– Я и не женат. Вернее, был женат. А детей нет.

– Откуда же вы про «Тамагочи» знаете?

– У нас менеджеры поглощены этим занятием.

– Что, такие молодые?

– Самому юному – двадцать пять.

– Да... От современных мужчин можно затащиться, – покачала головой Саша. – Молодая поросль бизнесменов!

– Какие ж они бизнесмены? Лодыри они самые натуральные. Вот руководство у нас – крепкие акулы капитализма. Вы общались по телефону с коммерческим директором?

– Нет, конкретно я ни с кем не общалась. Обо всем договаривалась Анна. В том числе и о сегодняшней встрече. Вообще-то, она сама должна была пойти, но личные неприятности выбили ее из наших стройных рядов.

– Я рад, что пришли именно вы, – сказал Макс с таким серьезным лицом, что Саша даже опешила и на некоторое время утратила свой бойцовский дух.

Более того, вполне мирно им с Максом удалось достичь определенной договоренности относительно предстоящих закупок. После чего Саша позволила себе немножко поглазеть на своего визави.

На вид Максу Тишинскому можно было дать лет сорок, может, чуть поменьше. Рост и фигура ей понравились, прямые русые волосы зачесаны набок, лицо, правда, не особо выдающееся. Зато у него была широкая обаятельная улыбка и хорошие глаза, а Саша всегда придавала выражению глаз большое значение. Дошло до того, что она стала пристально глядеть на него поверх бокала с вином. Макс в конце концов не выдержал:

– Ба! Да вы, кажется, строите мне глазки?

– Нет, что вы! Вам показалось. Я практикую только безопасный флирт.

– Что такое безопасный флирт?

– Это флирт с импотентами. Вы ведь не импотент?

Макс усмехнулся и покачал головой:

– Да-а... Вам палец в рот не клади!

– Это точно. У меня здоровые зубы и хорошо развитые рефлексы.

– Черт побери, ну что за женщина! – не сдержался он.

Саша не поняла, чего больше было в этом возгласе – восхищения или досады. «Зачем я его постоянно подкалываю?» – подумала она. И в этот момент Макс галантно пригласил ее на танец, Саша положила руки ему на плечи: он оказался намного выше и крупнее, чем ей показалось сначала, и это было приятно. «Правду говорят, привычка – вторая натура. И не хочу говорить гадости, а они сами так из меня и вылетают».

– Хорошо, что моя начальница передоверила мне сегодняшнюю встречу, – повторил Макс, чуть теснее прижимая к себе партнершу. – Вы ее видели? Тело века, доложу я вам.

– Нет, мы незнакомы, – холодно сказала Саша. – Это во-первых. А во-вторых, я не уполномочена обсуждать физиологические особенности партнеров по бизнесу.

Макс вздохнул:

– Мне показалось, после ужина вы смягчились. Но нет, это оказалось иллюзией.

– Мужчины, которым дороги иллюзии, как правило, оказываются гомосексуалистами.

– Ваша речь, Сашенька, напоминает фехтование, – светским тоном заметил Макс. – Слова так и летят от вас со звоном. Поэтому, несмотря на вашу хрупкость, вы, простите, похожи на солдафона.

– Туше! Вам удалось задеть мое женское самолюбие.

– Наверное, вы это делаете намеренно, – не обращая внимания на ее слова, продолжал Тишинский. – Чтобы держать мужчин в постоянном напряжении.

– Упаси бог! Иначе потом им захочется со мной расслабиться.

Макс немного помолчал, покачивая ее в такт музыке, после чего решил затронуть нейтральную тему:

– На улице так быстро стемнело! Вот только что был свет, а сейчас – непроглядная темень.

– Стемнело давно. Просто до сих пор вас слепил блеск моей красоты.

– Она не померкла до сих пор, – галантно парировал Макс.

– Просто вы к ней привыкли. Мужчины быстро привыкают к хорошему. Поэтому так часто шастают на сторону.

– Еще одна женская сентенция. А вы, значит, постоянны, да?

– Постоянны только годовые климатические показатели.

– Знаете, я от вас устал, – внезапно сказал Макс.

– А?

– Устал от вас. Вы вся в колючках. К вам даже руку не протянешь.

– Вы ведь пришли сюда не с целью меня потрогать?

– Знаете, я, пожалуй, оплачу счет и отвезу вас домой. Ваш язык должен хоть немного отдохнуть.

– Вы заботливы.

– Кроме того, желчь в организме вырабатывается наиболее активно во сне. Вам надо пополнить ее запасы, вы ее слишком много израсходовали сегодня вечером.

– Что ж, заметано, расплачивайтесь.

Когда они вышли на улицу, в лицо им дохнуло прохладой. Дворик был хорошо освещен, из ресторана доносилась музыка, и Сашу вдруг охватила пронзительная тоска. Сейчас опять домой, где нет живой души. Ей стало безумно жаль, что она не выполнила данного себе обещания обольстить нового знакомого, а снова распоясалась. В общем, оставалась в своем репертуаре.

– Вы поймаете мне машину? – глухо спросила она.

– Зачем же? Я отвезу вас на своей.

– Не стоит. Желчь будет капать с моего языка и испачкает чехлы на сиденьях.

Макс рассмеялся:

– Знаете, если вас никто не остановит, вы в конце концов станете настоящей мымрой.

– Остановить меня? Кому это под силу?

