– Он заходит слишком далеко и хочет испортить такую прелестную шутку. Но два поддавшихся на обман дурака не должны платить жизнью за то, что я посмеялся над шерифом. Нам придется спасти их и отослать в безопасное место, может быть, даже в Лондон. Они не посмеют вернуться в эту часть страны и не будут совать нос в наши дела.

На следующее утро небольшая группа людей шерифа вошла в Шервудский лес, таща за собой на веревке двух здоровенных мужчин. По дороге к лесу трусы выли от ужаса, а когда им на горло накинули петли, устроили такую шумиху, что люди шерифа вздернули их и ушли, не дожидаясь последних конвульсий.

От недостатка кислорода у казненных почернели лица, казалось, что смерть наступит с минуты на минуту, но вдруг раздались два звенящих звука, как-будто разорвались струны, веревки лопнули, а мужчины оказались на земле. Дыхание с трудом возвращалось к ним. Еще мгновение, и было бы поздно.

Они еще не успели подняться на ноги, как из лесу появились два человека в костюмах зеленого цвета и стали наблюдать за спасенными висельниками, дожидаясь пока к ним вернется способность стоять прямо, а взгляд приобретет осмысленность.

– Добрый друг послал нас, чтобы спасти ваши жизни, – сказал один из мужчин, одетых в зеленое, – кроме того, он посылает вам деньги. На этот раз они не фальшивые. У нас есть приказ посадить вас в повозку, которая направляется в Лондон. Скоро она выедет на большую Северную дорогу. Приказано также передать, чтобы вы оставались в Лондоне и никогда не возвращались обратно.

– Даю слово, – задыхаясь, проговорил извозчик. – Мы сами рады уехать в Лондон. Подальше от Ноттингема! Подальше от шерифа и его помощников! Мы благодарны за то что вы спасли нас от смерти. Хотя, это самое малое из того, что вы могли сделать, сыграв с нами злую шутку, которая едва не стоила нам жизни. Сначала вы отправили нас с фальшивыми монетами к шерифу, потом украли наши деревья, лошадей и тележку. Но, кто старое помянет, тому глаз вон. Чем быстрее приедет повозка, тем лучше.

Через несколько минут на дороге показалась повозка. Кучер быстро остановил лошадей и, опасаясь захвата и ограбления, с ужасом уставился на людей в зеленом.

– Не беспокойся, кучер, – прокричал один из людей Робин Гуда, – мы не собираемся грабить тебя. Просто хотим, чтобы ты отвез в Лондон двух наших друзей. И хотя у них достаточно денег, чтобы ускорить отъезд, мы заплатим сами.

Сказав это, человек из леса протянул кучеру мешочек с монетами и помог двум мужчинам забраться в повозку. Через несколько мгновений лошади тронулись, и повозка вскоре скрылась из вида.

Позднее шериф нанес визит леснику и его жене. Во всяком случае, он намеревался сделать это, но обнаружил, что хижина закрыта, а ее обитатели отсутствуют.

Он порыскал в ближайшем лесу, но не нашел и следа своих жертв.

Вдруг перед носом его лошади пронеслась стрела. Испуганное животное чуть не сбросило шерифа. Когда лошадь чуть успокоилась, шериф слез с нее, чтобы осмотреть стрелу, и, заметив, что к ней прикреплена записка, злобно зарычал.

В ней говорилось:

«Если ты хочешь получить назад бревна, приходи сегодня ночью к подножью холма Дингл. Подписано защитником всех бедных и угнетенных».

Шериф от злости выругался про себя и сказал вслух:

– Глупая приманка. Но я явлюсь туда и посмотрю, что меня ожидает, а для безопасности прихвачу с собой нескольких солдат. Нет сомнения, это еще одна проделка Робин Гуда.

Ночью шериф поехал к холму Дингл с четырьмя солдатами. Достигнув места встречи, он прокричал:

– Эй, есть здесь кто-нибудь? Я шериф Ноттингема! Я приехал за бревнами, которые мне обещали!

