Красавица дочь? Я тут же вспомнил девушку моей мечты. Куда она все-таки делась? Что помешало ей прийти?

– Она совсем ребенок! – жаловался герцог. – Ей всего семнадцать! Чудесные белокурые волосы, огромные голубые глаза, стройный стан. Дракон испепелит ее, если мы не выполним его приказаний!

Белокурые волосы? Голубые глаза? Стройный стан?

Вдруг я все понял!

– Ну-ну, друг мой, успокойтесь, – утешал герцога Эбенезум. – Всем известно, что драконы обожают подпускать трагизма. Пока это животное загубило одного-единственного стражника. У вас ведь по-прежнему один стражник, не так ли?

Значит, она не бросила меня! Ее просто держат в плену! Боже мой! Часы, что мы провели вместе! Эти долгие теплые полдни! Так вот почему она никогда ничего мне не рассказывала о себе! Значит, она дочь герцога!

Герцог между тем сверкнул глазами на моего учителя и с достоинством ответил:

– Стражников было бы больше, если бы мои подданные исправно платили дань!

Дочь герцога. Я спасу ее! И тогда не нужно будет больше прятаться от посторонних глаз… О, какая чудесная настала бы жизнь!

В глазах Эбенезума зажегся недобрый огонек.

– Возможно, если бы некоторые высочества местного значения не были столь озабочены расширением границ своих крошечных герцогств… – Волшебник махнул рукой, и огонек в его глазах тут же погас. – Впрочем, это сейчас не важно. Наша задача – прогнать дракона. Насколько я понимаю, сюжет самый обычный. Дракон захватил замок и девушку. Ничего оригинального. Полагаю, мы с этим легко справимся.

Герцог хотел было что-то возразить, но Эбенезум и слушать не стал. Только на одно у него был нюх еще лучше, чем на колдовство, – на деньги. Ими у нас в домике явно запахло. А пока, не обращая внимания на герцога, мы принялись готовить инвентарь для схватки с драконом.

Когда я все упаковал в соответствии с инструкциями волшебника, он поманил меня в библиотеку. Эбенезум вскарабкался по маленькой лесенке и, предусмотрительно держась за нос, вытащил с самой верхней полки тоненькую книжицу.

– Это может нам понадобиться. – Голос его звучал глухо, вероятно, потому, что он зажал себе нос большим и указательным пальцами. – В моем теперешнем состоянии я не рискну пользоваться книгой. Но, думаю, ты справишься.

Он спустился и вручил мне книжицу. На обложке красовалось тисненное золотом заглавие: «Разговорник драконьего языка».

– Но нам, кажется, пора! – воскликнул Эбенезум и хлопнул меня по плечу. – Нельзя заставлять клиента ждать. Ты успеешь ознакомиться с книгой на привалах.

Я поспешно запихнул книгу в котомку с инвентарем, взвалил ее на плечо, схватил свой посох и вслед за учителем вышел из дому. Я был готов на все – лишь бы в конце пути встретиться с моей полуденной мечтой.

Учитель тем временем уверенно взял герцога за ворот и повлек его в нужном направлении. Я следовал за Эбенезумом по пятам и старался не отставать, насколько мне это позволяла тяжелая котомка. Волшебник, как всегда, шел налегке. Он берег руки, чтобы они не потеряли необходимой для колдовства ловкости и подвижности, и голову, чтобы ум его не утратил волшебной гибкости.

Я заметил, как пошевелился куст, потом другой. Как будто порыв ветра тронул листья. Но никакого ветра не было. Лес был так же тих, как и днем, когда я ждал свою тайную возлюбленную. И все же кусты шевелились.

Сперва я подумал, что у меня просто разыгралось воображение. Как в прошлый раз, когда мне показалось, что в лесу потемнело. Вот и сейчас! Я с беспокойством взглянул на небо, почти ожидая не обнаружить там солнца. Только что-то чрезвычайно огромное может закрыть солнце.

Дракон?

Прервав мои размышления, на тропинке появился незнакомец в ярко-оранжевом. Он смотрел вверх сквозь странное приспособление на конце длинной палки.

Я взглянул на герцога, который шел рядом со мной, и увидел, что того пробрала дрожь.

Когда мы подошли, человек в оранжевом оторвался от своего занятия.

– Добрый день, – сказал он, но хмурое выражение лица явно противоречило его словам. – Не могли бы вы идти чуть побыстрее? Дело в том, что вы стоите на пути Императора.

Герцог затрясся как безумный.

– Мы стоим на пути Императора? – переспросил Эбенезум и остановился, вместо того чтобы прибавить ходу, как советовал незнакомец в оранжевом.

– Ну да, вы стоите как раз на дороге, которая, по повелению Великого и Доброго Императора Флостока Третьего…

– Спасайтесь! – заорал герцог. – Драконы! Драконы! Бежим! – Он суетливо запрыгал вокруг слуги Великого и Доброго Императора.

– Послушайте! – вспылил оранжевый человечек. – Оставьте ваши ужимки и прыжки! Я должен увидеться с герцогом Гурнским по очень важному делу.

