Девочки — дети Тригея — выбегают из дома.
Девочка Милый отец наш,[2] отец! Справедлива, Значит, та весть, что несется по дому. Нас покидая, ты с птицами вместе, Легкий, как ветер, несешься к воронам? Все это правда? Скажи мне, отец, если любишь немножко! Тригей Может быть, так, мои доченьки. Правда, что жаль мне вас, бедных, Жаль, когда хлеба вы просите, папочкой ласково клича, В доме же нет ни полушки, ни крошки, ни грошика денег. Вот когда, дело удачно свершив, прилечу я обратно, Будет большой каравай и пинков я вам дам на закуску. Девочка А как же ты в небесный путь отправишься? Не повезет тебя корабль по воздуху. Тригей Крылатый конь, а не корабль помчит меня. Девочка Скажи, что за причуда — оседлать жука И воспарить на нем к богам, папашенька? Тригей Не знаешь? В баснях у Эсопа сказано, Что из крылатых жук один небес достиг. Девочка Отец, отец, невероятно все-таки, Чтобы богов достигла тварь вонючая. Тригей С орлом враждуя, жук когда-то в небо взмыл И там разворошил гнездо орлиное. Девочка Не лучше ли Пегаса оседлать тебе? Богам ты показался бы трагичнее. Тригей Да нет, чудачка. Корма мне двойной запас Тогда б был нужен. А теперь, чем сам кормлюсь, Добром тем самым и жука кормлю затем. Девочка А что, когда в пучину моря влажную Он свергнется? Как он, крылатый, вынырнет? Тригей Есть у меня правило подходящее: Челном наксосским будет мне навозный жук. Девочка А свой корабль к какой пригонишь пристани? Тригей В Пирее, в бухте Жучьей,[3] бросим якорь мы. Девочка Смотри же, не свались и не сломай костей! Не то хромцом ты станешь — Еврипид тебя Подцепит и состряпает трагедию. Тригей Об этом позабочусь. До свидания! А вы, кому на благо я свершаю труд, Сдержите ветры, отливать помедлите Три дня. Когда в полете жук почует смрад, Меня он скинет и на корм набросится. (Тригей поднимается на воздух верхом на жуке.) Подымайся бодрей, мой Пегас, веселей, Шевелись, золотою уздою звеня! Пусть сверкает зубов белоснежный оскал. Что с тобою? Что делаешь? Ноздри куда Повернул? Что почувствовал? Нужника дух? Подымайся смелей, над землей воспари! Легковейными крыльями вверх устремись И до Зевсова дома домчись прямиком! А от пакости всякой свой нос отврати И про корм свой всегдашний сегодня забудь. (Кричит вниз.) Что ты делаешь? Эй! Кто там сел за нуждой В закоулке у девок, в Пирее? Эй-эй!.. Ты погубишь, погубишь меня! Закопай! И побольше землицы поверху насыпь! И тимьяна цветущего куст посади, И душистого масла налей! А не то Я сломаю хребет, и за гибель мою Пять талантов заплатит хиосский народ,[4] И всему будет зад твой виною! Ай-ай-ай-ай! Как страшно! Не до шуток мне! Эй ты, машинный мастер, пожалей меня! Какой-то вихрь ужасный вкруг пупка подул. Потише, а не то я накормлю жука! Жук опускается на Олимпе, перед дворцом небожителей.
Но вот уж я в соседство с божеством попал. И предо мною Зевса двор, как кажется. Эй-эй, привратник Зевса! Отопри живей! ЭПИСОДИЙ ПЕРВЫЙ
Гермес(выходит) Пахнуло чем-то смертным на меня! Геракл! Что за напасть такая? Тригей Это мерин-жук! Гермес Ах, мерзкий, ах, проныра, ах, бессовестный! Подлец, из подлых подлый! Прощелыжина! Как ты пришел к нам, подлый прощелыжина? Как звать тебя? Ответь же! Тригей Прощелыжина! Гермес Откуда родом? Ну же! Тригей Прощелыжина! Гермес Отец твой кто? Тригей Отец мой? Прощелыжина! Гермес Клянусь Землей и Небом, не уйдешь живым, Когда не скажешь имя и откуда ты. Тригей Тригей — я, афмониец.[5] Виноградарь я, Не сплетник, не сутяжник и не ябедник. Гермес Пришел зачем? Тригей Привез тебе говядины. Гермес(сразу переменив тон) Зачем ты здесь, бедняжка? Тригей Видишь, лакомка, Теперь я у тебя не прощелыжина! Ступай, покличь мне Зевса. Гермес Нет и нет! Тю-тю! Ведь ты к богам нисколько не приблизился. Их дома нет. Они вчера уехали. Тригей В страну какую? Гермес Не в страну. Тригей Куда ж? Гермес Куда? На край вселенной. К куполу небесному. Тригей Зачем же одного тебя оставили? Гермес Да стерегу я барахлишко божее: Горшочки, ложки, плошки, сковородочки! Тригей Но почему же божества уехали? Гермес На греков рассердились. Поселили здесь Они Войну и ей на растерзание Вас отдали. Что хочет, то и делает. А сами удалились в выси горние, Чтобы не видеть ваших непрестанных свар И жалоб ваших не слыхать назойливых. Тригей Зачем же боги с нами поступили так? Гермес За то что вечно воевать хотели вы, Хоть боги мир устраивали. Стоит лишь Лаконцам потеснить афинян чуточку, Они кричат: «Мы зададим афинянам! Клянемся близнецами![6]» Если ж Аттике Вдруг повезет и мир предложит Спарта вам, Тут вы орете снова: «Нас надуть хотят! Афиною клянемся мы! Не верьте им! Ведь Пилос[7] — наш. Послов пришлют опять они». Тригей Все наши разговоры, узнаю точь-в-точь. Гермес Не думаю, чтобы пришлось Ирину вам, Богиню Мира, увидать. Тригей Да где ж она? Гермес Ее низверг в пещеру страшный Полемос.