Он внимательно разглядывал гладкий зеленый склон холма Дингл. Вдруг его глаза сузились: он заметил, как надвигается что-то непонятное. Это испугало его лошадь. Она рванула вперед, и шериф оказался на земле. Он приподнялся на разбитом локте и увидел, как лошадь без ездока с бешеной скоростью помчалась в сторону Ноттингема. Жители города наверняка заметят лошадь без хозяина. Он молил Бога о том, чтобы никто не увидел его жалкого возвращения домой.

Лошади солдат поскакали за конем шерифа, увозя потерявших всякий контроль всадников.

Рана оставшегося в полном одиночестве шерифа кровоточила. Однако он смог подняться с земли, с ужасом заметив, как нечто надвигается прямо на него.

По склону катились старые бревна, прогнившие настолько, что на ходу разваливались на куски. Переворачиваясь и подпрыгивая, масса приближалась к шерифу. Он успел отскочить в сторону, и бревна на огромной скорости промчались мимо, однако деревья кишели жуками, древесными вшами и другими насекомыми, так что шериф оказался усыпан пылью и паразитами. Весь в отбросах и червях, злой и испуганный, он стоял на дороге и проклинал весь свет.

Когда шум стих и все успокоилось, шериф посмотрел на вершину холма и увидел нескольких человек, которые покатывались от смеха. Среди них был и Робин Гуд.

– Что ты сделал с моими прекрасными бревнами? – закричал шериф.

– С твоими бревнами? – с издевкой спросил Робин Гуд. – Наверно, ты имеешь в виду бревна, которые украл? Сегодня утром их настоящий хозяин и его жена повезли их в Лондон. Кстати, извозчик и его помощник, которых ты приказал казнить на рассвете, тоже уехали в Лондон.

– Еще одна подлая проделка, – зарычал шериф. – Ты заплатишь за это, Робин Гуд! Я повешу тебя и всех твоих людей, как только поймаю!

– Для тебя это будет настоящим праздником, – прокричал один из друзей Робин Гуда.

– Да, – отозвался Робин, – шериф, ты не умеешь ценить хорошее дерево. Лесник с женой продадут свои бревна моему знакомому в Лондоне за плату вдвое большую той, что давал твой покупатель. За вырученные от продажи леса деньги эта пара сможет купить себе хороший домик на юге страны и будет наслаждаться жизнью до конца дней. Они спокойно заживут там и будут разводить овощи, не боясь, что каждый выращенный ими капустный кочан будет украден для твоего стола, шериф. Сейчас они уже далеко от Ноттингемского графства и приближаются к Лондону, их сопровождают и охраняют люди из моего отряда. И ты ничего не сможешь сделать. А если ты кому-нибудь расскажешь об этом, то над тобой будут потешаться еще больше, чем сейчас, шериф.

Действительно, шериф был бессилен. Даже самому близкому другу он не мог рассказать о том, что Робин Гуд опять выставил его дураком.

Морщась и ругаясь, он повернулся и со слабой надеждой незаметно пробраться в город побрел в Ноттингем, где ему не оставалось ничего другого, как запереться в своей комнате и от стыда спрятать голову под подушку.

Глава 6. ОХОТА И НОВЫЙ ЧЛЕН ОТРЯДА.

Жаркое солнце так ярко светило над Шервудским лесом, что Робин Гуд и его люди едва могли охотиться. В поисках диких кабанов, голубей, зайцев, оленей или хотя бы пары лебедей и другой съедобной живности, чтобы накормить постоянно растущий отряд так называемых разбойников, они медленно пробирались через заросли.

Стоя на колене, Робин, как всегда метко, выпустил стрелу в воздух. Добычей оказался голубь, который умер прежде, чем упал на землю.

Дождь стрел, выпущенных другими охотниками, принес двадцать птиц. Это будет добрый ужин для мужчин, а перья наполнят подушки, которые собственноручно сделает Марианна.

Внезапно раздавшийся крик «Кабан!» отвлек их внимание от птиц. Оставив одного человека, чтобы собрать и упаковать добычу, Робин и остальные охотники начали утомительное преследование по узким и опасным тропам леса вдоль ручья.

