

Надо ли ждать дефолта, чтобы снова позвать Геращенко?

В Госдуму поступило письмо президента с просьбой утвердить отставку Виктора Геращенко с поста главы Центробанка и о назначении на эту должность Сергея Игнатьева. Будущий главный финансист страны - земляк президента Путина. Еще одна победа «северного альянса» (как прозвали питерцев кремлевские завсегдатаи).

Геращенко снимают уже не первый раз. Потомственный банкир, банкир, что называется, «от Бога» (ставший таковым еще в советское время), первый раз он не пришелся ко двору в начале 90-х, когда новая российская власть зачастую выметала не только наследие коммунистической эры, но и профессионализм. Но уже летом 1992-го отпустившее цены правительство младореформаторов, оказавшись лицом к лицу с угрозой гиперинфляции, вынуждено было звать на помощь того, кого еще накануне гайдаровская команда записывала в «ретрограды».

Тогда, в 1992-м, Геращенко рубль спас. Что не спасло его самого от постоянного прессинга со стороны либералов из окружения Ельцина. «Черный вторник» 1994 года, когда рубль неожиданно резко упал (а потом столь же неожиданно почти вернулся на прежние позиции), стал долгожданным поводом ко второму изгнанию Геращенко. В результате мы получили несколько лет чехарды в руководстве банка, а затем дефолт 1998 года, когда снова, казалось, уже никто не может остановить обвал рубля. Но снова позвали Геракла, и он снова смог.

Геращенко отличается от многих своих коллег тем, что руководствуется не доктринами, а здравым смыслом. Иными словами, он принципиально неортодоксален. Именно это позволило ему в 1998-1999 годах совершить чудо, которое не удавалось никому в истории банковского дела. Печатая бумажные деньги, он сбил инфляцию. Метод был прост.

Цены, взлетевшие во время финансового кризиса, многократно превышали покупательную способность обнищавшего населения. Когда включили печатный станок и начали выдавать задолженность по зар-плате, у людей появились деньги, ожила торговля. Однако разрыв между количеством наличности у населения и объявленными ценами сохранялся. И цены пошли вниз - навстречу реальному спросу.

В том, что Дума своим тщательно созданным пропрезидентским большинством утвердит представление президента, сомневаться не приходится. Логическая цепь замкнется, окончательно декоративными станут все ветви власти, кроме собственно президентской.

Центробанк в последнее время оказался едва ли не единственным автономным от Кремля сегментом власти. Что и призваны были исправить инициированные с подачи «северного альянса» изменения в закон «О Центральном банке РФ», урезающие самостоятельность главного банка страны и полномочия его руководителя. Фактически весь свой последний срок на посту главы ЦБ Геращенко прожил в борьбе с этим законом. Но то ли возможность, то ли желание заниматься подобной борьбой иссякло…

В прошлую пятницу Геращенко крайне резко выступил с думской трибуны. Потом, разговаривая с журналистами, еще 40 минут давал по-геращенковски язвительные комментарии об абсурдности нового варианта закона, обещал, что в случае его утверждения Думой готов дойти до Конституционного суда: «Такой закон противоречит Конституции!».

Временной отрезок между этим разговором в кулуарах Думы и заявлением Громова о смене главы ЦБ был столь коротким, что версия о собственноручном заявлении об отставке вызывает сомнения. Если подобное заявление и было написано Виктором Владимировичем, то, скорее всего, оно появилось уже постфактум.

Но так или иначе путь к принятию закона во втором чтении, которое намечено на эту среду, открыт. ЦБ станет карманным, Геращенко - свободным.

МОСКВА. КРЕМЛЬ. ПУТИНУ

«Разрешите Вас поблагодарить», или Два года второго президента России

Люди старшего поколения еще помнят плакат, изображающий радостного подростка и подписанный: «Спасибо товарищу Сталину за наше счастливое детство!». В данном случае я хочу поблагодарить президента Путина. Не потому, что сравниваю его со Сталиным, - это было бы несправедливо во всех отношениях. Просто нынешняя власть несколько раз заставила меня испытать самое настоящее счастье. А за это, естественно, надо благодарить. Итак, за что я благодарен президенту?

Первое - за то, что он нанес смертельный удар по идеологии великорусского национализма. Во времена Бориса Ельцина, когда разворовывание страны происходило под знаменем «возвращения в лоно европейской цивилизации», националистические идеи выглядели все более привлекательными. Социальные противоречия, порожденные неолиберальной экономикой, воспринимались многими как следствие «западного влияния». А те, кто особенно внимательно всматривался в лица олигархов, начинали размышлять о «еврейском заговоре».

