Тут Матушка Мидоус с дочками ну хохотать. А старый Братец Черепаха вылез из-за столба и говорит:
– Дайте только дух перевести, уважаемые леди и джентльмены. А денежки-то выиграл я!
И правда. Привязал Братец Черепаха кошелёк себе на шею и отправился домой, к своей старухе и деткам.
– Так ведь это просто обман был, дядюшка Римус!
– Ну, конечно, дружок, просто хитрая шутка. Сперва стали звери шутить друг над дружкой, а от них научились люди, так оно идёт и идёт. Ты гляди в оба, сыночек, чтобы никто над тобой не подшутил так, пока ты молод. Потом уж будет трудней, когда волосы у тебя станут седые, как у старого негра.
Братец Кролик и Братец Воробушек
Дядюшка Римус сидел насупившись. Раз-другой он даже вздохнул тяжело и закряхтел.
Джоэль понял, что чем-то огорчил дядюшку Римуса.
Он никак не мог вспомнить, что он сделал плохого, но всё-таки ему было не по себе. Вдруг дядюшка Римус взглянул на него так грустно, уныло и спросил:
– Чего это ты наболтал сегодня маме про своего братишку?
– Что такое, дядюшка Римус? – спросил мальчик, покраснев.
– Я слыхал, что твоя мама собирается наказать его после твоей болтовни.
– Ну, дядюшка Римус, я ведь только сказал ей, что он дёргал чеснок у тебя на полоске и бросил в меня камень.
– Послушай, что я тебе скажу, дружок, – пробормотал старик, откладывая в сторону хомут, который он плёл. – Послушай, что я скажу: скверное это дело – ябедничать.
Вот я уж восьмой десяток на свете живу, а ни разу не видел, чтобы сплетник кончил добром. Помнишь, что сталось с пичужкой, которая сплетничала про Братца Кролика?
Мальчик не помнил, но ему очень хотелось услышать про это. Ему хотелось узнать, какая же это пичужка была ябедой, сплетницей и пустомелей.
– Это был такой вот попрыгунчик-воробушек, – сказал старик. – Воробьи всегда вмешивались в чужие дела. И сейчас у них такая же привычка. Тут клюнет, там чирикнет и всё сплетничает.
Как-то раз, после того как Братец Черепаха перехитрил Братца Кролика, сидел Кролик в лесу и раздумывал, как бы ему отыграться. Очень скверно было у него на душе, злился он очень, Братец Кролик. И бранился и ругался – прямо беда, лучше и не говорить об этом в сказке. Думал он, думал, потом вдруг вскочил да как крикнет:
– Ладно, чёрт побери, оседлаю опять Братца Лиса! Покажу Матушке Мидоус с дочками, что я хозяин Старому Лису, – как хочу, так верчу им!
Братец Воробушек с дерева услыхал Кролика и запел:
Братец Кролик смутился немножко и не знал, как быть. А потом смекнул: кто первым придёт, тому и поверит Братец Лис. Поскакал домой – скок-поскок, скок-поскок! – глядь, а вот и Лис, лёгок на помине.
– Что это значит, Братец Лис? – начал Кролик. – Говорят, ты хочешь сжить меня со свету, деток передушить и дом разрушить.
Лис прямо взбесился от злости:
– Откуда ты взял это? Кто сказал тебе это, Братец Кролик?
Кролик сперва упирался для виду, а потом признался, что Братец Воробей ему это сказал.
– Ну, я, конечно, в сердцах всё на свете изругал, как услышал такую штуку, – сказал Братец Кролик. – И тебе досталось тоже, Братец Лис.
– А ты в другой раз не верь пустому слову, – отвечал Лис. – Ну, будь здоров, я пойду, Братец Кролик!
Побежал Братец Лис прочь, глядь – Воробушек спорхнул с куста на дорогу.
– Братец Лис, – кричит, – а Братец Лис!
А Лис знай трусит полегоньку, будто не слышит. Воробушек за ним вдогонку:
– Братец Лис! Да постой, Братец Лис! Я что знаю… Послушай только!
А Лис всё бежит да бежит, будто и слышать не слышит и видеть не видит Братца Воробушка. Потом растянулся у края дороги, будто собрался вздремнуть. Воробушек всё кличет его да кличет, а Старый Лис ни звука в ответ.
Подскочил к нему Воробушек совсем близко:
– Братец Лис, что я скажу тебе!
Повернул голову Лис, говорит:
– Сядь на хвост мне, братец Воробушек. На одно ухо я глуховат, а другое не слышит. Сядь на хвост.
Сел Воробушек ему на хвост.
– Всё не слышу, Братец Воробушек! На одно ухо я глуховат, другое не слышит.
Сядь-ка на спину.
Сел Воробушек ему на спину.
– Прыгни мне на голову, Братец Воробушек. Я на оба уха глух.
Прыгнул на голову Воробушек.
– Прыгни мне на зубок, Братец. На одно ухо я глуховат, другое не слышит.