Загнанное животное хрюкало и пронзительно визжало, раскидывая стрелы, которые впивались в землю рядом с ним, и каким-то чудом избегало смерти.

– Этот зверь, наверно, заколдован, – прокричал Робин, перепрыгивая через упавшее дерево.

Охотиться в лесных зарослях было трудно. Необходимо было обходить болотца, перепрыгивать через маленькие, но глубокие речушки. Кабан казался неуловимым, но Робин решительно настроился поджарить его на ужин, и погоня продолжалась.

Кабан выскочил на поляну, расположенную на берегу быстротекущего ручья, и бросился к воде. Вдруг он страшно вскрикнул, подпрыгнул на сильных ногах, дернулся в воздухе и, пронзенный стрелой, упал замертво.

Он вздрагивал еще несколько мгновений, потом наконец затих. Робин и его друзья замерли, внимательно осматривая окрестности, потому что стрела была выпущена откуда-то спереди, а дикий кабан случайно попался на ее пути. Никто из людей в зеленом не стрелял.

Робин жестом приказал своим парням оставаться в укрытии, а сам пробрался вперед. Спрятавшись за упавшим деревом, он спросил:

– Кто здесь? Кто убил моего кабана?

– Сожалею, что помешал вашей охоте, – с противоположного берега раздался зычный голос. – Но этот огромный зверь бежал прямо на меня, и я выстрелил в него прежде, чем заметил, что за ним охотятся. Думаю, никто от этого не проиграл, правда? Мы убили зверя вместе.

Робин вышел из-за дерева и подошел к хрупкому мосту, который при ближайшем рассмотрении оказался скользким, поросшим мохом бревном. Коричневая вода из ручья перекатывалась через него.

– Но теперь мы не знаем, кому принадлежит кабан! – вскричал Робин. – Мы пригнали его сюда, намереваясь убить, но попали в него вы. Если хотите, давайте устроим поединок, который решит все.

– Мне это очень нравится, – ответил человек. – Отбросим стрелы, луки и мечи и просто подеремся. Пусть эта схватка будет дружеской. Срежьте себе палку, я сделают тоже самое, и мы сразимся на мосту. Три падения в воду – и вы проиграли! Что скажете, сэр?

– Подходит, – ответил Робин. – Я только срублю оружие.

Он вытащил из ножен кинжал и, выбрав толстую ветку со множеством мелких сучков, отрубил ее, затем несколько раз подбросил, чтобы приноровиться к ней и проверить, подойдет ли она для боя.

Подготовившись, Робин двинулся к центру перекинутого через реку бревна и окинул взглядом противника. Человек выглядел настоящим великаном: на 8 дюймов выше, чем Робин Гуд, хотя и Робин не был коротышкой. Рост мужчины доходил до семи футов, а может и больше. Его мускулы были больше, чем у недавно присоединившегося к отряду Силача.

У Робина мелькнула мысль, что этот человек может стать добрым помощником героям Шервудского леса. В случае, конечно, если их взгляды совпадают, ибо даже самому прекрасному человеку было не по пути с Робином и его друзьями, если он отдавал предпочтение ненавистному принцу Джону.

Мужчина стал лицом к Робину и слегка замахнулся палкой, Робин тоже сделал пробный выпад. Потом началась настоящая схватка.

Великан попробовал ударить Робина по ногам, и только быстрый прыжок помог человеку в зеленом не свалиться в коричневую воду ручья. Робин нанес ответный удар, но противник ценой невероятных усилий сохранил равновесие на скользком бревне. Затем последовала серия ударов палками, заставившая закачаться обоих мужчин. Внезапно Робин поскользнулся и свалился в воду. Быстрое течение отнесло его ярдов на двадцать, прежде чем он смог ухватиться за свисавшую над водой ветку. Выбравшись на берег, Робин побежал к мостику, чтобы подобрать свое нехитрое оружие. Один из его людей успел поймать палку в ручье, пока пенистая бездна не проглотила ее. Прежде, чем великан успел опомниться, Робин столкнул его в воду.

Гигант так крепко уцепился за бревно, что Робин снова оказался в воде.

