– Кстати, о славянском шкафе, мне тут один шкаф привезли, посмотрите сегодня, очень интересный экземпляр.

– Приеду…

Рядом со славянским шкафом собралось несколько человек. Реставратор открывал дверцы и шкафчики. Удивительно, но старый дубовый шкаф, внутри сиял непонятной чистотой. Внутренность шкафа мерцала и переливалась от непонятных источников света. Люди стали издавать возгласы неподдельного восхищения, при открытии очередных дверок и ящичков. Хмурое помещение склада замерцало, и засеяло непонятным освещением. Шкаф был пуст.

Я позвонила Маграру:

– Маграр, мне привезли сегодня удивительный шкаф, он полон технических загадок, мы не в состоянии понять, что такое есть внутри шкафа, что может светиться.

– Мариона, немедленно выведи всех из помещения, и закройте все дверцы шкафа.

Немедленно! Я еду.

– Товарищи, всем немедленно покинуть помещение! – крикнула я прерывистым от волнения голосом.

Глава 28

Люди заторопились к выходу, вслед за ними все покупатели магазина и все сотрудники потянулись на улицу, к кустам сирени. Магазин опустел. Через десять минут появился Маграр с человеком из общества по изучению непонятных явлений цивилизации, по имени Родион. Они прошли на склад. Дубовый, старый шкаф светился в темноте из всех своих щелей, между различными конструкциями. Маграр открыл одну дверцу шкафа, его приятель сфотографировал внутренность шкафа, от вспышки в фотоаппарате, произошла ответная вспышка в шкафу, из шкафа вылетело светящееся белое облачко, и как выстрел салюта быстро исчезло.

Светящихся веществ на свете существует достаточно много, друзья об этом много читали и знали. Первое светящееся вещество, типа белого фосфора было открыто в 17 веке. А, что если это шкаф бывшего химика? Маграр со своим знатоком аномальных явлений вышел на улицу, там стояла уже целая толпа людей, сосредоточенных на создании различных предположений и вымыслов.

– Все в порядке, – сказал Маграр, но шкаф лучше отдать на экспертизу в научный институт, он является химической загадкой природы.

– Маграр, да я за него и деньги заплатила! – вспылила я не на шутку.

– Мариона, отдадут тебе твои деньги! Тут, такая загадка! Такая!

Загадка ни загадка, а во двор стали приезжать различные служебные машины. Шкаф с большими почестями отправили на экспертизу. Знатоки дерева отошли в сторону, они хотели одного, изготовить еще один такой шкаф, обычный, без светового эффекта, и продать его за шкаф 17 века. Эксперты постановили, ввиду радиоактивности шкафа, подвергнуть его утилизации. Облом, – подумала я и для возвращения своих средств, заставила всех, кто успел увидеть этот удивительный шкаф его нарисовать, изобразить, с размерами, с рисунками украшений. Я решила изготовить новый шкаф.

Облом, – подумал Планктон Иванович, он как-то сразу понял, что дети ему больше не грозят, он рядом с этим шкафом потерял все свои мужские качества, и он решил проверить, а правда ли он еще мужик, или уже все. И вот, как-то вечером, дети спали, делать было нечего. Планктон Иванович протянул свою огромную руку к дремавшему телу Анны Александровны. Она повернулась к нему, коснулась своей рукой его руки. И вы, знаете, Планктон Иванович решил, что эксперты их надули, он оказался полноценным мужиком, что вполне может подтвердить Анна Александровна.

Ее продолжали удивлять дети Планктона Ивановича, дома был исключительный порядок, поддерживаемый Ниной и Пашей, Планктон Иванович исправно покупал все основные продукты на собственные деньги. Паша неплохо готовил. Одним словом все в доме само делалось, а то, что они замечательные охранники она знала на личном опыте последнего, комедийного ограбления с участие Селедки с деревянными пистолетами, и двух его приятелей в масках из гольфов.