Прыгнул Воробушек Лису на зубок, а Лис…
Тут дядюшка Римус умолк, широко раскрыл рот и закрыл его снова, так что сразу стало понятно, чем кончилось дело.
– Братец Лис проглотил его, дядюшка Римус? – спросил всё-таки мальчик.
– На другое утро, – сказал дядюшка Римус, – шёл по дороге Братец Медведь и набрёл на пёрышки. И слух прошёл по лесу, что Матушка Сова опять кого-то съела на завтрак.
Корова Братца Кролика
– Однажды возвращался Братец Волк с рыбной ловли, – начал дядюшка Римус, задумчиво глядя на огонь в очаге. – Связку рыбы перекинул через плечо и трусил по дороге. Вдруг Матушка Перепёлка вспорхнула из кустов и захлопала крыльями у него под носом. Братец Волк подумал, что Матушка Перепёлка хочет увести его подальше от своего гнезда. Кинул он свою рыбу наземь – и в кусты, туда, откуда вылетела Перепёлка. А как раз в эту пору случился тут Братец Кролик. Вот она – рыбка, а вот он – Кролик. Уж конечно, не такой человек Братец Кролик, чтобы пройти мимо рыбы, закрывши глазки.
Воротился Волк к тому месту, где оставил связку, а рыбки-то и нет. Сел Волк, поскрёб в затылке, подумал-подумал, и пришло ему на ум, что Братец Кролик бродит тут, по соседству.
Пустился Волк со всех ног к дому братца Кролика…
– А ведь ты говорил, дядюшка Римус, что Волк боялся Кролика с тех пор, как Кролик ошпарил его кипятком? – перебил Джоэль старого негра.
Дядюшка Римус даже лоб наморщил с досады.
– Ай-яй-яй! – заворчал он, покачивая головой. – Всегда эти мальчики спорят и спорят. Они думают, что всё знают лучше нас, стариков.
– Так ведь ты сам говорил, дядюшка Римус!
Но старик не смотрел на мальчика. Он будто и не слышал его. Дядюшка Римус наклонился и стал шарить рукой под стулом, среди обрезков кожи. А сам всё продолжал ворчать под нос:
– Прямо беда с детьми. Ты думаешь, что они маленькие, а они уж вон какие! – Тут он вытащил из-под стула красивый кнутик, сплетённый из ремешков, с красной кисточкой на конце. – Я вот сделал кнутик для одного мальчика, а он уж вон какой вырос, лучше меня всё знает!.. Придётся отдать этот кнутик кому-нибудь другому.
Тут у Джоэля на глазах блеснули слёзы, а губы дрогнули. Дядюшка Римус сразу растаял.
– Ладно, ладно, сынок, – сказал он, ласково похлопывая мальчика по руке. – Не обижайся на старого дядюшку Римуса. О чём это мы толковали? Как у Братца Волка рыба пропала и Волк пустился со всех ног к дому Братца Кролика.
Прибегает, а Кролик и слыхом не слыхал ни про какую рыбу. Волк кричит:
– Не отпирайся, Братец Кролик!
А Кролик и знать ничего не знает. Волк на своём стоит.
– Ну кто, как не ты, Братец Кролик, стащил мою рыбу!
Тут Братец Кролик обиделся.
– Если так, – говорит, – если ты уверен, что это я взял рыбу, бери, убивай любую мою корову!
Братец Волк поймал Братца Кролика на слове, пошёл на выгон и зарезал самую лучшую его корову. Братцу Кролику ох как горько было расставаться с коровой! Но он уж придумал одну штуку и шепнул своим деткам:
– Не горюйте, ребятки, мясо-то будет наше!
Он прискакал сломя голову и крикнул Волку, что охотники рыщут вокруг.
– Беги прячься, Братец Волк, – сказал Кролик, – а я побуду пока здесь, постерегу корову.
Только услыхал Волк про охотников – сразу в кусты.
А Братец Кролик живёхонько ободрал корову и просолил шкуру, а тушу всю раскроил и повесил в своей коптильне. Потом взял коровий хвост и воткнул его концом в землю. Покончил с коровой, кличет Волка:
– Скорей сюда, Братец Волк! Скорей сюда! Твоя корова удирает в землю. Скорей сюда!
Волк прибегает, глядь – Кролик сидит, ухватился за коровий хвост, чтобы хвост не ушёл в землю.
Подоспел к нему Волк на помощь, как потянут они вдвоём за хвост – вырвали хвост из земли.
Братец Кролик поглядел не него и говорит:
– Ох, досада какая! Хвост оборвался, а корова ушла!
Но Братец Волк не хотел отступиться от своего добра. Он взял лом, и мотыгу, и лопату и копал, чтоб отрыть эту корову. А старый Кролик сидел у себя на завалинке, покуривал сигару. Каждый раз, как ударит Волк мотыгой, Братец Кролик шепнёт своим деткам:
– Роет, роет, роет, а мяса-то нету!
Потому что мясо давно лежало в коптильне. И долго-долго Братец Кролик и все его детки лакомились жареной говядиной всякий раз, как побегут у них слюнки.
Поделиться книгой: