Свет настоящих дней, спасти ты не замедли,

На помощь поспеши и укрепи прочнее;

Пусть мало мы живём, и слабы, но готовы

За выкуп града цену заплатить любую; жизнь 90

Готов и я отдать; но ты, что не умрёшь вовеки,

Пусть весь мой дом погибнет для спасения народа,

Нам сохрани сей град, венец Богини, и чудесной

Жизнь его сделай, чтобы жертвы оправдать.

ХОР

Солнце, мощью лучей изгоняешь ты прочь

На Земле и на Море царившую ночь,

Её сердцу даруешь ты новые силы,

Его спящие очи ты светом промыло,

Чтоб скованные братец и сестрица

По милости твоей смогли свиданьем насладиться. 100

Скорее же взгляни,

Что с твоим даром делают они:

В безумье умов гнев пылает свирепый,

Пусть очи незрячи, а на руках цепи,

Сцепились, как в схватке, пылают огнём,

Который затмил свет небесного круга,

Сошлись к груди грудь и терзают друг друга,

Злобятся слепо,

Уж пеной покрыт весь земной окоём,

И плещутся волны по взгорью и лугу. 110

Поставлен издревле берег морей

Владенья делить океана и суши,

Поля волн сердитых от тучных полей,

Сады лоз пурпурных от синих зыбей,

Но нет у нас скрепы

Смирить дух Богов, прекратить бой нелепый,

Чтоб жар их сердец стал немного слабей.

Союз, что был прочен у Моря с Землёй,

Морской Бог разрушил могучей рукой,

Призвал он всех дерзких своих сыновей 120

Войною взять то, что законом не смочь,

Ведь Боги давно изрекли свою волю,

Отдали Палладе всю спорную долю:

Землёй той прелестной владеть её одной

И градом, что землю венчает короной -

Он землю украсить готов

Ожерельем из белых цветов:

Ведь нет ничего на холмах и в долинах

Достойней вниманья Богов,

И не было чуда такого в глубинах 130

За сотни неспешных веков.

Бесценная доля, что стала причиной

Богов разногласья: тяжёл был их спор,

В нём достался Ей город, а Ему — лишь позор.

Пусть силён Посейдон, но Богиня — мудра,

За великий приз шла здесь игра:

Щедрый, вечный, священный наш город,

Град людей, от тиранов свободою гордых,

Крепость смелых, их воли оплот,

Пред тобой, Солнце, он на ладони земной, 140

Никому не слуга — лишь Палладе одной;

О диво на троне холмов и вод,

О дева, четырежды венчана славой,

Чьей власти и силы никому не отнять,

Блистанье и пурпур, и зелень оливы,

Венок гордых песен, о славе преданье,

Цветок, что зиме не согнуть, не сломать,

Ты солнцу подобна, о свет и сиянье,

Мы имя двойное начнем восхвалять -

Афина, Афины, вам звучат величанья. 150

Голос подняли против нас воды, (строфа 1)

Как будто гром битвы с моря звучит.

Бессердечны враги, злая длится осада,

Раскинуты сети вкруг чистого, юного града,

Силачам — сыновьям не найти прохода

И дщерям невинным гибель грозит.

Не слышали мы речённого слова, (антистрофа 1)

Пифии воли не ведаем мы;

От Омфала святых алтарей, скрытых мраком,[4]

С замирающим сердцем ожидаем мы знака,

Души наши от страха разорваться готовы,

Да не станет то слово предвестием тьмы.

О, не мужем зачата ты, и Бог, (строфа 2)

Воплотившись, со смертной женой не возлёг,

Но из светлой Зевса главы ты зарницей ослепила Олимпа чертог;

Ты Бога дитя, мать тебе не нужна,

Если наша жизнь хоть немного ценна,

Не пускай к нам смерть на порог — не мила тебе мёртвых страна.

Сжалься, царица, ожидает нас плен, (антистрофа 2)

Не позволяй волне новых разрушить стен,

В смертный бой не веди слуг твоих, ведь нет за нами измен;

Не ценою пролития крови свободу дай,

Рук, покорных тебе, убийством людей не пятнай,

Пусть не смертию дев мы у моря твой выкупим храм и твой край.

Мать-земля и высокая твердь! (строфа 3)

Скорее пошлите смерть

По следу врага, чтоб вам не сгореть и вашим созданьям!

Он сгубит цветы и плоды,

Погубит все ваши труды,

Блуждать детям вашим прекрасным во тьме беды и страданья! 180

Он вырвет рассвету глаза; тишина

Воцарится на землях, где бодрая песня слышна!

Небо! Земля! Помоги! (антистрофа 3)

Громко запели враги,