Именно та часть общества, которая больше всего прониклась подобными настроениями, с особой надеждой восприняла приход к власти Путина, окруженного ленинградскими чекистами и экспертами по евразийской геополитике. И надо отдать должное президенту - он на первых порах изо всех сил старался угодить своим поклонникам, произнося речи, изрядно сдобренные националистической риторикой.

За два года, однако, обнаружилось, что устранение со сцены нескольких олигархов с неславянскими фамилиями ничуть не изменило олигархической структуры экономики. Сколько бы патриотических речей ни произносилось, социальные противоречия остаются столь же вопиющими, что и прежде. Точно так же и речи о «возрождении армии» обернулись ее дальнейшей деградацией.

Но самым тяжелым ударом для националистов стала внешняя политика России после 11 сентября 2001 года. «Национально ориентированный» президент Путин сделал такие шаги навстречу США, о которых даже и подумать не мог бы «западник» Ельцин. Возмущенные отставные генералы пишут письмо протеста в газету «Завтра».

Дело, разумеется, не в «западничестве» и «национализме» российских элит. Все это не более чем маски, которые им приходится поочередно надевать для того, чтобы сделать популярной среди населения свою социально-экономическую политику. «Национальные» лозунги пусты и бессмысленны просто потому, что нация расколота на богатых и бедных, которые никогда не смогут «консолидироваться». Но для того чтобы люди это поняли, нужно было попробовать. Сегодня национализм дискредитирован. И за это спасибо господину Путину.

Второе достижение эры Путина состоит в конце «коммунистической угрозы».

Нет, коммунистическая партия меньше не стала. Потеря ею прежнего положения в Думе тоже еще ни о чем не говорит. Депутатские мандаты можно и вернуть. Но потерпела крах политика партии, проводившаяся с 1993 года Зюгановым. Это была политика, сочетавшая ежедневное соглашательство с агрессивной риторикой. Партия могла чувствовать себя уверенно до тех пор, пока сама власть отводила ей роль «оппозиции его величества» и страшного пугала одновременно. Пугало, как известно, пугает не хозяина, а залетных птиц и другие существа с птичьими мозгами. Но надо признать: на протяжении всей ельцинской эры тандем «либеральное правительство - коммунистическая оппозиция» работал блистательно. И лишь с приходом Путина правила игры изменились. Новые кремлевские люди просто не понимают, зачем нужна оппозиция. А потому они все меньше заботятся о поддержании имиджа и материального благополучия непримиримых.

Последние, в свою очередь, почти готовы вновь стать борцами с антинародным режимом, но уже забыли, как это делается.

Все популярные слова национал-коммунистов были уже присвоены правящими кругами и использованы для обоснования неолиберального курса.

И наконец, третье достижение эры Путина: подорвав позиции коммунистической партии, он нанес смертельный удар по массовому антикоммунизму.

Именно антикоммунистические настроения, распространенные не только среди столичной интеллигенции, позволяли «от обратного» оправдывать любое безобразие новой власти. Да, воровать нехорошо, образование деградирует, наука в упадке, жизненный уровень большинства населения упал почти вдвое. Но не хотите же вы возврата к тоталитарному прошлому? Значит, надо мириться и терпеть. Надеяться и ждать.

Политический тупик, в котором оказалась по милости Путина КПРФ, делает все это бессмысленным. «Тоталитарный реванш» обернулся мифом. Задним числом всем становится ясно, что в 1996 году никто не выбирал «будущего страны», ибо выборы с самого начала были фарсом с заранее запрограммированным результатом.

Чем слабее антикоммунистические страхи, тем более общество получает возможность, не оглядываясь на прошлое, выразить свое отношение к настоящему. И потребовать перемен.

Всем ясно, что угроза авторитаризма исходит не от вымирающих старушек с портретами Сталина, а от энергичных чиновников, стремящихся получить полную поддержку в своей «национально ориентированной» политике.