– Вы упали дважды, а я – один раз, – захлебываясь, сказал человек и опять взобрался на бревно.

Но вскоре, когда Робин с невероятной силой ударил великана дубиной в грудь, счет сравнялся. Только ловкость не дала Робину свалиться вслед за гигантом.

– Два – два, – воскликнул Робин, отступив на сухую землю, пока противник взбирался на бревно. – Следующее падение решит все.

Последняя часть поединка происходила на пределе сил. И когда зрители решили, что схватка рискует затянуться до бесконечности, плывшее по течению дерево внезапно ударилось о перекинутое через ручей бревно и разрешило спор: противники потеряли опору. От неожиданности Робин и великан закричали, протянули друг другу руки и в комических объятиях свалились в воду. Наблюдая за этим представлением, люди на берегу корчились от смеха.

Помогая друг другу, Робин и гигант вылезли на берег, где целую минуту лежали без движения, стараясь немного отдышаться и прийти в себя.

– Ничья, – выдохнул Робин, когда обрел способность говорить. – Нужно разделить зверя пополам, чтобы все было по справедливости.

– Клянусь королем Ричардом! – воскликнул великан. – Это была чудесная схватка. Мне было приятно встретиться с таким честным воином, как вы, сэр.

Он протянул огромную руку и пожал такую же внушительную ладонь Робина.

– Вы назвали короля Ричарда? – настороженно поинтересовался Робин, наблюдая за мужчиной.

– Конечно! – уверенно зарычал тот. – Король Ричард и никто другой, потому что я всей душой за великого короля и против принца Джона – этого брата-предателя, который обманным путем присвоил мою ферму, мой скот и все мои деньги. А все из-за того, что я был недоволен им. Теперь ради спасения жизни мне не остается ничего другого, как прятаться в лесу. За мной охотятся так же, как вы только что охотились за этим диким кабаном. Я стал изгнанником. Поэтому я ищу Робин Гуда и хочу присоединиться к его отряду, чтобы помогать несправедливо обиженным, пока настоящий король не вернется к власти. Я за короля Ричарда и Англию!

– И мы все тоже, – по-доброму сказал Робин. – А теперь, дорогой друг, как вас зовут?

– Меня зовут Джон Литл, – проговорил гигант, – но из-за моего «низкого» роста и «тщедушности» шутники прозвали меня Маленьким Джоном. А как вас зовут, сэр?

– Я тот человек, которого ты ищешь, – сказал Робин. – Мое имя – Робин Гуд, когда-то меня называли графом Хантингдонским и Робертом Фитзутом. А теперь называй меня Робин Гудом. Буду рад, если ты присоединишься к отряду. Добро пожаловать в Шервудский лес, Джон Литл! С этого дня все будут знать тебя, как Маленького Джона.

Мужчины снова пожали руки, потом Маленький Джон поднял мертвого кабана за ноги, связал их веревкой, которую достал из кармана, и забросил животное на правое плечо с такой легкостью, будто это был кролик. Он повернулся и пошел рядом с Робином. Так в Шервуде появился еще один полезный и преданный человек.

Глава 7. МОНАХ ТУК НА СВОБОДЕ.

– Неужели, – усомнился монах Тук, – в Шервудском лесу идет дождь? Кто мог о таком даже подумать? Я-то считал, что здесь всегда прекрасная летняя погода, неподвластная человеческим порокам и жадности. Однако ливень – небольшой, после него установится отличная погода для большой гусиной ярмарки. Я нарушу пост и съем пару жирных свежих форелей с хрустящим хлебом, запив их фляжкой пива. Только нужно поторопиться. Несомненно, там будет много людей, которые захотят купить молитвы, переписанные мною на пергамент, людей, которые заплатят за то, чтобы я помолился за них в Ноттингеме. Благодаря злодею-шерифу, который всех держит за горло, им, беднягам, без божьей помощи не обойтись.

Выйдя из пещеры на берегу ручья в Копманхерсте, монах обнаружил, что легкий дождь уже не только перестал, но и не оставил никаких следов.