Герцог тут же перестал подпрыгивать:

– С герцогом? – Он оправил на себе одежду и отряхнулся. – Но я и есть герцог Гурнский. Чем могу быть полезен, друг мой?

Оранжевый человек еще больше нахмурился:

– Я, собственно, насчет дороги…

– Разумеется. Может быть, отойдем, чтобы никто нас не беспокоил? – Он выразительно посмотрел на нас с учителем и отвел слугу Императора в сторонку, за кусты.

– Они стоят друг друга, – проворчал Эбенезум. – Но к делу! – Он сразу стал серьезным. – Итак, немного о драконах. Драконы относятся к одному из подвидов волшебной фауны. В основном они обитают между двумя мирами, частично на Земле, частично – в Голоадии, не чувствуя себя дома ни тут ни там. Есть и другие подвиды…

Лекция Эбенезума была прервана шорохом в кустах. Оттуда высунулись здоровенные ручищи, поросшие густой серо-коричневой шерстью, и раздались человеческие вопли.

– Еще один подвид – тролли, – очень кстати пояснил Эбенезум.

Котомка сама сползла с моей спины. Я крепко ухватил посох. Они же сожрут отца моей возлюбленной! Мне раньше не приходилось встречаться с троллями. Самое время познакомиться.

– Слюнки! Слюнки текут! – донеслось из кустов. Голос был грубый и какой-то скрипучий, словно бревно перепиливали. Голос тролля, наверное.

– Как вы смеете! – ответил другой голос. – Я представитель Императора!

– Слюнки! Слюнки! – послышался уже целый хор голосов.

– Подождите! Мы все уладим! – еще один голос, тоненький и дрожащий. Герцог?

Хотя те, кто кричал, находились довольно близко, разобрать отдельные слова удавалось с трудом. Все слилось в сплошной галдеж, из которого выделялось лишь одно, часто повторявшееся слово: «слюнки». Я решил, что и мне пора подать голос, поднял посох над головой и с громким криком бросился к кустам.

Я очутился на небольшой полянке, полной народу. Одним из присутствующих был герцог. Отвратительнее трех прочих я в жизни ничего не видел: приземистые, поросшие тут и там пучками серовато-бурой шерсти, с мускулистыми бочкообразными ручищами и ножищами. В меня впились три пары маленьких красных глазок. Одно из чудовищ как раз собиралось пропихнуть в пасть нечто весьма напоминающее человеческую ногу, обутую в оранжевую туфлю.

Потрясенный этим зрелищем, я застыл на месте. Тролли тоже не двигались и молча изучали меня.

– Привет! – миролюбиво сказал я, предчувствуя недоброе. – Кажется, я сбился с дороги. Прошу прощения.

Один из троллей неуклюже заковылял ко мне на своих толстых ногах. Пора было смываться. Я повернулся, тут же наткнулся на учителя, который как раз производил руками некие мистические движения, и сбил его с ног.

– Не текут слюнки! Не текут слюнки! – заголосили тролли и бросились в лес.

Я поднялся сам и помог подняться учителю. Эбенезум чихал целых три минуты – колдовство не прошло для него даром. Отдышавшись, он вытер нос подолом и обратил свой взор на меня.

– Вунтвор, – сказал он, пожалуй даже слишком спокойно, – что это ты себе позволяешь? Бросить наше драгоценное имущество и бежать! Тем более туда, где тебя запросто могли проглотить…

Между нами вырос герцог:

– Спасайтесь! Бегите! Драконы! Тролли! Спасайтесь!

– А что до вас, – наконец возвысил голос учитель, – то с меня хватит ваших подпрыгиваний и истеричных предостережений! Чего вы всполошились? Вы были окружены троллями, и они вас не тронули. Вы заговорены!

С этими словами он одной рукой схватил за плечо герцога, другой – меня и повлек нас обоих к тропинке.

– Пошли. К ночи доберемся до Гурнской Башни. Мы с моим помощником разберемся с этим вашим драконом, а вы, дорогой герцог, запла тите нам кругленькую сумму за работу.

Волшебник вытащил нас на тропинку. Быстро и сердито он зашагал к замку, прежде чем герцог успел вымолвить хоть слово.

– Гляньте-ка! – Герцог потянул меня за рукав.

Впереди среди деревьев наметился просвет. Холм на том краю леса хорошо просматривался. На его вершине стояла Гурнская Башня – каменное здание, ненамного большее домика Эбенезума. Из окон нижнего этажа валил дым, и раза два мне показалось, что я вижу ало-желтые языки пламени.

– Дракон, – прошептал герцог.

Я торопливо порылся в котомке и вытащил «Разговорник драконьего языка». Сейчас было самое время для учебы!

Наудачу открыв книгу, я пробежал глазами страницу. Фразы из правого столбца были переводом на драконское наречие фраз из левого столбца. Я начал читать с самой верхней строчки:

– Извините, будьте так любезны, поверните ко мне вашу морду!

– Сниз мир хеба-хеба ж-ж-ж.

– Прошу прощения, но ваш коготь впился мне в ногу!

– Сниз му цаца грак ж-ж-ж.