НАЗНАЧИТЬ ТЕРРОРИСТОМ

На этой неделе Петербург стал центром борьбы с международным терроризмом. К счастью, не в общепринятом смысле. Там не сбрасывали бомбы и не вводили войска. Десант, высадившийся на берегах Невы, состоял из дипломатов, парламентариев и VIP-персон. Одновременно с открытием совместного форума Совета межпарламентской ассамблеи государств СНГ и Бюро парламентской ассамблеи Совета Европы по борьбе с терроризмом началось Международное совещание руководителей спецслужб и органов безопасности на ту же тему. СООБЩЕНИЕ НАШЕГО КОРРЕСПОНДЕНТА

По-своему отметили эти два события питерские депутаты и питерские школьники. Местные депутаты собрали собственную антитеррористическую конференцию. А подростки 25 марта, в первый день работы всех форумов, сообщили в милицию о заминировании четырех школ в разных районах города. Учитывая, что этим они никак не могли помешать занятиям - как раз начались школьные каникулы, - остается отнести анонимные звонки на счет начала операции «Антитеррор».

В Таврическом дворце собрались парламентарии: 226 человек - делегация МПА СНГ, больше 100 - делегаты ПАСЕ и около 40 - представители ОБСЕ. И те, и другие, и третьи говорили много правильных слов о том, что борьба с терроризмом не может идти вразрез с принципами демократии - приоритетом гражданских свобод и прав человека.

В другом конце города - в гостинице «Прибалтийская» - собрались больше 100 представителей спецслужб и органов безопасности из 39 стран, включая все страны СНГ, Евросоюза, НАТО, «шанхайской пятерки», представителей американских ЦРУ и ФБР, британской МИ-5, ну и так далее. Больше всех, конечно, на правах хозяев и организаторов было людей из ФСБ.

Председатель ФСБ Николай Патрушев тоже говорил много правильных слов. О том, что такое совещание проходит впервые за всю историю спецслужб. И о том, что хорошо бы сделать его ежегодным. И опять же - о правах человека. Правда, по мере разговора выяснилось, что это понятие он трактует по-своему. Оказывается, в Чечне ФСБ как раз и отстаивает права человека. Причем передовой опыт чеченских «зачисток» надо распространять, эту «работу нужно проводить не только в Чечне, везде нужно отстаивать права человека, Конституцию»…

Николай ДОНСКОВ, Санкт-Петербург КОММЕНТАРИЙ НАШЕГО ОБОЗРЕВАТЕЛЯ

«Кто у меня еврей, я решаю сам!» - так говорил Герман Геринг. Сегодня государственные деятели ловят уже не евреев, а террористов. А потому лозунг дня звучит по-новому: «Мы сами решаем, кто у нас террорист».

Главная задача российского начальства на совещании в Петербурге состояла в том, чтобы объяснить эту простую истину непонятливым европейцам. Жертв среди гражданских лиц в Чечне нет, все пострадавшие - террористы. Все чеченцы - преступники. Начиная с детей старше 10 лет. Правда, по достижении пенсионного возраста чеченец, по мнению генералов, террористом быть перестает.

Следовательно, и нарушений прав человека не может быть по определению.

Любому государству всегда выгодно было объявлять своих противников террористами. Военным - тем более. В таком случае все упрощается чрезвычайно. Никаких проблем со всякими международными конвенциями, никакой ответственности за военные преступления. Проблема в том, что подобную трактовку событий всегда оспаривали не только правозащитники, но и соседние правительства. Те, кто с нами, - «борцы за свободу». Те, кто против нас, - террористы.

Российское начальство сегодня требует, чтобы весь мир признал его суверенное право решать, «кто у нас террорист». И не надо обманывать себя. Речь идет не только о Чечне. Если это право будет признано, то террористы, как шпионы в 30-х годах, у нас обнаружатся повсюду. На подходе уже несколько «террористических» судебных дел о левых радикалах. Дела, по мнению правозащитников, явно сфабрикованные. Но если мы признаем за начальниками право назначать себе врагов, то надо будет рано или поздно признать: никаких правозащитников тоже нет. Есть лишь «пособники террористов».

Отечественный начальник сегодня приобрел важного союзника в лице начальника американского. Чем больше США втягиваются во всевозможные «контртеррористические акции» по всему миру, тем больше заинтересованность в расширительной трактовке терроризма. То же относится и к Израилю.