– Ну, что ж. Пожалуй, я подпишусь минуты на две...

Саша хотела спросить, что он имеет в виду, когда Макс внезапно притянул ее к себе и поцеловал. Нежно и одновременно настойчиво. Она не сопротивлялась. И когда он отпустил ее, не сказала ни слова. Макс тоже промолчал, только открыл для нее дверцу своего «Фольксвагена».

Одновременно где-то сбоку послышался характерный щелчок. Оружие! Кто-то передернул затвор. Саша краем глаза заметила, что темнота в проулке слева будто пошевелилась. В этот момент Макс резко дернул ее за руку, потом схватил за шею и с силой нагнул вниз, заставив присесть за колесо, и в ту же секунду раздался выстрел. Саша кое-как поднялась на ноги и услышала топот убегающего человека.

– Уезжаем! Быстро! – Макс буквально затолкал ее в машину и рванул с места.

Ему удалось без проблем вырулить на Цветной, и, только влившись в поток машин, он медленно выдохнул воздух, поглядев на свою пассажирку:

– Тебя только что хотели убить.

– По какому это поводу мы перешли на «ты»? – дрожащим голосом спросила Саша.

– Во-первых, я тебя поцеловал. Во-вторых, спас тебе жизнь. По-моему, оба повода годятся. Ты не находишь?

Саша достала из сумочки сигареты.

– Можно я закурю? – спросила она.

– Кури-кури. Заявлять собираешься?

– О чем заявлять-то? – Саша глотала дым, пытаясь прийти в себя. – Мы же смылись с места происшествия.

– Зато увезли с собой улику. Пуля застряла в сиденье за твоей спиной.

– Господи! – только выдохнула Саша, наклонившись вперед и шаря позади себя ладонью.

– Не дергайся. Лучше пристегнись. Где ты живешь?

– На Дубнинской.

– Знаю, как доехать. У тебя что, на работе неприятности?

– Если и на работе, я узнала о них только что.

– Значит, убийцу с пистолетом ничто не предвещало? – не отставал Макс.

Саша вспомнила об Аде и Виктории и пробормотала:

– Ну, это как сказать...

– Знаешь, я ведь тоже сейчас рискую жизнью вместе с тобой. Поэтому, в конце концов, должен знать, за что страдаю.

– Я расскажу. Только чуть позже, – выдавила из себя Саша. – Дай опомниться.

Выкурив две сигареты подряд, Саша вкратце поведала ему всю историю. Даже о своей слежке за Викторией не стала умалчивать.

– Хочешь сказать, наша фирма здесь совершенно ни при чем? – уточнил Макс.

– «Офелия»? С какой стати? Мы о вас вообще узнали два дня назад. И то совершенно случайно. Методом слепого тыка.

– Фу, успокоила. Послушай, вот что я думаю. Думаю, ваш салон каким-то боком замешан в деле. С него и надо начинать.

– Что начинать? – со слезой в голосе спросила Саша.

– Подожди, мне надо подумать.

Они немного помолчали, наконец Макс подал голос:

– Послушай, а ты с кем живешь?

– Одна. Правда, у меня есть муж, но мы в состоянии развода. И уже год, как он съехал.

– А дети?

– Детей нет.

– И на том спасибо. Значит, сегодня я останусь у тебя.

– Но я...

– Буду охранять. Даю честное слово, что обойдусь без приставаний. Неужели тебе не страшно остаться ночью одной после покушения?

– Конечно, страшно.

– Значит, ты должна быть рада, что я предложил тебе компанию.

– Я и рада, – уныло ответила Саша.

От страха на нее напала настоящая апатия. Господи, да ее в любой момент могут убить! Вот сейчас машина остановится, и только она откроет дверцу, как в темноте сверкнет огонек, и все. Или это может произойти в подъезде, как случилось с Викторией. Она поднималась по лестнице, а убийца шел сверху. В такой ситуации нет ни единого шанса уцелеть. Но за что?! Что такого она сделала или знает, что ее надо убивать?

– Я позвоню брату, предупрежу, что не приеду. А то он будет волноваться, – сказал между тем Макс.

Разговор с братом получился весьма лаконичным. «Это все потому, что у мужчин не принято расспрашивать друг друга о личной жизни по телефону. Хотя на самом деле они любопытны, как коты».

Макс остановил машину не у Сашиного дома, а у соседнего.

– Если тебя ждут и здесь тоже, мы можем увидеть их первыми.

Он обнял Сашу за плечи и медленно повел по дорожке сквозь темноту, разреженную светом, падающим из десятков окон. У Саши по-настоящему подгибались коленки, и Максу пришлось переместить свою руку на ее талию, чтобы хоть немного поддерживать. В подъезде они сели в раздолбанный лифт, и у Саши в унисон его тарахтению заклацали зубы. Вдобавок ко всему она никак не могла отыскать в сумочке ключи от квартиры, и Максу пришлось взять эту миссию на себя. Справившись с замком, он открыл дверь и замер на пороге, чутко прислушиваясь. Потом засунул руку внутрь и нашарил на стене выключатель. Когда вспыхнул свет, отрывисто сказал:

– Подожди здесь, я все проверю.

Метнувшись в квартиру, он пронесся по комнатам, потом втащил Сашу вслед за собой и молниеносным движением запер дверь. Даже цепочку накинул.

– У тебя есть стеклянная бутылка? – спросил он.