Любовь между Планктоном Ивановичем и Анной Александровной – состоялась, чего еще надо желать женщине? Все есть. Но не было теперь у женщины – отдыха, не было личной комнаты, она жила словно бы в чужом мире, в вечных гостях. Куда бы она ни шла по квартире, везде были люди, она и уснуть не могла без посторонних глаз и лишних вопросов. Для нее это было давно забытое прошлое, а таким настоящим она заплатила за любовь Планктона Ивановича. Дорогой мужчина оказался, лучше бы Селедку взяла, он хоть бы своего отца ей в дом не привел, а сам бы пришел. Как избавиться от домашних, трудолюбивых завоевателей? Вот в чем вопрос нынешней жизни Анны Александровны, ее даже Планктон Иванович перестал волновать. Она взяла почту из ящика, огромную кипу рекламных газет, открыла верхнюю газету и обнаружила объявление о новой косметической процедуре. Из своего кабинета несколько раз позвонила в этот салон, и при первой возможности поехала на новую процедуру.

Процедура еще та. Ее массажировали морскими водорослями, обмазывали гелями, пеленали полиэтиленовыми полосами, широкими бинтами, пропитанными различными составами, делали массаж лица, через полтора часа она встала с места, чуть шатаясь; и только через двенадцать часов почувствовала легкость в теле и полное равнодушие к окружающей среде. Она остыла к Планктону Ивановичу. Он это почувствовал, и сказал, что для всех отпуск закончился, вечером все семейство Планктона Ивановича, разъехалось по своим местам без помощи Анны Александровны, поскольку она впала в молчание.

Анна Александровна проводила домашних завоевателей, посмотрев в окно, на то, что пару сумок они вернули домой. Зашла в свою пустую квартиру, и перешла в новый этап своей жизни. Она взяла новую книгу, легла головой к окну и стала читать. Из книги выпала фотография, на фотографии был снят славянский шкаф на фоне сирени, а рядом со шкафом стоял Планктон Иванович. Интересно, – подумала она, – когда успели сделать фотографию и сунуть ее в новую книгу?

И тут она вспомнила, что покупала книги для девочки Планктон Ивановича, для Нины, и купила себе книгу. А на цифровой фотоаппарат снимала Ирмина по просьбе Марионы.

Славянский шкаф хорошо получился, и тут ее глаза обратили свое внимание на Планктона Ивановича, в сердце прошла теплая волна чувств. Она вздохнула, отложила фотографию, но удовольствие от чтения было основательно испорчено воспоминаниями о Планктоне Ивановиче.

Она задумалась… Планктон Иванович места себе не находил, бродил по пустой квартире, как зверь в клетке, душа его разрывалась на части, хотелось выть, кричать от пустоты, от безнадежности своего существования. Все казалось глупым, ненужным, скучным. Раздался звонок:

– Папа, ты не грусти, – проговорила быстро Нина, и тяжело вздохнула, – я так рада, что мы с тобой были вместе у тети Анны, мне так хорошо было с вами.

Спасибо…

Дочь Планктон Ивановича сама прервала свое признание.

Телефон вновь зазвонил:

– Отец, – пробасил Паша, – спасибо, мы так хорошо все вмести пожили. Класс…

Сын положил трубку, не дожидаясь слов отца.

Третий раз зазвонил телефон:

– Планктон Иванович, – тихо и грустно сказала Анна Александровна, – мне плохо без вас, извините, я вас вроде не прогоняла. Может, чем вас обидела?

– Анна, дети только позвонили, сказали, что у тебя им было классно, все нормально.

– Так в чем дело? Планктон. Приезжайте ко мне. Ой, ко мне кто-то рвется! – прокричала женщина и бросила трубку на пол.

Планктон Иванович услышал, что на его Анну опять совершено нападение. Он позвонил сыну. Оба побежали, поехали выручать Анну Александровну. По цепочке новость дошла до Нины, и она поехала к тете Анне.

В квартиру Анны Александровны ворвались два мужика. Как они вошли, осталось загадкой, то ли она дверь забыла закрыть?

Один мужик с порога закричал:

– Маграр, ты, где, ты забыл взять удочки, оставил их у подъезда!

– Карася не поймаешь, выходи, забери, а мы пошли! – прокричал второй мужик.

Анна Александровна выглянула в прихожую, там и правда два мужика с их дома держали в руке вязанку удочек.

– Простите, а как вы вошли в квартиру?