Война есть война. На ней неизбежны потери среди мирных жителей. Но в том-то и беда, что за гибель мирных людей на войне приходится отвечать. Если не в уголовном процессе, то хотя бы политически. Это понимают и в Вашингтоне, и в Москве. Это прекрасно знает израильский премьер-министр Шарон, которого один раз общественное мнение в собственной стране уже заставляло уйти в отставку с высоких постов из-за массовых расправ с мирными палестинцами. У борьбы с террористами есть и еще одно преимущество: она предполагает секретность. На войне должны быть хотя бы фронтовые корреспонденты. Но в ходе антитеррористической операции любой фронт становится невидимым.

Увы, израильско-российско-американский подход вряд ли получит поддержку в Европе. Не потому, что, как утверждают у нас, европейцы не знакомы с проблемой терроризма. В том-то и дело, что они очень хорошо с ней знакомы. Достаточно вспомнить историю Британии, Франции, Испании, Германии и Италии последних 30 лет. Во всех этих странах были крупномасштабные террористические акты, действовали сильные террористические организации. Но ни в одной из этих стран гражданское общество не позволило устроить «крупномасштабную контртеррористическую операцию». Или, попросту говоря, войну без правил. «Зачистки». Бомбардировки. Аресты без ордера.

Именно поэтому западноевропейские страны остаются демократическими. В Латинской Америке 70-х терроризм тоже был реальностью. А борьба с ним стала государственной идеологией. В отличие от США - на собственной территории. Итог: военная диктатура, тысячи пропавших без вести. А спустя десять лет - восстановление демократии и судебные процессы, когда на скамье подсудимых оказались наиболее преуспевшие «борцы с терроризмом».

ЕКАТЕРИНЕ ВЕЛИКОЙ БЫЛО ЛЕГЧЕ

История эта случилась более двух столетий назад. Императрица Екатерина, считавшая себя знатоком экономических вопросов, написала в Берг-коллегию записку, посвященную экспорту металла из России. Вообще-то в нынешние времена кажется странным, что императрица послала свои предложения в министерство, а не наоборот. Но то были времена просвещенного абсолютизма. Еще больше должно изумить современного читателя, что Берг-коллегия записку императрицы отвергла.

Россия тогда была одним из крупнейших поставщиков металла. А главным покупателем была Англия. Англичане платили мало, и Екатерина предложила найти новые рынки сбыта на юге Европы. Однако Берг-коллегия пришла к выводу, что продавать металл в Италии или Испании будет невыгодно. Было предложено, наоборот, увеличить экспорт в Англию.

Металлургические заводы в те времена основывались на крепостном труде, а потому конкурентоспособность отечественных производителей была просто фантастическая. К тому же законов против демпинга еще не придумали. Впрочем, и поныне международные правила свободной торговли направлены главным образом против государственных субсидий и «излишних» социальных гарантий рабочим, а не против рабского труда.

При этом ни Екатерине, ни ее оппонентам не пришло в голову, что, кроме внешнего, существует еще и внутренний рынок. Вместо того чтобы больше вывозить или дороже продавать, можно просто создать условия для роста спроса у себя дома. Но для этого нужно думать не о рынках, а об интересах собственного населения.

Нынешняя дискуссия о стали и курах сильно напоминает споры двухсотлетней давности. США ограничивают импорт дешевой стали из России. Правительство Касьянова в ответ объявляет американских кур вредными для здоровья.

Тем временем наши металлурги добиваются мер против конкурентов из Украины и Казахстана. Причем аргументы используются ровно те же, что в Америке против русских. У нас нищенская оплата труда демпингом не является. Но украинские предприниматели, которые платят своим рабочим еще меньше, точно занимаются демпингом! Украина вводит встречные санкции. Торговая война, начавшаяся между США и Западной Европой, оборачивается столкновением между бывшими «братскими республиками».

В дополнение к этому металлургическая отрасль потребовала отмены экспортных пошлин. Иными словами, часть убытков переложат на государство.

Никто не задумывается, что отечественная экономика сама нуждается в огромном количестве металла. Оборудование на заводах изнашивается, здания ветшают. Разумеется, на решение этих вопросов денег нет. При низкой заработной плате можно надеяться только на экспорт.

Между тем Россия является далеко не главным конкурентом американских сталелитейных компаний. Германия и Франция до введения новых тарифов вывозили гораздо больше. Выходит, можно быть вполне конкурентоспособным даже тогда, когда зарплату платят высокую, оборудование не работает на износ, налоги честно перечисляют в бюджет.

Сотрудники Finnair получают совершенно иные деньги, чем работники «Аэрофлота», и налоги в Скандинавии несравненно выше. Однако перелет до Нью-Йорка финской авиакомпанией обходится порой дешевле, чем на российском самолете. Почему?