Тук положил охапку сухих дров в костер, и вскоре затрепетал веселый огонек. Он приготовил завтрак и от души поел.

После трапезы монах покормил мула и собаку, навел порядок и осторожно затушил огонь.

Он оставил пса сторожить вход в пещеру, привязал мула, чтобы тот не забрел далеко в лес, и на лодке переплыл речушку. Он как раз привязывал суденышко, когда с противоположного берега послышался оклик.

Подняв глаза, монах увидел менестреля, который просил его вернуться обратно.

– Вы не могли бы меня перевезти? – кричал человек. – Я не люблю мочить ноги!

– А ты не боишься их запачкать, странник? – прокричал в ответ Тук. – Мне не очень нравятся бродячие музыканты и певцы. У них обычно не оказывается платы за перевозку.

– Платить за то, чтобы меня перевезли в этом несчастном гробу? – разозлился менестрель. – Да я лучше перелечу по воздуху!

После продолжительного спора братец Тук, ворча, вернулся на другой берег и язвительно сказал:

– Некоторым везет. С какой стати ты, нищий, решил, что имеешь право навязываться мне безо всякой благодарности.

– А за это оскорбление, – прокричал менестрель, и в его карих глазах мелькнул шутливый огонек, – вы перенесете меня через ручей на своей толстой спине, если вообще способны поднять что-нибудь тяжелее вилки.

– Смогу ли я перенести тебя? – заорал монах Тук. – Я могу перенести двух таких, как ты, по одному в каждой руке.

– Но поскольку я здесь один, – выпалил менестрель, – вам придется довольствоваться этим и перенести меня через крошечный ручеек.

Тук издал гневный стон, грубо, как мешок с картошкой, поднял менестреля, забросил его на плечо, перенес через ручей и со злостью сбросил на противоположный берег.

– Благодарить вас не за что, – разозлился менестрель, давая монаху подзатыльник. – Большего это маленькое путешествие не стоит.

– Поскольку ты считаешь себя таким прекрасным парнем, – взревел монах, – отнеси меня обратно. Могу поклясться, что ты не поднимешь и моего мизинца, не говоря уже обо всем теле.

Менестрель принял вызов:

– Ловлю вас на слове, злобный, старый монах. Если желаете, могу отнести вас туда и обратно.

Он собрал все силы, глубоко вздохнул, поднял монаха на правое плечо и понес его обратно через ручей. Но на середине брода, который менестрель неуверенно нащупывал ногой, оказалась глубокая яма, и, несмотря на то, что монах знал о ней, ему пришлось искупаться вместе с менестрелем.

– Честно говоря, – сказал менестрель, – скоро я стану даже слишком чистым, ибо последнее время постоянно попадаю в воду одетым.

– Неразумный рыцарь! – вопил монах Тук так громко, что все птицы в радиусе мили взметнулись в голубое небо. – За это я получу те презренные деньги, которые ты припрятал.

Менестрель схватил свой посох и, строя насмешливые гримасы, принялся танцевать вокруг монаха.

– Ну, что ж, пусть будет так, – взбесился Тук. – Хорошо, мой друг, хорошо.

Он схватил свой посох, и началась шумная схватка, от которой задрожали деревья.

Двое мужчин сражались до изнеможения, потом полностью обессиленные, обнялись.

– Достаточно, парень, – хватая воздух, сказал Тук. – Я не хочу тебе зла, это была шутка.

– И я тоже, – ответил менестрель, – а сейчас давайте-ка лучше разожжем огонь, подсушим одежду и поедим перед дорогой.

Через час, поев, отдохнув и высушив вещи, мужчины подружились и уже были готовы двинуться по лесной дороге, когда менестрель дал монаху золотую монету и сказал:

– Это за те неприятности, которые я причинил вам, дорогой братец Тук. Возьмите ее и купите то, что вам нужно. Если же у вас есть все необходимое, придержите ее на случай нужды. Богачи платят мне хорошо, а я все отдаю бедным.

Монах долго и с недоверием смотрел на него, а потом произнес:

– Прямо как известный Робин Гуд. Премного благодарен, друг. Эта монета мне пригодится.