– Я очень извиняюсь, но вы виляете своим хвостом с шипами слишком близко от…

И целая страница подобных фраз. Прервав чтение, я подумал, что этот разговорник, в сущности, мало что дает.

Меж тем Эбенезум, который был уже далеко впереди, позвал нас. Я поспешно захлопнул книгу и, волоча за собой герцога, побежал догонять его.

Остаток пути мы проделали без особых приключений. Лес кончался у подножия холма, называемого Бугром Волшебника или Гурнской Горой – в зависимости от того, с кем вы разговариваете. Отсюда нам был отлично виден замок. И дым. И пламя тоже.

Герцог начал было снова блеять о смертельной опасности, ожидающей нас впереди, но затих, стоило волшебнику взглянуть на него. Холодные серые глаза Эбенезума, казалось, видели замок насквозь. Спустя минуту-другую он покачал головой, расправил плечи и повернулся ко мне.

– Вунт, – сказал учитель, – тут все гораздо сложнее, чем кажется на первый взгляд. – Он посмотрел на герцога, который нервно приплясывал на куче опавших листьев. – Тут не только дракон, но еще и три тролля. Слишком много сверхъестественного для такого спокойного района, как Лес Волшебника.

Я ожидал, что герцог начнет протестовать против употребленного волшебником названия, но того не было слышно. Обернувшись, я увидел, что герцог исчез.

– Возможно, недавно произошла значительная утечка из Голоадии, – продолжал Эбенезум. – У тебя в котомке есть один прибор…

Учитель обрисовал прибор и правила пользования им.

– Если установить его у подножия холма, он укажет нам точное количество и вид существ из Голоадии, безнадзорно слоняющихся в окрестностях.

Когда прибор был извлечен, учитель потер нос:

– Держи его подальше от меня. Этот прибор обладает остаточным волшебством.

Я собрал конструкцию, следуя указаниям волшебника, и по сигналу повернул венчающий ее гироскоп.

– Теперь должны появиться маленькие световые точечки… – Эбенезум шмыгнул носом. – И по их цвету ты поймешь…

Он мощно чихнул, потом еще и еще раз. Я с сомнением покосился на прибор. Выключить его, что ли?

В конце концов Эбенезум чихнул прямо на прибор, и тот развалился на части.

– Клянусь Голоадией! – воскликнул он. – Да неужели я теперь даже самые простые заклинания не могу себе позволить?! – Он как-то сразу постарел и осунулся. – Убери эти обломки, Вунт. Придется идти на прямой контакт. Где герцог?

Я объяснил, что герцог исчез.

– Так! Что же дальше? – Эбенезум оглянулся и посмотрел в сторону леса. Его серые глаза расширились. Он торопливо высморкался. – Вунт! Вытряхивай все вещи!

– Что? – Совершенно сбитый с толку подобной спешкой, я тоже посмотрел в сторону леса и увидел… ЭТО. На нас надвигалась черная стена, нечто вроде непроницаемого плотного облака. Оно простиралось от неба до самой земли и, приближаясь к нам, оставляло за собой сплошную черноту. Такая живая черная занавеска.

– Кто-то играет со страшными силами, – промолвил Эбенезум, – с силами, величия которых не понимает. Сказано, Вунт, вытряхивай!

Все, что было в котомке, я вытряхнул на землю. Эбенезум порылся в наших пожитках, отбросил в сторону несколько волшебных книг и незаменимых инструментов и наконец нашел маленькую поблескивающую коробочку цвета воробьиного яйца.

Волшебник победоносно чихнул и бросил коробочку мне.

– Скорее, Вунт! – воскликнул он, одновременно сморкаясь. – Возьми порошок из коробочки и разбросай его по одной линии вдоль склона холма! – Он указал на каменистый выступ на краю леса и, поминутно чихая, стал карабкаться вверх по склону.

Я поступил так, как велел учитель, и, увидев, что неровная голубоватая линия повисла над длинной гранитной глыбой, обернулся в сторону леса: живая тьма была уже совсем близко. Свободной от нее оставался теперь только самый край.

– Беги, Вунт!

Я рванул вверх по холму. Волшебник, выкрикнув несколько отрывочных слогов, следовал за мной. Добежав до вершины, он споткнулся и зашелся в чихе.

Сзади уже наступала тьма. Живая пелена укрыла мраком весь лес, и щупальца этой черной гидры уже тянулись к холму, подобно множеству жадных рук. Но пунктирная голубая линия, повисшая в воздухе, преградила темноте путь, и та остановилась.

За моей спиной что-то шевельнулось, как будто подул легкий ветерок. Оглянувшись, я увидел Эбенезума, который хоть и чихал, но на ногах стоял твердо. Одной рукой он зажимал себе нос, другой – указывал на небо. По мановению свободной руки волшебника легкий ветерок превратился в ветер, а потом в ураган, который устремился вниз по холму и прогнал темноту туда, откуда она пришла.

Через минуту ветер стих, а клочья тумана, что висели над лесом, растаяли под ярким полуденным солнцем. Мой учитель тяжело опустился на землю, хватая ртом воздух, как будто весь недавний ураган он выдул из собственных легких.