В отечестве принято считать, что все чудо в мистических способностях «иностранных менеджеров». Увы, поставленные в российские условия многие из них точно так же начинают работать с «черным налом» и уходить от налогов.

Политика выжимания последних соков из рабочих и оборудования оборачивается порочным кругом бедности и неэффективности. Внутреннего спроса нет, потому и объемы производства малы. А это значит, что любое производство на самом деле дорого. Экономят на оплате труда. Екатерине Великой было легче: у нее было крепостное право.

КАРТОННЫЙ ПЛЮРАЛИЗМ

Каждый уважающий себя российский начальник должен иметь собственную партию. Сначала была только одна партия власти - «Единство». Обратите внимание: если на Западе победившая на выборах партия формирует администрацию, то у нас победоносная администрация формирует для себя партию. После чего можно не сомневаться, кто победит на следующих выборах.

«Отечество» готовилось стать партией власти на российском уровне после занятия Лужковым президентского кресла. Этого не случилось. Но «Отечество» и его партнеры из блока «Вся Россия» все равно партией власти станут. Для этого им пришлось слиться с «Единством». Опять же не самим на выборах победить, а соединиться с победителем.

Русская политическая алхимия: если соединить «Единство» со «Всей Россией» и добавить немного «Отечества», получится «Единая Россия». Важна не идеология, а принадлежность к администрации. Политика будет центристской. В том смысле, что указания Центра будут выполняться.

Начальники, не удовлетворенные ролью, которую им отводят в «Единой России», не принялись в спешном порядке формировать новые партии. Стоило Сергею Миронову стать спикером Совета Федерации, как он заявил, что у него будет собственная центристская партия. Вице-премьер Валентина Матвиенко появляется на публике в качестве потенциального лидера Социально-либеральной партии.

Партийное строительство в России поставлено на поток. И главное, вся работа организована из одного Центра. Администрация президента милостиво принимает всех кандидатов в партийные вожди, дает им советы, подсказывает направление деятельности. При этом возникает вопрос: как быть с уже существующими партиями? На самом деле все думские фракции так или иначе привязаны к Кремлю. «Союз правых сил» поддерживает либеральную экономическую политику президента, хотя горюет по поводу нарушения прав человека. КПРФ горюет по поводу экономических приоритетов правительства, но приходит в восторг, когда федеральные силы бомбят очередную чеченскую деревню.

Как ни странно, кремлевским чиновникам и этого мало. В Кремле открыто говорят, что собираются и саму коммунистическую партию расколоть надвое. Из одной половинки нужно сделать «вменяемых социал-демократов». Подбирают даже кандидатов в лидеры новой партии. Пока фаворитом является миллионер Геннадий Семигин, но он не единственный. Те, кто не принимает новые правила игры, будут объявлены «невменяемыми» и путь в депутатские кресла им будет заказан.

Критерием «вменяемости» становится лояльность по отношению к Кремлю. Другое дело, что заявления коммунистического руководства о том, что оно теперь переходит в непримиримую оппозицию, даже не блеф, а попытка самооправдания. Они бы, может быть, и рады были вести непримиримую борьбу, но только в условиях буржуазного комфорта. Для настоящей борьбы нужна другая партия с другими вождями. Лидеры КПРФ прекрасно знают правила игры в русский парламент: если правительству не понравится оппозиция, правительство ее расформирует и организует себе новую.

Именно поэтому Геннадий Селезнев не покидает кресла спикера, а партия не исключает из своих рядов Селезнева, откровенно проигнорировавшего ее решение об уходе со своего поста.

И все же не надо думать, будто оппортунизм гарантирует безопасность. Беда коммунистов в том, что их популярность будет расти, что бы они ни делали. Как бы ни старались лидеры партии отпугнуть избирателей, за них будут голосовать люди, недовольные властью. К тому же в России любят гонимых. Значит, коммунисты все равно будут вызывать раздражение Кремля своим высоким рейтингом и успехами на региональных выборах. Но раз кремлевские специалисты взялись за дело, они уже не остановятся. Свобода действия для политических партий будет ограничена еще больше. Авторитарные меры опробуют на коммунистах. Возможно, под аплодисменты некоторых недальновидных либералов. Либералами займутся потом.