– Так, мы к Маграру пришли, он удочки забыл у подъезда, бабы видели, что он с Марионой своей собрался ехать. Вещи носили, удочки забыли, мы и решили их к нему отнести, уж очень удочки хорошие. Здесь и спиннинг есть, мы, как есть, все принесли.

– Спасибо, вам, Маграр уехал, я ему передам, сейчас позвоню.

Мужики вышли в коридор. Послышался голос Планктон Ивановича и его крик сквозь дверь:

– Анна, у тебя все в порядке?

Анна Александровна открыла дверь, пропуская Планктона Ивановича, а на лестничной площадке заметила, Пашу, который поднимался пешком, втроем зашли в квартиру.

Через десять минут приехала Нина. Все четверо дружно рассмеялись, и разбрелись по своим местам.

Второй визит детей в квартиру Анны Александровны, носил несколько иной характер, нежили первый. Нина ничего не убирала, книги не читала, постоянно звонила по телефону подругам, сидела во всемирной паутине, не подпуская к компьютеру Пашу.

Она уходила, уезжала к своим бывшим подругам. Дома говорила, что она у Анны Александровны, а Анне говорила, что она у мамы. Нина, если пытались ее ругать, делала невинные глаза, и продолжала вести себя в духе номер 2.

Паша тоже не отличался усердием, он уже не пылесосил квартиру, не пытался готовить еду, он просто не пытался никому угодить, найти его было весьма затруднительно, лето было в разгаре. Планктон Иванович особой любовью к Анне Александровне не пылал, зато ругал ее по любому поводу от души. Он мог ругать ее часами. Эта троица поверила в свою безнаказанность и большую необходимость в жизни Анны Александровны.

Женщина не знала, что ей делать в создавшейся адской ситуации. Молодые из поездки не возвращались, уехали на две недели, а их не было уже три недели.

Неприятности со всех сторон сжимали Анну Александровну. Она вспомнила, в каком месте находится сердце и нервы.

Клин клином вышибают, – подумала Анна Александровна, объявив дома семейке Планктона Ивановича, что все деньги кончились. Она перестала давать деньги на продукты, а Планктон Иванович на свои деньги во второй визит ничего не покупал.

Она сократила все расходы, дома хлеб и тот закончился. Нина первая сказала Анне Александровне "прощайте" и уехала, вскоре ее дом без продуктов покинули Паша и Планктон Иванович. Из почтового ящика взяла Анна Александровна прессу. Прочитала о бассейне, расположенном от нее не очень далеко, и пешком пошла, купаться, с одной сумкой.

Плаванье успокаивает, она заметила в лягушатнике новый гидравлический массаж, покрутилась перед мощной струей воды, когда выходила после этой раскрутки и резко упала на кафель. Полежав намного, поднялась и пошла домой, с очередным ушибом от жизни. По дороге в незаметном киоске купила хлеб, сок, засунула продукты под вещи и домой. Дома долго оттирала мазью место ушиба на руке. После пережитых неприятностей, даже телевизор не шел на ум, книгу она в руки не брала.

Так и уснула. Гроза бушевала всю ночь, утром ливень прекратился, а днем молодые приехали и подарок привезли Анне Александровне. Где они были, ей особо не рассказывали, сказали, что хорошо отдохнули. Анна Александровна воспрянула духом, но попросила проверить подарок на радиоактивность. Маграр, смеясь, протянул ей прибор. Показатели были в норме.

Я ухала искать славянский шкаф и Маграра.

Маграр не мог выбросить из головы славянский шкаф, а его друг Родька, тем более.

Они верили в радиоактивное свечение и не верили. Больше всего они боялись, что славянский шкаф уже успели уничтожить, вся надежда была на не исполнительность исполнительных служб, и были правы отчасти. Шкаф вывезли на свалку и сбросили в общую кучу, недавно затрамбованную мусорной техникой. Шкаф привлек внимание местных людей воронов.

Они, общими усилиями шкаф вынесли со свалки, поставили на проселочной дороге и залюбовались деревянным исполином. Один мужик открыл дверцу шкафа, свечения в шкафу не было, да он и не знал, что оно было. Шкаф по общему согласию, установили в их лачуге, он стал целой стеной. Его многочисленные дверцы и ящики радовали людей воронов свалки. В качестве стенки в лачуге, и обнаружили Маграр с Родей славянский шкаф. Даром его мужики не отдавали, но за пару сотенных зеленых бумажек – отдали с великой радостью. Шкаф вытащили из лачуги, вид у него был затрапезный.