В общем, полная управляемость. В России будут и плюрализм, и выборы. Их можно будет даже не фальсифицировать. Ибо победитель в любом случае без указаний Кремля ни шагу не сделает. Это даже не управляемая демократия, как при Ельцине. Просто избирателю предлагается выбрать из нескольких картонных коробок с разными названиями на крышке. Коробки заведомо пустые, это знают все, включая избирателя. Начинку в них положат задним числом.

Это, пожалуй, честнее, чем подтасовывать результаты голосования. Единственный, кто пострадает, это банды политических технологов, предлагающих свои услуги кандидатам и партиям. Чем тратить деньги на этих амбициозных господ, проще будет пойти на аудиенцию в Кремль.

РУССКИЙ БУНТ НЕ БЕССМЫСЛЕННЫЙ И НЕ БЕСПОЩАДНЫЙ

У нас можно так же игнорировать большинство, как в Италии -меньшинство?

На прошлой неделе трудящиеся выступили на защиту своих прав в двух местах - в Италии и Воронеже. Именно так. Ибо по своему политическому значению для России беспорядки в Воронеже сравнимы со всеобщей стачкой для Италии.

Выступления в Италии беспрецедентные. Сначала трехмиллионная демонстрация на улицах Рима, затем двадцатимиллионная забастовка. Фаусто Бертинотти, лидер партии Rifondazione Communista (пожалуйста, не путайте с Зюгановым и Ко), сказал, что с этими событиями закончилось «одиночество рабочего». Бастовали, демонстрировали и раньше. Но раньше все знали, что бастующие и демонстрирующие обречены. Сменяющие друг друга правительства действовали по принципу «собака лает, караван идет». А рабочие, больше всех страдавшие от реформ, оставались в меньшинстве. Реформы правительства Берлускони, в сущности, то же, что и программа Грефа. Новый трудовой кодекс, новая пенсионная система, ликвидация последних остатков социальной защиты. Логика проста: большинство итальянцев зарабатывают достаточно, чтобы как-то со всем этим справиться. А про беднейшую треть населения можно просто забыть. Но на сей раз к индустриальному пролетариату присоединился средний класс. И это радикально меняет ситуацию. Протестующие, даже не имея большинства в парламенте, почувствовали, что представляют большинство в обществе.

В России средний класс от силы составляет 15% населения, но авторы «плана Грефа» не испытывали особых сомнений относительно избранного пути. Ибо у нас можно так же спокойно игнорировать большинство граждан, как в Италии - меньшинство. Только после беспорядков 11 апреля в Воронеже российское правительство решило обсуждать последствия уже начатой им коммунальной реформы. По-хорошему обсуждать подобные проблемы надо было до того, как решение принято, но в головах министров за последние 10 лет твердо засело убеждение, что над собственным народом можно безнаказанно проводить любые эксперименты. Все равно промолчат. А потому проверить правильность избранного подхода лучше всего на живых людях.

Воронеж действительно оказался идеальным местом для эксперимента. Средний русский областной центр по всем параметрам. Кстати, именно так он расценивается во всех социологических замерах. Потому произойди волнения где-нибудь в Саратове, они, наверное, не вызвали бы такого беспокойства начальства. К тому же в Воронеже местная власть твердо ориентирована на Кремль. Прежних «прокоммунистических» руководителей области удалось заменить образцовыми «центристами». Экономика не в самом плохом состоянии. Сельское хозяйство развивается успешно (благо земля здесь хорошая). Промышленность несколько приподнялась за счет работы на внутренний рынок. В общем, модель России будущего.

Выяснилось, однако, что даже в такой России пенсионеры и малоимущие не могут отдавать 80% своих доходов на оплату квартиры. Субсидий беднякам к началу реформы организовано не было и не понятно, как такие субсидии вообще могут работать. Все это нетрудно было предугадать заранее. Чего не могли предсказать, так это способности «человеческого материала» взбунтоваться.

Бунт был не слишком страшный. Представители КПРФ и официальных профсоюзов, выведшие толпу на ритуальный митинг, утратили над ней контроль. Люди стали требовать встречи с мэром, явно собираясь намять ему бока. Наиболее активные попытались организовать блокаду администрации и вступили в потасовку с милицией. Толпа, состоявшая преимущественно из пожилых людей, особой угрозы не представляла. Более опасным последствием митинга стало решение начать бойкот коммунальных платежей. К этой инициативе радостно присоединились не только участники протеста, но и благонамеренные обыватели, которые рады будут найти лучшее применение своим деньгам.