Маграр так и сказал:

– Шкаф, до чего ты грязный, старый, паршивый, можно сказать! – не успел Маграр договорить свои бранные слова, как весь исчез в славянском шкафу.

Родька глазам своим не поверил: был человек – и нет человека, а мужики к этой минуте уже ушли покупать зеленого змия на зеленые бумажки. Родька открыл самую большую дверцу шкафа, Маграра там не было. Он посмотрел за шкаф, но и там его не было. Стал быстро открывать все дверцы и ящики, но нигде Маграра не было.

Свечения в шкафу тоже не было! Родька измерил радиоактивность шкафа, параметры были в пределах нормы. Я подъехала к шкафу, на алой машине с автоматической коробкой передач:

– Вот вы, где пропадаете! Ищу вас везде! А, где Маграр? Родька, я тебя спрашиваю!

Где мой бывший муж!?

– Мариона, понимаешь, он исчез в шкафу без остатка.

– Ладно, я его сейчас соберу, – сказала я, фотографируя шкаф.

После вспышки фотоаппарата, из шкафа, как джин из всех щелей, появился единый Маграр.

– Родная моя, ты меня спасла! – кинулся Маграр целовать меня.

– Ругаться меньше будешь, – ответила я, набирая номер мобильного телефона Анны Александровны, – Анна Александровна, это я, Мариона, нашла Маграра и славянский шкаф.

Потом я позвонила кузине:

– Ирмина, привезти славянский шкаф в магазин? Нет, он не радиоактивен, так Родька говорит, глядя на свой прибор.

Глава 29

Шкаф привезли к цветущим кустам сирени, выгрузили, поставили на асфальт и всем зевакам запретили говорить плохие слова рядом с грозным, дубовым шкафом. После рождения ребенка я пришла к Анне Александровне с одной просьбой: совершить родственный обмен, по которому мы переезжаем втроем в ее трехкомнатную квартиру, а она переезжает в мою однокомнатную квартиру. И все довольны. Обмен состоялся, даже мебелью не менялись, все осталось стоять на своих местах. Планктон Иванович сидел у Анны Александровны дома с ее маленьким внуком, заигрывая перед малышом, с тревогой оглядываясь на янтарные часы.

Он не выдержала загадок последних дней, и спросил у Анны Александровны:

– Анна Александровна, откуда вы знаете о тайне старинной мебели?

– Планктон, я давно занимаюсь антикварными предметами мебели, не все из них, но наиболее ценные экспонаты хранят в себе дух прошлого, и к нему надо относиться с большим почтением, вот и вся тайна, – и она ласково погладила стенку славянского шкафа.

Планктона Ивановича, как подменили, он стал нежным, услужливым, почтительным к семье и мебели Анны Александровны, да и Маграр перестал употреблять негативные слова. Родька проснулся с мыслью, что он непременно должен купить славянский шкаф в свое, личное пользование, тогда шкаф сделает его богатым бизнесменом. Он только жалел, что две зеленые бумажки людям воронам отдал не он, а Маграр и шкаф перекачивал в ее квартиру, а у Марионы этот шкаф станет таким дорогим…

После своего вещего сна, Родя, пришел к мысли, что шкаф ему нужен для фокусов перед людьми, для которых он станет магом и волшебником. Он научиться вызывать дух шкафа из прошлого, он сам изучит возможности шкафа и будет его единственным владельцем.

Родька жил на первом этаже холостяком в однокомнатной квартире, поэтому доставка шкафа в его квартиру, для него не являлась острой и мучительной. Трудным был вопрос, где взять деньги для его приобретения. Но ему помог случай… Шкаф перенесли на склад магазина, но к директору явился участковый инспектор, получивший информацию от своей местной агентуры, что увезенный шкаф вернулся в магазин.

Я на правах директор магазина, сказала, что шкафа нет, и откупилась от визитера, понимая, что шкаф надо из магазина немедленно убрать. Я почему-то вспомнила про друга Маграра, Родьку, позвонила ему и сама предложила спрятать в его квартире славянский шкаф. Шкаф, упакованный в полиэтиленовую пленку, замотанный скотчем, прибыл в квартиру Родьки, как по – щучьему велению, по его хотению.

Величественный шкаф предстал перед глазами Родьки, его еще не успели отреставрировать. Родя протер шкаф от пыли и мелкого мусора олифой, дубовый исполин засветился приятным, деревянным излучением. В это время Родькин шкаф вновь заработал, в нем появилось свечение внутри шкафа.

В кабинет вошел мужчина высшего качества, так в своем мозгу я дала определение, вошедшему мужчине. Холеное, благородно лицо, величественная осанка, плечи отведены назад, живот отсутствовал. Посетитель, одетый в костюм неопределенного цвета, но весьма дорогой, и хорошо на нем сидящий, по всей великолепной фигуре, поздоровался с владелицей салона древней мебели и предложил мне умопомрачительный контракт, смысл моей работы, заключался в том, чтобы…

Проще говоря, господин Еврор Сергеевич, положил на стол, перечень предметов старинной мебели, необходимой ему для создания музея своих предков. Дело в том, что я написала бизнесмену его биографию до пятого колена, коим он хотел зацепиться до фаворита и великого человека своего времени, графа Орлова. Легенду прошлого нынешнего предпринимателя, необходимо подкрепить настоящими предметами старины!

Я решила, что янтарные часы, как изюминку коллекции продам за огромные деньги, а пока часы стояли у нее дома. Прочитав предварительный перечень предметов, я успокоилась, многое я могла поставить в личный музей предпринимателя. Связь с общественностью у меня была налажена, летом я брала на работу студентов, а те занимались тем, что находили предметы старины. Господин Еврор Сергеевич предлагал поставить требуемые предметы в минимальные сроки, оплата наличными.

Для большей важности он выложил передо мной приличную сумму денег на первые расходы.

Я вызвала бухгалтера и на глазах предпринимателя, деньги официально оприходовала.

Я видела, как притащили, иначе и не скажешь, дубовый стол, осмотрев стол со всех сторон, пришла к выводу, что рядом со славянским шкафом он будет отлично смотреться. Но будут нужны дубовые стулья того времени, эту проблему я проходила, и теперь только вызвала к себе Планктона Ивановича, чтобы его фирма к этому столу выполнила старинные стулья, той же эпохи.

Сообразительный Планктон Иванович, сказал, что стулья надо украсить вензелями славянского шкафа, и заодно добавить их к этому, слегка простоватому дубовому столу. Планктону Ивановичу выплатили задаток за заказ. Посмотрев на Планктона Ивановича после Еврора Сергеевича, я пришла к выводу, что не мешало бы Планктона Ивановича приодеть, потом вспомнила его в паре с Анной Александровной, и решила, что так он целее будет.

Селедкин старший сделал копию славянского шкафа, хорошую, добротную копию. Люди ходили вокруг шкафа, открывали двери, естественно не вызывая свечения внутренних поверхностей дубового гиганта. Все бы ничего, но вновь явился участковый инспектор, пытаясь найти упущения, по поводу уничтожения этого шкафа; ему показывали, что шкаф новый, еще стружкой пахнет, а тот все искал вчерашний день.

В дверь вбежал возбужденный Родька, увидев стоящий новый славянский шкаф, закричал истошным голосом:

– Он еще и летает!!!

Выяснилось, что он сбежал от свечения в шкафу, прибежал за помощью, чтобы выкинули из квартиры шкаф. В открытые двери его квартиры, просочилась толпа людей, потом быстро остановилась перед старым шкафом, ничем непримечательным, вполне достойным быть на свалке жизни. Стоило в комнату войти Родьке, как шкаф ожил. Из шкафа пошло белое свечение, завораживающее своим светом. Люди стояли и не двигались, им казалось, что если они сдвинуться с места, что-нибудь произойдет.

Первым пришел в себя участковый инспектор:

– Вот он шкаф! А я грешил на Мариону, а это Родька безобразничает. Родька, где шкаф взял?

– Где? На свалке, его не успели уничтожить, тамошние люди его к себе определили.